Vampire-knight: reboot.

С момента пробуждения прошло уже пару дней, все это время Юуки высыпалась, так как организм до конца не восстановился и это было правило Айдо для того, чтобы она могла навещать Канаме. Рен помогала брюнетке и ухаживала за ней, помогала в мелочах по дому, хотя скорее она сделала эту задачу для себя с момента проживания. Уборка и готовка чая ее небольшое хобби, которые могли вызвать улыбку матери. – Привет, Ханабуса. – поздоровался Ичидзе с небольшим пакетом в руках. – Это для Канаме-сама? – мельком взглянув на сверток спросил блондин продолжая писать что-то за своим столом. – Да, он попросил принести пару книг. Как только услышал сколько времени прошло немного поник. Думаю, это сможет поднять ему настроение, как он по состоянию то? – облокотившись и смотря в потолок спросил друг. – Вполне неплохо, голод есть, но не такой животный как при пробуждении. Хотя честно, я думал на это уйдет больше времени. Пока он пьет кровь из пакетов, а первоначально был категорически против. – посмеявшись вспоминая какую драму пришлось разыгрывать и уговаривать его. – Это хорошо, тогда я могу пройти без опасений? – с ехидством спросил длинноволосый. – С предком главы Куран без опасений? Не смеши меня. – с тем же ехидством ответил аристократ. Парень прошел вперед в комнату, где уже множество раз бывал. Несмотря на то, что обыватель уже пришел в себя, чувство страха не проходило, как будто это был сон. Ичидзе понимал, что Юуки чувствовала себя в разы хуже. Дверь была полностью открыта, что означало, что проживающий и правда чувствует себя гораздо лучше и вправе покинуть сие обитель хоть сейчас. Брюнет тихо лежал на кровати и смотрел в потолок, в стакане на столе была налита свежая кровь. – Если не будешь ее пить, то снова ранишь кого-то. – сказал блондин и протянул стакан другу. Тот недовольно глянул, но выпил жидкость. – Я кстати принес то, что ты просил и добавил немного от себя. – Спасибо. – коротко ответил король смотря книги, которые принес Ичидзе. – Как Юуки? – Я думал ты спросишь это до того как я переступлю порог. Лучше за себя сейчас переживай. Она соблюдает то, что ей предписал Ханабуса, не переживай. И до твоего пробуждения мы за ней смотрели, так что без твоего носа справимся. – явно специально сделал он акцент и кольнул брюнета, а тот хмыкнул в ответ. – Скажи, Кирию жив? – его интересовал этот вопрос еще с того момента, как разум очистился. Но задавать его и слышать ответ не сильно хотелось, ревность сразу иглами прокалывала его сердце. – Ты и сам знаешь ответ. Он не был аристократом или чистокровным. – коротко ответил блондин присев на кровать. – Как давно? – Сто двадцать лет назад. Ты спал 1120 лет. – он знал, что Куран будет задавать много вопросов. – Кстати, к тебе посетительница одна, она просила провести к тебе, чтобы Юуки-чан не знала. С Ханабусой я уже поговорил, но не против ли ты? – Кто это? – не особо интересуясь и пребывая еще в астрале времени спросил король. – Рен – дочь Зеро... и Юуки. – спокойно ответил друг и увидел удивление Канаме. Он решил не говорить кто настоящая мать, ведь было забавно наблюдать за реакцией. – Вот как. Значит... – только хотел он спросить, но был прерван открывшийся дверь и появлением ранее упомянутой личности. – Здравствуйте. Спасибо Ичидзе-сан. – поклонилась она уходящему блондину. – Меня зовут Кирию Рен, приятно познакомиться Канаме-сан. Улыбка была для нее чужда, хотя она позволяла себе показывать ее наедине с «мамой» или Рури. Быть настоящей с ними было поистине великолепно и осознавая факт того, что не такая бессмертная как чистокровные, она действительно наслаждалась каждый проведенным моментом. Он тоже не улыбнулся, но с интересом изучал внешность. -Здравствуй. – Я не буду тянуть. Терзает ли вас чувство вины за то, что вы сделали? Что оставили маму одну на такое долгое время? – казалось, что от слова «мама» брюнет дрогнул, а от столь откровенных вопросов стал чувствовать себя неловко. Наверное он стал слишком мягким за такой долгий сон. – Я не жалею о решении, которое сделал. Но отвечая на твой вопрос, я мешкался даже тогда, когда уже бросил сердце в печь и винил себя оставляя её. Однако я знал, что она не будет одна, с ней были друзья и Кирию-кун. – спокойно ответил король, хотя будь это кто-то другой, а не ее дочь, определенно бы не был так снисходителен и вежлив. – Какой уверенный ответ. Только вот она была одна, уничтожая себя до последней нервной клетки. Рыдала рядом с замороженной глыбой льда, а также решала все проблемы, что вы оставили на ее хрупких плечах! – сероволосая никогда не кричала и не злилась, особенно на тех, кого почти не знала. Но этот парень выводил ее своим спокойствием и эгоистичностью. Он понимал, что она пытается сделать, но не мог дать ответ, который ее удовлетворит. – Мне жаль. – коротко, но это было единственное подходящее решение. – Мне тоже жаль. – также коротко ответила девушка и покинула комнату. Куран не был тем, кого грызла совесть и не занимался самобичеванием. Хотя понимал, что именно из-за него Юуки страдала больше всего, но не считал свой выбор неверным. Также он понял, что внешность у девочки от Зеро, а характер явно от его любимой. Парень улыбнулся своим мыслям и немного поразмыслил, поняв, что не может в полной мере ощутить это чувство вины. – Я видимо и правда тот еще урод. – со смешком сказал он и лег закрыв глаза. Принцесса делала чай на кухне и собиралась отправить к мэру города, так как должно было быть собрание города. И она, как нынешняя глава клана Куран должна присутствовать для решения политических вопросов. Хоть эта идея ни капли ее не воодушевляла, но работа сама себя не сделает. Входная дверь хлопнула и девушка прошла на кухню недовольно плюхнувшись на стул. Брюнетка поставила с ней чашку ароматного зеленого чая с жасмином и села напротив ехидно улыбаясь. – Что? – недовольно буркнула дочь скрестив руки на груди. – Как встреча с Канаме? Покричала на него как хотела? – с улыбкой спросила Куран и отпила горячий напиток. – Ц. Тебе Ичидзе-сан сказал? – недовольно закатив глаза задала вопрос девушка, хотя понимала, что ее не провести даже через пятьсот лет. – Нет. Это очевидный факт. Рен, как бы ты не хотела, но мое отношение к нему не изменится. Даже если после твоего разговора с ним, он сам лично запретит мне приближаться к нему. – факт, который аристократка и так знала, но который до жути раздражал. Что она нашла в нём?! – Я не такая жестокая, чтобы хотеть этого. Пусть он не нравится мне, но тебя я люблю и никогда не возжелаю того, чтобы ты страдала. Однако, считаю, что он должен почувствовать то, что и ты. – по-детски надув щеки произнесла Кирию. – Он был один гораздо дольше меня. – Но ты его не оставила зная об этом! Это разные вещи! – вскочив из-за стола возмутилась девушка. – Ты не виновата в его одиночестве, а когда вы были разделены прошло всего 10 лет! А не тысячу, как ты его ждала. – Десять лет только смотреть на человека, с которым раньше у тебя была тесная связь – ужасно. Он не мог коснуться меня так, как хотел. Выпить мою кровь или просто полежать в объятиях, как раньше. Поэтому Рен, не осуждай его сильно. – снова погладив ее по голове Юуки покинула поместье, оставив дочь одну. Как бы сероволосой не хотелось злиться, факт того, что ее мама стала более счастливой и улыбчивой явно огромный плюс. Ханабуса взял небольшое количество крови у короля для того, чтобы проверить наличие инфекций, все таки реакция пошла отрицательная и было гниение организма до пробуждения, а это не хорошо. Брюнет не сопротивлялся и давал делать с собой всё, что необходимо. – Канаме-сама, выпейте вот эти витамины, они помогут улучшить кровь. Также сегодня мы проведем небольшую процедуру по переливанию крови. Хоть вы и пришли в себя, я бы не стал рисковать и провел их еще около трех. Далее можно будет убрать их вовсе. – записывая в его больничную карту волнительно говорил блондин. – Хорошо, Ханабуса. – Переливание будет от Юуки-чан. Не хочу, чтобы вы потом сказали, что я вам не сказал. – на этих словах брюнет удивился, ведь в день пробуждения он ее чуть не убил, а во время разговора сдерживался лишь на силе воли, чтобы вновь не вонзить клыки в ее шею. – Если почувствуете жажду при её виде – мы отменим процедуру. – Спасибо. – ему непривычно видеть его таким взрослым и спокойным, а не самовлюбленным ребенком жаждущим женского внимания. – Спасибо за всё, Ханабуса. Такума сказал, что у тебя вышло изготовить лекарство превращающее вампира в человека без последствий. – Ч-что вы, прекратите! Я сделал то, что был должен. Тем более большая часть исследований была совершена вами давным давно. – засмущался и занервничал друг. – Будь это так, я бы сделал это сам. А значит именно ты смог достичь итогового результата, спасибо. И за то, что присматривал за Юуки тоже, без тебя ей было бы тяжело. – Ну, хватит уже Канаме-сама, мне неловко. Я сделал то, что сделал бы любой друг. – то кем он всегда сам считал себя по отношению к королю, несмотря на то, что относился к нему уважительно и почтительно. – Айдо-сама, Куран-сама подошла и ожидает. – произнесла девушка секретарша в сером платье по колено и собранными в пучок волосами. Блондин извинился и вышел в холл, принцесса стояла с небольшим пакетом, легким пальто и недовольным выражением лица. Ханабуса даже не успел ничего сказать, как она поприветствовала его и пошла в комнату, где находился брюнет и должна была быть процедура. – Юуки-чан, стой! Я же тебе говорил, что нужно проверить как он будет чувствовать себя когда тебя увидит. А ты как тайфун прорвалась и .... – начал ее останавливать парень уже будучи в комнате-эмбрионе. – Ой, замолчи. У меня ужасное настроение, этот жирдяй снова пытался меня облапать! Сколько раз говорю, что не пойду на это собрание, так нет Юуки, это необходимость для обеспечения мира и благополучия в стране между людьми и вампирами. – в этот момент Айдо понял, что все сказанное ранее бесполезно. Ведь когда она в таком настроение, даже злой Канаме кажется ангелом. – После переливания - ты мой. Пойдем в бар, Канаме отсюда никуда не денется. От такого выпада даже брюнет был в шоке и впервые наблюдал за своей невестой с этой стороны. Взрослая девушка, амбициозная, решительная и важная. Ему определенно нравилась и такая Юуки, кроме момента со словами «ты мой», сказанных не ему. – Стоп. Давай ты выдохнешь и все расскажешь поэтапно. Но перед этим, Канаме-сама ты чувствуешь жажду? У тебя глаза покраснели. – спросил блондин посмотрев на друга. – Нет, я просто немного зол. – Айдо понял, в чем дело и лишь улыбнулся и попросил сдерживать себя. – Итак, что произошло на этот раз? Ты же сказала, что в прошлый раз заместитель мэра понял и прекратил косить взгляд в твою сторону. – сняв пальто с принцессы и усадив ее на стул спросил друг. – Я так и думала. Ведь четко дала понять, что он меня достал. Я сказала, что вообще он не в моем вкусе и сама возможность быть человеку с вампиром – невозможна физически. Не стала я углубляться в детали превращения, и сейчас думаю, что надо было сказать что-то страшное, чтобы точно передумал. Но в этот раз он пошел ва-банк и потянул свои рученки прямо к моей пятой точки. Причем сделал это прилюдно, чтобы я не могла врезать ему. Ты не представляешь, как я хотела снести ему голову забрызгав кровью весь зал. – закинув голову взвыла девушка. – Юуки... – с укором произнес имя брюнет и привлек ее взгляд. – Что? Тебя лапали когда-нибудь против твоей воли и еще страшная, неприятная личность? – будто между ними не было этой пропасти в тысячу лет. – Бывало и похуже, но девушке некрасиво так говорить. Я могу сам ему пояснить, скажи его имя. – его улыбка не предвещала ничего хорошего, но принцессу это развеселило и она засмеялась, чем удивила блондина. – Давненько я не слышал твоего смеха. – улыбнулся Айдо, а его слова засели в голове короля, ему стало не по себе. – Ханабуса, можешь оставить нас одних ненадолго? – друг кивнул и вышел. – Юуки, я понимаю, что прошло много времени. Что твои чувства за тысячу лет изменились. Я такой же эгоист каким был тогда, даже проснувшись сейчас, я лишь задаюсь вопросом зачем ты меня пробудила? Почему не стала человеком, если есть такая возможность? Что будет дальше с нами? Сможешь ли ты вновь полюбить меня? --Канаме, зная твое прошлое, настоящее и возможное будущее. Зная то, что у тебя были разные связи и привязанность к женщине. Помнишь, ты задал вопрос мне. Так вот, Что ты испытываешь ко мне? – он не ожидал такого вопроса, ведь ранее уже давал ответ, пусть и было это до того, как просил сердце в печь. – Мои чувства к тебе не изменились. Моя привязанность к женщине из далекого прошлого – простая привязанность, без любви. И я это уже говорил. Что сейчас, что вчера, что тысячу лет назад я люблю лишь тебя. Моя душа, мое сердце и мое тело принадлежат лишь тебе. – он не понимал почему она спрашивает, но не мог не ответить. – Тогда я отвечу на все твои вопросы по порядку. Я не хотела быть в мире где нет тебя и где не услышу больше твоего голоса, поэтому пробудила тебя. Зная, что ты бы не хотел я все равно поступила эгоистично. В этом мы явно с тобой похожи. – посмеявшись своим же словам произнесла девушка. – Я не стала человеком, потому что до последнего дня собиралась сделать тебя им в случае, если ты не очнулся бы. А если ты спросишь почему я не стану им сейчас, то хочу провести с тобой столько времени, сколько возможно. Что будет дальше никто из нас не знает, тут я бессильна. Я не смогу полюбить тебя вновь, потому что я никогда тебя и не прекращала любить, Канаме. – ее улыбка поразила его в самое сердце. Он думал, что она не будет его любить спустя столько времени, поступки и кровь на руках. Разве он достоин ее? Заслуживает ли? Она явно дар, который подарили ему небеса. – Ты невероятна, Юуки. Разве я заслуживаю такую как ты? – он улыбнулся в ответ, но дистанция между ними были слишком огромна. Он боялся ее сокращать, так как не считал это правильным, хоть очень хотелось. А она не хотела, ведь должна же она его как-то наказать. – Определенно нет, Канаме. – улыбнулась она и встала со стула. Подошла к парню и положила ладонь на его щеку, а он смотрел на нее не отрывая глаз. Красивая, добрая, нежная... Щеку зажгло, довольно сильно. – Пощечина – это минимум, что ты заслужил. – Верно, это лишь малость. – снова положив ее руку на свою щеку, которая горела ответил он и прикрыл глаза. – Можешь сделать со мной всё что угодно, даже если это заберет мою жизнь. – Нет, Канаме. Твое наказание будет жить. Жить и радоваться жизни. – ее улыбка снова озарила его как солнце в дождливый день. – И пить мою и только мою кровь. Слова, что однажды произнес он ей, были произнесены ему. И он согласен жить так и наслаждаться всем вместе с ней. В этот раз он сделает тот выбор, который велит его сердце, даже если это означает обречь мир на погибель. – Тогда давай отправимся домой? – слова были произнесены со страхом, но глубоко в голосе, хотя брюнетка поняла это. – Хорошо, он уже давно заждался своего главу, господин Куран. – ехидная улыбка и фамильярство заставили улыбнуться и его. Она определенно стала более открытой и бесстрашной, но ей это только на пользу. Ученый вошел с капельницей для переливания и пара легла на две кушетки и провела процедуру. Принцесса думала лишь о том, как теперь сложится их жизнь, ведь всё походило на сон. – Так, я со спокойной душой разрешаю вернуться к обычной жизни. Но, как только Канаме-сама покинет лабораторию его пробуждение почувствуют другие вампиры. А вы сами понимаете, что это значит. Постоянные встречи, балы, дипломатия, поэтому мы с ребятами постараемся оттянуть на некоторое время, до полного восстановления. И на обследование необходимо приходить строго по графику! Один раз не придете и вернетесь обратно! Юуки следи, чтобы он не переусердствовал и не использовал свою силу минимум пол года! – строгое наставление аристократа были полны серьезности, а палец которым он грозил девушки вовсе забавлял. – Да-да. Кстати, раз мы едем домой, то бар придется перенести, в следующий раз сходим. – улыбнулась она и стукнула друга по плечу. – Я думал теперь и вовсе не нужно будет с тобой туда ходить. Может обойдемся без этого? – закатил глаза блондин, понимая, что не вынесет еще один поход и ее выкидоны. – Тогда с тебя дорогая бутылка вина с выдержкой не менее пятидесяти лет. – выходя из здания под удивленные взгляды парней сообщила она. – Эм, простите Канаме-сама... – блондину было неловко так общаться с невестой Куран, но все уже настолько вошло в привычку, что иначе и быть не могло. – Всё в порядке. Еще раз спасибо тебе, Ханабуса. – поклонился он и вышел следом. Парень вышел на воздух и вздохнул. Давно он не чувствовал свежести улиц. Уже вечерело и солнце заходило за горизонт, поэтому лучи почти не попадали на чистокровных. Он завороженно смотрел на мир, который сильно изменился с их последней встрече. Люди были более радостные и занятые, вечно спешили. Одежды, что ранее никогда не видел, казались ему слишком смешными, хотя определенно придется привыкнуть и пойти в ногу со временем. Брюнетка протянула ему руку и он взялся за нее. Теплая, мягкая и нежная, как и ее душа. Он спал долго, но для него это лишь миг, а для неё долгие годы ожидания. Хотела ли она прикоснуться к нему или же она касалась другого... В этих мыслях он почувствовал укол ревности вновь и сжал руку, отчего девушка остановилась. – Тебе плохо? – забеспокоилась она и стала бегло осматривать его вид, и король понял насколько он и правда эгоист. – Нет, всё в порядке. Можем ли мы посетить могилу Кирию-куна? – он должен туда сходить, хоть никогда не делал таких вещей и считал их глупыми. Ведь после смерти никто не слышит твоих слов, но это единственное, что он мог сделать. – З-зачем? – удивилась она такой просьбе. – Он был с тобой, пока не было меня. Я бы хотел проявить хоть какую-то благодарность. – его слова были искренние, какие бы чувства он не испытывал это была правда, охотник был в тяжелые моменты и выполнил просьба Куран. Кивнув в ответ принцесса немного поменяла маршрут и повела его к кладбищу неподалеку от города. Оно было большим и огороженное забором, не сильно отличалась от того, каким было тысячу лет назад. Чуть облагородили с помощью деревьев и кустов. Принцесса Куран отворила ворота и попросила войти брюнета, для него было чуждо идти вперед девушки, тем более вперед Юуки, это он должен держать дверь, а не наоборот. Но сейчас решил не спорить и просто пройти. Брюнетка вновь обогнала его и повела за собой, идя все дальше в глубь он не особо придавал внимания тому, сколько здесь было могил или был ли еще кто-то из знакомых. Наконец она остановилась и он увидел три надгробия, подошел ближе и решил прочитать имена. Кирию Ичиру, Кирию Зеро и Кирию Хина. Последнюю он не знал и опешил. – Кто такая Кирию Хина? – не поворачивая спросил король. – Жена Зеро. Они умерли одновременно. – тихо ответила она улыбнувшись, вспоминая их теплые объятия и улыбки. – Жена? А ты? – еще больше удивился брюнет, не понимая либо он идиот либо Такума явно решил над ним пошутить. – А что я? – также удивленно парировала она. – Рен ваша дочь с Кирию? – суффиксы от злости просто прекратили смысловое значение в диалоге. – Нет. – коротко ответила она, а после громко засмеялась. – Погоди.. ха-ха... ты подумал, что я и Зеро.... и Рен... ха-ха.... Её смех всегда был для него слишком приятен, но вот определенно не сейчас. Он как дурак повелся на слова Ичидзе, который при встрече явно лишиться чего-то ценного в своем теле. – Очень весело? – не выдержал, чем заставил девушку немного успокоиться. – Прости. Ты слишком мил, Канаме. Нет, Рен не моя биологическая дочь, но я воспитывала ее с детства и считаю ее своей дочерью. – улыбнулась она и вновь погладила его по щеке, чтобы успокоить его пыл. – Такума сказал, что она ваша дочь. Я так и подумал. – объяснил он ей или пытался оправдаться? – Он мог да, его злость на твой поступок, мне кажется, сильнее чем моя. – вновь захихикала брюнетка. – Канаме, ты правда думаешь, что после твоих слов мы с Зеро решили быть вместе? – Не уверен, но думал, что всё именно так. Ты постоянно мешкалась и была в замешательстве от моих действий и чувств. – явно складывая цепочку тех событий и пытаясь найти логичный ответ произнес Куран. – Зеро пытался, честно. Он говорил, что у него есть чувства, что будет ждать сколько бы времени не прошло. Но я попросила не делать этого. Не приносить мне боль и не испытывать ее самому. Ведь мои чувства к тебе всегда превосходили любые другие. Возможно тогда я была в смятении из-за всех обстоятельств и того, как Зеро отталкивал меня, но это не любовь. Он был мне как брат, как один из самых важных людей. Я его люблю, Канаме, но не так, как думал ты. – ее нежность и боль в словах отдавались громким стуком сердца, а он понял, что она имеет ввиду. – Мы почти все время проводили вместе, на заданиях по ловле Е-класса, ужинали вместе, гуляли... Потом он встретил Хину, она жутко ревновала ко мне, но он не прекратил все наши встречи и ночёвки. Потом и она стала проводить время с нами, через время решилась стать вампиром и я обратила ее, они прожили счастливую жизнь и родили прекрасную дочь. Они стали моей семьей, жаль, что я не смогла продлить их жизнь еще немного. Одинокая слеза скатилась по ее щеке, было грустно, но уже не больно. Она приняла этот факт давно, но иногда чувства накатывали с головой и трудно было сдержать слезы. Канаме нежно смахнул слезу с ее лица и обнял, со всей любовью, которую мог показать, чтобы не сделать больно, иначе бы определенно сломал пару костей от переизбытка чувств. – Прости меня, Юуки. Прости за то, что оставил тебя, за то, что меня не было рядом, когда тебе было больно. За то, что поступил так и не прислушался к тебе. Прости мою эгоистичность, умоляю. – он никогда не был так честен как сейчас, никогда никого не просил и тем более не умолял. Но она всегда была исключением, во всех ситуациях. – Пусть пройдет хоть десять тысяч лет на твое прощение, я буду ждать. – Канаме... – она понимала его чувства, он испытывал их с момента пробуждения и после того, как все говорили ему о том, что произошло. Но ей не хотелось, чтобы он испытывал их, обняв его в ответ она почувствовала то тепло, как в ночь перед расставанием на долгое время, тепло, по которому она так скучала. – Я уже простила тебя. Простила твой эгоистичный поступок, о котором ты просил еще тысячу лет назад. Я буду злиться еще долго, но простила уже давно. Ты самый важный человек в моей жизни и сейчас я понимаю то, что ты сказал мне тысячу лет назад, о том, что ты хочешь защищать лишь меня. Я ведь тоже очень эгоистична... Два чистокровных вампира обнимались и пытались вобрать всё то тепло, что было в них. Отдать каждую частичку себя друг другу. Два великих и сильных существа, обнимались будто избитые жизнью животные, которые наконец обрели небольшую часть покоя для душ. – Я хочу еще отвести тебя кое-куда. Ты не против? – отпрянув от него спросила Юуки с немного покрасневшими от слез глазами. – Глупый вопрос. – улыбнулся он так, как улыбается лишь ей. Она вновь взяла его за руку и теперь это не казалось чуждым, это была необходимость, чтобы он понимал, что жив, что рядом с ней и не должен никогда отпускать ее руки. Путь был недолгим, даже слишком быстрым для осознания того, куда она его привела. На монументе было выкроено имя «Кайен Кросс» и снова на губах брюнета появилась слабая, облегченная улыбка. – Значит, он нашел покой? Я рад... Спасибо, Юуки, что сделала для них всех место, где мы сможем помнить о них. – его большая рука легла на её макушку и слезы снова непроизвольно потекли из глаз, но эти были с облегчением, что она не одна, и брюнетка помнит слова о том, что таким как они нет нужды на кладбище, но она не могла смириться с этим. Каждый из них достоин иметь место, где о них будут помнить друзья, близкие и родные. Дверь поместья открылась и внутрь вошли владельцы. У дверей уже встречал их житель дома – кот, который не особо был рад новой для него персоне и злобно зашипел. Король тоже рад не был и зыркнув на него красными глазами заставил кота убежать поджав хвост, только он не учёл один факт, очень важный. – Канаме! – злобно ткнула она его в бок и получила удивленный взгляд в ответ. Такого она себе никогда не позволяла. – Это же На.... мой кот! – Нужно было предупредить меня заранее. И что еще за «На»? – поднял он бровь и неодобрительно посмотрел на нее, упертая маленькая засранка. Он слишком ее любил, но с тем, как защищает этот комок мяса, определенно пытается его вывести. – Теперь тебе нужно извиниться перед ним. Он очень обидчивый. – Ни за что. – сняв пальто и бросив на диван сказал он оглядываясь, все было также как и раньше. – А следовало бы, Наме и правда обидчивый и эгоистичный, хотя происхождение его имени идет от вашего, не мудрено, что он такая заноза в одном месте. – в разговор неожиданно вмешалась сероволосая и поймала на себе недовольный и высокомерный взгляд короля. – Серьезно? – этот вопрос предназначался принцессе, которая была уже красная как рак от откровения Кирию. – Рен, это подстава ты в курсе? Я ведь просила.. – Просила не говорить о том, что ты назвала кота в честь Канаме, потому что тебе будет стыдно если он узнает как сильно ты скучала по нему? Или же ты не хотела, чтобы он знал, что его имя использовали для столь обыденного существа? – ехидство прям изливалось из её рта, а брюнетка готова была лезть на стену от всего сказанного. – Иди ка ты чай сделай... непослушная девченка... – бурчала мама на девушку, вызвав ее улыбку. – Рада вашему возвращению Канаме-сан. – она поклонилась, будто только что не язвила про него. – Спасибо. – он был кроток, со всеми, кроме Юуки, и дочь это сразу поняла. Кирию пошла на кухню выполнять просьбу матери, тем временем брюнетка решила ретироваться с поля возможных вопросов короля. Но он решил дать ей фору и сам обдумать некоторые моменты и присел на диван, который ничуть не изменился спустя тысячу лет. Пока девушки шумели на кухне он обдумывал многое за прошедшее время, сколько ему нужно наверстать, как действовать и что делать. Отвлекло от размышлений тихое приземление пушистого на его колени. – Значит ты «Наме»? – будто пробуя имя на вкус спросил он у того, кто не ответит. Вместо этого кот замурлыкал и начал тереться об его грудь и руки. – Вы ему нравитесь, как и говорю, не зря его так зовут. – снова высказалась неожиданно прибывшая сероволосая. – Я молчу лишь из-за Юуки, надеюсь ты это осознаешь. – тихо произнес брюнет закинув голову на спинку дивана и прикрыв глаза, одно рукой всё же поглаживая столь упертого кота. – Также, как и я. – улыбка похожая на оскал, а в голове промелькнула мысль о том, чтобы вовсе попробовать его проучить в бою. – Ты проиграешь мне с такой же скоростью, с какой я открою глаза. Даже не имею всей силы я превосхожу тебя, удивлен, что ты этого не чувствуешь. – ухмыльнулся он, редко ему показывали так открыто негатив, как она. – Я это знаю и поняла давно, также как и то, что вы узнали о том, что Юуки не моя настоящая мать и отношение ко мне сразу стало как к вампиру Е-класс. – едкость чувствовалась за километр, у некоторых бы даже мурашки пошли. – Это не так. Я не испытываю к тебе негатива или приравнивания к Е-классу, и насколько мне известно Юуки – твоя мама. – спокойно ответил он и встал с дивана, скинув с себя животное, которое недовольно на него покосилось. – Или я не прав и ты не считаешь ее матерью? – Ч-что?! Считаю конечно! Она моя мама. – крикнула она, прекрасно понимая, что брюнетка все слышит итак. – Тогда и не говори так больше нигде, иначе все будут думать иначе. А еще ты ранишь саму Юуки. – он подошел к ней и погладил по голове, заставив сероволосую застыть. Чувство, которое она позабыла, как отец гладил ее и подбадривал, как улыбался слабой улыбкой. Они похожи, только брюнет более скуп на эмоции, но теперь она поняла, что имела ввиду мама. Жильцы поместья сидели за довольно большим, круглым столом с чашками ароматного чая, заваренного сероволосой. Также было несколько десертных тортиков небольших размеров и печенье, приготовленное также младшей девушкой. Чаепитие происходило в тишине и Юуки чувствовала себя немного неуютно, она не хотела бы, чтобы между ее дочкой и любимым было напряжение в общении, однако зная Канаме, он бы как раз не отказался от этого. – Каков был мир до того, как вы встретили маму? – нарушила тишину Рен, чем удивила принцессу. – Не сильно отличался на самом деле, многого конечно не было, в основном современных технологий, карет, зданий. Были деревянные лачуги, иногда с каменным фундаментом, но гораздо более хлипкие, чем сейчас. А вместо карет люди просто передвигали на лошадях верхом или пешком. – отпив небольшой глоток из чашки, оценив что он был неплох, ответил король. – А что вам больше запомнилось из того времени? – ей было интересно послушать, так как все, что говорила ранее Юуки расплывчато и непонятно, но он был там. И она хотела узнать его получше, ради своей мамы. – Особо ничего, как и сказал, многое не сильно изменилось. Таких чистокровных не ставили ни во что и считали монстрами, которые должны идти на всё ради людей. Отдавать жизнь или защищать ценой своего тела, без разницы ведь мы умеет регенерировать. – спокойно отвечал он, будто читал из книги, а не проходил на собственной шкуре. – С чего вдруг люди важнее вампиров? – негодование в голосе звучало грубо, брюнет это сразу понял. – Всё, что отличается от человека ему чуждо, будь ты хоть немного отличим. Вместо 5 пальцев будет 6 или одно ухо, для большинства ты будешь изгоем и монстром. Различие пугает и заставляем ополчаться, это неоспоримый факт. Также как и то, что люди более жестоки, нежели мы. При этом всём именно нас считают монстрами и воплощение жестокости из-за жажды крови. – Но сейчас всё стало проще... – добавила Юуки, отчего брюнет перевел на него взгляд и стал мягче. – Я верю в это, ведь ты старалась ради этой цели гораздо больше многих. – его улыбка предназначалась ей и только. Сероволосая в миг поняла, насколько этот человек любит ее маму, сколько он готов сделать ради неё. – Ты сам всё увидишь чуть позже, как бы не было, враги всё равно всегда есть, в основном вампиры конечно, но и о людях не будем забывать. – ей было неловко не оправдать его слови надежд, ведь по правде всё было далеко не в идеале. Но в этот раз она костьми ляжет, но не даст их разделить. – Хорошо. Рен-сан, могу я задать вопрос? – учтивость и вежливость добавляли ему элегантность, в этом и был весь Канаме. Жестокий палач и вежливый мужчина. – Да, конечно. – ей было интересно, что его может интересовать в ее персоне. – Вы были счастливы живя как вампир и зная, что ваши родители в определенный момент погибнут? И факт того, что вы также не будете жить вечно, пугает ли он вас или наоборот? – к чему были формальности, если в гостиной они дали понять друг другу о том, что не особо симпатизируют. – Я и сейчас счастлива. Мои родители замечательные люди, отец постоянно проводил время со мной и рассказывал о вампирах. Вы, кстати, у него были на неплохом счету и первым из чистокровных, кого не считал врагом. Хотя постоянно говорил о том, что не может простить вам то, что оставили маму. А смерть, если честно, она расстраивает меня немного, потому что я хочу провести больше времени с дорогими мне людьми. Однако зная этот факт, я радуюсь каждому прожитому дню и моменту с теми, кто меня окружает. Не считаю долгую или вечную жизнь проклятием, а наоборот огромной возможностью, особенно если рядом с нами есть те, кто разделяет эту вечность. Юуки не ожидала такого откровения от сероволосой девушки, но ей было жутко приятно слышать это, ведь когда эти самые слова она говорила ей. Улыбка брюнетки растопила не одно сердце, так считала Рен, и сейчас она вновь заставляет улыбаться двух черствых в этой кухне существ. – Спасибо. – это благодарность была тихой и с не менее нежной улыбкой, чем у чистокровной, на которую смотрели два любящих взгляда. – Тебе правда нужно уходить? – грустно спросила мама протягивая плащ девушке. – Не расстраивайся, я еще успею сблизиться с твоим ухажером. – подшутила она, за что получила тычок в бок и засмеялась. Она также скучала по такому общению и отношению, им обеим нужна семья и Канаме ее идеально дополнял. – Я вернусь завтра вечером и мы сможем поужинать как раз вместе. – Хорошо. Только не опаздывай и будь осторожна в дороге. И защищай Рури! – наставления от Юуки равносильны приказам, только звучат в слишком нежном тоне и слишком заботливо. Чмокнув женщину в щеку девушка закрыла за собой дверь. Брюнетка немного поникла, у нее были планы на вечер «сближения», но вот Рен всё испортила. Повернувшись она обнаружила облокотившегося о стену короля, который с улыбкой наблюдал прощание, вспоминая, как она говорила тоже самое ему. Однако сравнивать силы аристократки и чистокровного было глупо, его принцесса переживала о нём так, будто он был тем еще слабаком. Улыбнувшись ему в ответ она в припрыжку подошла ближе, почти вплотную, чем немного удивила парня, но тот не стал предпринимать ничего. Уткнувшись ему в груди прижалась и громко вдохнула. – Что случилось? – спросил он, обнимая в ответ и поглаживая по голове. – Ты вкусно пахнешь... Я давно тебя не нюхала... – смущенно проговорила она, будто все взросление, что было за тысячу лет испарилось в одночасье и вот она, девочка-подросток неумеющая нормально выражать свои чувства говорит ересь. Нет, опыта у нее и не было, она была верна всецело одному мужчине, но всё же не думала, что будет смущаться подобных вещей. – Юуки, не говори так. – серьезным тоном ответил Куран, чем немного удивил девушку. – Почему это я не должна так говорить, Канаме? Я скучала по тебе и хочу чтобы ты... – но договорить ей не дал сам названный, так как резко прижал ее к стене и поцеловал. Жадно, страстно, с частичкой боли, то ли от физической, то ли от душевной. Юуки ответила, разве могло быть иначе? Она только хотела обнять его и прижать ближе, как поцелуй прервался. – Потому, что такие слова меня возбуждают и выбивают здравый смысл. А для любого вампира такая фраза - приглашение. Я же тебе уже говорил об этом. Я итак сдерживаю всё, что в моих силах, жажду крови, желание дотронуться до тебя. Но ты ломаешь все стены и барьеры, что я с таким трудом пытаюсь поставить. – шепчет ей на ухо вдыхая приятный аромат ее белоснежной шеи. Убирает волосы и открывает аппетитный вид на вену, которая так сильно пульсирует, будто сходит с ума. Проводит языком по ней и ловил вздох любимой, что выгнулась на встречу и жаждет его не меньше. – А я думаешь себя не сдерживаю? – риторический вопрос, который выбивает последние части земли из под ног брюнета оставляя его балансировать на канате здравомыслия и безумия. – Юуки, прекрати, прошу. – он уткнулся ей в плечо моля, чтобы она образумила себя и его, иначе всё пойдет коту под хвост. Она мягко оттолкнула его от себя и улыбнулась, понимала как он сильно желает, но боится навредить и этот страх сейчас выигрывает. Поцеловала нежно в щеку, будто и не было этого момента сейчас, а после взяла за руку и повела наверх. Король шёл следом, даже если он поведет его в сам ад он не остановится. Их комната, в которую он так и не рискнул зайти, не понимая почему. Принцесса открыла дверь и вошла, потянув его за собой. Оглянувшись парень понял, что тут ничего не меняли, от слова совсем. Некоторые книги, которые находились в его кабинете и он читал миллион раз лежали на прикроватном столике со стороны Юуки. Значит она интересовалась тем, что было интересно ему. Этот факт заставил короля улыбнуться. Взгляд упал на их совместную и единственную фотография вместе со времен академии, она стояла в красивой, серебряной рамке. На ней Канаме приобнимал девушку за плечо, а та выставила два пальчика в "piece" и широко улыбалась. Плотные графитовые шторы закрывали огромное окно от солнечных лучей, и вуаль вокруг кровати красиво закрывала обзор на то, что должно происходить по ту сторону. – Не так страшно, верно? Я хочу чтобы ты говорил мне о том, что чувствуешь, Канаме. Я не хочу больше думать, что ты что-то скрываешь или тем более врешь во благо своей какой-то цели. Хочу быть с тобой и чтобы ты мог доверить мне всё до единого. – она взяла его руку и приложила к своей щеке прикрыв глаза. – Я ничего не скрываю и не собираюсь, однако мне и правда немного не по себе. Прошло не мало времени с тех пор и чувствуя я себя гостем, а не хозяином. – она понимала его, когда память вернулась спустя десять лет, она была будто чужой и теперь в полном мере осознавала, что чувствовал Канаме от ее такого поведения. – Ты хозяин этого поместья, как может быть иначе? Наши родители доверили очаг нашего дома - тебе. Через время станет легче, как и мне когда-то. – она посадила его на кровать и села рядом. – Что тебя беспокоит еще? – Мне нужно ознакомиться со всеми новшествами этого мира, чтобы не быть совсем идиотом. А также начать изучать вопросы, которые вела всё это время ты с дипломатической точки зрения. И кстати, почему ты не изменила ничего тут? Обыденный разговор был приятен обоим, а правда сквозь строк давала выплеснуть эмоции. – Зачем? Я хотела оставить всё так как было когда ты был со мной. Это напоминало о тех днях, которые мы проводили вместе. Как в детстве, так и будучи взрослыми. – это простой ответ, который она говорила всем кто его задавал и себе перед сном. – Прости... – сердце сжалось, ведь ему всегда было больно смотреть на ее страдания, а сейчас он сам был повинен в них. – Прекрати, всё хорошо. Ты же здесь, со мной. – улыбка искренняя, наполняя радостью до самого конца. Он взял кончики ее длинных волос, ему нравилось так делать и это желание терзало его уже давно, но он не воплощал его. Поднёс к губам и целовал, также как в детстве и когда вернул ее обратив в вампира. Это действие было чем-то личным и сокрытым от других глаз, оно слишком нравилось девушке, будоражило и возбуждало, а бабочки в животе пархали с неимоверной силой. Ее щеки стали пунцовыми от таких мыслей и она смотрела не отрывая глаз от его дальнейших действий. – Юуки, самое большое терзание для меня за всё это время, согласна ли ты быть моей и только моей? Моей нареченной, моей сестрой, моей невестой и женой? – его красные глаза полные желания посмотрели на неё, а она давно уже знала ответ на вопрос, который он не задал тогда. – «Глупый вопрос». – цитировала она его, погладив тыльной стороной ладони по щеке. – Разумеется да. – Тогда прости, но больше, я не отпущу тебя никогда. И повторяю свои слова, если мне когда-нибудь придется тебя отпустить, я предпочту смерть. Твою – от моей руки, или мою – от твоей. В этот раз я не уйду и докажу тебе, что всегда буду рядом. Даже если весь этот мир будет трещать по швам я не дрогну и не уйду. – притянул ее к себе и прижал так сильно, что казалось кости вот-вот сломаются. – Я верю тебе, мой любимый Канаме. – ее улыбка и его тепло было тем, что скинуло с плеч столь огромную груду печали, вины и боли. Наконец они вместе там, где должны были быть давно. И плевать на всё вокруг и мирную жизнь, они достойны любви, даже если это самый эгоистичный поступок.