Собрать из осколков

      Кап-кап. Сколько уже прошло времени? Кап-кап. День и ночь определить в Водной тюрьме невозможно. Может, это тоже одна из извращённых пыток этого зверёныша? Слишком гениально для него. Пока что этот Шэнь ничего, кроме кровяных паразитов и вырывания ногтей, не получил, но все впереди.       Тяжелая дверь громко хлопнула, но непривычно громко. Это "громко" было тише обычного. Полу-демон всегда приходит шумно, чтоб заключенный сразу понимал, что близится так называемый "час расплаты". В этот раз и шаги были тише.       Шэнь Цинцю поднял голову, неприятно звеня цепями. Вместо черных одежд, что стоили по меньшей мере нескольких торговых городов, он увидел нежно-лиловое свободное ханьфу. Оно показалось ему смутно знакомым. Подняв взгляд выше, бывший лорд Цинцзин увидел вуаль - визитную карточку девы Лю, Лю Минъянь. - Я хочу знать, почему ты убил моего брата. - На строгом непроницаемом лице не было ни намека на эмоции, однако для искусника в сокрытии своих чувств Шэнь Цинцю не представляло труда увидеть бушующее пламя в глазах девушки. - Если отвечу, исполнит ли дева Лю одну просьбу этого старика?       На лице девушки отразилось сомнение, но, подумав, она кивнула. - В пределах возможного. - Разумеется.       Девушка немного успокоилась и вцепилась в горного лорда выжидающим взглядом. - Если пик Цинцзин еще не сожжен, найди в моей спальне возле зеркала фальшивую половицу, под ней сундук, там ты найдешь все ответы. - Почему не скажете прямо? - Ты мне не поверишь. Мне никто не поверит. Даже я сам. - Что вы за это хотите? - Когда найдешь, ты поймешь.       Не произнеся больше ни слова, девушка кивнула и поспешила скрыться.

***

      Добраться на Цанцюн оказалось сложнее, чем Лю Минъянь думала. Ло Бинхэ, словно что-то почувствовав, навещал ее чаще обычного. Пришлось поскупиться принципами и соврать о приглашении наставницы. На удивление, это сработало. Немудрено, ведь она сестра благородного бога войны, славящегося своим честным именем. Лю Минъянь действительно навестила Ци Цинци и остановилась в своей прежней комнате.       Поздней ночью Лю Минъянь отправилась на Цинцзин. Преодолеть Радужный мост и бамбуковые леса оказалось просто. Без лорда Цинцзин многие ученики расслабились и совсем забросили обязанности патруля, хотя времена явно были не спокойные. Однако пробраться в Бамбуковую хижину было сложнее. В окне все еще горел свет. Мин Фань, главный ученик Шэнь Цинцю, старательно занимался отчетами и проверкой заданий. Было видно, как он устал, но продолжает верить в лучшее. Вероятно, он единственный до сих пор верит в невиновность своего учителя.       Лю Минъянь, пользуясь советом своей демонической подруги, использовала на окне в спальню талисман для взлома. Окна послушно распахнулись. Немедля, девушка достала еще один талисман, на этот раз заглушающий все звуки, и примастила его на дверь. Теперь можно приступать к поискам.       В комнате лорда Цинцзин Лю Минъянь никогда не была, а потому осматривалась с неподдельным интересом. Хоть красоты мебели было не занимать, помещение ощущалось пустым. Даже каким-то забытым. Забытым своим хозяином.       Лю Минъянь подошла к зеркалу и опустилась на пол, постукивая по деревяшкам. Нашла. Действительно тайник. Для чего горному лорду в собственном доме что-то прятать? Неужели настолько не доверял своему окружению? Схватив небольшой сундук, девушка поспешила вернуть все на свои места, а затем так же незаметно покинула покои через окно. Сундук пришлось прятать в цянькунь, хотя тот с трудом туда поместился.       Девушка так же тихо вернулась в свой ученический домик и снова навешала талисманы тишины. Мало ли, что она там найдёт. Одну из стоящих на рабочем столе свечей Лю Минъянь зажгла и взяла в руки.       Сев на пол, девушка поставила свечу рядом с собой, достала сундук и решительно его раскрыла. Бумаги. Много бумаг. Какая-то лента, запасные наручи Лю Цингэ. Это становится интересно.       Девушка достала все бумаги и отделила от них документы, отложив в сторону. Они ее интересовали меньше всего.       Схватив первое попавшееся письмо, лишь мельком на него взглянув, девушка обомлела. Почерк. Это почерк ее брата. Глаза остекленели, а текст стал размытым. Закрыв рот рукой, Лю Минъянь подавила всхлип. Лишь спустя несколько мгновений ее взгляд прояснился. Письмо ее брата лорду Цинцзин. Хотя назвать это письмом было сложно - скорее, записка. Краткость в словах - черта, которой славился ее брат.

"В окрестности реки Ло появился саблезубый волк, привезу тебе его шкуру. Вернусь через неделю."

      Обычное короткое послание, но если знать характер лорда Байчжань, это было ласковое прощание с обещанием сувенира. Так с врагами не общаются.       Другая записка отличалась. Она не была написана одним почерком. Словно ее поочередно передавали друг другу, чтобы общаться без слов.

"

"Глава странно на нас смотрит"

"Это потому что ты со мной не споришь"

"Зачем мне спорить, если я согласен?"

"Ты? Согласен со мной? Что-то новое"

"Я не ищу спора ради спора"

"Зато ищешь битву ради битвы"

"Свободен вечером?"

"Планировал спуститься в город"

"Опять? Чем я плохая подушка?"

"Твоя игра на цине ужасна"

"Могу сыграть на флейте"

"Как вульгарно"

"

      Этой письменной перебранки Лю Минъянь не поняла, однако уверилась, что не такими уж и врагами были лорды. Возможно ли, что они дружили? Возможно ли, что у них была очень своеобразная дружба? Гуй их знает. Чтобы успокоить свои нервы, Лю Минъянь потянулась к следующей записке.

"Я отправляюсь на длительную миссию. Возможно, вернусь через полгода или больше. Взял твою ленту и оставил свою."

      Взгляд заклинательницы опустился на отложенную в сторону ленту. Брат всегда использовал для волос ленту, но аккуратно убирал ее под заколку, чтоб не мешала. Вероятно, поэтому даже с подсказкой от лорда Цинцзин она не смогла узнать ее. Лю Минъянь прикоснулась к вещи кончиками пальцев и пропустила через нее слабый поток ци. Заклинания Байчжань. Неужели, это действительно лента ее брата? Почему брат хотел взять с собой на миссию ленту Шэнь Цинцю? Почему лорд Цинцзин сохранил ленту Лю Цингэ в своём тайнике как самое дорогое сокровище?       Следующий лист был рисунком с изображением лорда Байчжань во время тренировки. Голый торс, покрытый потом, развевающийся на ветру хвост, руки, сжимающие Чэнлуань. Как творческая натура девушка точно понимала, что в рисунок вложен не просто природный перфекционизм лорда Цинцзин, но и величайшая нежность.       На глаза девушки снова набежали слезы. Видеть брата, хоть и нарисованного, спустя столько лет было больно.

"Я слышал, ты отправляешься в пещеры Линси в длительную медитацию. Я тоже туда собираюсь, но ненадолго и немного позже. После того, как выйду, передам через Мин Фаня письмо с подарком к тебе на пик. После пещер я буду готов сообщить о нас, так что можешь не переживать."

      Лю Минъянь перечитала последнее предложение несколько раз. Потом еще раз. И еще. "После пещер...". "Сообщить о нас...". Правда внезапно стала такой очевидной, что не засмеяться стало невозможно. Ее брат и Шэнь Цинцю... Спустники на тропе совершенствования. Невероятно.       Следующее письмо было написано тем же изящным почерком лорда Цинцзин, но вместо свойственной лорду Тихого пика воздушности иероглифы получались тяжёлыми, словно за каждое слово он получал удар розг.

"Я не смог. Ты больше не прочтешь моих писем, а я твоих. Я видел во взглядах лордов, что они считают меня убийцей. Даже в глазах Юэ Цинъюаня. Может, так и есть. Ты просил меня говорить прямо и бороться за свою невиновность, но я не хочу. Больше не хочу. Надеюсь, мой конец тоже близок."

      Сорвав с себя вуаль, Лю Минъянь отползла в противоположный угол, подальше от сундука и тяжелой правды внутри. Они с Шэнь Цинцю были едины в своей скорби, но по нелепой ошибке оказались по разные стороны баррикад. Из-за своей слепоты и жалкой мести ей пришлось отказаться и от себя, стать женой в демоническом гареме. Она предала брата. Не Шэнь Цинцю. Она.       Остальные бумаги были посвящены делам пика. Кроме нескольких.

"В этом месяце посетил Красный павильон на 7 раз меньше, чем обычно. Оставил 70 духовных камней. В следующий визит нужно оставить еще 30 сестрице Цянь, ей осталось совсем немного до выкупа."

"В этом месяце посетил Красный павильон 13 раз. Оставил 200 духовных камней. Надеюсь, им хватит на аренду охраны."

      Что это все значит? Кажется, в одной из записок что-то об этом говорилось. Лю Минъянь стала перебирать переписку двух лордов и, наконец, нашла. "Чем я плохая подушка?". "Подушка". Подушка. Не мог же взрослый мужчина ходить в бордель, чтобы спать? Это ведь абсурд.       Утерев слёзы, девушка приняла решение. Она должна помочь лорду Цинцзин. Не ради самого Шэнь Цинцю. Этого бы хотел ее брат. Для начала следует обсудить все с наставницей и главой Юэ.       За окном была глубокая ночь. И хорошо. Есть время все обдумать.       Схватив со своего стола письменные принадлежности, девушка пронумеровала письма и принялась за анализ. Для начала нужно расставить их в хронологическом порядке. Часть писем не несла в себе никакой доказательной базы, но была подтверждением далеких от вражеских отношений двух лордов. То, особенное, письмо после выхода Шэнь Цинцю из пещер Линси Лю Минъянь отложила отдельно. Отчёты о посещениях публичных домов и короткую переписку во время собрания она отложила в отдельную стопку. Нужно расспросить девушек из борделя. И проверить дом брата.       Облачившись в неприметное ханьфу светло-серого оттенка, Лю Минъянь отправилась в Красный павильон.       Едва березжил рассвет. Город был пуст. Здание публичного дома было последним местом, где планировала оказаться ищущая информацию о смерти брата девушка, но выхода не было. Если ее брат любил его, она не может отплатить несправедливостью. Как последняя из семьи Лю, она сделает все, что в ее силах.       Дверь борделя открыла молодая девушка, не старше самой Лю Минъянь. - Прошу прощения, мое имя Лю Минъянь, я ищу всех, кто может что-либо рассказать о Шэнь Цинцю. Я знаю, что он часто заходил сюда и помогал, но сейчас он в смертельной опасности.       Глаза юной проститутки распахнулись в ужасе, остатки сна исчезли, словно их никогда и не было. - Проходи, я позову тех, кто лучше всех знает нашего А-Цзю. - Спасибо.       От ярких красок павильона блаженств зарябило в глазах. Даже в полутьме они выглядели броско и вызывающе. А от запаха румян хотелось чихать. Ещё три девушки спустились по лестнице. - Что с нашим А-Цзю? - Чем мы можем помочь? - Давайте, для начала я расскажу, кто я, - тихо и вкрадчиво начала заклинательница, - мое имя Лю Минъянь, я младшая сестра Лю Цингэ. - В глазах куртизанок отразилось понимание. - Многие годы я думала, что они враги и что... Шэнь Цинцю убил моего брата.       Наступила тишина, нарушаемая лишь отдаленными тихими стонами с верхних этажей. - Но недавно я узнала, что это не так. И поскольку моему брату был близок этот человек, я хочу защитить его вместо него. - Наш А-Цзю не плохой человек, ему просто не оставили выбора, - начала старшая из них, - я знаю его дольше всех. Я знаю, что он будет зол, что я это рассказываю, но если есть шанс его спасти, то нечего утаивать. Мы все слышали о суде над горным лордом Цинцзин, но надеялись, что все обойдётся. Но раз уж ты обратилась к нам, значит, дело серьёзное. - Шэнь Цинцю сейчас находится в Водной тюрьме. Я видела, что он уже лишился ногтей. Что будет дальше, я не знаю.       Девушки поджали губы и шмыгнули носами, сдерживая слезы. - Я расскажу с самого начала. Шэнь Цзю был рабом. С ним был мальчик, который обещал всегда его защищать, Ци-гэ. Их продали в поместье Цю, - Лю Минъянь вспомнила Цю Хайтан, - хозяин был очень жесток к А-Цзю. Дав своему брату сбежать, чтобы тот поднялся в секту Цанцюн, он взял всю злость хозяина на себя. - У А-Цзю до сих пор шрамы остались от этого изверга! И кошмары жуткие! - Да-да, Мэй-Мэй, не перебивай, - отмахнулась старшая, - так вот, спустя несколько лет Шэнь Цзю не выдержал и убил хозяина. Ци-гэ так за ним и не пришел. Они встретились аж через несколько лет на Собрании союза бессмертных, где А-Цзю себе на жизнь добывал по указке другого изверга, который себя его учителем называл. Он ему еще и меридианы изуродовал. А Ци-гэ-то его главным учеником стал! - Главным учеником? "Ци-гэ" - это Юэ Цинъюань? - громче ожидаемого воскликнула Лю Минъянь. - Он самый! - Кхм-кхм, тогда же мы с А-Цзю и познакомились. Твой брат тогда нам жизни не давал. Пришлось нам самим ему отпор дать.       Губы Лю Минъянь предательски поползли вверх от представленного брата, защищающегося от разъяренных девушек. - А-Цзю, конечно, разозлился, что мы все ему рассказали, но зато через месяц они уже больше не ссорились. А еще через полгода стали парой! - Так они еще тогда начали отношения? - Ага, - мечтательно улыбнулась одна из девиц, - он тогда даже к нам почти не заходил. Так хорошо всё было. - А потом Лю Цингэ умер, - уныло напомнила третья девушка.       Девушки еще некоторое время расхваливали горного лорда, однако, когда по лестнице спустилась статная женщина средних лет, замолкли. - Что у вас тут происходит? - Госпожа, пришла заклинательница, это насчет нашего А-Цзю. - Вот как, - с облегчением поговорила женщина, - тогда ладно. Но через две палочки благовоний завтрак. Не опаздывайте. - Я думаю, я узнала достаточно, мне нужно возвращаться в орден, - с легкой улыбкой, скрытой вуалью, сказала дева Лю и с тяжелым сердцем направилась к двери. - Спасибо вам.       Девушки ободряюще улыбнулись и помахали. - Спаси нашего А-Цзю.       Лю Минъянь спешно вернулась в орден. На пике Сяньшу ее уже встречала Ци Цинци. - А я-то думаю, куда же пропала моя дорогая ученица, - с хитрой усмешкой проговорила хозяйка Сяньшу, - уж не к мужу ли ты ночью бегала? - Учитель, - на глаза навернулись слезы, - учитель... - Минъянь, - растерянно ответила заклинательница и по-матерински сжала девушку в объятиях. Последний раз женщина видела слёзы своей ученицы, когда умер ее брат, лорд Байчжань. - Что же приключилось? - Я... Я... - задыхаясь слезами начала девушка, - я спросила у Шэнь Цинцю про своего брата, он сказал искать ответы в его тайнике... Я... Нашла... Он... Он не убивал моего брата... Они... Они были спутниками на тропе совершествования... - с каждой новой фразой глаза Ци Цинци расширялись все больше, а объятия - крепче. - Я нашла письма, которыми они обменивались... Это почерк моего брата! Я уверена! И лента... Лента Цингэ... - Тише, Минъянь, тише. Успокойся и мы все обсудим, хорошо? Пойдем, я тебе чай заварю.       Лю Минъянь кивнула и позволила увести себя в дом наставницы.       Пока Лю Минъянь говорила и показывала письма, челюсть хозяйки Сяньшу то неприлично опускалась, то сжималась до скрипа зубов. - Чертов Шэнь Цинцю, и ведь даже намёка не дал! И Лю Цингэ туда же! Столько бед можно было бы избежать! - Учитель, что делать-то?       Ци Цинци ласково улыбнулась и погладила девушку по волосам. На мгновение ей показалось, что они вернулись во времена ученичества. - Сейчас я отправлюсь к главе Юэ, а затем мы соберем собрание, ты пойдешь со мной. - Хорошо, учитель.       Спустя шичэнь собрание было в полном разгаре. Ци Цинци кратко изложила все, что смогла узнать Лю Минъянь. - Я хотела бы дополнить слова наставницы, - взяла слово ученица, - я хочу подтвердить слова шибо Шэня о том, что его ученик Ло Бинхэ является Небесным демоном. Эта ученица была ослеплена ненавистью и местью и умолчала эту информацию. - Шичши Лю, - обратился Му Цинфан, - что тебе известно о состоянии мастера Шэня? - Насколько я видела, у него отсутствуют ногти на руках, а так же я уверена, что он опоен кровью Небесного демона. Большего сказать не могу.       Костяшки на руках Юэ Цинъюаня побелели. Лю Минъянь буквально кожей ощущала чувство вины в воздухе. - Демон лишил нас стратега, что дальше? Неуж-то он собирается напасть на главу Юэ? - Вклинился в разговор Вэй Цинвэй. - Единственный, кто может дать ему достойный отпор - глава Юэ. Разумеется, он захочет заманить его в ловушку! - Дорогие товарищи, - тихо обратился Му Цинфан. Несмотря на его тихий тон, все тут же замолкли. Каждый заклинатель обязан уважать того, в чьих руках твоя жизнь. - У меня есть одна идея. Близ горы Байлу растет одно интересное растение, способное воскрешать мертвых.       Глаза Лю Минъянь расширились. - Не спешите так реагировать. Для его выращивания нужны особые условия и время, но... Мы могли бы попробовать. - Поступим так, - твердо начал глава Юэ, - Ци-шимэй и несколько учеников отправится за растением, о котором говорит Му-шиди. Шичжи Лю вернется в гарем и продолжит собирать информацию. В это время я проведу переговоры с храмом Чжаохуа и Тяньи. Если Дворец Хуаньхуа уже стал убежищем демона, нам всем следует быть максимально осторожными. - Ученица Лю, прежде чем вы отправитесь, загляните на Цаньцяо. - Я поняла, - уважительно склонилась девушка. - Кто из демонов уже у него в услужении? - Подала голос Ци Цинци. - Мобэй-цзюнь и Ша Хуалин, остальных я не знаю. Сейчас он занят покорением Демонического царства. Но что насчет шибо Шэня? Когда я с ним говорила, он намекнул, что хотел бы закончить эту жизнь.       Последняя фраза поразила Юэ Цинъюаня как хлесткая пощёчина. Заклинатель поджал губы и что-то для себя решил. - Шиди Му, возможно ли будет вырастить два тела? - Для этого понадобится кровь его или его близкого родственника. - Значит, лобовое столкновение неизбежно... Мы должны быть к этому готовы. Каждый глава должен сделать упор на занятиях фехтования и тактического использования талисманов для своих учеников. На этом пока все.       Главы быстро разошлись, обдумывая новую информацию. В зале собраний остались Лю Минъянь и сам глава. - Глава Юэ, можно вопрос? - Конечно, шичжи Лю. - Почему вы не пришли за шибо Шэнем?       Юэ Цинъюань удивленно уставился на девушку, не ожидая подобной темы разговора. Глубоко выдохнув, заклинатель ответил: - Я не мог. Физически. А когда пришёл, поместье Цю было сожжено. - Пообещайте, что расскажите это шибо Шэню. Девушки в Красном павильоне рассказали, что старейшина Шэнь очень из-за этого переживал. - Я обещаю.

***

      Лю Минъянь вернулась в гарем как ни в чем не бывало. Время текло неумолимо быстро. И вот, наступил тот самый день. Ло Бинхэ отправился на очередное сражение, покинуть которое было равноценно поражению. Пришлось сильно рисковать и терпеть неуёмный сексуальный аппетит полудемона, чтобы добиться хоть крохи информации. Операция по спасению Шэнь Цинцю в действии.       В час быка Лю Минъянь при помощи ци активировала талисманы, распыляющие сонный отвар Му Цинфана. Для заклинателя сон будет длиться не более нескольких шиченей, а вот для демонов не меньше суток. Над этим средством лорд Цаньцяо работал долгие годы - и оно принесло свою пользу. Дворец медленно погрузился в сон. Дева Лю сожгла оповещающий о начале действий талисман и прокралась в комнату Нин Иньин, чтобы в случае чего забрать ее с собой. Как бы то ни было, она главное напоминание для Ло Бинхэ об учителе. Наивная девушка могла пострадать, если миссия пойдет не по плану.       Юэ Цинъюань, Вэй Цинвэй и Ци Цинци отправились спасать лорда Цинцзин.       Минуя лабиринты Водной тюрьмы, трое лордов быстро добрались до узника. Представшая их глазам картина ужасала: вместо гордого возвышенного лорда Цинцзин они увидели худого измученного человека, подвешенного за талию, шею и руки. Ноги у мужчины отсутвовали, а на лице пролегло абсолютное безразличие. - Сяо Цзю... - Юэ Цинъюань... - ухмыльнулся Шэнь Цинцю собственным мыслям, - я уже сошел с ума и это очередная пытка? - Мы пришли за тобой, - вмешалась Ци Цинци. - Не вздумайте, - строго ответил Шэнь Цинцю, - во мне кровь этого демонического ублюдка. - Шиди, у нас есть план. Мы переместим тебя в другое тело, для этого нам нужна твоя кровь. - У меня ее полно, - невесело усмехнулся лорд Цинцзин.       Ци Цинци откупорила флакон, переданный Му Цинфаном, и достала меч. - Хочешь поднять панику? Звереныш почувствует ножевое ранение.       Шэнь Цинцю подколупнул заживающую ранку на месте, где раньше располагались его ногти, и оттуда хлынула багровая жидкость. Ци Цинци аккуратно собрала ее во флакон и закупорила его. - Сяо Цзю, в этот раз я не подведу тебя. Когда все прояснится, я расскажу тебе то, что давно должен был. - Оо, я заинтригован, - безразлично прошипел Шэнь Цинцю. - Мы и Лю Цингэ вернем.       Глаза лорда Цинцзин округлились и в них впервые за весь разговор загорелась искорка жизни. - Дождись нас.       С мокрыми глазами Шэнь Цинцю кивнул и уголками губ улыбнулся.       Лорды ушли так же тихо, как и пришли.

***

      Шло время, а Ло Бинхэ не понимал, почему все идет не по плану. Его план по покорению Цанцюн был идеален. Однако глава Юэ подвел его. Он не пришел за своим сяо Цзю. Видимо, он переоценил привязанность Юэ Цинъюаня к Шэнь Цинцю. Однако как бы то ни было, пока жив глава Цанцюн, он не может осуществить свою мечту по уничтожению пика Цинцзин. Одного Юэ Цинъюаня достаточно, чтобы заставить весь демонический мир замолчать, а при поддержке храма Чжаохуа и Тяньи, которые в данный момент предпочитают отмалчиваться, он и сам рискует повторить судьбу своего отца. Нужен другой план. Нужно действовать. Синьмо на поясе подстегивает его утопить весь Цанцюн в крови, но пока рано. Нужно потерпеть.       Проведя ночь в объятиях трёх новых жён, Ло Бинхэ спокойно погрузился в сон и так бы и спал до утра, если бы старик Мэнмо не вывел его из сна. Что-то не так. Он чувствует это. Что-то происходит.       Подскочив с постели под удивлённые взгляды девушек, Ло Бинхэ побежал в Водную тюрьму. В панике он даже не вспомнил о том, что может использовать Синьмо. Кровяные паразиты буквально вопили о том, что их подопечный умирает.       Сорвавшись на бег, демонический Император преодолел оставшееся расстояние и увидел. Увидел Цю Хайтан с мечом в руках и выражением праведного гнева. Ее взгляд был прикован к голове на полу. Голове без тела.       Синьмо ликовал. Одним взмахом Ло Бинхэ выбросил назойливую муху в прославленную кислотную ванну Водной тюрьмы, наблюдая, как ее тело медленно плавится и исчезает. Ло Бинхэ, опустившись на колени и взяв голову учителя в свои руки, что мгновенно окрасились еще вытекающей из обрубка кровью, ласково прижал к себе, как матери прижимают младенцев. Тело учителя все еще безвольно свисало на цепях. У него уже не было конечностей, а на лице отсутствовал глаз, но он дышал, когда этот Ло его пытал! Он был жив, пока эта тварь не убила его! Она посмела забрать его игрушку.       Дворец Хуаньхуа окрасился в красный. Первыми умерли Лао Гунджу и его дочь, что пытались его остановить. Следующими были какие-то жалкие демоны. Затем какие-то девушки. Наверное, из гарема. Когда жертвы закончились, а Синьмо требовал еще, Бинхэ вышел на улицу. Затуманенный взгляд встретился с огромной армией заклинателей. Их возглавлял Юэ Цинъюань. Что ж, вот и пришло время трусливого главы Юэ, что не захотел умереть, когда должно. Ло Бинхэ позволил мечу взять контроль.

***

      Шэнь Цинцю открыл глаза. Вокруг было слишком ярко. Он еще спит? Возможно, это какая-то ловушка разума. - Учитель! - Словно из-за толщи воды раздался голос уж слишком радостного Мин Фаня. - Шишу Му, учитель очнулся!       Проморгавшись, Шэнь Цинцю попробовал пошевелить конечностями. Они у него были! Неужели, тот бредовый план Юэ Цинъюаня действительно сработал? Он и правда жив? И даже не отравлен теми паразитами?       Поднявшись на локтях, лорд Цинцзин осмотрелся по сторонам. Это была его Бамбуковая хижина. Может, он вернулся в прошлое?       Пропустив ци по меридианам, Шэнь Цинцю оцепенел. Его меридианы... Они больше не изуродованы, а ци течет бесконечным нежным потоком, не встречая помех. Невероятно.       В комнату вбежал Му Цинфан с легкой улыбкой на губах. Привычным профессиональным жестом он взял кисть Шэнь Цинцю и проверил его состояние. Удовлетворенно хмыкнув, он отпустил заклинателя и повернулся к ученику. - Можешь впускать.       Лекарь вежливо отошел к стене, позволяя двум гостям войти. Первым он увидел Юэ Цинъюаня. Вернее, того, кто был очень на него похож, но с ужасным шрамом на щеке и белыми волосами. Следом за ним вошел тот, кто должен был быть давно мертв. Лорд Байчжань. Лю Цингэ.       Минуя лишние церемонии, Лю Цингэ кинулся в объятия Шэнь Цинцю, что попытался подскочить с постели, но запутался в одеяле и стоял на полу лишь одной ногой. По щекам гордого лорда одна за одной потекли слезы. Стоящий позади Юэ Цинъюань нежно улыбнулся. На что получил тихий ответ: - Спасибо, Ци-гэ.       Шэнь Цинцю обхватил ладонями лицо лорда Байчжань и вгляделся в лицо воина. Это действительно не сон. Лю Цингэ ласковыми, но настойчивыми движениями взял руки шисюна в свои и аккуратно поцеловал. Шэнь Цинцю же аккуратность не оценил и вцепился в его одежды, впечатываясь губами в губы и не давая малейшего шанса прервать жадный голодный поцелуй.       Юэ Цинъюань кивком головы указал Му Цинфану на выход и ушел.       Оставшись наедине, два горных лорда прижались друг к другу в тесные объятия. - Я пытался тогда... Я не хотел, чтобы ты умер... - Я знаю, знаю, - Лю Цингэ успокаивающе погладил мужчину по волосам. - Теперь все в прошлом, больше никто не разлучит нас.       Словно что-то вспомнив, лорд Цинцзин дернулся и в его глазах отразился неподдельный страх. - А что со зверенышем? - Юэ Цинъюань его запечатал, а меч уничтожен.       Издав вздох облегчения, Шэнь Цинцю плюхнулся на кровать. - С тобой еще кое-кто хочет поговорить.       Лю Цингэ собрался отойти, но был перехвачен цепкой хваткой лорда Цинцзин. В этом теле его сила была явно выше, а потому даже бог войны не смог бы так легко вырваться. - Не уходи. - Хорошо.       Лю Цингэ сел рядом и крикнул в сторону двери: - Заходите.       В комнату вошли две девушки, одна из которых безостановочно рыдала. - Учитель... Простите меня... - Ин-эр, - взмахом руки подозвал к себе девушку заклинатель. Не сомневаясь ни секунды, ученица опустилась на колени перед учителем, виновато опуская голову. - Эта Инъин так виновата перед учителем... Мне так жаль... Я должна была защитить честь учителя, а не молчать...       Шэнь Цинцю по-отечески погладил девушку по макушке, отчего та заревела с новой силой.       Когда всхлипы утихли, лорд Цинцзин перевел взгляд на вторую гостью. - Дева Лю, этот мастер многим тебе обязан. - Что вы, мастер Шэнь. Мы теперь семья. Если бы не вы, я бы так и жила в несчастливом браке, думая, что вы убили Цингэ.       Шэнь Цинцю переплел свои пальцы с пальцами Лю Цингэ и расслабленно положил голову тому на плечо. - Глава Юэ обещал мне, что, когда вы придете в себя, он вам кое-что расскажет. Если будет убегать, напомните ему про обещание, - с задорным блеском в глазах прощебетала фея Сяньшу и убежала, прихватив с собой Нин Инъин.       Наконец-то наступили мирные времена. Шэнь Цинцю вдохнул полной грудью и на губах появилась счастливая улыбка.