***
Нил сидел на холодном полу и чувствовал пульсацию во всех конечностях. Возможно, следовало подобрать менее удалённое место, для этого, но осторожность никогда не может быть излишней. Два тела лежали параллельно друг другу и особо не выдавали своего присутствия, за исключением легкого пара, исходящего изо рта обоих. Немного успокоившись, перестав слышать собственное сердце, Нил начал раскладывать инструмены. Просто разрезать по частям своих мучителей ему показалось довольно скучным, поэтому ножей, как маленьких, так и больших, было немало. Кевин первым начал шевелиться, осознавая, что он связан, ему холодно и он совершенно ничего не видит. Рико проснулся через несколько секунд, из-за громкого, отраженного от голых стен вопроса "какого хуя?", также связанный и ощущающий себя слепым. Понемногу глаза начали привыкать к темноте и, наконец-то, им удалось разглядеть двигающийся силуэт человека. Небольшие лучики белого, холодного света пробивались в помещение, в них были видны пылинки и частички пуха, которые, скорее всего, налетели с цветов на улице еще летом. Но самое важное, что благодаря этим лучами оба пленника заметили, как блеснул металл в руках обернувшегося на них человека. Внезапный свет, намного ярче того, к которому глаза уже адаптировались, снова ослепил парней, но почти сразу был переведен на потолок, давая осмотреть помещение, в котором они оказались. Не то, чтобы было что осматривать на голых, потрескавшихся в некоторых местах, бетонных стенах, но даже их им не дал рассмотреть третий человек в помещении, наконец появившись в поле зрения. — Нил? Что происходит? — от напряжения, холода и затекших конечностей Рико заметно заикался. — Че, только в интернете пиздеть можешь? Такой смелый был, а сейчас прям расплакаться готов. — на губах Нила была шальная, почти безумная улыбка, пока он крутил в руке небольшой нож.***
Сны в Уфе определенно были фенольными, но вряд ли то, что Нил проснулся в луже крови в холодном подвале можно оправдать именно этим. Два тела, все еще лежащие параллельно друг другу, больше не подавали никаких призканов жизни. Даже кровь из сонной и бердренной артерий, залившая большую часть помещения, включая все еще горящий на столе фонарь, больше не хлестала. Нил поднялся на ноги, смотря на то, что он сделал. В процессе выяснилось, что набора ножей не достаточно, чтобы отделить конечности от тела. Человеческие связки и суставы оказались, все же, крепче, чем у животных. Хотя Нил не особо разбирался в расчленении и свежевании, может это было связано с тем, что у животных он сталкивался только с суставами и связками, уже прошедшими термообработку. Кевин смотрел замершими глазами, улыбаясь, буквально, до ушей. На шее красовался своеобразный красный пояс по минету, хотя по краям раны он уже вполне походил на черный. Ниже глаза Нил старался не опускать. Он знал, что там будет пародия на "Звездную ночь" Ван Гога, которая получилась, честно говоря, скверно, учитывая, что его "холст", был крайне активным, несмотря на зафиксированные ноги и руки. Был. Мысль о том, что он действительно убил двоих человек, пришла к Нилу внезапно. Он посмотрел на лежащего рядом Рико. Его лицо было изувечено по той же схеме, что и у Кевина, но на груди была вырезана большая свастика. В моменте Нил настолько увлекся, что в некоторых местах белели ребра. Возможно, Рико вырубился прямо посреди "клеймления", Нил не помнил.***
Оказывается, даже с глушителем, пистолет пиздецки громкий, но Нила больше не волновали заложенные уши. Его больше ничего не волновало. Его тело упало поперек двух других. Лежащих параллельно друг другу.