бархатная лента в её волосах

Слухи о новенькой, которую должны вот-вот перевести из Ильверморни, разлетаются быстрее, чем совы перед новым учебным годом. Новички из других школ — это большая редкость, и тот факт, что она окажется на их курсе, вызывает оживление в их компании. — Как думаете, куда определит её шляпа? — Почти подпрыгивая от любопытства, спрашивает Лили. Она, конечно, уже давно мечтает о ещё одной девчонке в их банде. Не зря на её мантии нашит барсук. Маршалл добродушно ей улыбается и обнимает одной рукой. — Лилс, я уверен, что в Гриффиндор. У меня чуйка на такие вещи. Барни фыркает. — Давно хотел замутить с какой-нибудь красоткой из Гриффиндора. Эти цыпочки с Хаффлпафа мне уже надоели, прости, Лили. Они дружно закатывают глаза. Он не собирается извиняться. Девчонки из Гриффиндора очень вспыльчивые и, не мешкая, раздают пощечины на право и налево. Не его беда, что они так верят его уловкам и бессмысленным признаниям. — Может, она не красотка, — предполагает Тед, но все они знают, что новенькая интригует его точно так же, как половину всей школы. Осталось только подождать ещё шесть дней.

***

Тед, конечно, влюбляется в неё с первого взгляда. Безо всякой амортенции. Барни может понять почему — новенькая сходу может занять место самой симпатичной девчонки курса. Она без труда движется по незнакомому залу, ничуть не смущается того, что оказывается в центре внимания, и ухмыляется так, словно это внимание ей нравится. Все с затаенным дыханием следят за Распределительной Шляпой, которая спустя несколько долгих мгновений, громогласно объявляет Слизерин. — Вау, этого я не ожидал, — бормочет Тед, и Барни видит, как он влюбленно смотрит на улыбку новенькой. Типичный Мосби. Он признается ей в любви к концу недели, можно уже начать делать ставки.

***

Тед приводит Робин к ним в компанию, хотя она и распределена на факультет Барни. Удивительно, но ей удаётся влиться в их небольшой коллектив без особых усилий: Лили нравится, что у неё появилась подружка, Маршалл сразу же цепляется за то, что они выросли в похожих условиях, Тед планирует их свадьбу, а Барни ценит острое чувство юмора и амбиции, которых Робин никак не скрывает. Она не рассказывает о себе много; у неё очень ловко выходит избегать личных тем так, что никто не замечает. Никто, кроме Барни, который по какой-то причине наблюдает за ней особенно внимательно. Он может назвать её своим другом после того, как она помогает ему сочинить любовную записку для блондинки из Хаффлпафа и даже подталкивает ту к свиданию в башне. Робин хитро ухмыляется и пихает его в бок: — Лиз очень заинтересована в том, чтобы тебя узнать. Возможно, я сказала ей, что ты сотрудничаешь с авроратом под прикрытием. — Гениально, Щербатски. Да, пожалуй, она может стать его л у ч ш и м другом. Главное, не говорить этого Теду.

***

— А ну, брысь отсюда! И чтобы я больше не видел вас в этой части замка! — Верещит домовик им вслед, пока они сломя голову мчатся от него по коридору. Во рту вкус малинового пирога, а от смеха и бега одновременно болит живот, но ни Барни, ни Робин не пытаются останавливаться. Это только про них — шутливые соревнования на палочках (Тед нудит о том, как это неразумно), попытки создать новую карту вроде той, что была у мародёров, прыжки в ледяное озеро на спор и ночные вылазки на кухню за остатками пирогов. Никто не понимает. Только Робин. Только Робин, которая смеётся одновременно с ним, крепко держа его за руку и, споткнувшись, прижимаясь к его боку. Они заворачивают за угол, и Робин распрямляется, убирает за ухо прядь волос и даёт ему пять с широкой ухмылкой. И как только он существовал без неё в Хогвартсе все эти годы? — Я припрятал огневиски. — И молчал? — Хранил для важного случая. День Рождения моей лучшей напарницы — это довольно важно. — Ты такой придурок. — Робин качает головой, но продолжает ухмыляться: — Мой День Рождения был в июле. Следующим утром они едва успевают на завтрак и спят прямо на уроке, получив выговор. Но это того стоило. Лучший Не-День-Рождения.

***

В декабре Робин находит себе новую "жертву". Она вдруг тратит лишнее время на то, чтобы выучить заклинание для укладки волос, надевает новую блузку с позолоченными пуговицами и шепчется с Лили, глупо хихикая. Робин не воспринимает парней всерьёз. Она такая же, как Барни, к разочарованию Теда и голубков. Заигрывает и оставляет бедолаг с разбитым сердцем. Барни сам помогал ей отшить парнишку ПиДжея с курса младше. — Видел, как ты строишь глазки тому громиле из Гриффиндора. Обычно ты так не стараешься, — замечает он, пока они идут на Изучение древних рун. Робин только пожимает плечами. — Ник мне нравится. Ты видел, какие у него мышцы? Он новый капитан по квиддичу, — мечтательно тянет она конец фразы и посылает ему свою обычную ухмылку, которая на их языке значит "Гляди-ка, мне скоро повезёт". Это глупо. Она слишком заботится о том, что подумает этот Ник. Он, может, и выглядит, как с обложки Пророка, но в остальном — примитивнее камня. Робин может лучше. — Он же тупой, Щербатски, — кривится Барни, на что Робин только закатывает глаза. — Я иду с ним в Хогсмид завтра. Не скучай без меня, лузер.

***

Его голова лежит на её коленях и это лучшее место на земле. Пальцы Робин бездумно перебирают его волосы, и в этом углу слизеринской гостиной никогда никого нет, и они могут просто позависать вдвоём. Барни хочет сказать, что сегодня произошла нелепица: его отшила Жанет с Рейвенкло, потому что думала, что они с Робин встречаются. "Я не хочу быть твоим утешительным призом, Стинсон. Все видят, что ты таскаешься за Щербатски". Он уже открывает рот, чтобы произнести эту бессмысленную шутку, но взгляд цепляется за сведенные тёмные брови и взгляд, который внимательно скачет по строчкам книги, которую Робин держит той рукой, которая не гладит его волосы. Барни бормочет, отрывая её от чтения: — Ты разбила Теду сердце. Робин требуется несколько секунд, чтобы понять о чём он, и ответить. Они часто сплетничают о друзьях, хотя это сложно назвать сплетнями — скорее, обсуждением важных им обоих людей. — Он быстро оправился. На бал он идёт с Викторией. Они подходят друг другу. Он фыркает. Тед и Виктория бесят всех вокруг своими умилительными прозвищами и держанием за руки уже третью неделю. Хотя стоит признать, что Виктория в разы лучше Зои или Карен, с которыми Тед встречался до этого. — Бедняга Тед попал в лапы очередной симпатичной мордашки. А тебе придётся идти на бал одной, не обидно? Они, конечно, могут пойти вместе. Барни уже выбрал костюм и вполне может подобрать к нему бабочку в тон платья Робин. Они часто ходят куда-то вдвоем, это не должно быть странным. Тем более, она, наконец, бросила Ника, потому что классного пресса и обаятельной улыбки оказалось недостаточно, как Барни и говорил ей. — На самом деле, я иду с Кевином из Рейвенкло. Оказывается, он уже месяц собирался с мыслями, чтобы меня позвать. Внутри что-то глухо падает. Друзей не меняют на ботанов. Он бы не поменял её даже на самую симпатичную девчонку из Рейвенкло. Пугающая мысль. — Трус. Робин чуть тянет его за волосы, но после приглаживает. — Это мило. А ты с кем идёшь? С тобой. Без тебя. — Найду кого-нибудь. Она продолжает играть с его сердцем волосами.

***

В конце Святочного бала они оказываются у фонтана, пока Маршалл и Лили "таинственно" скрылись из поля зрения, а Тед цитирует Виктории маггловских поэтов где-то у края танцпола. Голова Робин лежит на плече Барни, и он мог бы сейчас целоваться в Астрономической Башне с Норой, но вместо этого чуть касается носом макушки Робин. — Мне всегда с тобой весело, Щербатски. — Мне с тобой тоже. Он слышит улыбку в её голосе. Она бросила Кевина ради него. Ладно, может, не ради него, а из-за того, что Кевин поразительно нормальный и обычный даже для мага. И он совсем Робин не подходит. Так же, как Ник. Робин такая же классная, как сам Барни. Магически классная. И наверное, это невообразимо глупо, что он хочет поцеловать её сейчас? Но прежде чем он успевает что-то с этим сделать, Робин резко поднимает голову и объявляет: — Это моя любимая песня! И тащит его за собой.

***

У него уходит ещё полгода, чтобы понять — Робин никто не подходит, потому что Барни хочет её только себе. И самое хреновое в этом то, что он не знает, что об этом думает она. Они все стрессуют из-за СОВ, и из-за будущего, и из-за кучи других важных вещей. Робин должна уехать в Канаду на всё лето, и у неё большие амбиции по поводу карьеры. Она может долго говорить о том, как хочет путешествовать по миру, а Барни представляет, что однажды он в этой долгой дороге будет с ней. После окончания Хогварста они все обещают не переставать быть друзьями. Это оставляет горькое послевкусие. Проходит ещё семь месяцев, пока они все не собираются старой компанией по поводу помолвки Маршалла и Лили. Робин немного отстригла волосы и больше не носит бархатных лент в прическе (но использует их как чокер, г о р я ч о). Барни всё ещё хочет её поцеловать. И в этот раз он делает именно это. На улице возле лондонского бара, пока их друзья внутри. Не чувствуя прохладного воздуха и ветра. У Робин тёплые губы, они немного горькие от пива, но это всё равно прекрасно. Нужный момент. Наконец, время играет на руку. — Щербатски, как насчет нового приключения? — Барни прячет нервозность за кривой усмешкой, и Робин повторяет за ним. — Оно будет легендарным. А после целует его так, что остатки сомнений летят к Тёмному Лорду. (Всё начинается не с поцелуя, вовсе нет. Всё начинается с новенькой, которую перевели из Ильверморни).