daisy, daisy, give me your answer, do

На момент этой фрагментированной, неправильной памяти она сама едва родилась, пусть и существовала приличное множество годов. Одержимый братец Мари-Анн, потерянный в жëстком горе, умыкнувшая сознание океанида, сплетение душ родных и военных механизмов — вот что в неë напихали, залепив атласной лентой и плюнув Бездной. Смастерили не чистым листом, а скопом дряхлой документации. Царица успела протянуться с вежливым предложением, а потому заботливая и податливая «Мари-Анн» осталась отложена в сторону. Сандроне исследовала. Мари-Анн отдыхала. Кто такая Мари-Анн? — Мне нужна твоя помощь, — сказала гидро-архонтка. На полу уже протянулась кривая лужа от стаявшего снега, да и вся её сакральная фигура казалась в зимнем краю лишней. Незамутнëнная родниковая капля в обители льда и подмороженных сердец, не знающих любви и страха. Проскользнула мимо стражи и Пулонии, пришла в чëм мать слепила — нижнее бельё и утреннее платье сверху. Ещё и босиком, будто малахольной Субретки не хватало. Каблуки Сандроне предупредительно цокнули, однако шестерëнки двигательного аппарата прокрутились с задержкой. У мобильности оригинальной бионической марионетки, Сандроне понимала, уже намечались беды, которые она напрочь искоренила в послушных детях. Катерины развивались не по дням, а по часам, и лишь бархатная синева в радужках не исчезала. — Ты отвлекаешь меня от работы. Фокалорс, да? Регина вод и законов, руку поцеловать? Ни богини, ни люди её не цепляли. Сегменты, биологически активные составляющие и прочая скучная органика относились к «Доктору», пускай ласкается и плачется, что выпнули из сумерского дома. Сандроне предпочитала копаться в проржавевших мощах Каэнри'ах и буквенно-числовых кодах к ним же.  Она вернулась к раскуроченному ядру Руинного стража, пережатому щипцами, размышляя, не стоит ли позвать Пулонию и устроить автономной области крупный дипломатический конфликт. Фокалорс отстранëнно рассмеялась. — Я здесь вне роли архонтки, леди Марионетка. Или ты предпочтëшь «Сандроне»? «Мари-Анн»? — Мари-Анн погибла при столкновении с радикальной группировкой от Ордо Нарциссенкрейц,— кратко ответила Сандроне. — Возможно, тебе следовало тщательнее присматривать за собственными землями. — Виновата, правда. Но готова ли ты меня выслушать? — Две минуты, а потом я зову Царицу с великой новостью о раннем приобретении гнозиса. — Мне достаточно половины и одного предложения, — Фокалорс оперлась о край стола и склонилась ближе, чем предполагал уровень знакомства. Вода на лбу блестела, точно драгоценные камни, и Сандроне отчего-то возвратилась к утру её восхождения. Фокалорс тогда навела шуму: моментально отправила прежнего судью на пенсию, внесла кучу правок в законы, а недовольным пригрозила ссылкой в тюрьму. Абсолютно иной образ. — Леди Марионетка, я хочу спрятать бога в машину. Она произнесла это, почти не раскрывая рта. Сандроне застыла, и какой-то забавный нелепый звук проскочил в её системе. — Что ты имеешь в виду? — Представь, — неспешно начала Фокалорс, — что я предлагаю тебе коллаборацию, о которой ты никогда не пожалеешь, поскольку нет устройства замысловатее. Оно избежит пронзительного взгляда Селестии, будучи у неё на виду, обогатит Фонтейн уникальной энергией и совместит в себе развлекателя и палача. Сандроне взвесила «за» и «против» на продолжение рассказа, признала, что последнему не перевесить, раз вмешалось любопытство. — Что же это такое? — Я называю еë «Оратрис». Внешне она представляет собой панель с гигантскими весами, внутренне — магическое пространство, способное удержать в себе божественность, а на её основе осуществлять преобразование сильных эмоций. Так как я являюсь архонтом, — она слабо прожестикулировала вверх, — «правосудия», трансформация веры пойдёт от ощущения справедливости. Сандроне придавила железную кисть к губам. — Центр из кристаллизированных частиц в концентрированной форме, гнозис как мотор? — Да. — Почему ты считаешь, что я заинтересуюсь? — Ты всегда соглашалась, — пробормотала Фокалорс просто, протянув бледную ладонь к комнатному растению. Разочаровалась, что оно искусственное, прожала деревянные ветви. — Даже когда я навещала Мари-Анн. Вы похожи, видишь ли, те же склонности, только полярные характеры, а у тебя ещë и последствия разрушенной семьи. Любила ли ты своего создателя? Неважно. Тогда мне требовались игрушки, а сейчас я мечу выше и, к сожалению, не горю желанием рано переходить на следующий круг. О чём болтала, поди разбери. Вся светилась державной уверенностью, хотя под глазами виднелись синяки от бессонницы. Значит, и богам не дремлется? Что же им приходит в кошмарах. Сандроне с тихим скрипом повернула голову к зеркалу, затем к гостье. Ах, Мари-Анн, зачем ты глядишь на меня так злобно? Мари-Анн, полей цветы, Мари-Анн, ты помнишь, кто нас растил? — У меня есть планы, — добавила Фокалорс, — и готовая модель. Мы набрасывали её совместно, когда я поняла, чего желаю добиться. Я не говорила тебе о настоящей цели инструмента, но у меня впечатление, что ты догадывалась. Мой личный эксперимент завершился трагично. — А нынче ты откровенничаешь? — У меня мало вариантов. Я перепробовала столько опций, и ни одна из них не выдерживает финала. Я где-то ошибаюсь в накоплении индемнитиума или привязки к ядру, раз за разом возвращаюсь в исходное состояние, хотя, не хвастаясь, в инженерии перегоню и тебя. Помоги мне, леди Марионетка. — И что я с этого получу, регина всех вод? Фокалорс улыбнулась и, подогнув ногу, театрально низко поклонилась. Шелковые волосы, путаница морского и белого, скатились следом. Фокалорс завела пряди назад. — Ты не жаждешь ни денег, ни славы. Как же быть. Не знаю, повернëтся ли удача ко мне боком, «Сандроне», но признайся: неужели ты действительно хочешь упустить шанс воздвигнуть гильотину для уничтожения трона, обвести через машину Небесный Порядок и Теней? Пойдëм со мной туда, куда стекаются все реки Тейвата, несмотря на возвышенности, а я, «Фурина де Фонтейн», покажу тебе, насколько умело я обращаюсь с раскалëнным металлом. И потом она подмигнула. У Сандроне из пальцев совершенно нежданно выпал инструмент, и она прагматично подумала: как же хорошо, что кукла лишена функции имитировать румянец.