Тихое лето на берегу реки

В наушниках звучала песня музыкального исполнителя "Дайте Танк(!)". За стеклом постоянно менялась картина: город, леса и поля. Последние особенно притягивали его взгляд. Хотя Салли нравилось жить среди множества людей и цивилизации, дикая природа всегда оставалась для него более красивой и родной. В тексте песни, что сейчас играла в его ушах, была такая строчка: "чем дальше город, тем лучше пейзаж". Ему нравилась эта музыка, особенно в данный момент. Она прекрасно описывала атмосферу вокруг и делала его более комфортным. Единственное, что портило этот вид — храп незнакомого дедушки с соседней койки напротив. Парень бы прилег поспать, но этот шум ему мешал. Фишер лежал на постели, не двигаясь, словно покойник. Его бледный цвет лица действительно напоминал неживое тело. Лишь одно дыхание выдавало его живое существование. Юноша прокручивал в голове события вчерашнего дня, из-за которых он и оказался сейчас в поезде, далеко от социума. Учебный год закончился, и настала долгожданная летняя пора. Дети радостно сбрасывали рюкзаки с плеч после девяти тяжелых месяцев в школе. Наконец-то они могли провести время на свое удовольствие. Кто-то пошел гулять с друзьями, кто-то расслабился на диванчике с любимой книгой в руках. Прозвенел последний звонок. Школьники целых три месяца больше не будут слышать этот неприятный ушам звук. Этот навязчивый шум принес с собой начало летних каникул. Классные руководители пожелали своим ученикам весело провести время, директор школы произнес пару формальных слов, и детей отпустили по домам. На лицах ребят светились радость и счастье. В округе раздавался детский смех и непринужденные разговоры школьников, а между учителями витала лицемерная вежливость. С приходом многим любимого лета город словно ожил. Прохожие выглядели счастливее, чем в холодную зиму или пасмурную осень. Птицы синхронно пели свою трель. Салли на мгновение застыл на месте и задумался о своем. Он бросал короткие взгляды на незнакомцев, которые проходили мимо него. Когда юноша гуляет по людным местам, он любит разглядывать встречных людей и думать: какие они? Что они из себя представляют? Так он витал в облаках, наверное, минутами… Фишер не заметил, сколько времени прошло, пока его из мыслей не выдернула подбежавшая к нему девушка. — Чего ворон считаешь, Салли-Кромсали? — оживленно проговорила яркая девушка, которая за километр бросалась в глаза. — Кира? Привет, давно не виделись! — ответил парень своей давней подруге. — Эй!! Я же просила называть меня другим именем! — пробубнила в ответ она. Этой неожиданно появившейся дамой оказалась лучшая подруга юноши и одновременно объект его тайных воздыханий — по крайней мере, он так думал. Но так ли это на самом деле? Фишеру не так уж и важно было это знать. Самое главное — рядом был человек, о котором он мог заботиться и дарить ту любовь, которую сам не получил. А любит — не любит парень как-нибудь, потом разберется. Кира, точнее Сакура, была очень необычной по сравнению с самим Фишером. Он ничем особо не выделялся. Единственное необычное в нем — это натуральные ярко-рыжие волосы, к тому же еще и кудрявые. Парень считал, что выглядит как типичный ботаник — как характером, так и внешностью. Но Кира всеми руками и ногами кричала, что это не так. Она все время вбивала ему в голову: мол, хватит себя недооценивать и принижать! — Ладно, ладно, Сакура, прости, — с легким сарказмом произнес Салли, бросая на подругу игривый взгляд. Он махнул ей рукой, словно приглашая следовать за ним, и они вместе направились к её дому. День был в самом разгаре, и солнце ярко светило, слепя глаза своей ослепительной искристостью. Синева неба сияла так же ярко, как и самая блестящая звезда солнце, которое ослепляло, стоило только поднять взгляд. Облака плавали по небесному простору, напоминающие легкие кусочки сахарной ваты, готовые растаяли от одного взгляда. В этот момент время словно замерло, и вокруг остались только они вдвоем. — Салличка, почему ты такой грустный сегодня? — нарушила тишину между ними Сакура. — Ну… Я же тебе говорил, что пообещал родителям хорошо закончить учебный год? — начал Фишер, погружаясь в свои мысли. Кира не стала его перебивать и просто кивнула головой, давая ему немой ответ: «да». —Мягко говоря, я закончил плохо, и… — Господи, да что же такое? То, что ты закончил плохо, ничего не значит. Оценки не определяют тебя как человека. Пятерки у тебя или двойки — мне все равно. Я дружу с тобой, а не с твоими оценками. — Юноша улыбнулся. Он был рад, что Кира не осуждает его и не считает глупым. Сакура протянула руку и положила ее на плечо Фишера. —Была бы моя мама такой же, как ты, то не было бы этого диалога. —Что твоя мать может сделать? — Все что угодно от нее можно ожидать. Вдруг заиграла мелодия на телефоне Юры, разрушая всю атмосферу. Глаза его нервно забегали, и стало сразу некомфортно и тревожно. Руки начали слегка подрагивать. Как он и ожидал, на экране высветилось «мать». —Думаю, мне пора идти, потом будет только хуже, - он закусил нижнюю губу. Кира улыбнулась ему и помахала рукой на прощание. Салли поспешил домой. На улице уже вечерело. Быстрым шагом он шел в сторону своего дома. Спешил не только он: большое количество машин проезжали по дороге. Наверняка большая часть из них ехала к себе домой, где их ждала любящая семья. Парень очень завидовал тем, кто, возвращаясь домой, был рад. Завидовал тем, кто хотел вернуться в свой безопасный уголок. Ведь сам он не чувствовал радости, идя туда. Юноша испытывал куда больше удовольствия, идя на встречу с Кирой. Она заменила ему семью. В ней он видел и находил то, чего ему не хватало. Витая в облаках, он не заметил, как дошел до дома. Быстро забежав в подъезд и пролетев несколько этажей, он остановился возле входной двери с номером «402». Нервными движениями парень достал ключи из кармана джинсов и открыл дверь. Там его встретило недовольное лицо матери. —Где шляешься?! Ты уже как полчаса назад должен был быть дома! – прокричала женщина, которая носила титул мамы. Мама. Какое же это нежное, теплое слово, которое должно ассоциироваться с любовью и уютом. Но не в случае Салли. Она была для него как мачеха, а не матушка. —Мне известно о твоих оценках, - прозвучал хладнокровный голос Дианы. Так звали эту женщину. Фишер сразу замер, а в голове промелькнули воспоминания из детства, от которых мурашки пробежали по коже. Сразу заболело все тело, будто вновь хлысты коснулись его. — Собирай вещи. Завтра ты едешь на перевоспитание в деревню к бабушке. Взгляд Салли метнулся на лицо матери. Парень не знал, радоваться или плакать. С одной стороны, он был рад — ведь бабушка заменила ему маму. Она стала тем самым нежным и родным для него человеком. А с другой стороны, он был не рад — ведь уже настроил кучу планов со своими двумя друзьями: Сашей и Кирой. Кира Стрелкова уже известна читателю, но вторая личность еще не успела познакомиться с вами. Александр был, мягко говоря, интересной личностью. Другом он был очень хорошим, но как человек — очень странным. «фембой» — так его можно описать. Вернемся пока что обратно к происходящему, а об этом интересном юноше поговорим позже. Салли ушел в свою комнату и громко хлопнул дверью. Салли ушел в свою комнату и громко хлопнул дверью, создавая резкий звук, который отразился в тишине квартиры. Внутри него бурлили эмоции, и он, витая в своих мыслях, начал собирать вещи. Мысль о том, что ему предстоит провести все лето в деревне, навевала на него чувство неопределенности. Он понимал, что это не просто поездка — это целый промежуток времени, который ему нужно было заполнить необходимыми вещами. Парень быстро перебирал свои вещи: футболки с яркими принтами, уютные кофты и шорты, которые он любил носить в теплую погоду. Каждая вещь вызывала в нем воспоминания — смех с друзьями, вечерние прогулки по городу, разговоры с Кирой. Он старался не задерживаться на этих мыслях, чтобы не дать себе слабину и не поддаться ностальгии. Некоторое время спустя юноша закончил сборы. За окном уже светила луна, заливая комнату мягким серебристым светом. Ночь окутала город, и тишина за окном только усиливала его чувства. Сегодняшний день был насыщенным — он пережил множество эмоций: от радости общения с Кирой до тревоги из-за предстоящей поездки. Вдруг его мысли вернулись к морю — к тому безмятежному месту, которое манило его своим спокойствием и свободой. Он мечтал о том, чтобы оказаться на берегу, где шум волн смешивался с криками чаек, а солнце нежно касалось кожи. Но сейчас эти мечты казались далекими и недосягаемыми. Спихнув вещи с постели на пол, он завалился спать, погружаясь в мир своих грез. Усталость накрыла его, и вскоре он провалился в сон, оставляя позади все тревоги и заботы этого дня.