Во лжи

Небольшой белый кружочек света, появившись дали, начал быстро приближаться. Веки распахнулись. И тут же закрылись из-за невыносимо яркого света, обещавшего выжечь глаза. Даже сквозь веки он невыносимо ярко светил. Сжав все свои силы в кулак, я попыталась сесть на кровать. Оказалось-это было намного легче чем представлялось ранее. Мышцы почти не болели, лишь слегка покалывали, как от долгого сидения на одной ноге. Видимо обезболивающие наконец начали работать. Глаза начали потихоньку привыкать к свету и теперь их даже можно было приоткрыть, не боясь за их сохранность. - Начали вырисовываться силуэты предметов вокруг. Очертания железного изножья кровати и небольшой белой тумбочки около нее. На всю стену располагалось большое окно в деревянной оправе из которого свет лил прямо в лицо. - Оконный свет перестал казаться таким ослепительным, и теперь вся комната предстала пред моим взором. Небольшая,всего с одним окном и одной дверью, выходящей отсюда. В итоге поместилось всего четыре железные койки с таким же количеством маленьких тумбочек. Моя располагалась у двери, с изножьем, направленным прямо к окну, благодаря чему солнечный свет из окна светил прямо в лицо. Что не очень-то и радовало. - Были заняты еще две кровати. По крайней так мне показалось с первого взгляда. На койке, стоявшей параллельно моей лежала та самая кучерявая дама и была увлечена содержимым некой книги. Стена у ее кровати была вся раскрашена различными рисунками и украшена постерами. С потолка свисали ловцы снов, различные ракушки, разноцветные флажки и разнообразные приблуды, которые обычно весят на входе в магазин и звенят при открывании двери. Кровать ее тоже была завалена большим количеством разнообразия в виде: наваленной одежды, кучкой пестрых одеял, ползучих лиан, стопок книг и журналов, свечами,мотками с нитками, игрушками и фигурными бутылками, наполненными какой-то цветной жижей. Было удивлением как это все помещалось на маленькую, одноместную кровать. Хотя по различным моткам пряжи, мелкому мусору и большому количеству горшков с цветами, находящимся у койки на деревянном паркете стало понятно, что все всё-таки не может уместится на одной кровати. Тумбочка рядом с кроватью была не меньше завалена разным хламом, да так, что ее саму почти не было видно.Проступали лишь цветные уголки, от белого старого оттенка не осталось и следа. Этот небольшой уголок был, пожалуй,единственным ярким в этой палате. Остальные стены и потолок были окрашены в белый. Оставшиеся койки никак не отличались от той на которой находилась я,такие же серые железные и скрипучие. На одной из них в углу лежал еще кто-то, но он отвернулся к стене и накрылся вязаным одеялом. Видно его совсем не было,но вещей у него точно было меньше чем у дамы. На тумбочке лежало лишь пару яблок, несколько журналов и какие мелочи. На кровати парочка журналов и книг.Оставшееся койка в другом углу по-видимому была свободна, так как на ней небыли никаких веще указывающий на пребывание каких-то людей на ней. Не было ни одеял,ни наволочек лишь одна подушка треугольником в углу. Немного кряхтя отодвинула одеяло и села на край кровати. Там стояли белые тапки. По виду самые дешёвые и неудобные, но другой обуви по близости не было и пришлось одевать их. С небольшим усилием удалось встать, мышцы загудели, в глазах начало темнеть. Чудом удалось удержать равновесие благодаря изголовью. Спустя несколько секунду же зрение вернулось и теперь можно было заделать несколько шагов не боясь напороться на что-то. Дойдя до двери шаркающей походкой уже собиралась открыть старую потрескавшуюся белую дверь как услышала с кровати дамы голос, обращающийся видимо ко мне. - Мисс прошу прощения, но вам не стоит выходить отсюда. Это не безопасно, разные люди здесь ходят. Вдруг забредете еще в плохую компанию. Последствия могут быть необратимы. Скоро должна прийти медсестра она вам все расскажет, отдаст нужные лекарства и поставит капельницу. Вам вообще не следовало вставать, швы могут разойтись, а это бывает довольно болезненно. Лучше прилягте не напрягайте организм. – голос звучал доброжелательно, но сидеть и ждать каких-то медсестер сейчас хотелось меньше всего. И оказаться в плохой компании не очень-то и пугало. Не в том возрасте уже. Да и это же больница, какие еще компании с необратимыми последствиями. Все казалось сном, мутным и непонятным сном. Обычно после таких снов просыпаешься посередине ночи с полной дериализацией. Хотелось уже проснуться. Кучерявая дама еще что-то бубнила про ползучих и опасных тварей и этот сон стал еще больше непонятным. Голова опять начала болеть из-за бубнежа тетки. Я быстро опустила железную, затертую ручку двери. В спешке вышла в коридор закрыв дверь, из палаты перестали доносится речи. - Коридор темный, прохладный и уходил куда-то в даль. Палата, в которую меня поселили находилась почти в самом конце коридора. После нее была лишь одна дверь. Напротив моей палаты и дальше тоже находилось двери. Практически все они были пёстрыми и разукрашенными, с разными листовками и надписями. Некоторые были большие некоторые поменьше. Все стены же были обклеены листовками с. - «ПРИХОДИТЕ ВЫ В НАШ КЛУБ, БУДЕТ РАД ВАМ ДРУЖНЫЙ КРУГ». - «Ул. Художников №33» Это единственное что удалось распознать на первой попавшейся листовке. Там что-то еще было накалякано, но понять, что не представлялось возможным. Почему вообще в больнице висят листовки. И ими были обклеены все стены. Оставался чистый лишь потолок. Даже на полу валялись они. Ноги пошаркали по деревянному и скрипучему паркету. Глаза осматривали коридор и цеплялись за броские заголовки. - «СЕНСАЦИЯ. ОН ВИЖИЛ. Наш всеми уважаемый…» - «КЛУБ УЖАСОВ ПО ЧЕТВЕРГАМ В…» - «МЫ БУДЕМ ВЕЧНО ПОМНИТЬ…» Листовки были наклеены друг на друга. Создавалось такое впечатление что читаешь случайные страницы из газет. И страниц этих было невыносимо много. Если засесть и попытаться прочитать их все, то это точно затянется на лет пятнадцать. Так еще и кукуха поедет от такой литературы. Большинство были написаны вручную, корявым, в редких случаях аккуратным почерком. С ярко очерченными заголовками чтобы привлекали внимание.