На стыке жанров, или Антихоррор

Я выключил планшет. И, наверное, не удержался при этом от недовольной гримасы, потому что кто-то, сидевший напротив - ну, не совсем против, сбоку, ближе к проходу, на противоположной скамье, это была последняя электричка, добиравшаяся в пункт назначения уже глубокой ночью, в вагоне оставалось от силы человек десять, и зачем, собственно, подсаживаться вместо того, чтобы расположиться со всеми удобствами в свободном закутке, но я не поднял голову, когда этот кто-то, вошедший на ничем не примечательной станции в середине пути, почему-то предпочел расположиться рядом со мной, хотя отметил мимоходом некую особенность его поведения, а особенность уже есть повод насторожиться, этакий первый тревожный звоночек - так вот, он спросил: - Скучная книжка? Пришлось впрямую воззреть на таинственного незнакомца, дерзнувшего нарушить мое уединение (да, иногда меня заносит в область высокого стиля; впрочем, ненадолго). Поправка. На таинственную незнакомку. Черноволосая девушка в черной куртке, черных джинсах и черных кроссовках (какая гармония во всем!) ждала ответа. - Да... Нет. Не совсем. Слишком чистый жанр. В сущности, я не надеялся, что она поймет. Но она поняла. - А ты любишь на стыке? Детектив, плавно переходящий в фэнтези? - Ну примерно так, только в другой области. - Расскажешь? Я поколебался. Мечта, которой долго не делишься ни с кем, начинает казаться немного постыдной, даже если по существу ничего стыдного в ней нет. Ладно, скажу. В конце концов, что я теряю, если случайный попутчик будет знать это? - Хоррор и супергеройство. - То есть, - она задумалась на секунду, - сначала все страшней и страшней... - ...но потом приходит кто-то могущественный и спасает, - закончил я. - Назвал бы "антихоррором", только нет такого термина. - Да, это редкость, - ее взгляд, однако, блуждал по вагону, будто тема интересна, но что-то мешает на ней сосредоточиться. - Не то слово! - неужели кто-то понял мою тоску? - Я перелистал тонны всяческих крипи-стори, ища этот поворот сюжета, но не нашел его нигде. Иногда персонаж сам оказывается крут, и любые ужасы ему нипочем, но так, чтобы... И тут она прервала: - Не замечаешь в происходящем какую-то странность? - Странность? Ты о чем? - я все еще был там, в глубинах своих литературоведческих теорий. - Например, мы едем без остановок уже полчаса. Да. Угасшая было тревога встрепенулась с новыми силами. Разве уже не должна быть эта, как ее, хм... да название следующей остановки должно высветиться на табло у выхода. Вот только табло оказалось выключено и зияло чернотой. А ведь работало, когда садился, это я помню определенно. - И еще одна вещь. Только не оборачивайся, когда я скажу. Можешь посмотреть вбок и уловить картинку краем глаза, но не смотри туда прямо. - Ладно, - какой штампованный ход. Только не смотри. Вот уж не думал, что можно чувствовать страх и притом досаду на банальность. - Остальные пассажиры собрались в другом конце и что-то обсуждают, иногда поглядывая на нас. Почему-то я поверил ей на слово. "Быстро поднимаемся и переходим...". Эта мысль, впрочем, осталась непроизнесенной. Мы же едем в последнем. Там, дальше, нет ничего, кроме запертой кабины машиниста. Ну да, последний вагон электрички. Опять затасканный крипи-штамп. Только это был не совсем штамп. Я сильно устал за день, и плюхнулся тут, чтобы поскорее открыть "Сумеречную зону" в поисках новых историй. И совсем не помышляя, что сам вляпаюсь в одну из них. - Дело плохо, - признаюсь, бойцовских качеств у меня нет вовсе. - Если ты не окажешься обладателем пары-тройки черных поясов... - В Шаолине их нет, - возразила девушка, - там другая система рангов. Но об этом мы поговорим позже. Свет ламп померк и стал неприятно красноватым. Судя по звукам, они дружно поднялись и решительно направились к нам. - Не пытайся помочь, мне придется думать еще и о том, как тебя не задеть. Она встала в проходе. Я обернулся. Думаю, теперь это уже не играло роли. Те восемь человек, оказывается, их было восемь, вот только это были не люди, их лица текли и плавились, глаза куда-то пропали (я поморщился от отвращения и очередного узнавания тривиальнейшего клише) зато рты (пасти) распахивались шире и шире, обнажая ряды острых зубов - совсем рядом. Признаюсь, я зажмурился на миг. Даже если ее фраза про Шаолинь не была отчаянной предсмертной шуткой, человеческое боевое искусство не должно сработать... Сработало. Собственно, удара я не заметил. Просто шедший первым захрипел и осел на пол. Остальные застыли, на мгновение мне показалось, что они возопят во всю мощь своих новообретенных глоток "эй, стоп, не по правилам!" Нет, тупо двинулись вперед, вовсе не задумываясь о том, что топчут упавшего. Второй кувыркнулся и отлетел метров на пять. - Извини, - прокомментировала она, ломая шею третьему. - Иногда меня подводит страсть к внешним эффектам. Наставник сурово порицал это. Четвертый и пятый сложились пополам. - Как насчет ударов ногами? - внезапный поворот сюжета начал меня забавлять. - Будь я в шортах... - она тоже веселилась, несмотря на отчаянный рывок шестого к ее горлу. Неудавшийся. - А брюки лопнут, еще зашивать их потом. Мы вместе заржали, представляя, как эпическая битва перерастает в ремонт одежды. Что, впрочем, не помешало ей разобраться с седьмым и восьмым. Лампы налились привычным бело-желтым, и голос в динамиках сказал про Михеево. Это же название загорелось над раздвижными дверями. - Ну вот, ты спасен. Как хотел, - девушка вновь села рядом. - Интересно, как мы объясним, если кто-нибудь войдет... - Тела на полу? Их нет. - И правда, - я убедился, что чудовища сгинули без следа. Осталась одна-единственная беспокоящая мысль. - Иногда страшная история делает поворот в самом конце. - Ты имеешь в виду - я могу оказаться чем-то еще худшим, чем они? - Да, - мне не хотелось быть неблагодарным, но законы жанра... Она не стала спорить. Просто притянула меня к себе, я закрыл глаза и почувствовал, как моего лица коснулись (клыки) теплые человеческие губы.