Помнишь свет?

Ви поднималась на лифте в свою квартиру, пытаясь распутать волосы. Удивительно, как потоки ветра, смешанные с дождем, могли превратить в лохмотья даже ее короткие белые пряди. Пальцы застревали в мокрых узлах, вызывая приступы раздражения. “Отрежу их нахрен. Когда-нибудь,” — подумала она, морщась от боли, когда особенно упрямый колтун не поддавался. Гнев тем не менее спал — Джеки и Мисти в этом ей помогли, ну и бутылка текилы сыграла не последнюю роль. После третьего бокала она даже смогла рассказать им, что произошло, не выплевывая слова сквозь стиснутые зубы. После пятого — почти перестала представлять, как стреляет в голову определенной рок-звезде. Звук открывающихся дверей оторвал ее от безуспешной попытки расчесывания волос рукой. Ви вздохнула и достала ключ-карту, проходя в свою квартиру. Голова слегка кружилась — все-таки Клэр не жалела алкоголя, когда смешивала ей коктейли. Свет неоновых вывесок сквозь панорамные окна освещал квартиру лучше любой лампы, отбрасывая причудливые тени на стены. Именно в этих сине-розовых всполохах Ви и увидела силуэт. Кто-то сидел в кресле, закинув ноги на журнальный столик. Ви замерла на пороге, рука автоматически потянулась к пистолету, но тут же расслабилась, когда она узнала знакомый профиль. — Иронично, — фыркнула она, швыряя ключи на тумбочку у входа. — Джонни Сильверхенд сидит тут как незваный гость в темноте. Играешь в мистического мудака? Ви щелкнула выключателем, и квартиру залил яркий свет. Джонни слегка поморщился, опуская темные очки с переносицы на глаза. Одет он был все в черную рубашку, потертые джинсы и военные ботинки. Серебряная рука тускло блестела в свете ламп. — Пошел вон, — резко бросила Ви, проходя мимо него в сторону спальни. — Это не твоя квартира, говорить я с тобой не буду, и вообще, как ты, блядь, сюда попал? На ходу она стаскивала еще не до конца высохшую одежду — сначала куртку, затем начала расстегивать ремень джинсов, совершенно не смущаясь присутствия Джонни. Джонни в примирительном жесте поднял руки — живую и металлическую. — Эй, притормози, — его хриплый голос звучал устало. — Вообще-то я жду тебя тут час, и не понимаю, какого хрена я должен искать тебя по всему городу после своего концерта. Он встал с кресла, проводя рукой по своим длинным темным волосам. — Ты обломала мне офигенную вечеринку, между прочим. Керри устроил послеконцертную тусовку в своем доме, вся группа там, даже этот мудак Деннис притащился. Ви нахмурилась и повернулась к нему, скрестив руки на груди. Ее футболка все еще была влажной и неприятно липла к телу. — Повторяю еще раз, Сильверхенд. Тебя тут никто не держит. Дверь там же, где и была пять минут назад. Можешь идти обратно на свою “офигенную вечеринку”. Джонни раздраженно выдохнул, снимая очки и бросая их на столик. — Какого хрена с тобой происходит, Ви? Я звонил тебе весь день! Почему ты не пришла на концерт? Мы договаривались, что… — О, прости, — перебила его Ви с фальшивой улыбкой. — Я должна была сидеть в первом ряду и смотреть на тебя влюбленными глазами? Как там ты меня назвал? “Очередная фанатка, ничего серьезного”? Джонни замер, его темные глаза сузились. — Так вот в чем дело. Ты видела то ебаное интервью. — Все Найт-Сити его видело, Джонни! — Ви повысила голос, чувствуя, как алкогольное онемение сменяется новой волной ярости. — И не только интервью. Тебя еще видели с какой-то шлюхой в клубе. Что, не терпелось доказать свои слова? — Блядь, Ви! Это не то, что ты думаешь! — А что я должна думать? — она шагнула ближе, глядя ему прямо в глаза. — Что значит “не то”? Ты не говорил этого? Или тебя не было в том клубе? Джонни провел рукой по лицу, словно пытаясь стереть усталость. — Послушай, я нажрался какой-то кислоты, которую принес Генри. Я вообще был не в себе, как и все остальные. Керри, например, в тот день на какой-то шлюхе женился. Вот у кого проблемы! — Да мне насрать на проблемы Керри! — Ви почти кричала теперь. — Это не Керри называл меня “ничего серьезного” на весь гребаный интернет! Джонни шагнул ближе, его лицо теперь было всего в нескольких сантиметрах от ее. — Я был под кайфом, понимаешь? Тот интервьюер начал задавать вопросы о тебе, о нас, а мы договаривались держать это в тайне. Я запаниковал и сморозил первую хуйню, которая пришла в голову. — И потом пошел праздновать свою находчивость с той блондинкой? — Ви горько усмехнулась. — Ты даже не представляешь, как это выглядело со стороны. — Ничего не было с той девкой, — Джонни покачал головой. — Она просто подсела ко мне в ВИП-зоне. Керри тащил меня знакомиться с какой-то звездой бразильских брэйндансов, я был в отключке и даже не помню, как оказался в такси. — И я должна в это поверить? — Ви скептически подняла бровь. — А ты когда-нибудь видела, чтобы я оправдывался? — Джонни развел руками. — Думаешь, мне нужна какая-то левая тёлка, когда у меня есть ты? Ви фыркнула, отворачиваясь от него и направляясь в ванную. — Ты меня не купишь своими дешевыми комплиментами, Сильверхенд. И да, я видела, как ты оправдывался. Перед той журналисткой, которая написала статью о том, что “Самурай” продался корпорациям. Джонни последовал за ней, прислоняясь к дверному косяку ванной, пока Ви пыталась расчесать свои мокрые волосы. — Это другое, — он скрестил руки на груди. — Там речь шла о моей музыке. — А здесь о чем речь, Джонни? — Ви бросила расческу в раковину и повернулась к нему. — О твоем эго? О том, что великому Джонни Сильверхенду нельзя признаться, что он в отношениях с обычной наемницей? В глазах Джонни мелькнуло что-то, похожее на боль, но быстро сменилось привычным упрямством. — Ты не “обычная наемница”, и ты это знаешь, — он сделал паузу. — Я облажался, ясно? Сказал глупость в интервью, напился, как идиот. Но я не изменял тебе, если ты об этом. Ви устало прислонилась к стене, внезапно чувствуя себя вымотанной этим разговором, этим днем, всем этим. — Знаешь, что самое обидное, Джонни? — ее голос стал тише. — Не то, что ты сказал в том интервью. А то, что, возможно, это правда. Может, я действительно для тебя — просто “ничего серьезного”. Джонни молчал несколько секунд, его темные глаза изучали ее лицо с непривычной серьезностью. — Я не силен в этом дерьме, Ви, — наконец произнес он. — В словах, в признаниях. Ты знаешь меня — я пишу песни, а не любовные письма. — Это не ответ, — Ви покачала головой. — Я отменил вторую половину турне, — внезапно сказал Джонни. — Вечером, после того как понял, что ты не придешь на концерт. Сказал менеджеру, что у меня воспаление связок или какая-то другая хрень. Керри чуть не убил меня. Ви недоверчиво посмотрела на него. — Что? Но ведь у вас были аншлаги, билеты распроданы на недели вперед… — Да плевать, — Джонни пожал плечами. — Я должен был найти тебя и все объяснить. Это… важнее. Его последние слова повисли между ними. Джонни Сильверхенд, отменивший концерты ради разговора? Это было настолько не в его стиле, что Ви не знала, как реагировать. — Почему? — тихо спросила она. Джонни сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Его живая рука осторожно убрала прядь мокрых волос с ее лица. — Потому что ты, блядь, не “ничего серьезного”, — хрипло произнес он. Ви знала Джонни достаточно хорошо, чтобы понимать — эти слова стоили ему огромных усилий. — Я все еще злюсь на тебя, — сказала она, но уже без прежнего запала. — Я знаю, — кивнул Джонни. — И заслуживаю этого. Он осторожно коснулся ее щеки тыльной стороной металлической руки. Прохладное прикосновение заставило Ви вздрогнуть, но она не отстранилась. — Так что, — Джонни слегка наклонился к ней, — ты выгонишь меня или позволишь остаться и загладить вину? Ви сделала глубокий вдох, чувствуя, как ее решимость тает под его взглядом. — Посмотрим на твои старания, Сильверхенд, — наконец ответила она, слабо улыбнувшись. — Но если я еще раз услышу что-то подобное в интервью… — Клянусь, в следующий раз я скажу, что ты — единственная женщина, способная вытерпеть такого мудака, как я, — серьезно сказал Джонни. — И что это чертовски серьезно. Вместо ответа Ви потянулась и поцеловала его, все еще чувствуя горечь обиды, но позволяя ей постепенно раствориться в тепле его объятий.