Болезнь

[ в этом фф, о том, что пиццерию сжег 007n7 знает только Эллиот, поэтому он может свободно делать заказы, и пока никто его не заподозрил ] На улице был приятный вечер. Прохладный ветер слабо дул в лицо, а фонари ярко светили, освещая всё вокруг. Это не давало совершить какую-нибудь глупость в темноте. Смена Эллиота уже почти заканчивалась — оставалось только доставить пиццу последнему клиенту, который, как назло, оказался Севен. Севен… мерзкий человек. Уже несколько раз он поджигал пиццерию Эллиота. Поначалу это были лишь вывески на улице или, например, духовка, которую легко можно было потушить благодаря огнетушителю, который в таких случаях всегда оказывался рядом. Но однажды это зашло слишком далеко: сгорела почти вся пиццерия. Благо, все клиенты, которые в тот момент находились внутри, не пострадали, как и персонал. Один из людей успел вызвать пожарных, пока здание не начало рушиться. Пиццерию со временем отремонтировали, и отремонтировали ее за счет Севена. Эллиот, после случая с пожаром получил очередное сообщение от Севена, с переводом суммы, которой ровно хватило на ремонт. В пиццерии продолжили готовить пиццу, но после этого случая клиентов стало гораздо меньше. Потом начались какие-то глупые пранки: то на всех телевизорах, где показывалось меню, появлялись странные фото — чаще всего скримеры и прочая ерунда, из-за чего дети, конечно же, начинали плакать, и их больше не приводили в пиццерию. То все духовки переставали работать на целый день, из-за чего заведение приходилось закрывать, пока техника снова не оживала. То приходили тупые сообщения — и приходят до сих пор — от Севена, с глупыми насмешками и оскорблениями. Эллиота всё это, конечно, невероятно бесило, но он настолько привык, что единственное, что делал в таких ситуациях, — стоял несколько минут с недовольным лицом и молчал, не желая противостоять. Он уже осознал, что это не поможет. Карьера пиццерии тут же обрушилась из-за этого ужасного Севена. По сей день он продолжает заказывать пиццу, и Эллиот нехотя всегда её доставляет. Но есть один приятный бонус: Севен всегда оставляет большие чаевые. Это, конечно, Эллиота радовало. Эллиот после трудного рабочего дня надел шлем и поехал в сторону адреса Севена, записанного в телефоне рядом с пометкой «не доставлять». Кхм, да, Эллиот иногда не доставлял пиццу Севену. Конечно, это вычитали из его зарплаты, но зато он лишал Севена веселья и радовался, что не увидит эту чертовски раздражающую ухмылку на его лице. Когда он доехал до нужного адреса, остановил мотоцикл и, сняв шлем, подошёл к двери, чтобы отдать пиццу этому идиоту и побыстрее свалить домой. Два стука. — Доставка пиццы, — сказал Эллиот с раздражением в голосе. Обычно он произносил это весело, но только не в случаях с Севеном. Дверь открыли довольно быстро. Перед ним оказался Севен — в своей привычной футболке с котом, с розовыми очками, съехавшими с переносицы, так что были видны его серые глаза. Лёгкие, растрёпанные волосы до плеч, неизменный бургер на голове, красные прямые рога и хвост, похожий на демонический… Но что-то было не так. Он выглядел больным — и в прямом, и в переносном смысле: заметные синяки под глазами, усталый взгляд и отсутствие той самой ухмылки, которой он всегда одаривал Эллиота. Это немного удивило доставщика, что было видно по его лицу. Севен, слегка пошатываясь, держался за стену, чтобы не упасть. Когда он попытался взять пиццу, почти рухнул, но успел опереться на плечо Эллиота и уронил голову ему на плечо. Эллиота этот жест немного испугал — он не знал, как реагировать, и просто стоял с выражением лица, словно ему было неприятно. Севен довольно быстро отстранился. Он хотел извиниться, но гордость не позволила, поэтому он просто прошёл к дивану, слегка придерживаясь за стену, чтобы не упасть. Эллиот поспешно снял кроссовки и пошёл за ним по коридору, одновременно осматривая дом. Дом, кстати, оказался довольно милым: гостиная, совмещённая с кухней, большой стол, будто для семьи, которой у него, по-видимому, не было. На полках валялись ноутбуки, телефоны и планшеты — «видимо, чтобы взламывать», — подумал Эллиот. Но в гостиной висел большой телевизор и, что особенно его удивило, — милые фотографии с котами в рамочках на стене. Пока Эллиот осматривал жилище, Севен уже успел лечь на диван и накрыться одеялом. — Деньги на столе. Поставь пиццу и уходи, — довольно грубо сказал он. Эллиот, отложив пиццу, подошёл к Севену, который лежал на диване, и приложил руку к его лбу. Тот удивился, но быстро схватил Эллиота за запястье. — Ты чё делаешь? — Так у тебя же сильный жар! — удивлённо сказал Эллиот. — Спасибо, без тебя бы не догадался! — И сколько ты так лежишь? — Три дня. — Ты лекарства никакие не принимал? — Нет. У меня дома нет лекарств. Я просто жду, пока само пройдёт, — признался Севен. Эллиот едва не ударил его по лицу. — У тебя мозги есть? — Почему у тебя такая реакция, будто ты реально обо мне беспокоишься? — А что мне делать, если человек, которому я пришёл доставить пиццу, лежит тут и умирает?! — выкрикнул Эллиот. Севен тяжело вздохнул и повернулся к нему. Взгляд был раздражённым. — Просто оставь пиццу и уходи. — Нет, я так просто не уйду, — обиженно произнёс Эллиот и сел рядом на диван, скрестив руки на груди. Севен громко вздохнул. — Ну, если хочешь, оставайся. Минута молчания. Эллиот не отрывал взгляда от Севена, пока тот, закрыв глаза, готовился ко сну. Не то что-бы Эллиот чисто по душевной доброте помогает Севену, скорее он просто не хочет после этого чувствовать вину за свой поступок. — Слушай… у тебя реально нет никаких лекарств дома? — Нет, — раздражённо ответил Севен. — Ну тогда придётся подождать до завтра, все аптеки уже закрыты. — Почему ты всеми способами пытаешься доказать, что тебе не безразлична эта ситуация? — Да потому что она мне и не безразлична! Ну да, подумаешь, какой-то парень не может купить лекарства и просто ждёт, пока всё само пройдёт! Гениально! — снова выкрикнул Эллиот. — Хах, я же не умру от какой-то простуды. Чего ты так переживаешь? — Ну а вдруг умрёшь, откуда я знаю… Севен только посмеялся. На этот раз — искренне, без издёвки. Эллиот замер и смотрел на него так, словно тот сделал что-то невозможное. — Почему ты так смотришь? — А, нет, ничего… просто… да нет, ничего, — отмахнулся Эллиот. — Завтра утром или вечером я пойду за лекарствами. Потому что кое-кто сам себе их купить не может. — А как я пойду зимой, в снег, да ещё и с температурой, в аптеку на другом конце города? — А заранее купить нельзя было?! — Я очень редко болею. Да и зачем мне лекарства, если я «просто жду, пока само пройдёт», — пародируя Эллиота, сказал Севен. — Ты о себе вообще не беспокоишься?! — Эллиот поставил ногу на ногу и явно злился на его беспечность. Пять минут он читал Севену лекцию о лекарствах, таблетках и том, когда их нужно пить — у него был опыт, ведь когда его младшая сестра Мия болела, именно он её лечил. — Во-о-от… а ещё… Подожди, ты что, спишь? Ответа не последовало. Либо хакер действительно уснул, либо притворялся, чтобы Эллиот, наконец, замолчал. Скорее всего, второе. Эллиот, поняв, что Севен «спит», замолк и просто сидел, глядя на него. — Он милый, — шёпотом произнёс Эллиот. Севен точно услышал. Осознав, что сказал, Эллиот тут же закрыл рот рукой и отвернулся. Севен тихо хихикнул так, чтобы Эллиот ничего не заподозрил. Всё оставшееся время Эллиот сидел молча, скрестив руки и закинув ногу на ногу — теперь уже не в знак раздражения, а просто потому, что так было удобно. Вскоре Севен заснул по-настоящему. А потом,почему-то, уснул и Эллиот. Он не думал что когда-нибудь останется на ночь у человека, который сделал ему много неприятностей, он и сам не понял, почему решил ему помочь, но видимо, так нужно было.