Тень монстра

Тень монстра Глава 25: Вскоре вновь послышались приближающиеся шаги после которых на пороге церкви показался Дэниэл Ли. Тот почти сразу заметил, что что-то не так и поспешил к ним, начиная заниматься ожогами и ранами. Несмотря на то, что он тоже входил в эту организацию психопатов, но похоже ему не было всё равно и отнюдь не нравились методы других своих коллег! — Ты пришёл сюда задавать вопросы, Дэниэл Ли и твоя цель также использовать меня и мой ген психопата пусть ведёшь себя как будто тебе не все равно. Перестань уже и лучше переходи сразу к делу. Мне не нужно это фальшивое беспокойство, фальшивая забота и жалость людей, — но Барым не оценил эти действия и то дело вертелся, пытаясь отмахнуться от попыток хотя бы раны обработать. И почему Чон так легкомысленно относится к самому себе? — Тебе бы лучше промолчать и не вертеться раз тебе помочь пытаются, чёртов ты психопат! — отметил Мучи и одарил юношу самым недовольным взглядом пытаясь его держать чтобы он не дёргался лишний раз. Ко уж точно не всё равно так что мужчина пытался помочь насколько мог! — Я буду задавать тебе вопросы, но не раньше чем позабочусь о твоём хотя бы физическом состоянии. Тебе должно быть сейчас очень и очень больно. Придется немного потерпеть чтобы не стало ещё хуже, — Дэниэл особо не реагировал на слова Барыма и по всей видимости не собирался оставлять его в покое пока не закончит. Едва ли это была лишь фальш, а не нечто искреннее к чему психопаты не привыкли! — Моим жертвам тоже было очень и очень больно, но меня это ни каплю не волновало. Я ломал им пальцы, сжигал и многое другое. Эй, Ко Мучи, твой брат и без того был инвалидом и страдал, но я мучал его, а затем убил прямо у тебя на глазах, наблюдая за тем как он истекает кровью на полу после чего зашил ему в живот камни. Кроме того, твои родители погибли прямо у тебя на глазах от рук моего отца из-за того, что ему нужен был живой мозг. Что касается тебя, Дэниэл Ли, мой отец двадцать раз ударил твою сестру ножом и угрожал ей вашими с матерью жизнями чтобы добить. Вы оба должны наслаждаться тем, что сын чудовища, являющиеся таким же чудовищем, страдает как страдали его жертвы пусть и далеко не в полной мере. Почему же вы этого не делаете? — Чон лишь рассмеялся на слова о боли. Да, юноше действительно было чертовски больно, но он ведь приносил такую же боль другим, если не хуже. Вот только его жалеют, о нем заботятся и Барым совсем не понимает почему. Чон прекрасно помнил все те проклятия которыми его осыпали с детства и сожаления о его рождении. Неужели что-то изменилось или такова природа нормальных людей — испытывать жалость даже к безжалостным преступникам?