Близится рассвет

Врятли кто-то из демонов, живущих в сумраке мог представить какого это быть человеком – слабым, беззащитным и безумно прекрасным. Лука понял это только после того как встретил Юки, чье воплощение он мог бы сравнить с красотой цветка, которым восторгаешься поневоле. Опаст ни на миг не пожалел о том, что бросил опостылевший долг ради желания защищать ее, но и не заслуживал слов благодарности, которые произносили ее губы. Стало меньше стычек между кланом Гио и псами Рейги, но Лука знал, что благодарила его Юки вовсе не за это. Не поэтому она водила пальцами по высеченным крестам на его предплечье, не поэтому, когда никто не видел, прижималась к его груди, словно маленький зверек к своему богу защитнику. По ее словам она нашла то, что и не мечтала найти, что на поле боя встретила того, с кем оказалась готова соединить свою судьбу и слова благодарности относились именно к этому – к мирному небу над головой и широкой ладони опаста, нежно касающейся ее пальцев. Поместье неохотно впускает бывшего врага в свою обитель, но слова Такахиро - закон, который к вящему изумлению стражей позволил предателю своего вида поселиться под их крышей. Лука не доверял этому человеку, но видел, что глава клана Гио просто не мог отказать из-за сулящих перспектив использования силы высшего демона и во многом просящего взгляда Юки, которая когда хотела могла добиться желаемого не говоря ни слова. Окно ее комнаты выходит на цветущий сад, в это время погруженный в сон до следующего утра. Луку мало интересует мир людей, но даже он мог бы назвать красивым раскинувшиеся под балконом кусты пионов, чей запах проникает даже сквозь слегка приоткрытую створку оконной рамы. Светит полная луна и в этот миг стон девушки сжавшейся на своей постели заставляет опаста отвлечься от своих мыслей. Лука подходит к ее постели и даже пряди волос закрывшие ее глаза не могут скрыть дорожки слез, бегущие по щекам. Демоны почти не спят, им не знакомо слово кошмар, но люди более хрупкие, более нежные создания. Когда Юки снятся жестокие реалии войны, Лука не хочет ничего больше, кроме как избавить ее от этих видений навсегда, если бы он еще знал, как это сделать. Опаст убирает влажную челку с ее лба и прижимается губами к виску, шепча: - Я рядом, Юки. Ладонь находит ее пальцы, кажущиеся слишком тонкими для его руки, и опаст сжимает их крепче, впитывая дрожь ее тела от страха и увиденных во сне видений. Вскоре девушка открывает глаза, она уже почти не дрожит и не плачет, только хочет убедиться, что это не очередной сон – самый лучший на самом деле, где дорогой ей человек проводит ночи у ее постели и дарит нежность, способную победить тьму, которую она хранит в своей памяти. Он шепчет: «Не бойся…» - Лука, - ей вновь хочется заплакать от обуревавших душу чувств. Ночная рубашка сбилась, оголяя ее ключицы, но Юки преисполненная решимости даже не думает ее поправлять, когда переплетает пальцы с демоном, который способен говорить такие ласковые слова. Если на свете и существовал мужчина, которому она могла себя доверить, то это был бы Лука. Юки всегда чувствовала благодарность к тем, кто был к ней добр, но в случае с Лукой дело вовсе не в благодарности – ведь ее сердце бьется, как заведенное, когда его взгляд касается ее обнаженной кожи, которая впервые за все прожитые воплощения хочет ощутить, что значит быть женщиной. Его женщиной в первую очередь. - Ложись со мной, - просит она впервые, на что получает лаконичный ответ: - Демонам не нужно спать. – Отвечает он. - Тогда просто полежи со мной рядом, это меня успокоит. Это отнюдь не приказ, Юки не способна приказывать, но Лука все равно чувствует, как ее желание переплетается с его желанием, и он покорно забирается под одеяло, скинув обувь, и устраивает голову на соседней подушке, так и не отпустив ее руки. От Юки пахнет так же сладко, как пахнет мед, который она уговорила его попробовать накануне. Аромат цветка, который боишься сорвать и уничтожить ту красоту, которую он нес в этот мир своим цветением. Лука слышит стук ее сердца, которое частит, когда Юки прижимается ближе. Даже когда она смотрит на него, даже когда упрямство в ее глазах становится сильнее, она не отступает, но ждет того, что сделает Лука в ответ на их обоюдное желание. И дело вовсе не в благодарности, потому что ее губы касаются его губ, как крылья бабочки, чье порхание оставляет едва уловимый след. И Лука тянется в ответ, желая ощутить это еще раз, сжимая ее талию сквозь тонкую ткань. До рассвета есть еще уйма времени, чтобы позволить себе быть безумными, но Лука знает, что огонь, который полыхает в человеческой душе намного сильнее того огня, который мог бы хранить в себе демон. Юки – прекрасный цветок, подставляющийся под поцелуи, а Лука – демон, для которого ее прикосновения ощущаются наиболее остро, чем когда бы то ни было. Если на свете и существует любовь, то это именно она, - понимает опаст и отдается навстречу ощущениям, даря в ответ столько, сколько способна его душа. Близится рассвет, и никто не спросит, чем они занимались ночью, даже когда Юки будет зевать на общем собрании, а в памяти Луки навсегда останется фраза, выжженная под кожей, которую сказала ему эта хрупкая юная девушка. «Я никогда не жалела, что встретила тебя…» «Лука, я люблю тебя». - Я тоже люблю тебя, Юки. Он готов повторять эту фразу столько раз, сколько бы она ни пожелала. Ведь эта фраза - искреннее признание, которое принадлежит лишь им двоим.