Рецепт от безумия

Прошла неделя. Или месяц? Время в Цифровом цирке текло странно, растягиваясь в бесконечность и сжимаясь в мгновение. Помни, распластавшись на своей кровати в комнате, вглядывалась в потолок, узоры на котором повторялись с безумной точностью. Скука. Тоска. Ей хотелось закричать. Единственным лучом света в этом безумии был он. Тот, кто не притворялся хорошим, не строил из себя жертву. Он был настоящим циником, и в этой искренности была своя порочная притягательность. Решение созрело внезапно, как вспышка неоновой лампы. Она вскочила с кровати и вышла в коридор, точно зная, куда идти. Дверь в его комнату, как всегда, была приоткрыта. Помни вошла без стука. Джекс полулежал на груде подушек, разбросанных по полу, и лениво подбрасывал в воздух какой-то виртуальный кубик. Он посмотрел на нее через плечо, и на его морде расползлась знакомая наглая ухмылка. — Ну, ну, ну. Кого принесло? — он бросил кубик, и тот растворился в воздухе. — Снова пришла за порцией «жизнерадостного духа»? Помни не стала оправдываться. Она подошла и, посмотрев ему прямо в глаза, села ему на бедра, упершись руками в его грудь. Розовый комбинезон был мягким на ощупь. — Я не за улыбками, Джекс. Мне скучно. Соскучилась по чему-то… настоящему. Ухмылка на лице кролика дрогнула, сменившись на мгновение искренним удивлением. Его длинные уши дернулись. Он оценивающе оглядел ее сверху донизу, и взгляд его стал тяжелым, хищным. — Ну что ж, — протянул он, и его голос приобрел низкие, бархатные нотки. — Раз уж ты сама напросилась… Он резко перевернул ее, прижав спиной к подушкам. Помни ахнула, но не от страха, а от возбуждения. Его сила, его уверенность — это было то, чего ей так не хватало в этом хаосе. Он навис над ней, блокируя своим телом весь остальной мир. — Ты уверена, что готова, малышка? — он прошептал ей прямо в ухо, и его горячее дыхание заставило ее вздрогнуть. — Со мной не бывает нежно. — Я не прошу нежности, — выдохнула она, сама удивляясь своей смелости. Его пальцы в перчатках грубо рванули застежку на ее комбинезоне. Ткань расступилась, обнажая кожу. Его движения были резкими, требовательными, без тени неуверенности. Он знал, чего хотел. Он прикусил ее нижнюю губу, заставив ее вскрикнуть, а потом поглотил этот крик своим поцелуем — властным, глубоким, почти болезненным. Помни ответила с той же дикостью, впиваясь пальцами в его спину, царапая розовый материал. Он сбросил с себя свой комбинезон, и его тело оказалось на удивление сильным и подтянутым под ним. Каждое движение, каждый жест говорили о доминировании. Он откинул голову назад, и его уши затрепетали от наслаждения, когда его пальцы нашли ее центр, заставляя ее выгибаться и стонать. — Вот видишь, — хрипло прошептал он, наблюдая, как она теряет контроль. — Говорил же, я эксперт. Он вошел в нее резко, без предупреждения, заполнив ее собой. Помни вскрикнула, но это был крик освобождения. Мир сузился до этой комнаты, до его тяжелого дыхания и ее сдавленных стонов. Он двигался с животной силой, и каждый толчок будто стирал частичку ее страха, ее тоски, ее старой личности. Она смотрела на него снизу вверх: на его закатившиеся глаза, на сумасшедшую улыбку, на дергающиеся уши. В этот момент он был так же настоящ, как и боль, и удовольствие, которые он ей причинял. Он заставлял ее чувствовать. Только чувствовать. Ничего больше. Он не сдерживался, доводя ее до края снова и снова, пока ее сознание не поплыло. А когда она уже почти теряла связь с реальностью, он с рыком достиг пика, и она почувствовала, как ее собственное тело разрывается от волны оргазма, такого интенсивного, что перед глазами поплыли блики. Он рухнул на нее всем весом, и они лежали так несколько минут, слушая, как их дыхание выравнивается. Джекс откатился на бок, потянулся и с удовлетворенным видом достал откуда-то сигарету (конечно же, виртуальную). — Ну что, развеяла скуку? — спросил он, выпуская дымовое кольцо. Помни молча приподнялась. Ее тело ныло, но это было приятное, живое нытье. Она посмотрела на его самодовольную рожу, и вдруг ее рука сама потянулась к нему. Не для ласки. Она резко шлепнула его по заду. — Не зазнавайся, — сказала она, и в ее голосе впервые прозвучали нотки, которых раньше не было. Уверенность. Вызов. Джекс фыркнул, но в его глазах мелькнуло неподдельное уважение. — Ладно, ладно, малая. Смотри у меня. Помни натянула комбинезон и пошла к двери. На пороге она обернулась. — Это… часто здесь происходит? Со всеми? — спросила она, вспоминая его прошлые намеки. Джекс широко ухмыльнулся, и в этой улыбке была вся суть Цифрового цирка — безумие и цинизм. — Дорогуша, — протянул он. — Это всего лишь ещё один способ не сойти с ума. Добро пожаловать в клуб...