❖
10 сентября 2025 г., 22:43
Ветер резал кожу, словно тысячи тонких лезвий. Мотоцикл ревел, выжимая из двигателя всё возможное, и асфальт под колесами исчезал с головокружительной скоростью. Ночной дождь хлестал по лицу, но Чуя держал руль так, будто это был последний якорь в хаосе.
Позади, наклонившись к самому его уху, сидел Дазай. Тепло его дыхания пробивалось сквозь прохладный поток воздуха. В руке у него — пистолет, чёрный и холодный, направленный в темноту, где мелькали огни преследователей.
— Ты хоть понимаешь, что мы оба сдохнем, если ты сейчас решишь сыграть в героя? — Чуя повысил голос, перекрикивая двигатель.
— Хм, — протянул Дазай лениво, но в голосе слышалось странное напряжение. — Я доверяю твоему вождению, Чуя. Раз уж мы связаны этим «партнёрством», то уж точно не ради скучной смерти.
Чуя зло скривился. Он ненавидел, когда Дазай говорил так — будто всё происходящее было очередной шуткой. Но в то же время именно это спокойствие удерживало его от безумия.
Сзади раздалась очередь выстрелов. Пули ударили по мокрому асфальту, искры вспыхнули под колесами. Дазай мгновенно подался назад, прижавшись к Чуе плечом, и выстрелил в ответ. Металл гулко отозвался, и один из мотоциклов-преследователей завалился набок, скользя по дороге и искрясь.
— Ещё двое, — процедил Дазай, перезаряжая оружие.
— Я вижу, не слепой! — Чуя резко повернул руль, врезаясь в поток дождя. Заднее колесо чуть занесло, но он выровнял мотоцикл, будто это было частью танца.
Дазай рассмеялся. Даже под обстрелом он умудрялся смеяться, словно всё происходящее доставляло ему удовольствие.
— Ах, Чуя, разве не захватывающе? Только ты и я, на бешеной скорости, смерть дышит в затылок, а мы — против целого мира.
— Ты больной ублюдок, — отрезал Чуя, но угол его губ предательски дёрнулся. В глубине души он признавал: в этой опасности было что-то до безумия живое.
Внезапно один из мотоциклистов приблизился сбоку, почти касаясь их. Чуя резко наклонился, и в этот момент Дазай, как будто предугадав движение, обхватил его одной рукой за талию, другой — выстрелил в бок врага.
— Не трогай меня, придурок! — Чуя дернулся, но только сильнее вписался в его хватку.
— Но если я отпущу, ты вылетишь на дорогу, — фальшиво ласково протянул Дазай, склонившись к его уху. — А я этого, знаешь ли, не переживу.
Выстрел. Второй противник исчез, оставив за собой лишь шлейф искр.
Дорога впереди пустела, только линии дождя мелькали в свете фар. Сердце Чуи колотилось так же бешено, как мотор под ним. Дазай всё ещё не отпускал его, и странное ощущение тепла пробивалось сквозь грохот и хаос.
— Чего ты добиваешься, а? — прорычал Чуя, не отрывая взгляда от трассы.
— А ты подумай, — голос Дазая стал мягче, но опаснее. — Может, я просто люблю, когда ты ведёшь нас туда, где границы между жизнью и смертью стираются.
Чуя хотел ответить, но вдруг увидел впереди — перекрытая дорога. Металлический грузовик поперёк трассы, мигающие огни. Засада.
— Чёрт… держись! — Он выжал тормоз, резко повернул руль, занося мотоцикл вбок. Колёса скользнули по мокрому асфальту, и на мгновение казалось, что они рухнут. Но Чуя поймал равновесие, проскользив рядом с грузовиком в узкий просвет.
Дазай прижался ещё сильнее, и, несмотря на всю опасность, Чуя почувствовал, как чужое сердце бьётся почти в такт с его.
Когда дорога наконец вышла на пустое шоссе, тишина показалась почти оглушительной. Только гул мотора и тяжёлое дыхание.
Чуя сбросил скорость и резко остановил мотоцикл под мостом. Дождь всё так же барабанил, но теперь казалось, что он умывает их после сумасшедшей гонки.
Он сдёрнул шлем и бросил его на землю.
— Ты совсем рехнулся, Дазай! Я мог убить нас обоих на этом повороте!
Ответа не последовало. Чуя нахмурился и обернулся.
Дазай сидел, держась рукой за живот, и выглядел… бледнее обычного.
— Ха… ха-ха… — он попытался улыбнуться, но это вышло жалко. — Признаюсь… твой стиль вождения… мм… чуть более… убийственный, чем я рассчитывал.
— Что?! — Чуя распахнул глаза. — Ты издеваешься? Ты сам чуть не свалился с мотоцикла!
Дазай поднял руки, будто сдаваясь.
— Н-ничего, просто немного тошнит. Знаешь, всё-таки я не создан для таких бешеных виражей… Я рассчитывал умереть красиво, а не захлёбываясь желудочным соком.
Чуя выдохнул, не зная, то ли злиться, то ли смеяться.
— Ну, прекрасно. Великий Осаму Дазай — и его победила не перестрелка, а мой мотоцикл.
— Ага… — Дазай ухмыльнулся, но всё же прижался к стене моста, переводя дыхание. — Тебя это, наверное, радует.
Чуя покачал головой и тихо пробормотал:
— Придурок.
Он присел рядом, бросив на него быстрый взгляд. Дазай выглядел плохо, но не критично — скорее укачало, чем ранили. И почему-то от этого Чуе стало легче.
Дождь продолжал барабанить по асфальту, скрывая их силуэты. Где-то далеко сирены и фары искали их, но сейчас всё это перестало иметь значение.
— В следующий раз я поведу медленнее, — неожиданно сказал Чуя.
— Хм… тогда мне придётся найти другой способ страдать рядом с тобой, — слабо усмехнулся Дазай.
Чуя фыркнул, но уголок его губ всё же дрогнул.
И, несмотря на головокружение Дазая и его привычное нытьё, в этой странной паузе под шум дождя было что-то живое, настоящее.
