Утерянная ночь

      — Красивая была квартира, — тихо проговорила Кэрол, проводя рукой по пыльной столешнице кухни.       Сейчас бы она определённо приготовила что-то изысканное в таком месте — может, испекла шарлоттку с ароматной корицей, а затем заварила какао… От одной лишь мысли о еде, желудок болезненно сжался и выдал очередной спазм. Кэрол поежилась, вздрагивая едва заметно всем телом. Последнее, что они ели за несколько дней — два леденца, найденые в этой же квартире.       — На нижних этажах пусто, — объявил Дэрил, заходя в квартиру и выключая свой фонарик. — Проверю ещё утром третий этаж.       Кэрол обернулась и кивнула, выдавливая из себя улыбку. В конце концов, уже было слишком темно, чтобы бродить в поисках еды по квартирам сегодня вечером. Они едва выбрались из чертового туннеля целыми и почти невредимыми, а еда — меньшее, что сейчас должно было беспокоить. Кэрол прошла в гостиную следом за другом, который стянул плащ и повалился на один из диванчиков, стоящих друг напротив друга.       — Завтра точно что-то будет, — ободряюще проговорила она, усаживаясь напротив и подбирая под себя ноги.       — Сомневаюсь, — буркнул почти обиженно Дэрил, бросив на подругу хмурый взгляд.       — Не умрем же мы здесь от голода, — как-то совсем неожиданно печально произнесла Кэрол и тут же прикусила губу изнутри.       — Конечно, — фыркнул друг, показывая рукой куда-то в сторону старой и пыльной кухни, — у нас же ещё есть чертовы сосиски.       Кэрол определённо не хотела их открывать сейчас — по правде, она понимала, что хранит их для чего-то невозможно важного, вот только даже себе это объяснить не могла. Живот предательски заурчал от мыслей о любой еде, отчего пришлось встать и выйти на балкон. Вдохнув полной грудью ароматы ночного Лондона, Кэрол ощутила, как желание поесть уходит на второй план. Гниль, смешанная с затхлым запахом мочи — что же может отрезвить лучше? Она так много читала о средневековой Европе раньше, но никогда бы не поверила, что сможет оказаться в подобном месте в реальности. Ощущать зловоние, стоя на шикарном, большом балконе, походило на какое-то искаженное безумие. Хотя куда безумнее?       Кэрол нравилась Англия, пусть они только и прибыли сюда. Пройтись вдоль обрыва, того самого, где много лет назад, словно в забытой реальности, снимали фильм про Гарри Поттера… Это было неописуемым чудом. Ещё никогда в жизни она не имела настолько очевидных возможностей для странных и глупых путешествий, а главное… Главное, с ним. С лучшим человеком в мире, которого только можно было найти.       Может, дома никому до них уже нет дела? Ведь Кэрол могла признать, что едва ли скучает по ком-то там. В Содружестве всегда не хватало только одного. Его.       Дэрила.

***

      Ко всему привыкаешь быстро. Даже к постоянному голоду, но как же тяжело теперь, после длительного времени проживания в комфортных условиях Содружества. Дэрил ещё помнил это — вечера на кухне у Кэрол, с детьми. С его детьми, так он называл Джудит и ЭрДжея, потому что действительно вкладывал в них все свои силы. Наверное, было их жаль, потому что он сам знал, как это быть брошенным и одиноким ребенком. Дэрилу было тяжело на это смотреть. А ещё на то, как Кэрол холодно держится среди всех них, стараясь больше никогда не привязываться — для неё это станет самой настоящей смертью.       — Блядь! — вскрикнул Дэрил, отводя резко луч фонаря куда-то в сторону.       Перед ним мелькнула маленькая тень, зашуршав старыми бумажками возле стены. Крыса — просто большая и жирная крыса, но если она здесь живет… Значит, здесь ещё есть еда. Дэрил резко развернулся и прошёл в кухню квартиры, которую начал осматривать. Он не послушал Кэрол, и хоть как бы она не просила, решил найти еду во что бы то ни стало. Было уже довольно поздно и темно, к тому же и грозовые тучи закрыли почти полную луну, погружая весь дом в холодный и липкий мрак. Дэрил ощущал, как впервые за очень долгое время, странный холодок страха смог вновь прикоснуться к нему.       Отбросив лишние мысли, он резко открыл холодильник, надеясь, что где-то там, в глубине, возможно, будет стоять забытая банка какой-то консервы. Но вместо чего-то хорошего на Дэрила тут же ринула волна ужасающего зловония, а следом несколько жирных крыс, которые попытались даже вгрызться в его ботинок, однако удалось от них отбиться. Крысы с ужасающим визгом скрылись в другой комнате, а кухню заполнил лишь запах гнили. Луч фонаря устало скользнул во внутрь — полки холодильника были заполненны большими, человеческими костями, а сверху, словно в подтверждение, лежал облезлый череп.       Дэрил со злостью хлопнул дверью холодильника, едва сдерживая отчаянный полустон. Сжав крепче фонарик, а затем и вовсе затиснув между зубами, он принялся копаться во всех навесных шкафчиках в поисках чего-то, что могло бы хотя бы напоминать еду.       Пустые коробки летели на пол одна за другой — почти на каждой виднелись следы зубов уродливых грызунов. Знай наверняка, что эти чертовы крысы не жрали падаль, Дэрил бы точно словил парочку, чтобы пожарить. Прямо на том долбанном балконе, который почему-то так сильно понравился Кэрол. Она стояла там, в свете луны, пока ту совсем не скрыли черные тучи. Такой знакомый, совсем родной силуэт.       Она здесь. Она не видение. Она рядом.       Дэрил встряхнул головой, а желудок предательски заныл. Скривившись от непрошенных мыслей, он продолжил исследовать полки — вновь на пол полетела коробка из-под хлопьев, а следом шлейфом посыпалась мелкая крошка, смешанная с пылью. Отчаявшись, он открыл последний навесной шкаф и не поверил своим глазам — там стояло несколько банок, но без какой-либо этикетки. Дэрил схватил первую, и жидкость тут же потекла по руке, воняя чем-то ужасно горьким. Посветив фонариком, он увидел на дне ржавчину и следы от зубов. Снова. Буквально зарычав, Дэрил отбросил банку в стену со всей силы, да так, что в соседней комнате задрожал сервиз в долбанном буфете, а крысы перепуганно зашуршали в разные стороны. Наверное, и Кэрол услышала этот шум, и может спуститься сюда в любой момент. А Дэрил не хотел, чтобы она оказалась хотя бы в малейшей опасности. Почему-то сейчас сильнее всего.       Он схватил оставшиеся две банки, с удивлением обнаружив, что они обе целы, не имеющие даже ржавчины или сколов. Дэрил абсолютно не знал, что внутри — но всё это уже не имело смысла. Сегодня они смогут хоть что-то поесть. Он взял фонарик в руку, сунул консервы в сумку, а затем быстро выскочил из квартиры, тут же натыкаясь на Кэрол. Дэрил успел затормозить лишь в миллиметре от её лица, лишь ощутив по запаху, что это она, а не очередной ходячий. А ещё по прерывчастому, почти испуганному вздоху.       — Ты напугал меня, — выдавила она в ответ почти виновато, держа в руке нож и фонарь, направленные вниз.       Дэрил неспешно отодвинулся назад, а лучи их фонариков скрестились на полу. Он медленно выдохнул, не понимая, что именно такого странного произошло сейчас. Наверняка, всё ещё действовало отравление чертовым гуано в том туннеле.       — Я нашёл пару банок, — как-то слишком холодно произнёс Дэрил, удивляясь своему голосу, а затем резко повернулся в сторону, замечая странное движение на лестнице почти в полной темноте. Он выключил фонарик быстрее, чем успел подумать.       Кэрол среагировала за ним, как и всегда, словно чувствуя и понимая. Она так же обернулась в сторону лестничного пролета, желая уже переклониться через перило, но Дэрил хватил её за руку держащую фонарь, тут же выключая его. Второй же он зажал ей рот и как-то слишком грубо втиснул подругу в себя спиной, прижимаясь тоже к стене, прячась за полуоткрытой дверью квартиры. Кэрол протестующе тихо застонала и попыталась пошевелиться, но ничего у неё не выходило.       — Тихо, — едва слышно прошептал Дэрил в её ухо, прислушиваясь и вглядываясь в темноту. — Мы не одни.       Как ни странно, Кэрол умолкла — лишь ощущалось её теплое дыхание и движение грудной клетки. Он слушал и смотрел всё внимательнее, давая глазам привыкнуть к тьме и начать различать хоть что-то без помощи фонарика. И это получилось — по лестнице очень медленно, почти вяло поднималась одна тонкая фигура. Не ходячий — нечто, что пристально принюхивалось, как мог слышать Дэрил. Листья, бумага и, черт ещё знает, какой мусор шуршали под ногами (лапами?) существа, пока то вязко плыло вдоль лестничной клетки. Крысы пищали, шурша своими хвостами по мусору и мрамору, где ещё, как предполагал Дэрил, мог быть пол, не покрытый остатками жизнедеятельности всех существ на земле.       Нечто приближалось, всё медленнее, словно играя, принюхиваясь… А обвисшие волосы легко развивались на сквозняке, который гулял между этажами. Кэрол дернулась, спрятав нож, и пыталась освободить рот от хватки друга, почти что впиваясь ногтями в его ладонь в перчатке. Она застонала, дергаясь, странно и неприятно трясь всем телом о Дэрила, отчего у него пробежали странные мурашки по затылку. Не от страха, а совершенно от другого, почти забытого им чувства… Но так ведь нельзя — Кэрол его подруга, и всё можно испортить своими желаниями.       И сейчас важным было вообще не это, а чертова тварь во тьме, которая двигалась все ближе и ближе, почти преодолев последние несколько ступенек до них. Дэрил не знал, что делать — не знал, потому что существо не вело себя так, как человек или ходчий. Более того, оно не было похоже поведением на животных, как одичалые люди. Резкая боль пронзила ладонь, и в следующую секунду, Дэрил отпустил подругу, которая отступила на шаг, оказываясь прямо в руках монстра.       — Нет! — вскрикнул Дэрил, тревожа всех мертвецов, запертых в квартирах на этаже, всех крыс, которые прятались в укромных местах.       Нож, проходя мимо головы Кэрол, резко рассек… воздух. Щёлкнул фонарь, и луч света осветил весь лестничный пролет, сначала вверх, потом вниз, а затем заслепил Дэрила, заставляя поморщиться и зашипеть, но угас в следующее же мгновение.       — Здесь никого не было и нет, — выдохнула Кэрол, прикасаясь к его ладони. — Тебе показалось…       — Идем, — лишь буркнул Дэрил, включая свой фонарь и направляясь первым наверх.       Наверное, это всё последствия того странного туннеля и голода — не иначе. Ведь не мог же он, Дэрил Диксон, сходить с ума? После такого можно поверить во что-угодно, и почему-то он решил, что больше никто из них не выйдет отсюда живым.

***

      — Отлично, — мы не умрем от голода, — с какой-то вымученой улыбкой протянула Кэрол, зажигая найденые свечи.       — Хоть что-то, — кивнул Дэрил, — надеюсь, там что-то съедобное. И… извини за то, что там… ну, было.       — Пустяки, — ответила Кэрол, прийнявшись искать в сумке ключ для консерв, который у них точно где-то был.       Дэрил осматривал камин, который подруга пыталась безуспешно расжечь, пока он обшаривал квартиры. Дрова здесь были да и мебели столько, что можно хоть всю зиму жить — от этого он невольно поежился. А камин, кажется, был забит, в добавок к этому ринул дождь, буквально обрушивая воду с небес. Они позаботились о пустой таре на балконе для питья, однако это никак не решало их проблем с ходячими и едой.       — При такой погоде мне его не расжечь, — развел руками Дэрил, отодвигая стул и усаживаясь с другого края стола, не рядом.       Что-то не понравилось ему там, на лестничной клетке, когда тело подруги так вжималось к него. Даже сквозь все слои одежды — он боялся сотворить какую-то безпросветную глупость, которая лишь могла их оттолкнуть друг от друга. А ведь только всё начало налаживаться — они здесь, вдвоём. Только вдвоём.       — Откроешь? — улыбнулась Кэрол, протягивая ему банку и ключ. — Только она какая-то слишком легкая.       Дэрил кивнул, беря жестяную банку в руку, покручивая её. Действительно, почти ничего не весила, а по форме ведь походила на банку сгущенки — только бы это оказалось правдой, ведь такие вещи способны храниться десятилетиями, если не считать, конечно, мед, который способен пережить и атомную войну. Дэрил хмыкнул от этой мысли, бросая короткий взгляд на подругу, и та улыбнулась тут же в ответ. Неужели их проблемы стали чуточку меньше?       Нож мягко вошёл в металлическую крышку, и Дэрил понял, что что-то здесь не так — совсем никакого запаха, ничего. Он даже наклонился, принюхиваясь, но тщентно, банка словно была пустая внутри. Неужели еда могла просто исчезнуть из банки? Он с жадностью начал вскрывать банку, и Кэрол недоуменно сложила губы в странную букву «о», приподнимаясь над столом. Дэрил заставил себя вообще на нее не смотреть и резко оторвал помятую крышку, отбрасывая в сторону.       — Что это? — тихо прошелестела Кэрол, тяжело сглатывая слюну.       — Деньги, — не веря своим глазам, проговорил Дэрил, доставая зеленые доллары и цветные евро. — Это шутка?       Он ухватил банку, рассматривая со всех сторон, но не смог заметить ничего такого, что указывало бы на вскрытие банки ранее. Разве такое бывает?       — Что это за хрень? — снова спросил он, поднимая глаза и встречаясь взглядом с Кэрол.       — Так давно делали, — тихо прошептала она, прикладывая пальцы к вискам. — Перекатывали банки, пряча там деньги, патроны и даже наркотики.       — Дай вторую! — чуть громче и грубее сказал Дэрил, сам хватая банку, но она оказалась куда увесистее, чем первая. — Клянусь, если там нет еды, я перебью всех тех ходячих голыми руками!       Как подтверждение его слов, небо рассекла огромная белая молния, озаряя светом весь Лондон и их укромное убежище. Кэрол нервно сглотнула, а затем вздрогнула под раскат грома, который буквально оглушал. Дэрил не терял ни секунды, вскрывая банку и обнаруживая там лишь какую-то почти прозрачную жидкость.       — Блядь, — тихо ругнулся он, принюхиваясь, но ощутил лишь запах металла, — кажется, джин.       — Хотя бы согреемся, — слишком сухо и бесцветно произнесла Кэрол, встав из-за стола.       Дэрил лишь буркнул что-то в знак согласия, а затем разлил жидкость по маленьким рюмочкам («какие нашла!»), которые подала ему подруга. Да и много им пить точно не стоило, не в таком состоянии. Они приподняли их, глядя лишь молча друг другу в глаза, а затем резко опрокинули жидкость в себя, ожидая согревающей реакции.       Но ничего не произошло. Горло не обожгло алкоголем, как это бывает, во рту не осталось неприятного вкуса, лишь легкое ощущение чего-то маслянистого с привкусом металлической банки.       — Что за херня? — снова выругался Дэрил, ставя рюмку на стол, а затем столкнулся с перепуганными глазами Кэрол. — Что?       — Это… Это жидкий экстези.

***

      Дождь стал лишь сильнее: барабанил в окна, а ветер завывал в уголках квартиры, гоняя листья и мусор по полу. Молнии сверкали одна за другой, выхватывая вспышками света два силуэта, сидящие на полу возле дивана.       Дэрил не мог сказать точно, сколько минут прошло с того момента, как они приняли ту странную жидкость, посчитав ее джином. Он никогда не пробовал «такие» наркотики, но когда-то, слишком давно слышал истории от брата. Такую дрянь, как он говорит, подмешивали девкам в барах, чтобы «потом драть их в туалете, прикинь, братишь? На всё были готовы!»       Он тут же поморщился, встряхивая головой, как очередная молния осветила полностью комнату на одно лишь короткое мгновение, но этого хватило, чтобы понять — мир поплыл. Перед ним сидела она, живая и настоящая, такая мягкая, что Дэрил невольно коснулся кончиками пальцев щеки.       — Я ещё в норме, — слабо пролепетала Изабель, и Дэрил дернулся, словно от пощёчины, одергивая резко руку.       Нет, нет, не Изабель. Очередная вспышка света добавила ясности, но в то же время ещё больше размытости и оголенных чувств. Перед ним всё ещё была Кэрол, конечно же, Кэрол, кто еще мог так необдуманно глотнуть с ним тяжелых наркотиков и теперь сидеть здесь, выискивая в тенях знакомые силуэты? Подруга медленно улыбнулась, глядя куда-то за спину Дэрила, и он наклонился, беря её лицо в ладони.       — Почему так жарко? — тихо спросил он, сомневаясь, что вообще смог озвучить вопрос.       Сомневаясь где-то на границе своего сознания в правильности этих слов, ведь в квартире было чертовски холодно, и Кэрол хотела ведь… Что она хотела? Точно, этого…       Дэрил прикоснулся большим пальцем к её шершавым пересохшим губам, медленно поглаживая. Точно, она ведь просила, просила… Он нахмурился, силясь вспомнить что-то такое, о чём она говорила, но ничего не приходило больше в голову, а по телу лишь сильнее разливалось тепло, почему-то скапливаясь всё ниже и ниже, где-то там, в паху. Так далеко…       Дэрил дернул головой вновь, фокусируя взгляд на подруге в кромешечной тьме. Её губы приоткрылись, опаляя горячим дыханием палец, и он замер, ощущая лишь странное подергивание, словно не своего тела, словно что-то чужое, неправильное. Он сопротивлялся, убрав руку, а затем содрогнулся от очередного раската грома. И почему не было молнии? Он так хотел увидеть эти ясные глаза…       — Жарко, — повторил он сам себе, стягивая с плеч подтяжки штанов, а затем и свитер через голову, откидывая его куда-то в сторону.       — Мне тоже, — отозвалась Кэрол, или это ему лишь казалось?       Дэрил не видел её, пусть они и сидели в непозволительной раньше близости к друг другу, но затем ощутил, как помимо холодного ветра, к коже прикасается теплое, тонкое дыхание. Мир почему-то плыл, заглушаемый лишь завыванием ветра и шквалом сильного дождя.       Что-то сильно впилось в его ладонь, но Дэрил не мог ничего понять, словно вновь упустил нечто важное. Его губы были такими мягкими, горячими и мокрыми. Всё это время что-то так нежно и мягко их касалось, плавно, шершаво и так… горячо. Настойчиво. Он, сам того не понимая, застонал, ощущая и наконец осознавая подергивания в слишком возбужденном члене. Может, он уже стонал до этого? Шум дождя заглушал, не отрезвляя, а делая только хуже. Вспышка света, и Дэрил лишь на краю сознания понял, что его губ касаются чужие.       Нет, нет… Не чужие. Такие родные. И сладкие, а ещё этот стон, такой поющий и тонкий. Не его. Этот стон принадлежит ей — и ей это нравится. Дэрил перехватил инициативу, сжимая с силой её волосы на затылке, прижимая ближе к себе. Хотелось просто растворить её в себе, вжать и оставить так навсегда. Что-то попрежнему давило на его вторую ладонь изнутри, но так не хотелось отвлекаться.       Он целовал Кэрол, казалось, до онемения губ, а может, так и было, ведь болело абсолютно всё, к чему бы там не прикасались её тонкие, такие горячие пальцы. Всё словно пробивало током, таким сильным, ярким, и этого хотелось лишь больше — смять её, вжать в этот покрытый грязью ковер, и что-то с ней сделать… Мысли путались и кричали в голове, а руки, наконец, решились на исследование того, что всегда было под жёстким запретом.       Но тело теперь совершенно не слушалось, делая что-то свое. И это нравилось.       — Да, — тихо прошептала Кэрол, и это простое «да» закончилось очень отдаленным и странным стоном.       Дэрилу пришлось на мгновение остановиться, или так только казалось ему, ведь в следующую секунду Кэрол изогнулась в его руках в новом, более требовательном стоне. Как она вообще оказалась на его бедрах? Пришлось слишком долго, как казалось, понимать, что именно происходило…       Они всё ещё были на полу, переплетенные в руках друг друга, а в нос так сладко ударял запах её тела. Да, только её тела. Дэрил всегда знал, как пахнет подруга, как дышит, как ходит, как говорит… Он знал про неё всё, что только мог, что было дозволено и не было таковым. И сейчас он целовал разгоряченную, полуобнаженную грудь, то и дело задевая губами чувствительный затвердевший сосок. Кофта Кэрол съехала с плеча, насколько он мог понять наощупь, а всё происходящее и дальше было каким-то нереальным.       Дэрил видел их — блуждающие в полной темноте тени, тянущие свои костлявые, мёртвые руки, но он никому её не отдаст, не сейчас, ведь Кэрол принадлежала только ему. Всегда. С каждым её рванныи стоном, который доносился почему-то издалека, Дэрил ощущал, как всё болезненнее член упирался в грубую ткань штанов, требуя разрядки. Ткань точно промокла уже от смазки, и он, сам того не понимая, наконец повел руку вдоль тела Кэрол, прикасаясь к пряжке её ремня.       А разве так должен посупать друг? Нет, определённо нет. Дэрил не должен был пользоваться ситуацией, чтобы получить своё, иначе какой он после этого лучший друг? Как он будет смотреть в её глаза? Кэрол ведь ничего не соображает сейчас, сколько бы она не просила… А просила ли вообще? Может, это тоже не так? Он очень медленно, с огромным усилием, оторвался от соска подруги, а затем, дождавшись молнии, увидел то, что и хотел — в её глазах была полная пустота и эйфория, Кэрол не была сейчас с ним, не была его.       Её здесь вообще не было.       Пошатываясь, он в полной темноте поднялся и направился в кухню, оставляя Кэрол на полу в гостинной. Он должен был себя остановить — нужно было что-то срочно сделать, чтобы не натворить лишнего. Дэрил плюхнулся на стул, стараясь не шуметь и будто пытаясь спрятаться. В этом шуме дождя, расскатах грома… Он слышал её дыхание ощущал её тепло, чувствовал все ещё губы на своих губах.       Вот она, словно настоящая… Снимает свою кофту, отбрасывает легко в сторону, освещаемая лишь вспышками молний. Дэрилу не нравится такое глупое видение, но он не может просто уснуть, чтобы избавиться от этого состояния — наркотик возбудил каждую клеточку тела, не давая никакого шанса просто отключиться. Энергии было слишком много, а сердце колотилось настолько сильно, будто было выпито не экстази, а кофе…       Дэрил упивался видением, застыв на стуле, словно статуя. Его радовало, что он ничего не сделает лишнего с Кэрол, но ведь насладиться своими галлюцинациями ему никто не запрещал? Всё тело болезненно ныло, пока он просто наблюдал за раздевающейся перед ним фигурой. Он мечтал о ней столько лет, видел лишь мельком, случайно, почти всегда полностью прикрытую. Она была такой хрупкой, такой изящной, такой…       Мокрой. Слишком мокрой и узкой.       Дэрил будто очнулся, едва улавливая слишком странный стон, совсем близко, понимая, что он принадлежит и ему, и ей. Смесь голосов, горячего дыхания и… мокрых шлепков. Он с усилием заставил тело остановиться, понимая, что всё пошло под откос. Дэрил уже был в ней, долго, очень долго, по ощущениям от ужасной влаги, по звуку утихающего дождя и показывающейся из-за редких туч луны. Сколько это продолжалось? Теперь он мог всё рассмотреть…       — Продолжай, — тихо прошептала Кэрол в подушку, сжимая её и царапая ногтями.       Она так резко дернула под ним бедрами, что Дэрил едва не кончил от этого движения, совершенно потеряв контроль. Вот она, Кэрол, под ним, на животе, полностью голая, горячая, прячущая лицо в подушке, чтобы заглушить стоны. А он в ней… И послушно лишь продолжил плавно наполнять её собой. Или не плавно? Он не понимал, потому что всё казалось искаженным, почти что кошмарным сном — сдавленный стон, мокрый шлепок лобком о ее ягодицы, снова стон, мольба, вскрик, заглушенный подушкой, новое движение, болезненный спазм, облегчение…       Понимала ли она, что происходит? Дэрил не знал, как поступать со всем этим дальше. Что говорить и делать утром? Он почти что застонал, прикрывая на мгновение глаза, не понимая, как избавиться от тумана в голове и действия этой дряни на мозг и тело. Дождь полностью прекратился, и почти полная луна идеально освещала всю комнату, а особенно диванчик и обнаженную Кэрол на нем. Или почти… Нет, на ней точно красовался его потасканный и растянутый свитер, а вот внутрення часть бедра блестела от засохшей смазки.       Дэрил затянулся сигаретой как можно глубже, желая едва ли не обжечь легкие. Кэрол же спокойно наблюдала за чем-то, что видела лишь она. А затем, почему-то, протянула ему рюмку, наполненную буквально глотком обычной, ничем не пахнущей воды. Они вновь синхронно опрокинули ее в себя.       В этот раз всё было намного проще — первое, что увидел Дэрил, будто вынырнув из-под толщи воды, Кэрол, дрожащую от холода. Она всё ещё была в его свитере, стояла на балконе и курила те странные сигареты, что он нашёл в квартире на первом этаже. Дэрил ощущал, что в этот раз разум его намного яснее, однако тело всё ещё не хотело слушаться полностью. Провалы в памяти стали короче, а желание внезапно… нежнее. Он выбросил недокуренную сигарету, взятую у нее из рук, в толпу мокрых и вонючих ходячих внизу.       Кэрол не сопротивлялась и тогда, когда он повел её в большую, слишком пыльную спальню, уложил в постель, укрывая старым пледом, что скрывался под покрывалом.       — Согрей меня, — лишь звучало в его голове, пока их губы соприкасались в странном, очень ленивом и буквально грязном поцелуе.       Дэрил целовал всё, к чему мог прикоснутся, полностью себя уверяя, что это лишь дурацкий, нереальный сон, и они давно уснули, сломленные голодом и наркотиком. Или настоящим джином, который не смогли уже отличить от безвкусной жидкости.       Он вошёл в неё медленно и плавно, вновь чувствуя странное покалывание в затылке, которое буквально сводило с ума. Кэрол, такая знакомая, такая родная и настоящая, сейчас была с ним, позволяла… Позволяла ему быть в ней. Дэрил понял, что слишком давно не чувствовал себя настолько живым. Прямо сейчас, толкаясь всё глубже и глубже, сильнее, жестче, под её стоны, прикосновения, странные слова, ногти, впивающиеся в спину. В какой-то момент он понял, где-то очень далеко на краю своего сознания, что живее никогда уже себя не ощутит.       А затем вновь момент эйфории, странного забытия, слишком приятного излияния в дрожащее, стонущее тело. Дэрил медленно опустился на нее, не выходя, а затем положил голову на плечо, утыкаясь носом в её волосы. Это было нечто животное, неправильное, почти что дикое. Он медленно разлепил слишком мокрые от слюны губы, проговаривая:       — Какой странный сон…

***

      — Ох, черт, — простонала Кэрол, повалившись обратно в подушки.       Голова просто невыносимо раскалывалась, а желудок скрутило настолько болезненным спазмом, что она едва удержалась от того, чтобы не вырвать водой на пол. Потерев лоб ладонью, Кэрол всё же медленно поднялась, замечая на пыльной тумбке стакан с водой. Выпив с жадностью содержимое, она поправила свою кофту и штаны, а затем направилась на кухню, где Дэрил что-то искал в камине.       — Эй? — позвала она, потирая лицо ладонью.       Дэрил поджег бумагу, мелкие щепки подхватили огонь, и в камине появился достаточно хороший костер всего за пару мгновений. Он поднялся на ноги, а затем обернулся к Кэрол, заглядывая прямо в глаза.       — Выспалась? — слишком легко спросил он, подходя к столу. — Сейчас пойду искать ещё еду. Остались пару квартир.       — Да, давно так крепко не спала, — пожав плечами, спокойно ответила она, а затем обвела взглядом кухню, ища причину своей головной боли. — Где банка?       — Какая? — почти виновато спросил Дэрил, пряча теперь взгляд.       — С тем отвратительным джином, — с улыбкой произнесла Кэрол. — До сих пор тошнит.       Джин, и правда, оказался просто ужасным пойлом, после которого она так быстро отключилась. Никаких снов, ничего, даже ходячий не смог бы помешать такому крепкому и нездоровому сну.       — Джин? — тихо переспросил Дэрил, почти неуверенно, а затем махнул рукой. — Да выкинул его в окно, банку то есть, джин же выпили…       Кэрол немного пошатнулась от резкой вспышки боли, а перед глазами мелькнули странные образы обнаженного Дэрила, или не совсем. Курящий голый друг, его свитер, мокрый диван, постель… Слишком резкие картинки, слишком размытые и бьющие по глазам. Какой бред… Это, наверное, все ещё последствия той дряни из туннеля. Точно, так и есть, ведь на леснице вчера и правда что-то было...       — Кэрол?       — Нормально, — отмахнулась она, прикасаясь к вискам. — Просто голова болит. Ты иди…       — За камином присмотри, — проговорил он, забрасывая сумку на плечо, а затем покинул квартиру.       Кэрол вздохнула — надо же такому присниться…

***

      Сон. Точно сон. Это был просто дурной сон, а в чертовой банке и правда был просто вонючий, долбанный джин. Дэрил стукнул кулаком по стене ванной возле зеркала, отчего то пошатнулось, но не упало. Он стер пыль рукой и всмотрелся в отражение…       — Просто чертов сон, — повторил он себе, стягивая с плеч подтяжки и поднимая свитер.       Он хотел убедиться, что это было лишь больной игрой его фантазии, что это были лишь галлюцинации и ничего больше. Они ведь не могли вот так испортить столько лет дружбы? Конечно, нет. Дэрил поднял свитер, повернулся спиной и постарался рассмотреть в старом и пыльном зеркале свежие царапины на коже.       — Просто сон, — кивнул он сам себе, одеваясь, на спине и правда не было ничего.       Только вот Дэрил не смог понять — понравилось ли ему такое открытие или наоборот расстроило. Выйдя из комнаты, он медленно опустился на диван, прикрывая на мгновение глаза…       Блеск смазки на ее бедре, почти что вишневый цвет сосков в темноте затхлой спальни, такой реалистичный стон, боль в спине от царапин, свитер на ней, горячее тело, его имя, звучащее из уст Кэрол, такая желанная, правильная, красивая… И вся была его в этом сне.       Дэрил поджал губы, а затем достал очередную сигарету, подкуривая. Дым приятно обжег горло, чего не было с алкоголем, а от него же резко затошнило — голодный желудок протестовал всё сильнее. Ладонь тоже неприятно заныла под перчаткой, и Дэрилу пришлось зажать сигарету в зубах, чтобы её снять и проверить, ведь туда могло попасть что угодно, пока он бродил по этим квартирам.       Сигарета так и упала на пол, разбрасывая полуугасающие огоньки пепла, а затем и вовсе потухла, пока Дэрил с полным непониманием пялился на свою ладонь.       Там красовались три маленькие раны, почти неприметные, но свежие, в форме трех полумесяцев или…       …её ногтей.