Голод

      Стоило лишь упомянуть о прелестях демонического бытия и лёгкости решения проблем с вампирами, как Иззи Марок, школьная медсестра, согласилась мгновенно. Для неё оказалось достаточно услышать три вещи: вечная молодость, неувядающая красота и полное отсутствие забот о деньгах. Услышав это, она прижала к груди изящную фигурку слона и, не задавая лишних вопросов, замерла в предвкушении моих дальнейших слов.       А вот с остальными дело приняло куда более замысловатый оборот…       — Итак, начнём, пожалуй, — произнёс я, опускаясь в кресло учителя в пустой аудитории и обводя взглядом собравшихся.       В тот же миг двери и окна кабинета сомкнулись с глухим звуком, а пространство окутал невидимый звуконепроницаемый барьер.       — Для начала представлюсь. Моё имя Рейнард. Я — демон. Как теперь и вы. Нет, Нацу, это не оскорбление, — обратился я к девушке в строгой форме академии, сидящей неподвижно, с холодным выражением лица и взглядом, словно прожигающим насквозь. Нацуми Мисато. Её манера держаться напоминала мне Конеко — ту же холодную сдержанность, когда Сазекс впервые привёл её в семью. А глаза… в них проступала твёрдость Соны.       — Что это была за шахматная фигура? — спросила она ледяным голосом.       — Прости, что обращение произошло без твоего согласия, — мягко произнёс я. — Но винить за это стоит твою сестру. Именно она выкрала у меня епископа из коробки. — Я бросил взгляд на Аки, которая тут же смущённо опустила голову.       — Я знала, что ты не согласишься… Вот и бросила в тебя фигуру! Я не хотела становиться демоном одна… — заторопилась она с оправданиями.       — Стоп, стоп… Может, кто-то объяснит, что вообще здесь происходит? И ты, урод, какого чёрта нас всех собрал? — лениво бросил черноволосый парень, развалившись на стуле.       — Милорд, позвольте мне наказать эту дерзкую шавку, — с маниакальной улыбкой проговорила Эмма, стоящая смиренно у меня за правым плечом. Никогда прежде я не видел её такой — даже мне стало зябко от этой стороны её натуры.       — Эй, ты чё там сказала?! — вскинулся парень, с грохотом опрокинув парту. Но в следующий миг его тело пригвоздила к стулу тяжёлая аура горничной.       — Эмма, спокойно, — мягко коснулся я её руки. — Мы не хотим никого калечить.       — Простите, милорд, — склонив голову, Эмма мгновенно отозвала давление силы.       — Твоё обращение было сделано с согласия твоей девушки, — спокойно продолжил я, глядя на парня. — Я хотел спросить тебя лично, но…       — Аки, что он несёт?       — Прости, Джес… Но он сказал, что так ты больше не будешь срываться в полнолуние! — почти со слезами выкрикнула девушка.       — Это правда? — мгновенно переменился в лице оборотень.       — Силой волка ты сможешь пользоваться и дальше, но кровь демона позволит тебе контролировать её, — подтвердил я.       — Вопросы на этом закончились? Можно мне продолжать? — я сделал паузу.       — Есть ещё, — вмешалась Нацуми. — Что значит «демоны»? Как в Библии?       — Совершенно верно, — кивнул я, медленно расправляя крылья. — Я чистокровный высший демон, наследник рода Гремори и младший брат нынешнего Владыки Тьмы.       — И будущий претендент на престол, — гордо вставила Эмма.       — Не без того, — тяжело вздохнул я.       — Чушь… — буркнул Джес.       — Невероятно… — почти шёпотом протянула Иззи, глядя на меня с восторгом. — Наш господин сам будущий владыка Преисподней!       — Иззи, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Аки.       — Конечно… Просто я не могу привыкнуть… Вы-то всегда были не людьми, а я… чувствовать в себе такую силу! А ещё… он же такой красавчик…       — Ясно. Потеряна для общества, — фыркнула сестра. — Опять влюбилась.       — Кстати, что значат эти шахматные фигуры? Почему именно они, а не карты или кости? — спросила Нацу.       — Хороший вопрос, — кивнул я. — В Аду высшие демоны используют Фигуры Зла — аналоги шахматных фигур. Они служат проводниками демонической энергии, позволяя превращать людей в демонов. Это стало необходимо после войны с ангелами и падшими ангелами: численность нашей расы тогда резко сократилась. Без этого меры демоны выродились бы через несколько сотен лет.       Я выдержал паузу, позволяя словам осесть в сознании собравшихся.       — Каждая фигура обладает свойствами. Слон, что достался Нацу и Иззи, усиливает магические способности. Ладья, что у Джеса, укрепляет тело и увеличивает силу. Пешки, что получила Аки — три штуки — универсальны, усиливают понемногу всё сразу. Не столь ярко, но весьма ощутимо для человека. Теперь о выборе. У Иззи было много маны и врождённый дар: её артефакт — Глаз Оракула — позволит ей видеть ауры. У Нацу тоже есть магический потенциал, и с усердием она станет сильной волшебницей. Джес, будучи вервольфом, нуждался не в скорости, а в прочности, поэтому ладья стала очевидным выбором. Пешки для Аки — тоже не случайность. Они могут превратиться в любую фигуру, кроме короля. Три пешки — это впечатляющая сила.       — Но это ведь… просто мясо, — возмутилась Аки.       — Отнюдь, — возразил я. — Пешка — универсал. Король может возвысить её. Только представь: три ладьи, три коня — сила, способная перевернуть исход битвы.       — А что за артефакты? — вмешалась Иззи.       — Их называют священными механизмами, — пояснил я. — Некоторые люди и полукровки рождены с ними. Говорят, их создал сам Бог, чтобы люди могли противостоять сверхъестественным существам. Многие великие люди прошлого владели ими.       — Ты сделал нас демонами, подарил бессмертие и силу… А зачем это тебе? — хмуро спросил Джес.       — Теперь вы слуги милорда, — холодно произнесла Эмма.       — Не слуги, а семья, — поправил я. — Моя цель — собрать свиту. Без неё мне не найти покоя. Но выбор остаётся за вами: если захотите — я извлеку фигуры и верну вам человеческую жизнь.       — А обязанности? — спросила Нацу.       — Помогать мне выполнять контракты, — ответил я.       — Продажа душ? — уточнил Джес.       — Почти. В современном Аду за плату принимаются деньги или предметы, наполненные частицей души. А ещё мы должны уничтожать демонов-отступников и участвовать в Рейтинговых Играх — своеобразных шахматных партиях, где фигурами становитесь вы.       — Сражения? — прошептала Аки.       — Не опасные, — успокоил я. — Игры проходят в особых пространствах, где смерть невозможна: смертельная рана лишь возвращает вас в комнату ожидания.       — Звучит… занятно, — хмыкнула Нацу.       — Эмма, а ты кто для него? — спросила вдруг Иззи.       — Я его королева, — спокойно ответила горничная, смерив девушку взглядом сверху вниз.       — Эмма — мой ферзь, — пояснил я.       — А-а… понятно… — пробормотала Иззи, густо покраснев.       Я обвёл их всех взглядом.       — Ну что ж, несогласных нет? Никто не хочет обратно в люди?       Тишина.       — Прекрасно. Тогда после занятий приходите по этому адресу. На этом всё. До встречи.

***

      Двое подростков стояли на оживлённом тротуаре возле «аллеи звёзд», где поток туристов и горожан не прекращался ни на минуту. В руках у них были пачки ярких листовок с крупной рунической печатью в центре. Девушка металась из стороны в сторону, словно маленькая птица, пытаясь вручить как можно больше бумаг, тогда как её напарник стоял на месте, зевая и лениво протягивая листовки только тем, кто сам проходил мимо.       — Чёрт… И почему мы должны этим заниматься? — сквозь зубы процедил Джеси, отдавая очередному прохожему листок. Его лицо выражало откровенное недовольство. — С таким знаком в центре нас ещё примут за каких-нибудь сектантов.       — Да брось ты! — улыбнулась Аки, не останавливаясь ни на секунду. — В Лос-Анджелесе и без нас полно чудаков. На нас даже внимания не обратят. К тому же… ты что, откажешься от сотни долларов в неделю? Кто ты и куда дел моего настоящего парня?       — Всё равно мне это не по душе, — буркнул оборотень, откинув чёлку с глаз. — Сначала вампиры, теперь демоны… Ещё скажи, что ты поверила в сказки про ангелов.       — А кто знает? — хихикнула девушка. — Тем более, ты сам убедился, что мы теперь демоны. Кстати, крылья тебе идут!       — Ага… — скривился Джес. — С ними я похож на какого-то анимешного инкуба. Это даже хуже, чем натянуть джинсовые шорты и бегать с радужным флагом, дёргая себя за соски.       — Я бы на это посмотрела, — беззлобно парировала Аки, вручая листовку загорелому туристу.       — Не дождёшься. — Джес отмахнулся. — И вообще, почему этим занимаемся только мы?       — Иззи с моей сестрой уже выполняют задания. Нацу, например, рассказывала, что ей пришлось массировать старику ноги. Брр… мерзость, — поморщилась девушка, даже передёрнув плечами.       — Правда? — удивлённо приподнял бровь Джес.       — Ты же знаешь, сестра за деньги на многое готова. В пределах разумного, конечно. Иногда мне даже кажется, что нас с ней перепутали в роддоме, а в семью её подкинули евреи.       — Не неси ерунду, — хмуро бросил оборотень. — Она это делает ради тебя.       — Да знаю я… — тяжело вздохнула Аки. — Только не начинай опять.       — А если заказчик попросит… ну, ты понимаешь… ублажить его? — с лёгкой неловкостью спросил Джес, понизив голос.       — Ещё чего! — возмущённо вспыхнула девушка. — Конечно, откажусь!       — А если нельзя будет отказаться?       — Ты что, оглох? — всплеснула руками Аки. — Рейнард ясно сказал, что от некоторых заказов можно отказаться. Опять уснул, когда он объяснял?       — Ладно, ладно, мой косяк, — смущённо улыбнулся парень, почесав затылок. — Сколько времени? Может, сделаем перерыв?       — Почти полдень. Можно, конечно… Но лучше закончить быстрее и пойти к начальнику. Он говорил, что сегодня у нас вроде тренировки, — ответила девушка, взглянув на экран телефона.       — Жрать хочу… — протянул оборотень, прикладывая руку к животу.       — А вот надо было нормально позавтракать! — с укоризной бросила Аки.

***

      Ничего действительно стоящего о Семи Грехах я так и не нашёл. Информации, казалось, было и слишком много, и в то же время — вовсе ничего. Сплошные обобщения, легенды, мифы и чужие домыслы. Кто-то утверждал, что Семь Грехов — всего лишь обратная сторона заповедей: правила, что человек обязан соблюдать, если хочет попасть в Рай. Другие уверяли, что это выдумка — сказка для устрашения, чтобы проще управлять внушаемыми людьми древности. А некоторые шептали о том, что Грехи были изначальными демонами, существовавшими задолго до падения Люцифера и его карательного похода по Мёртвым Землям.       И мне почему-то кажется, что именно эта версия ближе к истине.       О тех временах почти ничего не сохранилось. В книгах лишь скупые строки:       «Нашёл Люцифер Ад, увидел тамошних выродков, возжелал истребить их, попросил благословение Отца, но Господь отказал. Тогда восстал Светоносный против Создателя и отрёкся от Него, дабы уничтожить нечисть».       Везде падение Люцифера описывается именно так. Но нет ни слова о «коренных» жителях Ада, ни о самом походе, ни о его исходе.       Современная же история, заученная потомками демонических родов, утверждает другое: демоны произошли от Лилит — первой жены Адама, познавшей Грех. Из её плоти Люцифер создал семьдесят два первородных демона, а все чистокровные ныне живущие — их потомки. Если это правда, значит, до падения Люцифера самой расы демонов попросту не существовало.       Можно было бы подумать, что те «существa», против которых собирался войной идти Светоносный, принадлежали к иным пантеонам. Ведь Подземный Мир состоит из множества слоёв: Ад — владение нынешних демонов; Царство мёртвых — под рукой Аида; Лимбо — обитель душ грешников; Мальболдже — яма, где вечно корчатся самоубийцы, насильники и убийцы; и Коцит — нижайший пласт, ледяная тюрьма Самаэля. Возможно, Люцифер замыслил поход против Аида и его жнецов. Но сомнительно. В ранобэ об этом не упоминалось — а там Аид играет ключевую роль. Его мотивы объясняются совсем иначе: прихотью, желанием стереть с лица земли всех, кто раздражал его взор. В этот список попадали не только демоны и падшие ангелы.       Аид ещё сыграет свою партию… Он серый кардинал Гильдии Героев, и освобождение Самаэля — далеко не худшее, что он может сотворить.       Но я отвлёкся.       Мне кажется, что Ад изначально был населен другими существами. Настоящими дьяволами. Краснокожими, с рогами, копытами, хвостами… Не на пустом месте же появился этот архетип. Что, если «Грехи» были как раз их вождями? Или же их сила воплотилась в этих образах?.. Конечно, лишь догадки. Но мысль звучит правдоподобно. Особенно если допустить, что Бог создал Святые Артефакты, скопировав уничтоженную технологию древних дьяволов.       Хм…       — Сложно, — выдохнул я, захлопнув книгу.       Я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, чувствуя, как ломит спину после долгого чтения. Горудо, потревоженный моим движением, приподнял голову и недовольно фыркнул, окатив ноги жарким дыханием.       — Остаётся только искать дальше, — пробормотал я.       Дракончик склонил мордочку набок, вопросительно смотря на меня.       — Хочешь поохотиться, приятель? — спросил я, почесав его шероховатый подбородок. На пальцах остались кусочки прозрачной плёнки. Я вздохнул. — Что, опять линяешь? Горудо выпустил облачко пара и кивнул.       — В этот раз сразу не ешь, ясно? — укоризненно сказал я.       Он уже не раз сбрасывал кожу. Как змеи и ящеры, драконы линяют всю жизнь. Но Горудо всегда прятался, а сброшенную чешую съедал. Видимо, она действительно обладала ценными свойствами.       Мне хотелось самому поглотить её силой «Чревоугодия», но пока дракон опережал меня.       — Р-рр… — довольно прорычал он и слегка дёрнул меня за штаны.       — Ладно, идём, — улыбнулся я и щёлкнул пальцами, активируя круг переноса.       — Милорд! — окликнула нас Эмма.       — Скоро вернёмся!       Алое сияние вспыхнуло и мгновенно сменилось видом ночного города. Горудо, радостно высунув язык, взмыл в небо, а я убедился, что мы прибыли именно туда, куда нужно: к заброшенным складам у судоходного порта. Согласно сведениям из Ада, здесь скрывался демон-отступник. Эмма хотела, чтобы мы убили его завтра вместе с остальными — для демонстрации и тренировки новообращённых.       Но тогда я лишился бы возможности «сожрать» его в одиночку.       — Ну что, вперёд, — бросил я и пошёл вглубь складов. Там уже тянуло смрадом гнили, и слышался мерзкий треск костей.       Логово демона выглядело, словно смесь гнезда зергов и обители кхорнитов: всё в слизи и мерзких выделениях, стены обмазаны кровью, повсюду кости и черепа. В центре — трон, и на нём, возвышаясь над этим кошмаром, сидел сам беглый демон. Его вид будто сошёл со страниц Лавкрафта: чудовищно раздутая голова, тело, похожее на изуродованного вервольфа, и пасть, из которой вместо клыков извивались щупальца. Вот до чего доводит бесконтрольная жажда человеческой плоти.       Странно, что вампиры ещё не убрали его. Но, возможно, Летиция просто не вмешивалась — территория-то наша.       Горудо осмотрел монстра, равнодушно плюхнулся на крышу и даже зевнул: дескать, справишься сам.       — Кто осмелился?.. — раздалось сиплое шипение. Два кровавых глаза вспыхнули во тьме. Демон наклонил голову. — Маленький демон… Ты пришёл убить меня? Но я не думаю, что…       Я не дал договорить. Катана сверкнула, и раздался сухой щелчок цубы о ножны. Несколько секунд — тишина. Монстр успел подумать, что опасность миновала, открыл пасть, но вместе с этим движение сдвинуло шею, и голова покатилась на пол.       — Почему они все считают себя непобедимыми?.. — вздохнул я, убирая клинок обратно. Подошёл ближе, отрезал щупальце — как доказательство. Остальное можно «сожрать».       — Горудо, — позвал я, улыбнувшись. — Ужин подан.

***

      Когда я вернулся домой, небо уже начинало бледнеть. Первые лучи рассвета мягко разрезали тьму, и улицы окутывала сероватая дымка утреннего света. Времени хватало разве что на короткий сон. К обеду должны были подойти Иззи с остальными — сегодня мы собирались провести тренировку.       Как я уже говорил, нужно было проверить, на что именно они способны.       Усевшись на диван, я тяжело вздохнул и откинулся назад, чувствуя, как усталость медленно наваливается на плечи.       Горудо опустился рядом, шумно взмахнув крыльями, и, едва коснувшись пола, тут же свернулся в клубок. Насытившись, он быстро провалился в сон, изредка подрагивая хвостом. «Наелся и спит», — мелькнула в голове простая мысль.       Сражение принесло мне почти семь сотен очков. Сила, выносливость, скорость — всё подросло понемногу. Но главным открытием стала способность. Демон, которого я одолел, владел странным умением, и теперь оно досталось мне. Навык назывался «Пульсорное зрение».       Суть его была проста: при активации тело испускает едва ощутимый электромагнитный импульс — концентрические волны, расходящиеся во все стороны. Эти волны, сталкиваясь с препятствиями, отражаются и возвращаются обратно, создавая в сознании чёткий образ пространства. Что-то вроде эхолокации летучих мышей или дельфинов, только в куда более широком спектре.       Работает этот навык мгновенно и охватывает полный круг в триста шестьдесят градусов. В бою подобное — неоценимое преимущество. Сложно застать врасплох того, кто чувствует каждое движение вокруг.       В остальном ничего особенно ценного я из демона не получил.       Но голод, наконец, отступил. Жжение, терзавшее нутро, ушло на задний план. Думаю, полученного мне хватит на пару месяцев. А дальше придётся искать новую жертву…

***

      — Милорд, все уже пришли, — тихо позвала меня Эмма.       Я нехотя приподнял голову, зевнул и потянулся, чувствуя, как сонливость тянет вниз словно свинцовой цепью. Спать хотелось невыносимо.       — Иду… — отозвался я.       Когда я вошёл в гостиную, ребята уже ждали — расселись на диване и креслах.       — Господин Рейнард, рада вас видеть! — тут же вскочила Иззи, сияя улыбкой.       — Ага… — протянул я лениво, махнув рукой. — Не стоит. Кстати, вы хорошо поработали. Молодцы.       Я достал несколько пухлых пачек стодолларовых купюр и положил их на стол.       — Это вам, Аки, Джес, — я сдвинул деньги в их сторону. — Это тебе, Нацу. А вот это — Иззи.       — Да здесь больше, чем я за полгода зарабатываю! — поражённо воскликнула учительница, нервно пересчитывая купюры.       — Любой труд должен быть оплачен. Выполните больше контрактов — получите и больше. Всё зависит не только от количества, но и от ценности в духовном плане. Например, Иззи принесла картину — на вид обычную, безымянного автора. Но она оказалась переполнена духовной энергией, и потому цена была выше, — пояснил я.       — То есть я могу бросить работу?! — радостно вскрикнула девушка.       — Нет. Пока нет, — покачал я головой. — Это хорошее прикрытие. Нам оно пригодится.       Я щёлкнул пальцами. — А теперь, пока меня снова не перебили: сегодня мы проведём тренировку.       Хочу узнать, кто и на что способен. Эмма, выдай им тренировочную одежду.       — Да, Милорд. Следуйте за мной, — горничная смерила Джеса ледяным взглядом. — Собаки остаются здесь.       Она бросила ему в руки спортивный костюм.       — Эй, ты… какого чёрта… — начал закипать оборотень, но я остановил его, положив ладонь ему на плечо.       — Советую не злить её. Внешне она может показаться обычной красавицей. Но на самом деле это древний чистокровный демон. Даже мне непросто справиться с ней.       — Ты издеваешься?       — Хочешь проверить? — я ухмыльнулся и чуть приподнял бровь. — Эмм…       — Стой! Понял! — вскинул руки Джес. — Понял, слышишь?!       — Вот и отлично. Иди переодевайся. Но учти: заглянешь наверх — и от тебя мокрого места не останется.       — Нападайте, — сказал я, сунув руки в карманы.       Первым, как и ожидалось, рванул вперёд Джес. Левый хук в лобовую — предсказуемо. Я легко остановил его удар, подставив ладонь. Он мгновенно переключился и попытался пробить другой рукой, но я отбил её тем же движением и перехватил. Рывок на себя — подсечка, и оборотень кубарем покатился по полу.       — Может, ты уже перекинулся бы? — сухо бросил я.       Тут же рядом вспыхнула зелёная сфера. Я откинул голову вбок, и она пролетела мимо.       — Магией владеешь, Нацу? Очень хорошо, — задумчиво кивнул я.       В этот момент пространство вокруг меня вспыхнуло серебристым блеском — тонкие металлические нити Аки вырвались из её напёрстков, описали дугу и сомкнулись вокруг, запирая меня в кольцо. Неожиданно… но слишком медленно. Я просто присел, и они пронеслись над моей головой.       Для них я слишком быстр.       Но девушки всё же сумели удивить меня.       Нацу резко сократила дистанцию, и вокруг неё вспыхнула аура зверя. Когтистая лапа, напитанная ёки, метнулась к моему лицу. Значит, они уже пробудились… А скрывали силу на удивление хорошо.       Впрочем, для нэкоматы это свойственно.       Я поймал её кисть, слегка встряхнул и откинул в сторону. Но Аки тут же вновь направила на меня нити, и мне пришлось отпрыгнуть — прямо под обстрел Нацуми. Поток зелёных зарядов. Я уклонялся, как Нэо в «Матрице», и в один миг сблизился с девочкой, даже не используя и четверти своей скорости.       Я собирался просто вырубить её лёгким ударом… но мой кулак встретил сопротивление. Между нами встал гигантский волк.       Интересно.       Джес взмахнул лапой, но я сделал шаг в сторону — промах.       Нет, всё-таки неинтересно. Всё слишком очевидно. Он слишком сильно смещает центр тяжести при ударе. Его легко свалить.       Но завершить движение мне помешала Нацу, снова выстрелившая энергией. Джес успел схватить Аки и, будто пушку, метнул её вперёд. Девушка, летя в воздухе, сплела из нитей копьё и нацелила его прямо в меня.       Хм… Командная работа. Уже лучше. Хотя приём слишком уж напоминает одного зелёноволосого психопата-суицидника с похожим оружием.       — Отлично. На сегодня хватит, — сказал я, перехватив копьё двумя пальцами на самом острие. — Неплохая работа в команде, но силы вам всё ещё не хватает. Расти есть куда.       — К-как… как ты это остановил? — в ужасе спросила Аки.       — Просто мой уровень сил за пределами вашего понимания, — равнодушно пожал я плечами. Затем поднял руку и тихо произнёс: — Эмма, снимай барьер.       — Господин, с возвращением. Как прошла тренировка? — встретила нас горничная, когда мы вновь оказались в гостиной. За чайным столиком сидела Иззи и читала что-то, подперев щёку ладонью.       — Неплохо, — ответил я. — Они удивили меня. Но расти ещё есть куда. Завтра начнутся ежедневные тренировки под твоим руководством.       — Я не подведу, Милорд, — поклонилась Эмма.       — Чёрт… А что мне с баскетом делать? — простонал оборотень.       — Собачка хочет мячик? — ехидно усмехнулась Эмма.       — Да пошла ты! Мне плевать, кто ты там, но…       — Стоять, — прервал я холодным голосом. — Эмма, тебя это тоже касается. Я понимаю, Джес тебе неприятен, но такое отношение к члену семьи недопустимо.       — Простите, Милорд, — склонив голову, покаялась горничная.       — С завтрашнего дня займёшься его обучением этикету. Думаю, когда он научится вести себя, твоё отношение к нему изменится, — сказал я, тем самым остудив обоих. — Ладно. На сегодня всё. Увидимся завтра в школе.       Когда студенты разошлись, ко мне подошла Иззи, обняла мою руку и, кокетливо приподняв ресницы, показала в учебнике рунный круг.       — Господин Рейнард, я всё не пойму… Зачем здесь нужна эта цепочка?       Её взгляд был слишком томным, слишком уж явно намекающим на большее. Но Эмма мигом оттянула её в сторону.       — Я помогу тебе с этим, — холодно сказала она, вытаскивая девушку за дверь под её возмущённое бурчание. Уже в коридоре раздалось последнее:       — Завтра!

***

      — Кто ты, смертный? Зачем потревожил меня? — гулко прозвучал мой голос, холодный и тяжёлый, когда я вышел из круга переноса.       Комнатушка, в которую меня призвали, была заставлена всяким хламом: ржавые лампы, обрывки тканей, коробки с ненужной всячиной, — всё это напоминало кладовку, забытый склад ненужного. Моё появление сопровождалось клубами густого алого дыма, порывами ветра, от которых мороз пробегал по коже, и тихим скрежетом стали, будто ножи точили в темноте. Первое призывание всегда должно быть эффектным — таков был мой замысел. Но едва я сделал шаг, в нос ударил тонкий запах крови. Контракт призыва устроен так, что тот, кто желает демону зла или строит коварство против него, попросту не сможет завершить ритуал. Поэтому я не волновался, отвечая на зов. И всё же насторожился.       На полу, среди пентаграммы, лежал молодой парень. Кожа его была смугловата, волосы — светлые, вьющиеся, спутанные от крови. Его тело представляло собой изломанный сосуд: ссадины, синяки, пробоины. Дыхание — хриплое, сдавленное, прерывистое. Глаза — тусклые, из них почти ушла жизнь. В груди зияла рана, ноги не было. Он держался за жалкие обрывки сил, будто вопреки смерти. Такие раны людей не оставляют в живых.       Хм… оборотень. Но не вервольф. В его энергии ощущалось иное. Я сосредоточился — система подсказала: Элурантроп. Подвид — ягуар. Редкая тварь.       — Так… Значит, правда?.. — прохрипел он и скривил губы в слабой усмешке. — Вы и правда существуете…       — Ты умираешь, — произнёс я, подходя ближе.       — Думаю, это и так ясно, — выдохнул он, едва заметно хмыкнув.       — Ты призвал меня, чтобы спастись? — я присел на корточки рядом.       — Нет… Меня уже не спасти, — он тяжело втянул воздух. — Но я прошу… Спаси мою сестру.       Я замолчал, вглядываясь в его побитое лицо.       В принципе я мог бы вытащить его с того света. Фигура способна вернуть жизнь и залатать подобные раны. Но зачем? Зачем брать в свою свиту того, кого вижу впервые? Я не знаю его прошлого, его мотивов, истинных желаний. Вдруг он мерзавец, который лишь при смерти вспомнил о «самом дорогом».       Да, я мог бы вложить фигуру и потом её извлечь. Но тогда он всё равно останется демоном — только без хозяина. Свободный. Усиленный элурантроп с демоническими силами, без контроля, на улицах города… Характеристики у него куда выше, чем у Джеса в волчьей форме. Опасный фактор. Нет. Пока нет. Лучше дождаться ясности. А его самого — погрузить в стазис, чтобы не умер раньше времени.       — Какова твоя плата? — спросил я.       — Я готов отдать душу… — прохрипел он. — Только спаси мою сестру. Она… её прокляли!.. Кха-кха… чёрт…       — Медленнее. Не трать силы. Если умрёшь сейчас, я не узнаю, что с ней, — сказал я, параллельно сканируя его состояние.       — Да… — выдавил он, морщась от боли. — Существует тайный орден. Школа, если точнее. Там обучают магии…       Тайная школа магии? Любопытно. Почти как Хогвартс, только куда мрачнее.       — Моя сестра… — его голос дрожал. — Она была величайшей волшебницей. Её выбрали одной из трёх кандидатов на пост Верховного Архимагистра Ордена. Через несколько месяцев должны были пройти выборы… Но случилось страшное. В борьбе за власть её прокляли. А меня… хотели убить. Не вышло. Я сбежал…       — Ты хочешь, чтобы я снял проклятье? — уточнил я. — Где искать её?       — Я не знаю… — он мотнул головой. — Но чувствую… она в этом городе…       — Хорошо. Как зовут? Как выглядит?       — Разве демоны не знают всего? — он криво усмехнулся.       — Не заблуждайся, — прошептал я. — Даже боги не всеведущи. Мы лишь обладаем силой. Вопрос в том, как её использовать. Но неважно. У тебя мало времени.       — Да… — он судорожно вздохнул. — Её зовут Юстина. Она утратила свой облик… Я не знаю, как она выглядит сейчас… Больше… больше ничего…       Его веки тяжело опустились. Он боролся со сном, но это была борьба, в которой человек всегда проигрывает.       Придётся вмешаться. Пусть живёт, пока я не решу. Его слова заинтересовали меня.       Тайный магический орден… Возможно, там найдётся нечто ценное.       Я наклонился ближе.       — Не сопротивляйся, — прошептал я. — Всё будет хорошо. Я принимаю заказ. А теперь… спи.

***

      Лос-Анджелес раскинулся во всей своей исполинской бездне. Искать здесь одного человека, не зная даже его облика, казалось безумием. Но если знать, что именно искать, задача становилась выполнимой.       Как и сказал брат проклятой девушки, искать следовало само проклятье. Это оказалось куда тяжелее, чем я рассчитывал. Пришлось перенастроить восприятие магического фона, сосредоточив внимание на токах негативной энергии. Мир вокруг изменился — привычный ЛА исчез, уступив место другому, изломанному. В этом спектре я видел неоновые жилы тьмы, растянувшиеся над городом. Я насчитал более сорока источников: чужие ауры, вампирские гнёзда, всполохи энергии моей группы…       Но среди всего этого пестрого хаоса один силуэт сиял особенно ярко.       Старуха.       Она шаталась по пляжам Санта-Моники среди уличных фриков и самопровозглашённых пророков. Морщинистое лицо, худое тело, укутанное в чёрные, явно слишком тёплые мантии, которые нелепо смотрелись под палящим солнцем. Она приставала к отдыхающим, предлагала услуги медиума и провидца. Запах, исходивший от неё, напоминал тухлые яйца. И самое удивительное — за свои «услуги» она брала всего один цент.       — Добрый день, — вежливо улыбнувшись, я наклонил голову.       — Если этот ад можно назвать добрым… — пробурчала она себе под нос.       — Что вы сказали?       — Н-нет, ничего… Может, я вам погадаю, молодой человек? — нацепив кривую улыбку, предложила она.       — Всегда рад обществу приятной дамы, — ответил я с усмешкой.       — Ах, вы льстец! — её улыбка стала чуть шире, но осталась такой же фальшивой.       — Я всегда говорю правду. Да и не человек я вовсе… Шучу, — добавил я. — Ну что ж, что я должен сделать?       — Дайте мне вашу руку.       Я нарочно не стал скрывать свою ауру. Положил ладонь в её морщинистую руку и внимательно наблюдал.       Её пальцы задрожали, лицо побледнело, глаза расширились от ужаса. Она попыталась отступить, но я лёгким усилием телекинеза удержал её на месте и, улыбаясь, посмотрел прямо в глаза.       — Ну, что там? Какое будущее ждёт меня?       — В-вокруг вас… — её голос дрожал, каждое слово давалось с трудом. — Т-тёмная аура… всепожирающая… Проклятье ужасное… С-смерть!       — Вот как? И что же мне теперь делать? — протянул я, находя её реакцию забавной. — Думаю, вы знаете ответ… ведь так?       — Я… я не властна над этими силами…       — Жаль. Значит, выхода нет? Может быть… сделка с Дьяволом? — я слегка сжал её руку и опустил глаза, одновременно воздвигая вокруг нас звуконепроницаемый барьер.       — Т-ты…!       — Ну-ну, не стоит так бояться, — мягко усмехнулся я. — Ведь я — твоё спасение, юная леди.       — Так я не ошиблась… Ты демон!       — Верно. Ну так что? Готова ли ты отдать душу, чтобы прекратить свои страдания?       — Готова! — выпалила она без колебаний.       — Что, так сразу? — приподнял я бровь.       — Ты не представляешь, каково это — жить в теле старухи, когда тебе всего двадцать! Ни магии, ни силы, ничего. Вечно сухо во рту, холод в костях даже под солнцем, зрение мутнеет… Да ещё и проклятый подгузник! — она зашипела с отчаянной злостью. — Если есть шанс снять это проклятье, я готова на всё! На всё, лишь бы отомстить!       — Отомстить, значит… любопытно, — протянул я, глядя прямо в её глаза. — Хорошо. Я решу твою проблему. Но условия мы обсудим в другом месте.       — Что? Души недостаточно?!       — Увы. В Аду давно не работают по старым правилам. Тем более, твоя душа… в таком виде она не стоит многого.

***

      Решив не отвлекать ребят от занятий под чутким присмотром Эммы, я переместился в один из парков Лос-Анджелеса. Был разгар рабочего дня, и людей здесь почти не было — лишь редкие прохожие да шелест листвы. Для ритуала это место подходило идеально: под землёй пролегала так называемая драконья жила, мощный канал энергии. В закрытом помещении подобное проводить было бы слишком опасно. Проклятие могло исчезнуть… а могло обернуться взрывом такой силы, что удержать его в четырёх стенах было бы невозможно.       За годы я успел изучить множество трактатов в родовой библиотеке. Там встречались и упоминания о тёмной магии. Она похожа на демоническую, но не идентична.       Если смотреть глубже, любая магия делится на основы: Тёмная, Светлая, Нейтральная и Первородная — энергия хаоса междумирья. От них уже отходят десятки ветвей. И каждая опирается на свои принципы.       Демоны используют силу желания. Им не нужны расчёты, схемы, формулы. Подумал — и твоя внутренняя энергия сама превратит мысль в заклинание. Сила зависит лишь от объёма магии и её качества. В этом демоническая магия схожа с божественной, только источник иной.       Люди же строят свою магию на правилах и вычислениях. Каждое заклинание — словно сложная формула, удерживаемая в голове. Минус в том, что это требует колоссальной концентрации. Но плюс очевиден: точность. Там, где демон раскидывается магией, словно водой из ведра, человек выверяет каждый миллилитр. Их подход позволяет использовать энергию куда эффективнее.       И если бы демоны, ангелы или боги захотели перенять этот метод — их сила возросла бы многократно. Но большинству проще действовать интуитивно.       Так вот о чём я… Проклятье, хоть и было тёмного типа, наложено человеком. Сильным колдуном, раз сумел так филигранно переплести его с энергией.       Я посмотрел на старую сморщенную женщину. Её тело дрожало, но в глазах теплилась надежда.       Был вариант — использовать фигуру. Демоническая энергия могла бы перезапустить организм и сбросить проклятие. Но тогда внешность могла застрять в старческом виде навсегда. И я всё ещё сомневался, стоит ли включать этих братца и сестру в свою семью.       Второй вариант — отразить проклятие. Переложить его на другого. Но для этого нужна жертва, согласная принять его добровольно. И этой жертвой мог стать только я.       Но я — Абсорбсор. Магия, направленная на меня, может быть поглощена.       — Встань в центр печати, — указал я на пентаграмму, выгравированную в траве.       Юстина шагнула внутрь, не колеблясь.       — Это… двойной зеркальный оберег? — удивлённо прошептала она.       Я не стал отвечать. Зеркало, поставленное между нами, отражающей стороной к ней. Символы, цепочка знаков, поток расчётов в голове — и вскоре круг замкнулся, вытягивая силу из глубин жилы.       — Ты уверена? — спросил я, когда всё было готово.       — Да, — её голос дрожал, но глаза сверкали решимостью.       — Обратного пути не будет.       — Я была готова отдать душу. Что мне стоит подобная цена? — сказала она твёрдо и закрыла глаза. — Давай.       Я активировал круг. Пентаграмма вспыхнула кровавым светом. Тело старухи выгнулось и приподнялось над землёй. Зеркало пошло трещинами. Я ощутил, как тьма хлынула в меня, клубясь, словно волны чёрного океана. Навык сработал: энергия не разрывала меня, а поглощалась, растворяясь в источнике. Резерв расширялся, показатели росли, контроль усиливался.       Минуты тянулись вечностью. Когда свет угас, передо мной на коленях сидела не старуха, а молодая девушка. Та же чёрная одежда скрывала фигуру, но даже сквозь неё было видно стройное тело. Золотистые волосы спадали до плеч, глаза сияли голубым светом.       Она потрясённо трогала лицо, ладони, волосы. Слёзы навернулись на ресницы.       — Я… я… — прошептала она, прикрывая губы руками.       Я подошёл ближе.       — Не нужны слова, — произнёс я.       — С-спасибо! Спасибо тебе! — сорвалось с её губ, и она разрыдалась.