Marvel 11 Здорового Человека

Десять минут тянулись на удивление долго. Я отслонился от стены и просто наблюдал, как школьный коридор постепенно пустеет, как наконец, дверь женской раздевалки открылась. Одна за другой из неё начали выходить девушки из баскетбольной команды. Они были одеты в свою обычную одежду, их волосы были влажными после душа. Проходя мимо, почти каждая бросала на меня взгляд. В этих взглядах не было негатива, но было много другого: чистое любопытство, толика женского интереса, оценивающие усмешки. Некоторые что-то шептали своим подругам, хихикая, но я оставался невозмутимым, просто наблюдая за этим действом. Прошло ещё пара минут, и когда я уже начал думать, что Джина про меня забыла, дверь снова распахнулась. Из неё, смеясь, выбежала Флэш. Её светлые волосы были влажными и растрёпанными, а на щеках играл румянец. Она была одета в джинсы и свободную футболку. — Ровно десять минут! — победно заявила она, взглянув на часы на своём запястье. — Видишь? Я не опоздала. Ну что, пошли, покажу тебе наши владения. — «Наши владения»? — усмехнувшись, комментирую слова девушки. — Ну пойдём, королева, заинтриговала... Джина рассмеялась на мой комментарий, ничуть не смутившись. — Именно так, мой верный паж, — она сделала шутливый реверанс. — Следуй за своей королевой, и, может быть, я посвящу тебя в рыцари. С этими словами она развернулась и уверенно повела меня по коридору, но не в ту сторону, откуда мы пришли, а вглубь спортивного крыла школы. Невероятная девушка, неудивительно, что она самая популярная девушка в школе: весёлая, спортивная, красивая, ещё и добрая… Ну, Паркер-то она защитила? Чем не проявление доброты? — Мисс Роза сегодня заменяет кого-то в младших классах, так что разминку и тренировку я вела сама, — пояснила она на ходу. — Обычно она присоединяется позже, но сегодня у неё полный завал. Директор постоянно нагружает её какой-то бумажной работой, так что капитан команды, то есть я, вынуждена проводить занятия самостоятельно. — Сложно быть капитаном? Ответственность, нагрузка, всё такое? – неопределённо провожу ладонью в воздухе. Джина на мой вопрос хмыкнула и пожала плечами. — Не особо, — бросила она, легко сворачивая в другой, более узкий коридор, стены которого были увешаны фотографиями школьных команд-победителей, а по бокам стояли стеллажи с наградами: кубки, медали и всякое такое. — Ответственность? Да. Нагрузка? Конечно. Но кто-то же должен гонять этих лентяек и следить, чтобы они не спотыкались о собственные ноги. В основном это просто крики и беготня, пока кто-нибудь не свалится от усталости, — после чего на лице девушки появилась улыбка. — К тому же, это даёт свои бонусы, — она хитро мне подмигнула. — Например, более высокие оценки от других учителей и ключи от этого крыла. Смотри, — она махнула рукой, — это малый спортзал. В основном для гимнастики и всяких секций вроде йоги, которые никто не посещает. Она толкнула одну из дверей, и я заглянул внутрь. Небольшой, но светлый зал с высоким потолком, зеркальной стеной и гимнастическими снарядами. — Дальше по коридору общие душевые, но туда я тебя, извращенца, точно не поведу, — она усмехнулась. — А вот там, — Джина указала на дверь с окошком из матового стекла, из-за которой доносились приглушённые звуки музыки, — зал хореографии. Там сейчас занимаются чирлидерши наши. Тоже хочешь взглянуть на потных красоток в коротких юбочках? — Боюсь, моё сердце не выдержит такого напряжения, так что поверю на слово, – отвечаю, про себя думая, что как-то уж часто поднимает она подобные темы. Неужто я и правда ей понравился? Других причин не вижу, разве что «всеобщее равенство» подобные похабные шутки превратило из чисто мужских в «общие». Джина громко рассмеялась, услышав мой ответ. — Ха, хорошо сказано! — весело бросила она. — Ладно, проехали. Побережём твоё хрупкое сердце, Зик. Девушка повела меня дальше по коридору, и мы вышли через двойные двери на улицу. Перед нами раскинулась большая спортивная площадка и огромное футбольное поле, которое, как оказалось, находилось в довольно запущенном состоянии. Трава выросла почти по колено, и только в дальнем углу одинокий рабочий на газонокосилке начинал приводить его в порядок. — Вот наше футбольное поле, — с лёгкой досадой в голосе сказала Джина. — Точнее, то, что от него осталось за лето. К концу месяца, надеюсь, приведут в порядок. А вон там, — она указала на площадку с турниками и брусьями, — обычно ошиваются качки после уроков. Она постояла секунду, вдыхая свежий воздух, а затем повернулась ко мне. — Так, со спортивной фигнёй покончено. Теперь «самое интересное» – лабиринты Мидтауна. Пошли, покажу тебе, где обитают «другие племена». Мы вернулись в здание школы, и она повела меня по главным коридорам, которые теперь, после окончания учебного дня, казались тихими и пустынными. Наши шаги гулко отдавались от стен. — Кстати, о клубах, — начала она, когда мы проходили мимо доски объявлений, увешанной разноцветными листовками. — Ты уже решил, куда-нибудь записываться будешь? У нас тут есть всё: от шахматного клуба, где сидят одни зануды, до кружка анонимных любителей аниме. Хотя тебе, наверное, в научный кружок надо, к таким же умникам, как Паркер? — Да не думал об этом пока. А Паркер что, в каком-то клубе состоит? – интересуюсь у Флэш, следуя за ней и стараясь запомнить устройство коридоров. Джина на мой вопрос громко фыркнула, будто я спросил самую большую глупость на свете. — Паркер? В клубе? — она саркастически хмыкнула, заворачивая за угол в другой, более тихий коридор. — Да она боится собственной тени, какой ей клуб? Её единственный клуб – это «Клуб любителей прятаться за спиной Генриетты Озборн». Нет, она нигде не состоит. После уроков сразу мчится домой, к своим дяде и тёте. Она махнула рукой в сторону ряда дверей, мимо которых мы проходили. — Здесь у нас всякая гуманитарная муть: литературный кружок, клуб дебатов... Туда ходят те, кто любит много болтать и ничего не делать. Тебя, кстати, как в школе звали? У нас тут почти у всех клички есть. Она с любопытством посмотрела на меня, ожидая ответа. — Меня, как ты знаешь, все зовут Флэш. Потому что я быстрая, — она с гордостью хлопнула себя по груди. — Озборн – «Принцесска», потому что ведёт себя так, будто ей все должны. Её мышь... ну, её так и зовут – Мышь Паркер. Или просто Паркер. А у тебя было прозвище? — Я не очень ладил с одноклассниками, — признаюсь, вылавливая всё, что помнил из памяти Зика. — Звали обычно «Хаммер» или просто «Зик». Может, какую-то кличку мне и придумали, но лично не слышал. — Хм, просто «Зик»? — Джина задумчиво постучала пальцем по подбородку, пока мы шли по пустому коридору второго этажа. — Скучновато. Надо будет это исправить. Ты у нас теперь местная знаменитость, победитель Флэш Томпсон, так что тебе точно нужна кличка посолиднее, чтобы и мне не так обидно было. — Она подмигнула, но я видел, что она уже всерьёз перебирает в уме варианты. — Ладно, оставим это на потом, — продолжила она, когда мы дошли до развилки. — Так, налево – логово гуманитариев, там скучно, поверь мне. Направо – кабинеты клубов химии и биологии. Там... — она на мгновение замолчала. Внезапно из-за угла донёсся приглушённый, но отчётливый хлопок, похожий на взрыв. Секундой позже по коридору потянулись клубы едкого зелёного дыма с отвратительным запахом тухлых яиц. БА-БАХ! Второй взрыв был намного громче. Дверь кабинета химии содрогнулась, и из-под неё густо повалил дым. Инстинкты, вбитые в меня за последние месяцы, сработали быстрее разума. Я мгновенно отталкиваю Джину за свою спину, одновременно выхватывая из-под пиджака пистолет. Руки не дрогнули. Тяжёлая рукоять привычно ложится в ладонь, и я навожу ствол на источник опасности – дверь, откуда валит зелёный пар. Когда дело было сделано, наконец вернулся разум, позволяя обдумать произошедшее. Взрыв, зелёный дым… Ну, либо Гоблин тут решил появиться пораньше (и зачем-то полез в школу к детишкам), либо Коннорс обращает школьников в ящериц (после уроков, да и по таймингам не сходится, сыровата сыворотка), ну, либо в кабинете химии… намудрили с химией, и угроза минимальна… Я услышал за спиной тихий, сдавленный вздох. Краем глаза я заметил, как Джина с широко раскрытыми от ужаса глазами смотрит не на дверь, а на пистолет в моей руке. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но не успела. Дверь кабинета химии с протяжным скрипом отворилась, и из клубов зелёного дыма, кашляя и отчаянно глотая воздух, вывалилась фигура. Это был совершенно обычный парень примерно нашего возраста, с растрёпанными чёрными волосами и лицом, перепачканным сажей. Его лабораторный халат был в нескольких местах прожжён, а треснувшие очки съехали на кончик носа. Он опёрся о стену, пытаясь отдышаться, и на мгновение отвернулся от нас, содрогаясь в приступе кашля. Одним плавным, отработанным движением я убрал пистолет обратно в кобуру под пиджак. К тому моменту, как парень, наконец, откашлялся и повернулся к нам, мои руки уже были пусты, а поза – расслабленной. Рефлексы – это хорошо, но доставлять отцу проблемы из-за того, что я напугал какого-то школьного химика-недоучку, не входило в мои планы. — О, привет, Флэш! И... — он с любопытством посмотрел на меня, поправляя очки. — ...новенький. Упс. Извините, — он неловко махнул рукой в сторону дымящегося кабинета. — Маленькая неувязочка с реакцией. Ничего серьёзного! Я почти уверен… Сейчас всё уберу. — Он виновато улыбнулся, обошёл нас и направился дальше по коридору. — Я только за шваброй к мистеру Дженсену сбегаю! Когда его шаги затихли, в коридоре повисла тишина. Я посмотрел на Джину. Её лицо было бледным, а глаза – огромными. Она больше не смотрела на кабинет химии. Её взгляд был прикован к моему пиджаку, к тому месту, где только что был пистолет. Она несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем смогла выдавить из себя хоть слово. Она повернула ко мне своё потрясённое лицо. — Это... это был настоящий пистолет? — прошептала она, и в её голосе смешались шок, страх и... неудержимый, почти детский восторг. — Откуда?! Твой отец знает?! Как ты его пронёс?! Зачем он тебе?! — Ох, только не начинай… — она что, ещё и оружейная маньячка? Ну уж явно не такой реакции с её стороны я ждал… Моя попытка пресечь её энтузиазм на корню с треском провалилась. Вместо того чтобы обидеться или замолчать, Джина, кажется, восприняла мои слова как вызов. — Да ладно тебе, не будь занудой! — прошептала она, делая шаг ближе и схватив меня за руку. Её хватка была сильной, а глаза горели неподдельным, почти детским восторгом. — Это же офигеть как круто! У тебя настоящий ствол! Как в кино! — она понизила голос до заговорщического шёпота. — Ну давай, расскажи! Он тяжёлый? Ты из него стрелял? Можно подержать? Ну пожалуйста, одну секундочку! Я никому не скажу! — Джина, успокойся, ради всего святого! – немного повышаю голос, стараясь успокоить девушку. Да, мои подозрения подтвердились, и Джина «Флэш» Томпсон фанатеет по огнестрелу… Уверен, и по «холодняку» тоже, зная её характер. Мой резкий тон подействовал. Джина вздрогнула, отпустила мою руку и сделала шаг назад. Её восторженная улыбка погасла, сменившись виноватым выражением. Она оглянулась по пустому коридору, словно только сейчас осознав, где мы находимся. — Ладно, ладно, извини, — прошептала она, уже гораздо спокойнее. — Я просто... никогда не видела настоящий ствол так близко. Переборщила, признаю, не горячись так. Она на секунду замолчала, но любопытство в её глазах никуда не делось. Оно просто сменило форму с бурного восторга на напряжённый интерес. Она снова шагнула ближе, её голос был тихим и серьёзным. — Но серьёзно, Зик... как? Как ты его пронёс? У нас же на входе рамки стоят. И... зачем? Зачем он тебе в школе? — Рамки? — переспросил я, после чего вспомнил – действительно, были рамки, только вот на меня они не сработали, хотя, кроме пистолета, у меня была ещё куча всего металлического, так что я просто не заметил их, подумав, что они сломаны или банально выключены. Сейчас в США случаев «скулшутинга» практически не было, однако кое-как школы были подготовлены на подобные случаи, что и неудивительно, зная, что в этой вселенной происходит чуть ли не каждый год. — Кхм, пронёс и пронёс, а нужен он мне для самообороны, думаю, ты и сама это поняла. Джина нахмурилась, явно не удовлетворённая моим ответом. — Самообороны... Пф, да ладно тебе, Зик. От кого тебе тут обороняться? От Харрисона? — она попыталась пошутить, но быстро стала серьёзной снова. — Ты ведь понимаешь, что если его найдут, у тебя будут огромные проблемы? — она сделала шаг ближе, её голос снова стал тихим, почти умоляющим. — Ну покажи ещё раз, а? Я никому не расскажу, честное слово. Дай хоть подержать. Пожалуйста. Я всегда хотела узнать, какой он на самом деле. Ох, будь сейчас разговор не о пистолете, а о… кхм, в общем, в таком случае я бы хоть спокоен был, но вот эта тема меня как-то задела. Пистолет, которым я совершил своё первое убийство, пистолет, который спас мне жизнь, я воспринимал не просто как оружие, а как символ защиты. Да что там, я его перед сном под подушку кладу! Знаю, что это не очень здорово, но Линда, например, только поощряет меня за такое: «Пушка всегда должна быть под рукой», и я с ней согласен. В общем, не очень приятно обсуждать это, да и давать огнестрел подростку я не собираюсь, чай не совсем ебанулся за эти месяцы. — Джина, это оружие спасло мне жизнь, я ношу его не просто так. Мы живём в Америке, стукнет тебе 18, пройдёшь курсы по стрельбе – подарю тебе такой же, но обсуждать такое я бы не хотел, — отвечаю девушке, немного повысив голос. Чёрт, ну вот, чуть не сорвался на неё, и из-за такой глупости, нужно успокоиться, отец бы не одобрил подобную оплошность. Мой резкий тон заставил её отшатнуться. Восторг на её лице мгновенно сменился шоком, а затем – стыдом. Она опустила взгляд, теребя край своей футболки. — Эй... ладно. Прости, — тихо сказала она, не глядя на меня. — Я... я не подумала. Веду себя как полная идиотка. Она помолчала, собираясь с мыслями, а потом, всё ещё не поднимая головы, смущённо пробормотала: — Просто... я обожаю фильмы про шпионов и суперагентов. Дженни Бонд, Джейсон Борн... всё такое. И тут... настоящий пистолет, всё как в кино, я… это прозвучит глупо, но я переволновалась. Она наконец подняла на меня взгляд, и её щёки были залиты румянцем. — Это рушит весь мой образ крутой девчонки, да? Фанатею по таким фильмам как мелкая дура, — она невесело усмехнулась. — Джина… — вздыхаю и кладу руку на плечо девушки в знак поддержки и желая таким образом показать, что я не обижен. — Ты меня тоже прости, сорвался немного. И нет, кино про суперагентов – крутые, ничего такого в этом нет. — Особенно, учитывая, что в этом мире подобные «суперагенты» реально существуют, и речь далеко не только о Щ.И.Т.е. Джина подняла на меня взгляд, и я увидел в её глазах облегчение. Она слабо улыбнулась и кивнула, принимая моё извинение. — Спасибо, — тихо сказала Джина. — Я думала, ты теперь будешь считать меня полной идиоткой. — Она снова обрела немного своей обычной уверенности, хотя была уже не такой шумной и наглой. — Но... всё равно, — продолжила девушка, глядя прямо перед собой. — Это не объясняет, почему ты носишь... это... с собой. Ты ведь не просто так сорвался, что-то случилось, да? Твоя реакция на тот взрыв... это же ненормально. Она остановилась и посмотрела мне прямо в глаза, ожидая ответа. В её взгляде больше не было и капли того детского восторга, только беспокойство… За меня. — Не о чем переживать, просто на досуге глянь новости, связанные со мной. — Отец, конечно, немного утихомирил репортёров, однако сливы с каких-то камер были, люди Фиска работали далеко не так чисто, как наша СБ, так что следов их деятельности была куча. Да что там, комиссара полиции попёрли с работы за это, а после увольнения вскрылось, что тот работал на «неизвестные банды» и придерживал полицию, когда его «просили». Мутная хрень, ну да и хер с ним. Джина нахмурилась, пытаясь что-то вспомнить. Её взгляд на секунду расфокусировался, а потом её глаза резко расширились от ужаса и осознания. — Новости... Точно! Я... я же слышала что-то... про нападение на кортеж «Hammer Industries», когда девочки сказали кто ты это сразу всплыло у меня в голове… — она замолчала, а её лицо побледнело. — Боже, Зик. Прости. Я такая идиотка. — Капитан баскетбольной команды выглядела искренне раздавленной. Вся её напускная бравада исчезла, оставив на её месте просто напуганную и смущённую девушку, которая поняла, что лезла со своими глупыми играми в настолько кровавые дела. — Я... я правда не подумала, — прошептала она, не зная, куда девать глаза. — Я тут с вопросами лезу, а у тебя... Мы молча пошли по коридору в сторону главного выхода. Тишина была просто пипец какой неловкой. О нет, теперь я в её глазах тОмный принц, который пережил множество ужасов и теперь стал сломленным внутри дэд-инсайдом… Достаточно смешно и глупо я обозначил своё личное отношение к подобному? Что мне ответить, чтобы эту ерунду мы больше не вспоминали? — Мои предки с ума бы сошли, — наконец нарушила тишину Джина, её голос был тихим. — Меня отец убьёт, если я на полчаса позже девяти приду, а у тебя тут... реальные проблемы. Не представляю, каково это... — Послушай, это мне нужно только для самозащиты, не думай ничего такого, чисто на всякий случай, чтобы отец не волновался, — пусть лучше думает, что это папочка так заботится о сыночке, а не «сыночек» спать без пистолета под подушкой не может. — Не выдумывай какую-то эпичную историю, обычное нападение, обычные бандиты, жаждущие денег отца, ничего такого. Нападение провалилось, нападающие сидят по тюрьмам. Не намного страшнее встречи с грабителем в переулке. Она глубоко вздохнула, собираясь с духом, и снова посмотрела на меня, на этот раз с решимостью в глазах. — Зик, слушай... давай мир? — внезапно спросила она, протягивая руку. — Роза всегда учила не лезть в душу к другим людям без их согласия, я проебалась, согласна, больше не повторится. Ага, мне не поверили… Ладно, хрен с вами, со временем само забудется… Надеюсь… — Без проблем, Джина, — пожимаю руку девушки. — Ты часто говоришь о Розе, вижу, и правда очень уважаешь её? — Меняю тему. Джина, всё ещё держа мою руку, на мгновение удивлённо моргнула, а затем её лицо смягчилось, и она тепло улыбнулась. Мой вопрос, кажется, и правда окончательно развеял неловкость между нами. — Мисс Роза? Конечно, уважаю, — ответила она, и мы, наконец отпустив руки, пошли к выходу. — Она не просто тренер. Она... крутая. Наверное, единственный взрослый в этой школе, с которым можно нормально поговорить. Она не пытается быть твоей «подружкой», но и не смотрит на тебя сверху вниз, как остальные. Она просто... понимает, что ли. Сама выкладывается и требует от нас выкладываться на полную. Бывший морпех! Она говорила о тренере с таким искренним восхищением, какого я не видел у неё прежде, даже тогда в классе. Мы как раз подошли к большим парадным дверям школы. За ними уже виднелась улица и подъезжающие за учениками машины. Джина остановилась и неловко повернулась ко мне. — Ладно, прости ещё раз, — сказала она, и её улыбка была уже не наглой или хитрой, а тёплой и немного грустной. — Я сегодня вела себя как дура. Завтра... завтра я точно покажу тебе всё остальное. И с девочками познакомлю, они не такие плохие, как тебе, я уверена, уже рассказала наша «принцесска», честно. Она помахала мне рукой и, не дожидаясь ответа, быстро пошла в сторону парковки. Я остался один в опустевшем холле, провожая её взглядом. Вздохнув и достав из кармана свою новенькую раскладушку, нашёл в контактах номер своего водителя Кайла и уже собирался нажать на кнопку вызова, как вдруг почувствовал, что кто-то резко обхватил меня сзади. Одна рука стальной хваткой легла мне на грудь, прижимая к чужому телу, а вторая... Вторая приставила к моему горлу холодное лезвие ножа…