Marvel 11 Здорового Человека

Утро понедельника началось не с кофе (ещё бы), а с осознания того, что моя спокойная жизнь, кажется, окончательно накрылась медным тазом. Или титановым, учитывая специфику бизнеса моего отца. Виной всему была та проклятая статья! «Закон сохранения энергии». Фундаментальный принцип, который в моём родном мире изучали классе в седьмом, если не раньше, здесь произвел эффект разорвавшейся бомбы. Нет, я, конечно, ожидал некоторого интереса, всё-таки, научное сообщество любой вселенной падко на стройные теории, объясняющие, почему их вечные двигатели не работают, но я уж точно никак не ожидал, что стану после этого звездой школьного масштаба. Стоило мне выйти из бронированного седана у ворот Мидтаунской школы, как я почувствовал на себе десятки взглядов. И если раньше это были взгляды в стиле «о, смотрите, сын миллиардера», то теперь в них читалось что-то новое. Смесь благоговения, зависти и откровенного непонимания. — Эй, Эйнштейн! — тяжелая ладонь опустилась мне на плечо, едва не вбив меня в асфальт. Я даже не вздрогнул. За две недели «терапии» от Линды я привык и не к таким ударам. Обернувшись, я увидел сияющую физиономию Джины Томпсон. — Привет, Джина, — я поправил лямку рюкзака, который оказался намного удобнее портфеля, который я носил ранее. — Вижу, ты в отличном настроении. Снова кого-то в шкафчик утрамбовала? — Такие «эксцессы» действительно случались, честно, когда впервые увидел даже не поверил, слишком это всё казалось чуждым моему не американскому менталитету… У меня на родине вместо психологических издевательств применялись физические. — Обижаешь! — фыркнула она, поравнявшись со мной. — Сегодня я добрая! Слушай, я тут слышала по телику, что ты теперь какой-то супер-мозг? Мой батя вчера за ужином читал какую-то газету и такой: «Смотри, Джина, этот парень учится с тобой, а ты только и можешь, что мяч пинать». — Она рассмеялась, явно ничуть не задетая словами отца, который, по её же рассказам, постоянно пытался таким способом заставить дочь учиться усерднее… Неудачно, как видно. — Надеюсь, ты объяснила ему, что и сама не промах? — усмехнулся я. — А то! Я сказала ему, что если он такой умный, то пусть сам попробует пробежать стометровку за двенадцать секунд, — она подмигнула. — Но серьезно, Зик. «Закон сохранения энергии»? Охрененно эпично звучит, и, буду честна, я и сама эту статью перечитала. По несколько раз. — Сама королева школы читает мои статьи? Я польщён, — ухмыльнулся я. — Надеюсь я понятно там всё описал? А-то когда пишешь что-то, сложно понять правильно ли ты изложил мысли. — Раз уж даже я поняла, то всё зашибись! — хохотнула она. — Слушай, ты сегодня на обеде с нами? Конг обещала принести свои фирменные сэндвичи, говорит, рецепт бабушки, — Джина наклонилась к моему уху начав шептать, — но я думаю, она туда стероиды подмешивает, уж больно сытные – один как несколько обычных идёт. — Звучит заманчиво, но сегодня я пас, — я покачал головой, выискивая глазами в толпе одну конкретную иссиня-чёрную макушку. — У меня есть дело к Озборн. Улыбка Джины слегка померкла. — Опять к Принцесске? — она скривилась. — Зик, ты меня пугаешь. Ты же вроде нормальный парень, с пушкой ходишь, в морду дать можешь… Зачем тебе эта Озборн? Она же на людей смотрит как на… ну, допустим не как на говно, но уж как грязь под ногтями точно. — Это бизнес, Джина. Ничего личного, — уклончиво ответил я, отмечая, как спортсменку бесит, когда я влезаю в дует из мажорки и зубрилы. — К тому же, она не такая плохая, если узнать её поближе. — Ага, как же. Змея она, вот кто, — буркнула Джина продолжая хмуриться. — Ладно, дело твоё. Но если она тебя укусит и ты начнешь превращаться в сноба, я тебя лично вылечу. Мячом в голову. — Даже не запихиванием в шкафчик или макание в унитаз головой? — Подозрительно смотрю на девушку, стараясь сдержать смешок, но всё-таки допускаю в конце улыбку на лице. — Договорились. Мы вошли в здание школы, и гул голосов привычно накрыл нас с головой. Я попрощался с Джиной, которая умчалась к своим подругам, и направился к своему шкафчику. План на сегодня был прост и сложен одновременно. Мне нужен был тритий! И единственным легальным путем к нему была Генриетта Озборн. За эти две недели я достаточно изучил её: гордая, умная, амбициозная. В отличие от Гарри из большинства фильмов – достойная дочь своего отца, если бы не её периодические бзики, выливающиеся в разные не очень красивые истории для СМИ. Она презирала слабость, уважала силу и интеллект и, о чудо, моя статья стала тем самым ключиком, который должен был открыть дверь к её вниманию. Раньше я был для неё просто «сыном Хаммера», ещё одним богатым наследником, с которым можно перекинуться парой фраз о светской жизни, а теперь я стал «тем самым парнем, который перевернул физику» (Немного ЧСВ не помешает ;3). Статус изменился, и я собирался этим воспользоваться. На уроке истории я, как обычно, сел на свое место у окна. Генриетта и Петра уже были в классе. — Привет, Зик! — Петра, увидев меня, чуть не подпрыгнула на месте. Её глаза за стеклами очков сияли таким восторгом, что мне стало даже немного неловко. — Я… я прочитала твою статью! Это… это невероятно! То, как ты вывел формулу для закрытых систем… И доказательство через теорему Нётер… Я даже не думала, что можно применить симметрию времени к термодинамике так изящно! Она тараторила, глотая окончания слов, пока её лицо излучала чистый, незамутнённый научный экстаз. — Спасибо, Петра, — улыбнулся я девушке, наконец выловив момент для вступления в диалог. — Рад, что тебе понравилось. Твоё мнение для меня важно. Она вспыхнула, как помидор, и тут же уткнулась в учебник, пытаясь спрятаться за волосами, скрывающими её глаза. Милая девочка, гений, запертый в теле закомплексованного подростка. С ней мне тоже предстояло работать, но позже, сейчас цель номер один сидела рядом с ней. Генриетта Озборн не обернулась, когда я вошёл, она сидела с идеально прямой спиной, листая что-то в своем планшете. Дорогой, эксклюзивный гаджет, судя по логотипу, созданный в «Oscorp», причём в открытой продаже я его не видел. На секунду задумавшись, достал тетрадь и, выждав паузу, негромко произнес: — Интересный девайс. Цветопередача неплохая, но энергопотребление, держу пари, хромает. Генриетта медленно повернула голову. Её взгляд скользнул по моему лицу. — Иезекиль, — кивнула она. — Поздравляю с публикацией. Отец был… впечатлён. Сказал, что для Хаммера это неожиданно тонкая работа. — Передай Норману мою благодарность, — я позволил себе лёгкую, едва заметную усмешку. — Надеюсь, он не слишком расстроился, что «Озкорп» упустил первенство в фундаментальной физике? В её глазах мелькнула искра, но не злости, нет. Азарта! — «Озкорп» занимается прикладной наукой, Зик. Мы меняем мир, а не пишем теории о том, почему он не меняется сам по себе, — парировала она, горделиво задрав голову. — Но статья и правда занятная. Хотя некоторые выводы, на мой взгляд, спорны. — Спорны? — я приподнял бровь. — Например? — Например, постулат о необратимости некоторых процессов. В биологии, — она сделала ударение на этом слове, — мы часто видим, как энергия возвращается в систему, нарушая привычные законы энтропии. — Это лишь видимость, Генриетта. Биологические системы не замкнуты. Они потребляют энергию извне. Но если ты хочешь обсудить это подробнее… — я сделал паузу, словно раздумывая. — У меня есть предложение. Деловое. Она чуть прищурилась. Клюнула! Всё-таки не зря они с Паркер лучшие подруги – в Генриетте точно есть интерес к науке, иначе и быть не могло! — Деловое? Мы в школе, Хаммер. Здесь предложения обычно касаются списывания домашки или похода на выпускной, до которого нам ещё учиться и учиться… — Я хотел поговорить о немного другом, — отрезал я. — Речь идёт о проекте, который может быть интересен твоему отцу, но я хочу обсудить его с тобой, если ты не против. Девушка молчала несколько секунд, изучая меня. Я выдержал этот взгляд спокойно, ещё бы, после пережитого пугаться взгляда какой-то девчонка, ха! — Хорошо, — наконец произнесла она. — Сегодня после уроков. У меня есть час до занятий по фехтованию. — Часа хватит. Только чур поедем на моей машине. — Ты же не собираешься меня украсть? — Приподняла бровь девушка. — У меня есть свой водитель. И охрана. — Моя машина… лучше оборудована для приватных разговоров, — я многозначительно посмотрел на неё. И это была правда – сомневаюсь, что хоть у кого-то есть более защищённые машины на данный момент. Но я также сомневаюсь и в том, что для Озборн это хоть что-то значит, и именно для этого я подготовил козырь… — А ещё там есть мини-бар с отличным гранатовым соком. — А вот это уже была наглая ложь, но ничто не мешает мне позвонить Кайлу и попросить купить всё что нужно. Удивительный факт, который я смог вызнать у одной рыжей стесняшки – Генриетта Озборн обожает гранатовый сок. В своём молодом возрасте она уже и различный алкоголь пробовала, однако даже самое дорогое вино в её глазах уступает свежевыжатому гранатовому соку. Уголок губ Генриетты дрогнул. — Гранатовый сок? А ты умеешь уговаривать… Ладно, но если это будет пустая трата времени, Хаммер, я взыщу с тебя компенсацию. — Договорились. Урок истории прошел как в тумане. Я механически записывал даты и имена президентов, а в голове прокручивал предстоящий разговор. Норман Озборн – хитрый жук, при этом не боящийся запачкать руки в крови ради выгоды, что, буду честен, не удивительно для воротилы бизнеса его масштабов. Я лишь боюсь, что он сможет догадаться о «втором дне» моего предложения… Нет, он не догадается! Да и вообще, я ведь не собирался красть технологии «Озкорпа», я собирался их купить, причём официально! День прошёл быстро и когда прозвенел последний звонок, я начал неторопливо собирать вещи. Петра, которая всё это время была тише воды, робко повернулась ко мне. — Зик… а… а ты правда работаешь над чем-то совместно с «Озкорпом»? Умная девочка. Она точно частично слышала наш разговор, хоть и делала вид, что увлечена Декларацией Независимости или что мы там сейчас проходим? — Пока нет, Петра, но, возможно, скоро будем, — я подмигнул рыжей. — И, если всё выгорит… может, мне понадобится толковый ассистент, который разбирается в биологии лучше меня. Её глаза расширились до размеров блюдец. — Ты… ты серьезно? — Вполне. Ты талантлива, Паркер, так что не закапывай свои таланты только потому, что школьные хулиганы зовут тебя за это зубрилой. Ладно, мне пора, увидимся завтра. Я оставил ошарашенную будущую супергероиню переваривать информацию и направился к выходу. Первый этап пройден – наживка проглочена, а теперь нужно подсекать. На парковке меня уже ждал Кайл. Черный бронированный седан сверкал на солнце, Линда сидела на переднем сиденье, лениво листая American Rifleman – журнал про оружие. Увидев меня, она опустила стекло. — Ну что, Ромео, свидание о котором ты предупреждал в силе? — ехидно поинтересовалась она. — Я на всякий случай перепроверила салон, жучков нет, шампанское в холодильнике… шучу, там только сок и твои любимые протеиновые батончики. — Очень смешно, Линда. Сегодня у нас важный гость, прошу, веди себя… профессионально. — Я всегда профессиональна, малыш, просто мой профессионализм включает в себя здоровый цинизм и умение убивать людей мизинцем. В этот момент к машине подошла Генриетта. Она шла так, словно мы были не на школьной парковке, а на показе мод в Милане: идеальная осанка, лёгкое, но явно дорогое пальто, накинутое на плечи, и выражение лёгкой скуки на лице. — Хаммер, — кивнула она вместо приветствия. — Я смогла отпроситься. Надеюсь, твой гранатовый сок действительно так хорош. — Лучший в Нью-Йорке, — я открыл перед ней заднюю дверь. — Прошу. Мы сели сзади, после чего Кайл плавно вывел машину со стоянки. Внутри воцарилась тишина. Генриетта с интересом осмотрела салон. — Экраны вместо окон? — Удивлённо произнесла она, постучав ногтем по стеклу. — Корпус из усиленного титанового сплава, автономная система жизнеобеспечения… Твой отец параноик, Зик. — Мой отец – реалист, — поправил я, доставая из встроенного холодильника запотевшую бутылку с рубиновой жидкостью и два хрустальных бокала. — После пары инцидентов… скажем так, мы предпочитаем перестраховываться. — Я разлил сок и протянул ей бокал. — За науку? — За выгодные сделки, — поправила Озборн, чокаясь. — Так о чём ты хотел поговорить? И куда мы вообще едем? — Мы едем ко мне – в «Хаммер Мэнор». Там у меня есть… небольшая мастерская. Думаю, тебе будет интересно. — Мастерская? — она скептически изогнула бровь, выпуская на лицо привычную ухмылку превосходства. — Ты собираешь лего или паяешь радиоприемники? — Что-то вроде того. Остаток пути мы провели в светской беседе – обсуждали падение акций нескольких довольно крупных компаний после очередного экологического скандала, новую коллекцию какого-то модного дома (тут я просто кивал и поддакивал, ибо не понимаю в этом от слова «совсем») и общую ситуацию в городе. Генриетта была умна, остра на язык, наблюдательна, похоже моё «возвышение» в научном сообществе сильно ударили по её самолюбию, вот она и дуется, других причин почему её поведение так поменялось я не знаю. Подъезжая к поместью, я заметил, как её взгляд скользнул по периметру. Камеры, датчики движения, скрытые турели (которые она, конечно, не увидела, но наверняка догадывалась о их наличии, ибо «твой отец –параноик»). — Впечатляет, — признала она. — Не «Озкорп Тауэр», конечно, но уютно. Ох уж эта недовольная мажорка, её попытки выставить себя выше в нашем разговоре, буду честен, меня крайне забавляли – сравнить это можно с детишками, которые чтобы казаться крутыми используют «взрослые» словечки, смысла которых сами до конца не понимают. — Дом, милый дом. Нас встретил Альберт, чей безупречный вид и манеры, казалось, произвели на Генриетту даже большее впечатление, чем система безопасности. — Добрый день, мисс Озборн, — он поклонился. — Молодой господин предупредил о вашем визите. Малая гостиная подготовлена. — Спасибо, Альберт, — кивнул я. — Но мы пройдём в мой кабинет. И, пожалуйста, проследи, чтобы нас не беспокоили. — Разумеется, сэр. Я провел Генриетту через холл, наслаждаясь эффектом, который производило убранство дома. Хаммеры любили роскошь, но роскошь «мужскую»: Темное дерево, кожа, металл, это контрастировало со стерильным хай-теком, который, как я знал, предпочитал Норман Озборн. Наконец мы зашли в мой кабинет, это было не то место, где я обычно работал (подвал был слишком… специфичным для встреч с малознакомыми беззащитными девушками, да и показывать его я не горел желанием), а скорее представительская комната. Большой стол, книжные шкафы, и, конечно, голографический проектор последнего поколения. — Присаживайся, — я указал на кресло. Генриетта села, закинув ногу на ногу, и скрестила руки на груди. — Итак, удиви меня, Хаммер.