Поиграем?

Это был самый обычный вечер, который Куроо и Кенма по уже устоявшейся традиции проводили вместе. Жаркое лето все больше давало о себе знать. Кенма лежал на кровати в коротких шортах и майке, беззаботно играя в какую-то игру на приставке и поедая шарлотку, что ему испек его парень. Тецуро же в этот момент растекся лужицей на полу, ища хоть какой-то источник прохлады. Слабый вентилятор не особо спасал положение дела, а помимо жары бывшего капитана Некомы доставала еще и скука. Как обычно молчаливый Кенма, не всегда приятная компания. Особенно, когда на все рассказы и эмоциональные выкрики о каких-то происшествиях в университете ему отвечали невнятным мычанием. Что же… Тецуро был довольно терпеливым. Особенно, если дело касалось Козуме, но тут сдали даже его стальные нервы. Он хитро усмехнулся и, пользуясь чужой невнимательностью, быстро поднимается и подбирается к кровати. С грацией кошки (как он думал о себе, а на самом деле же скорее с элегантностью одноногой слепой собаки) он уселся между чужих разведенных ног. Прошелся взглядом по светлой коже, зацепился за яркую родинку под коленом и остановился на подтянутых ягодицах, обтянутых черной тканью домашних шорт. Его губы расплываются в еще более широкой и хитрой ухмылке, и он легко касается кончиками пальцев внутренней части колена, зная насколько кожа там чувствительна. Стук кнопок тут же прекращается, но его не останавливают. Поэтому Куроо аккуратно ведет самыми кончиками пальцев выше, посылая этим незамысловатым движением россыпь мурашек по чужому телу, и очерчивает на бедре линию, касаясь кромки шорт. — Куро? — Кенма удивленно и слегка недовольно оборачивается на него, — ты чего удумал. — Ничего, — Тецуро тихо смеется. И это хриплое подобие смеха, больше похожее на первые раскаты грома в майскую грозу, что предвещают долгий и обильный ливень, вызывают у Козуме слишком много эмоций. Куроо тем временем склоняется ниже и шепчет, прямо у той самой родинки, — просто хочу немного поиграть с твоими ногами, — его теплый шепот расходится волнами по чувствительной коже и Кенма чувствует знакомую тяжесть, скапливающуюся внизу живота, — кажется задротство заразно. Кенма хмыкает и слегка ерзает, приподнимая ягодицы и снова бросая на Тецуро уже более заинтересованный взгляд. Он задумывается на пару минут, а после кивает сам себе и говорит: — Куро, хочешь поиграть? — Кянма, — парень притворно хватается за сердце, — ты соизволил почтить меня своим вниманием?! Я польщен. — Не паясничай, — Козуме хмурится, но быстро расслабляется и просит, — выбери число от 15 до 25. — 24, — Тецуро не задумывается ни на секунду и с любопытством ждет, что предложит внезапно активный Кенма. — Тогда давай так, — Кенма ухмыляется. Его улыбка до безумия похожа на улыбку самого Куроо. Как там говорится, хозяева выбирают себе домашних питомцев под стать? А, впрочем, неважно. Козуме аккуратно перекидывает ногу через Куроо, совершенно случайно проезжаясь пяткой по темной макушке, и садится, внимательно глядя в золотые глаза напротив. — Я связываю тебе руки и делаю все, что хочу. А ты, если не кончишь за 24 минуты, можешь загадать любое желание. — Я в деле, — глаза Тецуро загораются азартом. Разумеется, ему многое хотелось спросить, но это подождет. Случайно спугнуть игривое настроение Кенмы совсем не хотелось. — Тогда раздевайся, — парень встает с кровати, — ты же не хочешь позорно кончить в штаны?.. — Кто сказал, что я кончу? — Такая уверенность Козуме в своей победе слегка пугала. Но он послушно стянул с себя футболку, наблюдая, как Кенма подходит к шкафу и что-то ищет в нем. — Посмотрим, — тот усмехается в ответ и достает из нижнего ящика моток красной веревки и какую-то странную коробку. Тецуро удивлен… Чего-то не хватает верно? Тецуро в ахуе. Вот так будет вернее. Он смотрел на своего парня широко раскрытыми глазами и пытался определить причину нахождения чего-то подобного в шкафу их общего дома. Кенма тем временем подходит к уже обнаженному Куроо и направляет его, заставляя опуститься на колени и сесть на пятки. Головка члена неприятно касается холодного пола, но Тецуро молчит и ждет. — Будет всего два правила, — Кенма тем временем заводит его руки за спину и Куроо чувствует на своих запястьях веревку. — Не двигаться. И смотреть на меня. Не отводить взгляд. Не закрывать глаза. Понял? Тецуро ограничивается кивком, чувствуя, как веревки стягиваются, лишая его руки движения. — Хороший мальчик, — Козуме шутливо треплет его по волосам и наклоняется ближе, шепча, опаляя горячим дыханием чужие уши, — не туго? Куроо медленно качает головой. Кенма снова ухмыляется и подходит к коробке. Выуживает из нее ленту и направляется к парню. — Будь добр, открой ротик, — его глаза блестят опасным огнем, когда он просовывает ленту между приоткрывшихся губ и завязывает ее концы на чужом лохматом затылке. Треплет Тецуро по щеке и отходит от него, осматривая свою работу. Судя по выражению лица, он остается вполне доволен результатом. Тонкие пальцы выуживают из кармана телефон и быстро заходят в приложения таймера. — Сколько ты там выбрал? 24? Козуме даже не смотрит на парня, когда набирает необходимые цифры и запускает таймер. Он медленно садится напротив замершего в ожидании Куроо и ухмыляется. И Тецуро достаточно знает его, чтобы понимать. Это выражение лица не предвещает ничего хорошего. Уверенность в своей победе стремительно уменьшается. Однако на отметке в 20% он мысленно проводит асимптоту, уверенный, что ниже-то некуда. Кенма тем временем медленно оглаживает свои ноги и широко разводит их в сторону. Приподнимает майку, заворачивая ее край за ворот, оголяя кожу живота и совсем немного груди. Его глаза лукаво блестят, когда он ведет кончиками пальцев по себе. Сжимает их на шее, а после мягко надавливает на губы. Пускает их в рот, медленно обводя языком фаланги, и проталкивает их чуть глубже, смачивает. После снова спускается к своей груди и начинает играть со своими сосками. Крутит их, сжимает и трет, очаровательно постанывая, совсем не обращая внимания на уже вставший от такой картины чужой член. Куроо кажется, что его пытают. И это, блять, его стеснительный Кенма? Кто поменял рейтинг их жизни и где сохранить настройки? Он жадно выхватывает взглядом чужие пальцы, скользящие по темным бусинам сосков и пока что уверен, что такое он выдержит. Ой бля… Кто сказал, что Кенма остановится на столь детских вещах. О, он не достиг и 10% своего плана. Козуме медленно вытягивает ноги и легким движением снимает с себя шорты вместе с боксерами. Поднимается и вальяжной походкой направляется к коробке. Куроо точно кажется, что это ящик Пандоры. Кенма достает оттуда тюбик смазки, и направляется к своему месту. Снова опускается на пол, подстелив под себя небольшой коврик. Постирать его они еще успеют, а вот морозить задницу не стоит. Тецуро гулко сглатывает, когда Козуме снова разводит ноги и движется пальцами по животу уже вниз. Он минует свой член и обводит подушечками колечко мышц, что тут же слегка сжимается. Парень открывает лубрикант и прозрачная вязкая жидкость течет по его пальцам и вниз по запястью. Кенма медленно подносит руку к лицу и слизывает лишнюю каплю. — Знаешь, как трудно было найти твой любимый вишневый вкус, — он усмехается, наслаждаясь видом ошарашенного и вместе с тем возбужденного Куроо. Пальцы снова кружат около сфинктера, и Кенма медленно проталкивает их в себя, выгибаясь в пояснице и тихо простонав. Тецуро хочется вставить себе в глаза спички. Смотришь — хочешь кончить. Не смотришь — проигрываешь. Кажется, правила немного не в его пользу. До его ушей доносится новый стон, смешанный с его именем, и теперь он хочет еще и наушники себе. Козуме двигает в себе двумя пальцами. Качает бедрами на встречу, а второй рукой продолжает ласкать грудь. — Куро, черт. Твои пальцы длиннее, — он выглядит слегка растерянным, когда не может удовлетворить себя. Слишком давно он не растягивал себя самостоятельно. Тем не мене, он добавляет третий палец и протяжно стонет. Медленно двигает ими внутри и слегка разводит. Зажимает съехавшую майку зубами, приглушая себя, и, по мнению Тецуро, выглядит слишком развратно. Видимо удовлетворенный подготовкой, Козуме останавливается и снова тянется к коробке. Куроо уже хочет выдохнуть с облегчением, когда парень извлекает дилдо. Что он там говорил? Ящик Пандоры? Забудьте. Это по-любому ебучий портал прямиком в секс-шоп. Вещь, конечно, необходимая в каждом доме, но Тецуро сейчас от этого не легче. Не когда он видит, как Кенма облизывает его и обхватывает губами, начиная сосать. Не когда он видит, как резиновый член слегка выпирает на чужой шее, а золотые глаза закатываются от удовольствия. Не когда по чужому члену стекает капля смазки. Видимо наигравшись, Козуме извлекает игрушку изо рта и, обильно полив ее лубрикантом, приставляет ее к растянутому колечку мышц. Медленно погружает в себя и протяжно стонет. Его колени рефлекторно сжимаются и он ухмыляется. Куроо готовится к худшему. — Прости, тебе, наверно, так плохо видно, — Кенма поднимается и разворачивается к нему спиной. Прижимается грудью к полу, выставляя задницу к верху с виднеющимся между ягодиц основанием дилдо. Тянется рукой назад и сжимает пальцы на упругой половинке, как это обожал делать Тецуро. На бледной коже тут же проступают красноватые следы, и он тянется дальше. Обхватывает игрушку и слегка вынимает, тут же вновь проталкивая в себя. — Да, — он протяжно стонет, прикрыв глаза, и тянет имя парня, — глубже, Тецуро. Помните, Куроо подумал, что его пытают? Простите, он преуменьшил. Тяжелый от возбуждения член почти болезненно пульсировал. А когда Кенма продолжил двигать рукой, мешая хлюпающие звуки со своими стонами, он не выдержал. Он на самом деле кончил, даже не прикасаясь к себе. Будто в насмешку, тут же звенит таймер. Козуме услышав приглушенное мычание, последний раз вгоняет в себя игрушку и кончает прямо на светлый ковер. Возможно, они просто его выкинут. Какая к черту стирка? — Ты проиграл, — Кенма тяжело приподнимается и выключает мелодию звонка. — Тогда желание за мной? — он оборачивается к Тецуро, — ох прости. Совсем забыл. Ты же говорить не можешь. Куроо продолжает сидеть, тяжело дыша. Его щеки покрыты ярким румянцем, а между ног на полу растекается лужа спермы. — Встань, — Кенма медленно подходит ближе. Тецуро послушно ловит равновесие и поднимается на ноги. Козуме тут же легко толкает его в грудь, заставляя упасть спиной на кровать, и седлает его колени. — Тогда я сам возьму свой приз, — он начинает надрачивать Куроо, размазывая по члену капли спермы. Не проходит и пары минут, как тот снова стоит по стойке смирно. Какой примерный солдат. Впрочем, как и его хозяин. Кенма аккуратно приподнимается и направляет головку в себя. Опирается одной рукой на сильное плечо, наконец чувствуя под собой приятное теплое тело, а не твердый пол. Хотя и Куроо не то чтобы мягкий. Козуме опускается полностью. Он специально выбрал дилдо поменьше, чтобы сейчас ощущать приятную заполненность, чувствуя как чужой член проникает слишком глубоко. Козуме медленно двигается. Стонет синхронно с тихим мычанием от Тецуро и блаженно прикрывает глаза. Слишком хорошо. Они кончают вместе через некоторое время, Кенма сползает на кровать и тянет вверх ленту на чужом лице. — Повернись, я развяжу тебя. — Нет необходимости, — а вот пришел черед и Куроо ухмыляться, — я развязал руки, еще когда ты дилдо сосал. — Но зачем тогда… — он очаровательно краснеет. — Иначе было бы неинтересно, — Тецуро выглядит чересчур довольным. — Тогда, — Кенма же и здесь нашел для себя выход, — твои руки не болят. Отнесешь меня в ванную? У меня совсем нет сил. — Конечно, — Куроо широко улыбается и встает. Подхватывает на руки парня и направляется к выходу из комнаты, — и пока я буду вымывать из тебя свою сперму, ты мне расскажешь, как ты это придумал и откуда у нас дома этот портал в мир взрослых. Кенма снова краснеет и силится придумать оправдание, когда чувствует слабый шлепок на своем бедре. — Но учти, — глаза Куроо хитро блестят, — с каждым увиливанием, я буду глубже проталкивать свои длинные пальцы в тебя. Козуме ухмыляется и кивает. Кажется, их вечер только начинается.