Причина

      Аластор, вернувшись в город, не мог не заметить повсеместно распространившийся прогресс теле-технологий. И это сильно поразило его: будучи приверженцем радио, Аластор не понимал и не хотел принимать в свою жизнь новое, более современное оборудование. Он был шокирован масштабами производства не меньше, чем фактом того, что всё это возглавляет Вокс. ВОКС! Тот самый демон, который был никем, когда Аластор его встретил. Он был всего лишь интересным, чуть застенчивым, совершенно бесперспективным дурачком. Но то, что видел Радиодемон сейчас… Вызывало уважение. А вот это как раз злило. Как могло произойти такое недоразумение? Что какой-то телевизор на ножках теперь чуть ли не владыка Пентаграмм-Сити…       Усилившийся статический шум привлëк внимание Аластора. Он посмотрел на большое скопление экранов различного формата. Телевизоры.       В каждом из них присутствала одна и та же персона, но Аластор сомневался, что видит именно Вокса. Вернее, что это действительно Вокс, ведь в последнюю их встречу он был более… Объëмным. Теперь же, на него смотрели те самые глаза, но голова была плоской.       Чужие глаза смотрели на него с усмешкой — Вокс его засëк.       Ну что ж, вот и встретились.

***

      — …и я хотел бы видеть тебя рядом со мной, когда добьюсь господства над всем городом!       Глаза Вокса чуть ли не искрили воодушевлением и самонадеянностью, а улыбка на лице-экране была настолько искренней и уверенной, что Аластор невольно улыбнулся в ответ — он мог лишь позавидовать такой целеустремлённости. Он был рад за друга. Но было одно но.       — Это невозможно. — Аластор отвёл уши назад, с яростной неприязнью смотря на собеседника. — И я отказываюсь.       Вокс в первое мгновение остолбенел, но почти сразу взял себя в руки, хмуро утыкаясь взглядом в пол; сжал кулаки. Он молча переваривал полученную информацию, смотря в одну точку. Аластор тоже уже не глядел в его сторону.       — Да и кем ты себя возомнил? — Спустя пару минут молчания, спросил демон-олень будто сам у себя, а затем развернулся и ушёл.       И не появлялся долгих семь лет.

***

      Вокс за это время вырос как бизнесмен и теперь вёл крупное дело — продавал новомодную электронику. Причём, в своих руках он держал не только технику, но и производимый для неё контент. Его бизнес-партнëры — Валентино и Вельветт — продвигали в массы и популяризировали производимые VoxTek товары. При помощи гипноза Вокс не просто знал всё обо всём, но и распространял выгодную для своего бизнеса информацию. К тому же, таким образом было легче привлекать под своё начало новых потребителей.       А тут вернулся этот старомодный олень...       Теледемон закипал от одного только ЕГО имени и зависал на нём в прямом и переносном смысле. Спустя семь лет одиночества и незнания, в которые Вокс нырнул с головой, ОН объявился лишь для того, чтобы быть на побегушках у принцессы Ада. Какого, спрашивается, хуя? Неужели он не мог хотя бы прийти и объясниться… или просто прийти. Быть с ним хоть чуточку честным!       — А.Ал… — имя, произнесённое на грани слышимости.       Вокс зажмурился, кривя рот в еле сдерживаемых рыданиях. Его брови то сдвигались к переносице, словно он был зол на весь мир, то изгибались ко лбу, будто умоляя. Прося пощадить, забрать боль. Он был глубоко ранен отказом. Уязвлён, обижен, задет за живое. То самое живое, которое никак не хотело успокаиваться. Ни сейчас, ни годами ранее. И, хотя он больше не орал во всё горло «ДА ПОШЁЛ ТЫ НАХУЙ, РОГАТЫЙ УБЛЮДОК!», но без последствий не обошлось: Вокс чувствовал себя самым несчастным на свете и одновременно с этим плевал на всё и всех. Теледемон думал, что оказался недостоин сотрудничать с Аластором, а потому в нём проснулась ненависть к нему. Это была естественная реакция на обиду. Защитная реакция.       Злость. Раздражение. Досада.       Вокс плакал в полной тишине. Одинокий и безутешный.

***

      Вокс случайно обнаружил его в зоне захвата камеры. И не смог закрыть глаза. Впрочем, как и всегда. Он следовал за Аластором по пятам с самого первого дня их знакомства.       Вокс ничем ему не обязан — их связывала только дружба, да и та прошла, оставив глубокий след, отпечатавшись в сознании как то, к чему хочется вернуться, но что уже не вернуть.       И всё же, Вокс не может просто пройти мимо…       Радиодемон пробежал ещё некоторую дистанцию, но уже заметно терял силы. Его ноги путались; он упал на колени и локти, пытаясь отдышаться. В глазах темнело... Аластор не успел подняться, как в его щиколотки вгрызлись чьи-то зубы: на него накинулись крупные псы, которые, подчиняясь приказу, пытались разорвать демона-оленя словно дичь. Телепортироваться от них не представлялось возможным: сорваться с цепи нереально, если уже заключил контракт.       Свирепое рычание окружило его, заполняя сознание. Аластор задрожал, из последних сил пытаясь то ли лягнуть, то ли выдернуть и поджать ноги к себе. Он перевернулся на спину, стараясь прикрыть туловище щупальцами из спины, судорожно дёргаясь всем телом, опираясь на локти, и с прижатыми к голове ушами наблюдал за тем, как его ноги превращаются в кровавое месиво. Чужие белоснежные клыки сверкали, то и дело вонзаясь в податливую плоть, разрывая. Многочисленные алые глаза горели адским пламенем, выжигая душу.       Лицо Аластора выражало смесь злобы и дикого животного ужаса; глухо всхлипывая, он не чувствовал, как по его щекам стекают слёзы. Аластор оцепенел и не мог пошевелиться, когда чужие клыки впились в его руки, а ладони занемели от боли. Ног он уже совсем не чувствовал. В какой-то момент, от шока Аластор начал терять сознание. Он рухнул на спину, распластавшись по асфальту.       Кольцо чёрной шерсти и алых глаз стало сужаться, а позже и вовсе сомкнулось над его головой. Аластор всхрипнул и дëрнулся в попытке сплюнуть кровь, но лишь слабо трепыхнулся, а из уголков его рта потекли струйки крови, смешиваясь с бесцветными слезами. Он почти не улыбался, но в этот момент он словно что-то увидел и губы его растянулись в тёплой улыбке. Он смотрел в пустоту прямо перед собой и улыбался. А потом закрыл глаза.       Вокс внезапно появился посреди кучи возившихся между собой животных, оказываясь практически над Аластором. Слабый электрический разряд прошёлся по каждой из угольно-чëрных шерстинок, отгоняя. Послышался скулëж и вой, смешанные с рычанием на собратьев. Псы неохотно отступали. Тогда разряд повторился, но на этот раз вспышка охватила метров двадцать вокруг. Те, кто был ближе всего к источнику питания — Воксу — мёртвыми тушами осели на асфальт. Остальные переключили внимание на теледемона.

***

      Чарли забрала Аластора в отель. Она нашла его по наводке Хаска. Демон-олень долго не приходил в себя, что было совсем неудивительно. Но вот что удивляло, так это то, как медленно затягивались его раны. Возможно, он был слишком слаб уже в момент их получения, а может, дело в воздействии на его тело — чужая энергия не принималась его телом. Более того, настолько чужеродная энергия, как та, что принадлежала Чарли или Вегги, отторгалась его телом, что приводило к замедлению восстановления. Всё же, ангельская сила была разрушительна для демонического нутра.       Энергия Вокса походила на энергию Аластора и он мог выступить в роли донора. Но вот захочет ли он, это ещё вопрос. Который Чарли и задала Воксу напрямую при устроенной ею самой встрече, объяснив ситуацию. Вокс хмыкнул и не ответил на просьбу. Лишь отбрехался, что непременно подумает. Как результат — Чарли ушла ни с чем. Но, как оказалось, Вокс действительно задумался над тем, чтобы подлечить Аластора. И вскоре пришёл к нему.       Обозначив своё появление на пороге отеля, он терпеливо прошёл следом за Чарли, что сопроводила его до комнаты, где находился Радио-демон. Она потратила ещё несколько минут его времени, убеждаясь, что он не добьёт несчастного оленëнка, о котором она так старалась позаботиться. Наконец, Вокс остался с Аластором наедине. Ну, то есть, при нынешнем раскладе — с его телом. Потому что сознание в нём пока что не очнулось.       Теледемон подошёл к кровати и откинул лёгкое одеяло, скрывающее худую фигуру. Затем, отойдя на пару шагов назад, обвëл взглядом перебинтованное тело, оценивая состояние. Похоже, что Аластору и впрямь требовалась посторонняя помощь: поломанные кости срослись, но вот рваные раны затягиваться не торопились. Больше всего пострадали ноги. Вокс уставился на аккуратные копытца. Он сглотнул, беря правую ногу Аластора обеими ладонями, внимательно осматривая и легонько прощупывая травмированную область. Кажется, бинты уже можно было снять. Этим Вокс и занялся…       Белая полоска потянулась вниз. Чем больше открытой кожи он видел, тем сильнее напрягался и хмурился. Закончив с обеими ногами, Вокс на мгновенье закрыл глаза, глубоко вздохнув. Держа в ладонях ноги Аластора, он только теперь осознал, насколько жуткие ощущения испытал демон-олень. И он, Вокс, дождался, пока чужое тело превратится в то, на что теперь он смотрел с сожалением.       — Мы в расчёте. — тихо сказал Вокс, принимая физические увечья бывшего соперника как аналог своих моральных терзаний.       Теперь Вокс мог со спокойной душой полечить чужие раны. Он, насколько было возможно, нежно обхватил пальцами пострадавшие места, несильно сжимая, держа в левой руке правую ногу Аластора, а в правой — левую. Демон-олень шумно выдохнул, явно чувствуя дискомфорт. Вокс ухмыльнулся, пуская лёгкие волны своей энергии по чужим венам. Аластор дëрнулся и рвано задышал, прижимая уши и судорожно пытаясь поджать ноги; кисти его рук мелко задрожали от болезненногого спазма. Крепко удерживая чужие ноги, Вокс продолжил заниматься его лечением, понемногу усиливая поток.       Аластор негромко застонал от боли — он медленно приходил в себя. Когда он приоткрыл глаза, то увидел потолок с характерным для Отеля узором. Всё плыло, но он успокоился тем, что находится под присмотром Чарли.       Он жив. Надо же…       Вдруг, почувствовав прострелившую тело боль, он выгнулся и сжал зубы. Но, спустя пару минут, боль прошла и Аластор обмяк, расслабившись. А потом он опустил взгляд и наткнулся на ухмыляющегося Вокса, который, заметив его шире раскрывшиеся глаза, показательно высунул свой огромный аквамариновый язык, протискиваясь им между половинками копыт левой ноги. Слюна обильно смочила промежуток между фалангами и юркая мышца пощекотала нежные подушечки чужой стопы. Вокс, не отводя взгляд от удивлëнных глаз напротив, медленно втянул язык обратно, оставляя ниточку слюны, тянущуюся от мокрой алой шëрстки.       — «Что за хрень?» — промелькнуло у Аластора в голове, но он снова ушёл в забытье, не успев додумать.       Вокс облегчëнно выдохнул. Он уже успел настроиться на разбирательства с выяснением причин его нахождения возле Аластора. Но тот, к счастью, был слишком обессилен, чтобы возмущаться.

***

      — Ты не представляешь, как я хочу тебя. — Теле-демон зажал демона радио в угол, нависнув над ним, расставив руки по обе стороны чужих плеч.       Как так получилось? Вокс и сам не знал. Аластору ничего не стоило просто смыться, но он стоял перед ним, слегка зажимаясь, словно ему некомфортно, но он зачем-то это терпит. И от этого Воксу сносило крышу.       — Правду говоришь, друг мой, не представляю. — В голосе Аластора звучала насмешка, хотя, кто и мог бы сейчас насмехаться, так это Вокс.       — Что же случилось, что ты не удираешь? Неужели наконец-то осмелел? — Вокс нагло скалился ему в лицо, но Аластор с невозмутимым взглядом продолжал широко улыбаться. Только чуть поджатые уши говорили о его неприязни к словам теле-демона. — Молчишь? Так не интересно.       Вокс придвинулся ближе к лицу напротив и самым кончиком языка коснулся левого уголка губ противника. Аластор зашумел радио-помехами от возмущения, и скрестил руки на груди.       — Что ты творишь! Противно.       Вокс уже подрагивал от возбуждения, поэтому лишь похабно улыбнулся в ответ.       — Так почему же ты всё ещё здесь и не даёшь отпор? Врёшь самому себе, и мне заодно? Или тебе от меня что-то нужно?       Аластор сильнее прижал уши и отвёл взгляд, хмурясь.       — Мне… Мне нужна твоя помощь.       Брови Вокса чуть не покинули верхнюю границу его головы-телевизора.       — Прости, что?       Аластор вперил в него гневный взгляд.       — Что слышал.       Вокс громко рассмеялся, а потом неверяще уставился на собеседника.       — Раз так, я соглашусь… за поцелуй.       Аластор вжался спиной в стену, исподлобья глядя на теле-демона.       — Нет.       Вокс покачал головой.       — Тогда решай свои проблемы сам. Не маленький уже.       Аластор в ответ на подъëбку схватил Вокса за горло обеими руками.       — Я ведь прошу по-хорошему.       Вокс самоуверенно надвинулся на него.       — А я и не отказываюсь.       Аластор с минуту молчал. Вокс ждал, что будет дальше… Вдруг, Аластор прижался к его рту губами, целуя. Вокс в шоке замер. Демон-олень скользнул по тонкой полоске рта языком в легко читаемой просьбе. Вокс помедлил, а затем открыл рот, встречая язык Аластора и принимая его. Аластор вздрогнул от ощутимого покалывания при соприкосновении с чужой статикой, а Вокс расплылся в нежной улыбке, будто опьянëнный. Он был так возбуждён, что тихо постанывал в рот радио-демона.       Аластор целовал его долго, с упоением. Или так показалось Воксу… Но когда он разорвал поцелуй, чтобы отдышаться, теледемон вжал чужое тело в стену и почти навалился, еле держась на ногах от возбуждения.       — Вокс… — хрипло позвал Аластор, обнимая демона напротив за шею.       — Люблю тебя.       — Что.?       Аластор задержал дыхание, широко раскрытыми глазами смотря поверх чужого широкого плеча.       — Я люблю тебя. — повторил Вокс.       Теледемон отстранился, чтобы упереть взгляд в удивлённо смотрящие на него глаза.       — Ты…       Аластор так растерялся, что не смог даже произнести что-то в ответ. Все мысли растворялись, и он не успевал ухватиться за них.       — Давно? — тихо спросил он.       — Давненько. — печально улыбнулся Вокс.       — Я…       Теледемон прервал Аластора, мягко приложив указательный палец к чужим губам.       — Тшш… Не отвечай ничего. — Тихо попросил Вокс. Аластор послушно сомкнул губы. — Спасибо.       Вокс неотрывно смотрел в глаза Аластора, и тот не сразу заметил, что у теледемона потекли слёзы.       — Вокс, ты…       Теледемон молча смотрел на него и тепло улыбался, пока по его киберкоже стекали слёзы, бледными разноцветными разводами оставаясь на лице-экране.