Ну, если надо...

Солнечный луч, настырный и прилипчивый, как миссис Норрис, учуявшая запах сардинки, пробивался сквозь окно гостиной Гриффиндора. Он танцевал на лице Гарри, заставляя его морщиться и лениво зевать. Суббота. Солнечное утро. Никаких уроков, никаких забот, никаких… — Не может быть! — послышался взволнованный возглас Гермионы. Гарри вздрогнул так, что чуть не свалился с дивана. Рон, дремавший в кресле напротив с раскрытым ртом и почти уже поймавший во сне квоффл, издал странный крякающий звук и уронил на пол пустую кружку из-под какао. Гермиона, которая и сама ещё минуту назад сонно листала утреннюю прессу, теперь казалась образцом собранности. Она сжимала свежий номер «Ежедневного пророка», и её глаза были круглыми от удивления, а щёки пылали. — Что случилось? — проскрежетал Рон, с трудом отлепляя лицо от бархатной обивки кресла. — Снова сообщают о повышении цен на книги? — Хуже! — выдохнула Гермиона и, вскочив, принялась расхаживать по ковру, шурша газетой. — Гораздо, гораздо хуже! Слушайте! «Министерство Магии в срочном порядке вводит новый закон…» — она сделала драматическую паузу, — «…обязательный брак для всех совершеннолетних волшебников и ведьм!» В гостиной воцарилась абсолютная тишина. — Что? — не понял Гарри, протирая очки. — «А учащиеся Хогвартса, достигшие шестнадцати лет, — Гермиона зачитала с новой силой, — должны в ближайшее время определиться с партнёром и подать соответствующее заявление в Министерство! В противном случае пару им выберут сотрудники нового отдела по принудительному бракосочетанию!» Рон выпучил глаза. Он посмотрел на Гарри, потом на Гермиону, потом снова на Гарри. — То есть… всем теперь обязательно… жениться? — он произнёс это слово так, будто это было заклинание, превращающее его самого в слизняка. — Именно! — Гермиона резко остановилась и сверкнула глазами. — И нельзя пускать такое на самотёк! Иначе ещё кто попало попадётся в мужья! — она почему-то бросила быстрый, но выразительный взгляд в сторону Рона, который смущённо потёр нос. И вдруг она резко повернулась к Гарри. — Гарри! Нам нужно действовать быстро и рационально. Мы с тобой — лучшие друзья. Мы доверяем друг другу. Мы оба ответственные и целеустремленные. Мы могли бы составить прекрасную пару. Стабильную и счастливую. Гарри почувствовал, как кровь ударила ему в лицо. Он посмотрел на Гермиону — умную, решительную, свою самую верную подругу. Мысль была настолько безумной, что начала казаться… соблазнительной. — Эм… Гермиона… ты уверена?.. — Абсолютно! — перебила она. — Смотри. Как ты видишь себя в будущем, скажем, через десять лет? Свой дом, работа мракоборцем, тихие вечера? — Ну… да, пожалуй, — кивнул Гарри. — Прекрасно! А дети? Трое? Двое? Как насчёт двоих? Мальчик и девочка? — Э… да, звучит неплохо… — И сад рядом с домом? И чтобы по воскресеньям кофе варил тот, кто первым проснётся? — В принципе, я не против капучино… — Видишь? — торжествующе воскликнула Гермиона. — Мы идеально совпадаем по всем ключевым параметрам! Это блестящий план! Ошеломленный Гарри, всё ещё не до конца понимавший, как за пять минут обсудил всю свою будущую жизнь, в том числе и количество совместных с Гермионой детей, машинально кивнул. — Ну… тогда… давай попробуем? — предложил он. — Отлично! — Гермиона хлопнула в ладоши. — Тогда первое свидание сегодня же. Я пойду составлю список тем для обсуждения, чтобы наш разговор был продуктивным. И нужно просмотреть возможные локации для будущего проживания! — И она стремительной походкой направилась к женским спальням. Гарри, всё ещё красный и смущённый, тоже поднялся на ноги. — Ладно… я пойду, наверное, приведу себя в порядок… Он поднялся по лестнице, оставив в гостиной Рона с широко раскрытым ртом и стеклянным взглядом. Он несколько секунд сидел в полной прострации, пытаясь осмыслить только что увиденный и услышанный сюрреалистический спектакль. Его взгляд упал на брошенную на стол газету. Рон медленно, как во сне, протянул руку, взял её и перечитал злополучную статью. Сначала строчка за строчкой, потом пробежал глазами до самого низа. И там, самыми мелкими буквами, в самом углу, он увидел приписку: «P.S. С Первым апреля! Пусть ваш день будет полон смеха и безумных розыгрышей!» Рон замер. Его лицо побелело, потом позеленело, потом снова побелело. — Ох… — выдавил он. — Ох, чёрт. Он рванулся было к лестнице, но остановился, понимая, что было уже поздно. Остановить Гермиону Грейнджер, разработавшую «блестящий план» на основе несуществующего закона, и Гарри, уже, наверное, выбирающего рубашку для свидания, было всё равно что попытаться остановить мчащийся на полной скорости «Ночной рыцарь». Он мог только бессильно прошептать в пустоту: — И как это они так быстро всё решили…