Жареные гвозди

Пять лет назад, старшая школа Кливленда, штат Огайо… — Что значит руку сломал?! Кейси, твою мать, скажи, что ты шутишь?! В опустевшем после окончания уроков холле на первом этаже, возле расписания внеклассных занятий, двое старшеклассников обменивались тревожными взглядами, пока их третий товарищ безжалостно матерился в свой телефон. — Клянусь, я сейчас приеду к тебе домой и вторую сломаю! — тяжелый кулак впечатался в стену возле пробковой доски, и парень с окрашенным в ярко-красный коротким ежиком зашипел от боли, потряхивая ушибленной конечностью. — Остынь ты, Раф, — вклинился самый низкий и самый молодой из компании — Микеланджело, — Кейси, выздоравливай побыстрее! — парень потянулся было к чужому телефону, но Раф быстро пришел в себя и пригрозил той же рукой, которая недавно атаковала стену. — Это был один из возможных вариантов развития событий. Кейси — хоккеист, он постоянно что-то себе ломает, — с умным видом подметил возвышающийся над своими друзьями русый худощавый парень в очках с толстыми линзами. — Правда что ли?! — передразнил темпераментный товарищ, убирая телефон в карман рваных джинсов и тыкая в доску с расписанием, — лучше придумай, что теперь делать, фестиваль уже завтра, гений! Донателло стушевался, неловко переступая с ноги на ногу. Действительно, заменить единственного гитариста, пусть и такого средненького, как Кейси, за один вечер было практически нереально. Майки задумчиво чесал свой кучерявый блондинистый затылок, рассматривая порядок выступлений на школьном фестивале. — Мы можем выступить без него. Либо отказаться от участия, — со вздохом предложил Донни, рассматривая носки своих строгих коричневых туфель, которые отлично (нет) сочетались с лиловой вязаной жилеткой и серыми брюками, длины которых катастрофически не хватало до щиколоток. — Хера с два, — твердо ответил Рафаэль, сжимая пальцы в кулаки и резко разворачиваясь в сторону лестницы, — пошел он нахер этот Кейси, без него справимся, — раздраженно ворчал парень. Эхо его голоса разлеталось по пустому лестничному пролету. — Мы можем попробовать найти замену. У него не такая уж и сложная партия, — предложил Микеланджело, нагоняя лидера их своеобразного коллектива и дергая того за рукав черной толстовки. — На это нет времени, — отрезал Раф, грубо выдергивая свою кофту из чужой хватки, — нам репетировать надо, а не пытаться научить очередного придурка трем аккордам. Майки обиженно поджал губы, но ничего не сказал, следуя за их другом по направлению к классу музыки. Донни плелся где-то позади, уже позабыв об их общей проблеме и погрузившись в повторение вопросов для грядущего теста по математике. На втором этаже, в правом крыле вдоль по коридору с большими окнами располагались так же компьютерные классы, класс рисования и кабинет музыки. — Это че за хрень? — еще не остывший после новости Кейси, Раф приблизился к стеклянной двери кабинета, который разрешалось использовать в качестве пространства для репетиций. В этой белой до тошноты тесной комнате, и так уставленной инструментами до самой жопы, сидел какой-то парень азиатской наружности с идеально прямой спиной и играл на какой-то странной лопатообразной балалайке. Выражение его бледного лица было идеально спокойным, глаза слегка прикрыты длинными ресницами, а пальцы мастерски порхали по грифу инструмента. Он носил типичную стрижку горшок и ходил вечно в форме, хотя в их школе она была по желанию. Раф видел его пару раз в коридорах, когда сам изредка появлялся в этом образовательном заведении. — Это Лео — ученик по обмену из Японии, — шепнул Майки, который благодаря своему простодушному и веселому характеру знал половину школы, несмотря на то, что это был его первый год как старшеклассника. Даже не особо эрудированный Рафаэль уловил какие-то азиатские мотивы (звукоизоляция тоже была не из лучших), но, видимо, не оценил необычного колоритного звука, и резко ворвался внутрь класса. — Эй, ускоглазый, — проговорил он сквозь зубы, чтобы этот придурок, продолжающий самозабвенно играть, наконец отвлекся и обратил на него внимание, — тут вообще-то расписание висит или ты по-английски не понимаешь? Сейчас наше время. Ученик по обмену тут же засуетился, бросив беглый взгляд в сторону ворвавшихся парней. Он поспешно встал со своего стула, возвышаясь над Рафом где-то на голову точно и, крепко сжимая в руках свой инструмент, уважительно поклонился. — Прошу прощения. Я просто увидел, что класс свободен, и думал… — Думалка заболит. Уже не свободно, так что давай, свисти отсюда, — скривился Рафаэль в ответ на такую приторную вежливость, заходя в класс. — Раф, перестань, — мягко осадил друга Майки и приветливо улыбнулся, — привет, меня зовут Майки, это — Донни, а это — Раф, не обращай на него внимания, он на самом деле неплохой парень. Донни только молча кивнул, не отрываясь от своих конспектов, а Раф, раздвигающий к стенам всякие дурацкие саксофоны и тубы, чтобы расчистить пространство для репетиции, уже хотел было бросить очередную колкость, но блондин его опередил. — Ты здорово играешь! А…что это? — весельчак указал в сторону лопатообразного струнного инструмента в руках ученика, — что-то японское? — А…спасибо, — парень снова согнулся в легком поклоне, чем вызвал очередной тяжелый вздох со стороны Рафаэля, — это сямисэн. И…меня зовут Лео, — ученик по обмену скромно улыбнулся и протянул свой инструмент новому знакомому. На удивление, говорил он без акцента, а вот от привычек, видимо, избавиться не смог. — Оо… — Микеланджело присвистнул, разглядывая лакированный деревянный корпус со всех сторон, — тут всего три струны, представляете? — обратился он к своим друзьям. — Ага, для тебя самое то, — съязвил Рафаэль, вытаскивая из-под стола усилитель и подключая свою гитару. Майки показал старшему язык и снова обратился к Лео, возвращая инструмент своему хозяину. — Ты тоже участвуешь в фестивале? Парень нервно поправил воротник белой идеально выглаженной рубашки и вцепился в свой сямисэн двумя руками. — А, это… Нет, просто играю для себя, — скромно ответил он, плавно перемещаясь к двери. Микеланджело бросил на старших многозначительный взгляд. Донни, уже устроившийся за барабанной установкой у стены, наконец, поднял глаза от тетради и окинул изучающим взглядом этого ученика по обмену. Раф только закатил глаза и фыркнул. — К нашей музыке такие балалайки не подходят, Майк, — бросил парень и для большей убедительности ебанул аккорд, выкрутив мощность усилителя на максимум. Кажется, стены содрогнулись от металлическо-электронного звука, смешавшегося со скрежетом, Дон прикрыл голову и уши тетрадью, бросив раздраженный взгляд на выпендрежника, Майки вздрогнул от неожиданности, а Лео замер в дверном проеме. Он обернулся через плечо, с интересом наблюдая, как Раф наигрывает несколько незамысловатых рифов, а затем все-таки окончательно развернулся и подошел ближе. — На гитаре я тоже играю, — внезапно выдал парень, без спроса снижая громкость до приемлемой для человеческого слуха, чем вызвал молчаливое негодование Рафаэля. — Ну, поздравляю, — хмыкнул темперамент, приглушив струны, — и что ты там играешь? «В траве сидел кузнечик»? Эти глубокие темно-карие глаза прищурились строго и впились в самую душу, но лишь на долю секунды, а затем новенький снова превратился в хорошего азиатского мальчика. — Раф! — снова осуждающе бросил Майки, промаршировав мимо него к стенду с гитарами — там стояла бело-красная электруха Кейси, и бас самого блондина. Микеланджело взял оба инструмента и протянул гитару Лео, снова обращаясь к лидеру группы, — ты хоть представляешь, как нам повезло? Хочешь упустить такую возможность? — Какую возможность? — нарочито громко усмехнулся темперамент, — взять Джеки Чана в команду? Пока парни препирались между собой, новенький без особых проблем подключил гитару к усилителю и проверил звук. Слегка нахмурившись, он принялся настраивать комбик и струны, добиваясь чистого звучания, и даже не заметил, что его новые знакомые резко замолчали, внимательно наблюдая за его действиями. Теперь Майки и Раф вели уже молчаливую борьбу взглядами, в которой первый настаивал на том, чтобы пригласить Лео в группу, а второй, очевидно, все еще сопротивлялся. Когда оба синхронно повернулись к Донни, тот только пожал плечами и принялся тихо настукивать простенький ритм. К тому моменту новенький уже разогнулся и вступил с импровизированной мелодией, с легкостью подстраиваясь под Дона. Майки едва сдерживался, чтобы не запищать и не запрыгать от радости. Раф удивленно выгнул бровь, но тут же перехватил свою гитару поудобнее, хмуро глядя на длинные изящные пальцы, порхающие по грифу так, будто это было самой простой вещью в мире. Спустя несколько секунд темпераменту все-таки удалось поймать момент и вступить с ритмичным боем, чтобы не прерывать основную мелодию в руках Лео. Легкая улыбка заиграла на уголках губ Донателло в ответ на восторженный взгляд со стороны младшего, и барабанщик принялся наращивать темп, чтобы добавить огоньку. Парни не отставали, изредка переглядываясь между собой — каждый импровизировал по-своему, но звучали они все равно хорошо, что, на самом деле, было редкостью. До этого Майки, Дон, Раф и Кейси месяцами репетировали и беспощадно ругались, чтобы добиться хоть какого-то взаимопонимания и сносного звучания. — Ребята! — наконец не выдержал блондин. Импровизационная игра стихла, и все уставились на него, — это. Просто. Полный. Улет! — воскликнул весельчак и, расчувствовавшись, приобнял новенького за плечи и немного потряс. На ярко выраженных скулах Лео выступил легкий румянец. Он поспешно снял ремешок гитары и, избегая, почему-то, внимательного изучающего взгляда Рафаэля, поставил гитару обратно на подставку. — Это вас в Японии что ли учат так шпарить? — усмехнулся Раф, отлепляясь лениво от стены. На его языке это означало: «Да, ты крут, признаю». Лео замер, задержав пальцы на грифе, и неуверенно кивнул. — Старшая сестра научила. — Ты сыграешь с нами на фестивале, Лео?! — перешел сразу к делу Майки, следуя за новеньким по тесной комнате по пятам с немым обожанием во взгляде. Раф закатил глаза, но выдохнул с облегчением, что не ему самому пришлось задавать этот вопрос. — Я… не уверен, что у меня получится, — с неловкой извиняющейся улыбкой повернулся парень. Лидер группы заметно напрягся, скрестив руки на груди. — Ну пожалуйста! Пожалуйста-препожалуйста! — заныл блондин, цепляясь за чужую рубашку и пытаясь заглянуть в глаза окончательно смущенного ученика по обмену. — Я… у меня… — темно-карие глаза забегали по комнате, новенький явно искал наикратчайший путь к отступлению. — Слушай сюда, узкоглазый, — начал Раф сразу с наездом. Когда большие голубые глаза Майки не работают, обычно он уже подключает силу. — Лео, — неожиданно твердо прервал его парень. — Че? — переспросил лидер группы, рывком снимая с плеч гитару. — Мое имя — Леонардо, — спокойно повторил новенький, но его пальцы на обеих руках сжались в кулаки. — Да хоть Микки Маус, — скривился Раф, игнорируя попытки младшего нашептать что-то ему на ухо, — играешь завтра с нами. И точка. — Это для нас очень важно, Лео! — снова встрял блондин, тормоша зачем-то лидера группы за плечо, — для Рафа особенно! Майки громко ойкнул от неожиданно прилетевшего подзатыльника и посмотрел обиженно на старшего. — За участие в школьном фестивале дают дополнительные баллы к итоговой оценке, — подперев подбородок рукой буднично сообщил Донни, все это время с интересом наблюдавший за развернувшимся перед ним шоу. — Да всем похер на эти… — хотел было отмахнуться Рафаэль, но решительный ответ новенького резко оборвал его фразу. — Я в деле.

***

День фестиваля, старшая школа Кливленда, штат Огайо… Лео репетировал со своими новыми знакомыми чуть ли не до самой ночи, пока охранник не погнал их всех из школы ссаными тряпками. Выбранная композиция оказалась несложной — кавер какой-то попсовой песни, переделанной под рок. Раф пару раз дал петуха, нагнал на новенького по поводу ритма и покрыл Майки четырехэтажным матом за рассеянность, но в общем и целом, звучали они неплохо. Лео вздохнул, перехватывая поудобнее лямку своей сумки. Он топтался на одном месте в спортзале, куда уже начали подтягиваться остальные ученики — зрители и участники фестиваля. Он старался держать себя в руках, но глазами искал знакомую ярко-красную голову. Чем больше становилось вокруг народу, тем чаще начинало стучать сердце. Парень перевелся в эту школу в середине учебного года, что и так усложняло поиск друзей, а предстоящие экзамены по незнакомой программе, гонка за дополнительными баллами, грядущее поступление и семейные заморочки давили на плечи десятитонной глыбой. Участие в каком-то фестивале вечером субботы, который он мог потратить на учебу, совсем не входило в его планы. — Лео! Новенький обернулся на знакомый высокий голос, чтобы увидеть, как Майки с широкой улыбкой активно машет ему рукой с лестницы. За ним снова чем-то недовольный Рафаэль тащил все три гитары, а Донни даже здесь не расставался с учебником. Лео слегка стушевался, приветствуя компанию, сдерживая желание поклониться. Все они были одеты соответственно жанру их музыки — те же рваные джинсы Рафа и свободная майка, демонстрирующая накаченные плечи и руки, серьга-кольцо в ухе и цепь на шее; Майки тонул в слишком большой черной джинсовке с нашивками и каким-то явно самодельном рисунком на спине, даже у Дона нашлась где-то косуха, совсем не сочетающаяся с его образом, но тем не менее. А Лео… что ж, его гардероб, мягко говоря, не пестрил разнообразием, да и с собой из Японии он взял лишь малую часть одежды, поэтому в своих строгих брюках и классической белой рубашке выглядел он немного…иначе. — Готов? — оценивающе осматривая его с ног до головы бросил Раф, когда они спустились в спортзал. Лео коротко проморгался прежде чем оторвать взгляд от напряженных мышц собеседника и кивнуть, покрепче сжимая лямку своей сумки. — Помочь? — внезапно опомнился новенький, уже протягивая руку. — Не, — Раф мотнул головой и даже не бросил ни одной колкости. Может он и пытался выглядеть крутым и безразличным, но волнение мелькало в прищуренных изумрудных глазах. — Пойду отнесу в подсобку, — буркнул вокалист и удалился в сторону раздевалок. Лео проводил его спину нечитаемым взглядом. Кто-то случайно толкнул его в бок — народу прибавлялось. — Так чтооо, — протянул Майки, перекатываясь с носков на пятки, — готовы зажечь сегодня?! Без особого энтузиазма Донни оторвал взгляд от своего чтива и показал знак козы. Лео скованно кивнул, озираясь по сторонам, чтобы не столкнуться ни с кем снова. — Да ладно вам, парни! — со вздохом закатил глаза блондин и, схватив обоих за рукава, потянул куда-то в сторону, — это наше первое реальное выступление, а вы себя так ведете! — Это просто школьный фестиваль, — возразил Дон, покорно позволяя тащить себя к автоматам с напитками и снэками. — Погодите, вы до этого ни разу не выступали? — удивился Лео, растерянно глядя на кудрявый затылок Майки. — Неа, — весельчак обернулся с лучезарной улыбкой, — это так волнительно! Вся старшая школа услышит нас! Лео нервно сглотнул, оттягивая воротник своей рубашки. Вдруг, его руку отпустили — Майки резко умчался куда-то вперед, заметив, видимо, кого-то из своих знакомых. Новенький остался вместе с барабанщиком возле автоматов, беспомощным взглядом наблюдая, как блондин напрыгивает со спины на какую-то рыжеволосую девушку. — Он…энергичный, — прокомментировал Лео, чтобы хоть как-то заполнить неловкую тишину. Дон явно был полной противоположностью — тихий и спокойный, как удав, практически безразличный ко всему происходящему вокруг вероятнее всего из-за недостатка сна, об этом говорили, нет, просто кричали глубокие мешки под глазами. — Ага, — пресно согласился барабанщик, ненадолго задержав свой взгляд на подруге Майки, заказывая себе кофе в автомате, — ты будешь? — Нет, спасибо, — Лео вежливо покачал головой, предполагая, что, если сейчас он что-то выпьет или съест, все это непременно выйдет наружу во время выступления. Машина громко зашумела, запахло химозным растворимым кофе. Донни пожал плечами и оперся спиной о стену, с пластиковым стаканчиком в руке. Разговор никак не клеился, из-за чего Лео с каждой секундой хотелось провалиться сквозь землю все сильнее. Ну не умел он заводить друзей. Был у него один, Усаги, но они уже давно не общались. Хотя бы на сегодня, на один вечер, он хотел почувствовать себя обычным старшеклассником, но даже здесь ничего не выходило. Хотел бы он быть таким же, как Майки — беззаботным, открытым, позитивным, ну или на крайняк, как Раф, которого, кажется, совсем не парит чужое мнение. — Прохлаждаетесь? Лео вздрогнул, выныривая из своих мыслей. Раф усмехался, стоя перед ними и по-родственному обнимая за плечи Майки, который не затыкаясь болтал с другой компанией учеников. Вокалист без спроса выхватил стаканчик из рук Дона и прикончил остатки ядреного двойного эспрессо одним глотком. — Эй, — нахмурился барабанщик, скрестив руки на груди. — Я твою установку таскал, — поморщившись сказал Раф, предупреждающе тыкая друга в грудь пальцем и возвращая пустой стаканчик, — заслужил, считай. Лео слабо улыбнулся уголками губ, чувствуя себя совершенно лишним. Дон только закатил глаза, собираясь уже вернуться к автомату за второй порцией жидкой бодрости, но лидер группы крепко схватил его за плечо. — Хватит с тебя, — мрачно фыркнул он и, скрестив руки на груди, осмотрел всех троих парней, привлекая внимание Майки грубым тычком в бок, — тут это, кое-какие изменения произошли. Короче, мы выступаем первые. Другие два состава отказались от участия, так что мы, вроде как, открываем это говно-шоу. Глаза Лео округлились, взгляд метнулся в сторону импровизированной сцены под баскетбольным кольцом, куда тренер-учитель физкультуры уже выносил их инвентарь, а ведущий фестиваля, учитель литературы и английского, готовился давать вступительную речь. Спортзал заполнился до самых краев тысячами голосов — подростки рассеялись по лавкам и ступенькам лестниц, кто-то облюбовал место на полу, постелив маты. — И хорошо. Быстрее начнем — быстрее закончим, — коротко кивнул Донни, поправив очки на переносице. — Ребят… — неловко позвал Лео, потянувшись к предплечью вокалиста, чтобы привлечь к себе внимание, но его голос заглушил другой — громкий, хрипловатый и нарочито низкий. — «ЖАРЕНЫЕ ГВОЗДИ»! — раздалось внезапно на весь спортзал. Все резко обернулись — к их компании стремительно приближался суховатый, но широкоплечий парень с гипсом на правой руке, в черной, порванной местами жилетке на голое тело и с банданой на голове. Его широкая улыбка демонстрировала выбитый передний зуб. — Кейси! Кейси! — вторил воплю незнакомца блондин, чуть не сбивая несчастного с ног и сгребая в крепкие объятия. — Ауч, ауч, ауч, рука, моя рука, Майки, — зашипел от боли парень, однако с силой потрепал кудрявые волосы. — Ты че тут забыл? — вскинув подбородок грубо бросил Раф, но уже через секунду жал бывшему гитаристу здоровую руку. Майки замотал головой, пытаясь привести растрепанные кудри в порядок. Дон без особого энтузиазма кивнул Джонсу в знак приветствия и принялся помогать блондину с прической, но его длинные пальцы только запутались в образовавшихся узелках. — Да так, хочу посмотреть, как вы без меня опозоритесь, — хмыкнул Кейси, переводя вопросительный взгляд на Лео, — че как? — Да, посмотри, как этот узкоглазый раздает, может научишься чему, — фыркнул Раф, прежде чем Лео успел сказать хоть слово, толкая новенького плечом. — Я — Лео, — растерянно произнес парень, пожимая протянутую руку и игнорируя на этот раз очередной расистский выпад со стороны лидера группы. — Воот как, — протянул хоккеист притворно-обиженным голосом, — после всего того, что между нами было, Раф… Темперамент уже облизнул засохшие губы, чтобы ответить что-то язвительное или вообще врезать легонько для профилактики, но рыжеволосая девушка, с которой до этого болтал Майки, материализовалась откуда-то из толпы и подхватила Кейси под локоть. — Я, конечно, не хочу вас торопить, ребята, но шли бы вы к сцене. Скоро начнется, — уперев руку в бок строго сказала старшеклассница с бейджиком организатора на желтой кофте, — привет, Лео, — смягчив тон поздоровалась она и помахала рукой. Со сцены действительно уже доносился мелодичный голос учителя английского, приветствующий всех собравшихся и желающий весело провести время. — Так точно, госпожа менеджер! — отсалютовал Майки, резко выпрямившись — благо Донни успел вовремя высвободить свои пальцы из плена кудрявых волос. Ведущий неуверенно представил, мягко говоря, странное название группы и песню, однако спортзал наполнился поддерживающими аплодисментами. Майки выскочил первым, взлетев по небольшим ступеням, как ужаленный в одно место, и принялся всех приветствовать, махать руками и отправлять воздушные поцелуи. — Ты че там застрял? Лео отмер и обнаружил себя сбоку под сценой с трясущимися руками и раздраженную физиономию Рафа перед собой. Когда чужие руки внезапно потянулись к его шее, Лео инстинктивно отпрянул назад, округлив глаза. — Че такой дерганный-то? Волнуешься что ли? — вопросительно выгнул бровь лидер группы, упрямо приближаясь к новенькому и самовольно расстегивая верхние пуговицы белой рубашки. — Если… честно… — попытался выдавить из себя обомлевший от такой внезапной близости Лео. — Не парься, — хмыкнул Раф, беззастенчиво оголяя бледную кожу еще на несколько сантиметров, — остальные номера — это гребаная чечетка, толстяк со скрипкой и чтение сонетов Шекспира. Мы — лучшее, что эти говнюки услышат за сегодня, — обнадежил Рафаэль, и, довольный своей работой, похлопал парня по плечу. Вокалист расслабленно кивнул в сторону сцены, где Майки все еще самозабвенно развлекал толпу, но этот театр одного актера уже начинал надоедать требовательной публике старшеклассников. Медленно выдохнув Лео коротко кивнул в ответ, чувствуя небольшой прилив уверенности, и зашагал следом за Рафом.