Красный снег

Операция "Красный снег". Стерильный белый свет люминесцентных ламп на потолке гудел с монотонностью, от которой сводило скулы. Он отражался от полированных серых полов, от стеклянных стен переговорных, от хромированных поверхностей кофейных автоматов. Я ненавидел этот свет. Он был мёртвым, как и всё в этом месте. Зона-12, региональный хаб WEDV, замаскированный под безликий бизнес-центр на окраине Элизиума. Мой дом. Моя клетка. Я сидел в общей зоне отдыха персонала, если можно было назвать "отдыхом" механическое поглощение синтетического кофе из пластикового стаканчика. Кофе был горьким, с привкусом жжёной пластмассы, но он был горячим, и это было единственным его достоинством. Вокруг меня суетились клерки из коммерческих отделов — люди в идеально выглаженных рубашках, с фальшивыми улыбками и пустыми глазами. Они не знали, что этажами ниже, в блоке "Карантин", содержатся сущности, способные одним своим видом свести с ума. Они не знали, что в соседнем крыле оперативники МОГ, такие как я, чистят оружие после очередной "санитарной зачистки". Они жили в своей уютной иллюзии, и моя работа заключалась в том, чтобы эта иллюзия никогда не треснула. — Ворон. Голос был тихим, шелестящим, как сухие листья, но он прорезал гул помещения, как скальпель. Я поднял голову. Передо мной стоял Липид. Он принадлежал к той же расе "Падших", что и моя мать, но на этом наше сходство заканчивалось. Если во мне эта кровь была проклятием, источником неконтролируемой ярости и физических мутаций, то в нём она превратилась в нечто иное. Липид был стар. Очень стар. Он давно перегорел, оставив позади хищные инстинкты. Теперь он был идеальным бюрократом. Его кожа имела пергаментно-жёлтый оттенок, а под ней угадывалась нечеловеческая структура костей. Он носил безупречно сшитый серый костюм, а в тонких, длинных пальцах держал планшет. В Корпорации он занимал должность диспетчера-координатора Оперативного блока. Живой архив, который помнил инциденты, случившиеся ещё до моего рождения. Я молча смотрел на него, ожидая. Липид не подходил просто так. — Есть работа, — так же тихо продолжил он, и его глаза, похожие на два тёмных, отполированных камня, не мигая смотрели на меня. — Срочная. Я сделал ещё один глоток дрянного кофе. — Что-то интересное или опять зачищать склад от аномальной плесени? На его тонких губах не дрогнул ни один мускул. Эмоции были для него такой же ненужной роскошью, как и для всей Корпорации. — Посёлок "Северный-7". Восточная Сибирь. Дочернее предприятие "Elysium BioTech" вело там геологоразведку. Официально. — А неофициально? — спросил я, уже зная ответ. — Добыча некаталогизированного минерала с тауматургическими свойствами класса "Ресурс". Час назад связь с объектом была потеряна. Последняя трансляция — шум и крики. Комитет по Этике классифицировал инцидент как потенциальную угрозу класса "Перелом". Я поставил стаканчик на стол. Сибирь. Снег. И какая-то хрень, которую откопали биотехи. Классика. — Группа? — МОГ-9. Твоя. "Чистильщики". Гром уже в курсе, собирает остальных. — Задача? — Прибыть, оценить обстановку, восстановить контроль. Если объект будет признан неконтролируемым — активировать протокол "Whiteout". Стандартный набор. Липид протянул мне планшет. На экране светилась карта местности и краткая сводка. Заброшенный шахтёрский посёлок, окружённый горами. Одна дорога, которую уже, судя по метеосводке, замело. — По прогнозу — сильная буря. Высадка будет сложной. Миссия на пару часов, не больше. Зашли, разобрались, вышли. Корпорация не хочет, чтобы её новый "Ресурс" расползся по тайге. Я вернул ему планшет. — Ясно. — Вылет через два часа с грузового терминала "Stratos Logistics". Сходи в оружейную, получи снаряжение. Возьми стандартный комплект для работы в условиях низких температур. И, Ворон... Он на мгновение замолчал, и в его каменных глазах промелькнуло что-то похожее на... предостережение? — ...постарайся не замёрзнуть. Он развернулся и так же бесшумно растворился в толпе клерков, оставив меня наедине с остывающим кофе и привкусом грядущей работы. Пару часов. Проверить и разобраться. Я усмехнулся про себя. В нашем деле "пара часов" слишком часто превращалась в вечность. Я встал и направился к лифтам, ведущим в нижние, непубличные уровни Зоны. Впереди меня ждал знакомый ритуал: запах оружейной смазки, тяжесть бронежилета и холодная сталь автомата. Единственные вещи в этом мире, которым я мог по-настоящему доверять. Лифт двигался вниз беззвучно, сменяя на дисплее номера этажей. После "нулевого" — последнего публичного уровня — цифры сменились на литеры. G, F, E... Мои уши заложило от перепада давления. Воздух в кабине стал холоднее, плотнее, пропитался запахом озона и дезинфектанта. Это была граница миров. Там, наверху, клерки пили латте и обсуждали квартальные отчёты. Здесь, внизу, начиналась настоящая работа Корпорации. Двери открылись на уровне D — Оружейный и технический склад. Меня встретил Кварц. Он был полной противоположностью Липиду — приземистый, кряжистый мужчина лет пятидесяти, с лицом, похожим на старый, потрескавшийся кирпич, и руками, которые могли бы согнуть стальной прут. Бывший оперативник МОГ, списанный после потери ноги на какой-то забытой Богом зачистке. Теперь он заведовал арсеналом. — Ворон, — пробасил он, не отрываясь от протирки затвора крупнокалиберной винтовки. Запах оружейной смазки здесь был таким густым, что его, казалось, можно было резать ножом. — Гром уже дал список. Собирайся. Я кивнул и прошёл вдоль длинных стеллажей, заставленных оружием на любой вкус: от стандартных АК-12М и пистолетов "Гюрза" до тяжёлых пулемётов и плазменных резаков для вскрытия гермодверей. Всё было разложено с маниакальной педантичностью. Мой комплект ждал меня на отдельном столе. Стандартный бронежилет "Бастион-4" с дополнительными керамическими плитами. Тактический шлем с интегрированной системой связи и тепловизором. Разгрузка, уже набитая магазинами с бронебойными патронами. На поясе — аптечка, несколько гранат и мой верный ПЯ "Грач". К этому добавился зимний комплект: утеплённый маскировочный костюм "Сугроб", термобельё, тактические перчатки с подогревом. Кварц подошёл, прихрамывая на свой титановый протез. — Группа берёт один ЛПО-97, — он кивнул в сторону лёгкого пехотного огнемёта, стоявшего у стены. — На случай, если там какая-то биологическая зараза. Паразиты или что-то в этом роде. Возьмёт "Молот". "Призрак" укомплектован по полной: пластид, направленные мины, плюс комплект для РЭБ. Он помолчал, а затем указал на массивный, угловатый кейс, стоявший особняком. — А это — тебе. Личный приказ из Научно-аналитического блока. Я открыл кейс. Внутри, в ложе из чёрного пенопласта, лежал ОН. Экспериментальный образец "Аргус-3". Официально — импульсная винтовка нелетального действия. Неофициально — "Успокоитель". Оружие, разработанное специально для работы с тауматургами и сущностями, уязвимыми к определённым частотным колебаниям. Винтовка была тяжёлой, с массивным конденсатором под стволом и сложным оптическим прицелом. Я ненавидел это дерьмо. Оно было непредсказуемым. Иногда оно просто вырубало цель, а иногда — превращало её внутренности в кисель. — Полевые испытания, — проворчал Кварц, заметив выражение моего лица. — Учёные крысы хотят посмотреть, как эта штука поведёт себя против некаталогизированного актива. Говорят, в ней новый резонансный кристалл. Из того, что вы притащили с операции "Тихий дом". Я захлопнул кейс. Ещё одна переменная. Ещё один способ красиво умереть во славу Корпорации. — Я возьму свой обычный ствол. Эту хрень пусть тащит второй номер. — Без вариантов, — отрезал Кварц. — Приказ есть приказ. Твой АК идёт как вторичное оружие. Основным назначен "Аргус". Сам знаешь правила. Я знал. Если учёным понадобились данные, они их получат. Даже если для этого придётся пожертвовать целой группой. Я закинул ремень автомата за плечо и с видимым усилием поднял кейс с "Аргусом". Тяжёлый. Неудобный. — Удачи там, — бросил Кварц мне в спину, возвращаясь к своему верстаку. — Постарайся вернуть эту игрушку в целости. Она стоит больше, чем весь твой отряд. Я не ответил. Я просто шёл к выходу, чувствуя на плечах привычную тяжесть брони и новую, неприятную тяжесть экспериментального оружия. Впереди меня ждал гул двигателей вертолёта и ледяное дыхание Сибири. И чувство, которое никогда меня не обманывало: эта "прогулка на пару часов" добром не кончится. Двери грузового отсека вертолёта были открыты, впуская внутрь влажный, пропахший авиационным керосином воздух грузового терминала "Stratos Logistics". Мы сидели на откидных скамьях вдоль бортов, шестеро. Полный состав МОГ-9. В тусклом свете ангара наше снаряжение казалось угольно-чёрным, поглощающим свет. По меркам Корпорации, мы шли "налегке": стандартные бронекостюмы, автоматы, пистолеты, гранаты. Но я видел, как на нас смотрят технари, обслуживающие вертолёт. Для любого солдата регулярной армии мы выглядели как ходячие танки. Напротив меня сидел Гром, командир. Он методично проверял крепления на своей разгрузке, его движения были выверенными и экономичными. Рядом с ним — "Молот" и "Наковальня", наша пулемётная двойка. "Молот" возился с лентой для своего "Печенега", а "Наковальня", его второй номер, прислонил к переборке лёгкий огнемёт ЛПО-97. Его баллоны были выкрашены в ярко-красный цвет, единственное яркое пятно в нашем монохромном снаряжении. "Призрак", наш подрывник, что-то колдовал над своим планшетом, подключённым к рюкзаку с аппаратурой РЭБ. "Скальпель", медик, молча перебирал ампулы в своём подсумке. Я чувствовал на себе вес экспериментального "Аргуса", который лежал у меня на коленях. Мой верный АК-12М висел за спиной, и это ощущалось неправильным, словно основное оружие стало запасным. Иногда я задумывался о мощи, сосредоточенной в руках Корпорации. Численность оперативных групп была строго засекречена, но даже если судить по нашему хабу, по всему миру нас были тысячи. Тысячи таких, как мы. Умножьте это на технологии, которые опережали общедоступные на десятилетия, на арсенал аномальных артефактов, на лояльных "Активов" вроде меня. Мы могли бы поставить на колени любую страну. Впрочем, ставить на колени уже было особо некого. Соединённые Штаты Америки, как единое государство, перестали существовать лет тридцать назад, развалившись на несколько враждующих территорий после "Великого Сбоя" — инцидента, который Корпорация официально называла "крупнейшим техногенным кризисом", а неофициально — несанкционированным применением актива класса "Разрыв". На части этих бывших территорий и был построен Элизиум. Город-государство, ставший новой столицей мира. Новой Вавилонской башней. Здесь жили все. Большинство, конечно, составляли русские и американцы, перебравшиеся сюда в поисках стабильности и работы. Культуры и языки перемешались в дикий коктейль. В столовой для персонала было обычным делом услышать, как какой-нибудь бывший морпех из Техаса на ломаном русском заказывает себе борщ, а в ответ ему сибирский техник на чистом английском объясняет, что сметану надо брать вон в том холодильнике. — Hey, Voron, check your comms, — раздался голос "Призрака". Он не отрывался от своего планшета. — Testing the encrypted channel. One, two. — Пять на пять, — ответил я по-русски. — Слышу чисто. "Призрак" кивнул. Он был из бывших "рейнджеров", попал в Корпорацию после того, как его отряд столкнулся с чем-то в Аппалачах и из всей роты выжил только он. WEDV предложила ему ответы и новую цель. Стандартная история. В кабине пилотов загорелся свет. Послышался нарастающий гул запускаемых турбин. Металлический пол под ногами задрожал, сначала мелко, потом всё сильнее. Техники снаружи засуетились, отсоединяя кабели внешнего питания. Раздался гидравлический вздох — аппарель начала медленно подниматься, отсекая нас от ангара. Внутри стало темно, и тут же включилось тусклое красное освещение десантного отсека. Мы были заперты в вибрирующей металлической коробке. Впереди — несколько часов полёта над безжизненными территориями и прыжок в ледяную бурю.