О моем перерождении в иной мир

Финальный этап. Полигон был тот же, но тишина стала другой. Не шум, не ожидание — напряжение. Такое, которое давит на кожу, заставляет пальцы неметь, а сердце биться слишком громко. Экзаменатор поднял руку: —Дуэль. Элис против Де Рейна. До потери возможности продолжать. Его голос был ровным, но в толпе прошёл рябью шёпот. Де Рейн стоял напротив. Плащ отброшен, кинджал за поясом. Зелёный глаз прищурен. Уверенность. Наглая, давящая, раздражающая. Но это не то, что заставило Элис замереть на мгновение. Он был похож. Не копия, нет. Но взгляд… жест… чуть наклон головы — как у того, кого я оставила в другом мире. Того, кого уже начинала забывать. Сердце кольнуло. Больно. Слишком знакомо. Но отступать нельзя. Элис шагнула вперёд и достала клинок. Тонкий серебристый, немного длиннее ладони, привычный. Де Рейн ухмыльнулся: —Ну здравствуй, безродная. —Закрой рот, — ответила я тихо. И вода рванула из-под её ног. Не струя — рывок. Она скользнула вперёд, тело двинулось как по льду, клинок уже летел к его ребрам. Де Рейн поднял руку. Ветер взорвался. Не мягкий поток — ударная волна, которая могла снести дерево. Элис оттолкнулась пяткой, прокатив воду под собой, смягчая удар, но всё же её отбросило. Она приземлилась, стиснув зубы. —Хорошо, — прошептала. — Значит, серьёзно. Вода поднялась вокруг меня — кольцо, плотное, прозрачное. Ограничитель на запястье мягко загорелся — не давая мане потечь слишком быстро. Усилитель на ухе — раскрыл потоки ровнее, тайно, тихо. Де Рейн смотрел внимательно. —Ты умеешь думать. Уже интереснее. Он разрезал воздух. Ветер стал клинком. Я наклонилась, пропуская удар, и вода в её руках стала тяжёлой, плотной как стекло — удар под рёбра. Попала. Он выдохнул, но только отступил. Не сдался. Он привык к боли. — Забавно..— сказал он вдруг. — Ты двигаешься так, будто уже воевала. Элис застыла на долю секунды. Он был похож на него не только лицом. Я ненавидела это чувство. —Я много кем была, — прошептала. — И всё ещё есть. Я рванула вперёд. Но Де Рейн был быстрее. Ветер подхватил его, как крыло. Его нога описала дугу — удар по плечу, болезненный, точный. Мир дёрнулся. Элис упала на одно колено. Де Рейн поднял кинджал. —Сдашься? Элис подняла голову. Её глаза были тихие. —Нет. Вода взорвалась из-под меня. Не струя. Не удар. Волна. Я подняла весь полигон воды — из воздуха, из пара, из каждой капли. Превратила её в тяжёлую стену, и эта стена снесла Де Рейна. Он ударился о камень, воздух вышибло из груди. Толпа ахнула. Но он рассмеялся. —Вот это… да. Он поднялся. Быстро. Слишком быстро. Ветер закрутился вокруг него, превращая его в бурю. Элис почувствовала — ещё секунда, и он её разорвёт. И тогда… Я закрыла глаза. Один вдох. Один образ. Один голос из прошлого: “Не трать силу. Направляй её.” Я шагнула вперёд. И вода сжалась. Не море. Не буря. Не волна. Тонкий, ровный, идеально направленный поток. Клинок воды. Он ударил. Ветер встретил его. Два элемента зарычали, столкнулись — и замерли между ними, дрожа, но удерживаемые их контролем. Секунда. Вдох. Выдох. Экзаменатор поднял руку: —Достаточно. Оба участника способны нанести смертельный удар. Оба — проходят. Тишина. Элис опустила руку. Де Рейн — тоже. Они смотрели друг на друга. Без злобы. Без ненависти. С узнаванием. —Ты… — начал он. —Не спрашивай, — ответила я. Он кивнул. И впервые — не усмехнулся. –Вы сказали до невозможности продолжать. –ДЕ РЕЙН! Единственный глаз юноши засиял ярким зелёным светом и он пропал с зоны зрения Элис. Сказать об опасности данного манёвра со стороны Августа? Для него такие нагрузки без прогона маны по всему телу едва ли не фатальны, по крайней мере он будет очень недееспособен минимум час, но кто сказал что он не прогнал всю ту буру что планировал запустить в женщину через себя он не сможет ходить после этого минут тридцать, не больше, проверено. Разогнанная артефактом реакция Элис успела уловить откуда прийдёт удар, но вот тело отреагировать не успело, лишь замеченное полное ярости лицо Августа, что намеревалось выбить из неё всё, из-за чего влетевший в неё удар с ноги выстрелил ей как из пушки в стену. Звон, стоявший в ушах девушки после секунды нахождения в стене был сметён волной целебной магии, вылезти из небольшого углубления было не то чтобы трудно, но и не легко, броситься в атаку на озверевшего дворянина было хоть и страшнее чем в битве с тем медведем, но дать достойный отпор надо. Он стоял и ждал пока она нанесёт удар, сверлил её взглядом, тело мелко подрагивало, в ожидании удара от неё, И ДА БЛЯТЬ ОН РЕШИЛ ЗАБЛОКИРОВАТЬ ЕГО! Когда Элис замахнулась на него то всё что он сделал это выставил на пути следования меча руку, и это было отвратительно, слишком жертвенно с его стороны и безрассудно. Хруст и треск кости раздался на весь полигон, но рука не отмечалась за раз, а маг болезненно зашипел, нанося второй рукой удар по мечу, покрывая его трещинами и отпинывая от себя противника. –Ладно это было хуёвой идеей идеей... Звучит его голос в полной тишине, разбавляемой лишь свистом ветра вокруг его руки болтавшейся лишь на нескольких ласкутах кожи и мяса, да он начал использовать целебные заклинания но они сняли с него эффект ветряного покрова, а вместе с ним и заглушение боли, чего маг уже не смог вытерпеть и не так уж и громко но заскулил. –Сука ДЕ РЕЙН БЛЯТЬ БИТВА ЗАКОНЧЕНА, ПРОДОЛЖАЕМ В ТОМ ЖЕ ДУХЕ, Маг, за мной, отведу тебя в лазарет, Элис тоже за мной, неизвестно сколько у тебя переломов от его атак. И эти двое пошли за ним, один придерживая свою руку и кастуя на неё целебные каждые пару секунд, а вторая держась за рёбра и бок, временно она смогла смягчить боль и повреждения, но следующий такой удар был бы фатальным. Я шла, пошатываясь, но на лице у меня было выражение, которого от меня точно никто не ожидал. Я улыбалась. Не натянуто, не безумно — по-настоящему. В уголках глаз — огонь. В груди — тёплая дрожь. — Блять… — выдохнула я почти со смехом. — Это было ахуенно. Август — Де Рейн — шагал рядом, придерживая разорванную руку, и даже несмотря на боль, ухмыльнулся: — Тебе, похоже, понравилось. — Да, — я не стала скрывать. — Я давно так не дралась. Грязно, быстро, честно. Без «кто чей папа» и «а меня нельзя трогать». Она подняла голову к небу. Вдохнула. — Хочу повторить. Он фыркнул, но в голосе уже не было злости — только усталое уважение: — Повторить? Ты ж едва стоишь. — Стою же, — пожала плечами я и, не сбавляя шага, пропустила по собственному телу волну целебной воды. Треск, щелчки — кости медленно становились на место. Я слегка пошатнулась от такого количества траты маны и то сколько было костей сломано. Боль медленно отступала, будто растворялась в воздухе. Де Рейн поморщился, когда очередная волна боли пронзила его плечо. Я посмотрела на него, чуть наклонив голову. — Хочешь, помогу? — сказала спокойно. Тихо. Без снисхождения. — Я серьёзно. У меня вода. На восстановление тканей и крови выходит быстрее. У тебя сейчас регенерация через ядро, оно тянет ману криво — не успеваешь за потерей. Он остановился на секунду. Смотрел на неё. Долго. И впервые в этом бою — не как противник. –Моя регенерация через ядро только потому что тело не соответствует требованиям стихии, и чем больше повреждения я получаю тем сильнее перестраиваю тело под нужды стихии, у меня уже сейчас трубчатые кости как у птиц. Так что не надо, да и квалифицированные медики справятся с этим куда лучше тебя, но спасибо за предложение. Улыбаясь произносит тот щуря единственный глаз, а у самого в бошке работают шестерёнки, "Элис блять?" Не дай бог ты.