«Колдуй, Родина, колдуй!»

Утро в Норе началось с традиционного маминого крика, но на этот раз он был окрашен нотками отчаяния. – КТО?! КТО НАУЧИЛ ГНОМОВ ПЕТЬ «КАЛИНКУ-МАЛИНКУ»?! И ГДЕ ОНИ ДОСТАЛИ БАЛАЛАЙКУ?! Сергей и Дмитрий переглянулись поверх тарелок с овсянкой. В их глазах вспыхнуло одновременно ужас и дикое любопытство. – «Калинку»? – тихо прошептал Дмитрий. – Интересно. Значит, этно-культурный код передается и через дистилляты. Или это они из наших воспоминаний выудили? – Они её не пели, – так же тихо ответил Сергей. – Они её орали. Хором. И фальшиво. И балалайка, если я не ошибаюсь, была сделана из половинки тыквы и трех метелок. Это был акт музыкальной агрессии. Накануне вечером, после наблюдения за ночным купанием родителей, они решили провести первый эксперимент. «Головы» от самогона, собранные в кружку с надписью «Для социализации», были выставлены за заднюю дверь. Через час до чердака донеслось бурное веселье, а еще через полчаса – первые звуки того, что гномы, видимо, считали пением. – Фред! Джордж! – Молли вломилась на кухню, вся красная. – Это ваших рук дело?! – Мама, родная, – с неподдельной невинностью сказал Сергей. – Мы просто проводили… э-э-э… эксперимент по повышению культурного уровня местной фауны. Видимо, перестарались. – Они теперь не только портят мои георгины, они ещё и танцуют там что-то похожее на казачка! И один, самый рыжий, всё пытается меня обнять и назвать «братухой»! – завопила Молли. Артур, напротив, выглядел заинтригованным. – «Братуха»? Здорово! Это, наверное, маггловское дружеское приветствие! Надо записать… – он потянулся за блокнотом. – Артур! – рявкнула Молли, и он мгновенно уткнулся в тарелку. – Ладно, – выдохнула она, смиряясь с неизбежным. – Только чтобы это больше не повторялось! И чтобы к вечеру все гномы были трезвы и занимались своим делом! Понятно? – Абсолютно, мама! – хором ответили близнецы. После завтрака, пока Молли пыталась отмыть от гномьих следов порог, а Артур уединился в своем гараже-мастерской с маггловскими сокровищами, братья провели совет. – Выводы по эксперименту, – начал Дмитрий, как на планерке в НИИ. – Образец №1, «головы», оказывает на местную фауну мощнейшее диссоциирующее и эйфорическое действие, сопровождающееся нарушением координации, речевого аппарата и пробуждением архаичных пластов коллективного бессознательного, выражающихся в пении славянских народных песен. – Короче, гномы охренели и запели, – перевел Сергей. – Именно. Но для полноты картины нужны испытания на разумных гуманоидах. На магглах. Где нам взять маггла? Ну или магглорожденного. Как будто сама судьба услышала их. В этот момент раздался звонок у калитки. На пороге стоял немолодой, пухлый мужчина в нелепом костюме и с потной лысиной. Он нервно теребил портфель. – Здравствуйте, – проскрипел он. – Это… э-э-э… резиденция мистера Уизли? Артура Уизли? Меня зовут Барри Бэбблтон. Из отдела… гм… стандартизации маггловских товаров. Коллега. Из гаража высунулся Артур, весь в масле и с радостным лицом. – Барри! Коллега! Заходите, заходите! Как раз кстати! Барри Бэбблтон был типичным чиновником Министерства Магии – скучным, осторожным и абсолютно не разбиравшимся в магглах, несмотря на свою должность. Артур обожал его, так как Барри был одним из немногих, кто терпел его бесконечные расспросы. Пока Артур увлеченно показывал гостю свой новый примус («Он извергает пламя без помощи фитиля! Просто представьте!»), братья переглянулись. В их глазах вспыхнул один и тот же огонек. – Испытуемый, – сказал Дмитрий. – Маггловский чиновник. Идеально, – кивнул Сергей. – Дима, это гениально. И рискованно. – Наука требует жертв, братец. Особенно от чиновников. Пока Артур на пять минут отлучился в дом за чаем, они совершили молниеносное нападение. – Мистер Бэбблтон! – с обаятельными улыбками приблизились они к гостю. – Папа нам столько о вас рассказывал! Вы же эксперт по маггловским… жидкостям? – Э-э-э… ну, в некотором роде… – замялся Барри. – Мы как раз проводим… э-э-э… исследование! – вступил Дмитрий. – Сравнительный анализ традиционных маггловских тонизирующих средств и наших, местных. Не могли бы вы, как знаток, помочь? Просто прокомментировать. Они подсунули ему кружку с их «бузинным бренди». Барри, польщенный вниманием и званием «эксперта», с опаской понюхал. – Пахнет… ягодно, – сказал он неуверенно. – Это и есть ключевая нота! – воскликнул Сергей. – Пробуйте! Барри сделал маленький глоток. Его глаза округлились. Он кашлянул, потом сделал еще один, уже более уверенный глоток. – О! – выдохнул он. – Это… это сильно! Но… очень сбалансированно. Напоминает мне один коньяк, который я пробовал на приеме у директора… только тот был с дымком, а этот… фруктовый. Очень необычно. Что это? – Наш семейный рецепт, – таинственно сказал Дмитрий. – Старинный. Секретный. – Восхитительно, – искренне сказал Барри, уже пригубив еще раз. Щеки его порозовели. – А что… что это за исследование, говорите? Пока Артур возился с чайником, братья за пять минут устроили чиновнику полную дегустацию, подливая ему и расспрашивая о «вкусовых профилях», «послевкусии» и «теле». К возвращению Артура Барри Бэбблтон сидел на ящике, расстегнул пиджак и с теплой улыбкой рассказывал, как однажды чуть не купил маггловский автомобиль, приняв его за очень быстрый шкаф. – Чай, Барри? – Артур вышел с подносом. – А можно еще немножко этого… э-э-э… исследовательского материала? – попросил Барри, уже вполне освоившись. – Для… завершения анализа! Эксперимент был признан полностью успешным. Когда через час Барри уходил, он шатался, горячо жал руки всем присутствующим, включая садового гнома, назвал Артура «лучшим другом магглов» и пообещал «протолкнуть любую его заявку». Артур был счастлив и немного озадачен. – Что это вы ему такое дали? – спросил он у сыновей, провожая взглядом удаляющегося коллегу. – Он какой-то… очень оживленный. – Просто старинный эль, папа, – беззаботно солгал Сергей. – От дедушки остался. Видимо, крепкий. Нашли на чердаке заначку. – О! Надо же! – глаза Артура снова загорелись. – Маггловские технологии брожения! Надо будет у него спросить подробнее в понедельник! Вечером, после того как гномы наконец-то протрезвели и с чувством глубокого стыда вернулись к порче георгинов, братья уединились на чердаке для стратегического совещания. Перед ними стояла почти полная бутыль бренди. – Итак, результаты, – Дмитрий, как настоящий ученый, делал пометки на клочке пергамента. – Испытуемый №1, гномы: положительная реакция, но с побочными эффектами в виде нарушения социальных норм и вокальных данных. Испытуемый №2, чиновник-магглорожденный: реакция исключительно положительная, с признаками эйфории, повышенной общительности и лояльности. Вывод: продукт пригоден для употребления разумными гуманоидами. Вопрос: что делать дальше? – Зарабатывать, – немедленно ответил Сергей. – Дима, мы сидим на золотой жиле. Этот бренди – лучше всего, что я пил в прошлой жизни. А я пил многое. – Согласен. Но нужен бизнес-план. Продавать его здесь, в магическом мире? Надо лицензию, probably. Плюс конкуренция с сливочным пивом и огненным виски. – А магглы? – предложил Сергей. – Мы же видели реакцию Барри. Мы можем поставлять это в маггловский мир! Какой-нибудь эксклюзивный крафтовый алкоголь. «Бузинный бренди старой волшебницы» или типа того. Будем мутить подпольный маггловский бизнес! – Риски высоки, – нахмурился Дмитрий. – Нарушение Статута о Секретности. Нас поймают – и конец всем экспериментам. Нужно легальное прикрытие. Они замолчали, обдумывая. – Школа, – вдруг сказал Сергей. – Скоро сентябрь. Шестой курс. Нам нужны новые мантии, книги, всякая фигня. Плюс… – он окинул взглядом свою комнату-лабораторию, – …нам нужно серьезное оборудование. Настоящая лаборатория. Не только для самогона. Для настоящих исследований! Мы можем изобретать! Патентовать! Продавать! Их глаза загорелись. Идея была грандиозной. – Представь, – жестикулировал Дмитрий. – «Уизли Энтерпрайзис»! Но не просто шутки для школьников. Серьезные вещи! Новые виды защитных чар, усовершенствованные зелья! Мы можем перевернуть весь магический рынок! – Сначала школа, – напомнил Сергей. – Нам нужен стартовый капитал. Чтобы купить все необходимое. Значит, первый продукт – всё же бренди. Но продавать его нужно осторожно. Только проверенным людям. Они начали строить планы. – Так, – сказал Дмитрий. – Этап первый: производим первую партию. Тара… у нас есть эти бутыли из-под тыквенного сока. Наклейки… надо придумать. – «Отвертка Уизли»? – предложил Сергей. – Слишком прямо. Вызывает ассоциации. Лучше что-то нейтральное. «Старая Нора». «Секрет Бузины». – «Секрет Бузины» хорошо, – кивнул Сергей. – Этап два: находим покупателей. Кто наши клиенты? – Студенты Хогвартса, – немедленно сказал Дмитрий. – Старшекурсники. У них есть деньги, и они хотят выглядеть круто. – Опасно, – возразил Сергей. – Нас же сразу вычислят. – Не обязательно. Мы можем продавать через третьи руки. Например, через Ли Джордана. Он у нас, вроде, заточник. Или… – Дмитрий хитро улыбнулся, –через Слизнорта. Он любит всё запрещенное и эксклюзивное. Будем продавать ему по завышенной цене, а он будет думать, что это какой-то супер-редкий микс. Они рассмеялись. Мысль о том, как напыщенный учитель Зелий покупает у них самогон, была восхитительна. – Но это потом, – вернулся к реальности Сергей. – А сейчас нам нужны деньги на самих себя. Мантии… Мои воспоминания подсказывают, что моя мантия больше походит на сетку для ловли бабочек после всех опытов. – А у меня на локтях заплатки размером с мою голову, – вздохнул Дмитрий. – И новый каудайкер для квиддича не помешал бы. И ингредиенты… Серёг, я хочу попробовать синтезировать что-то серьезное. Не просто алкоголь. Что-то на уровне… улучшения когнитивных функций. Или временного усиления магических способностей. – Ты хочешь сделать магический NZT? – свистнул Сергей. – Это амбициозно. Очень дорого и очень опасно. – Зато прибыльно, – парировал Дмитрий. – Представь: зелье, которое на час делает из заурядного волшебника гения. Все захотят это купить перед экзаменами. Министерство – для своих агентов. Да кто угодно! – Ладно, гений, – усмехнулся Сергей. – Сначала «Секрет Бузины». Потом твои умные таблетки или зелье. Договорились? Они просидели почти до утра, строя планы, рисуя схемы аппаратов и прикидывая, сколько можно выручить за одну бутылку. В голове у двух взрослых мужчин, запертых в телах подростков, рождалась империя. Империя, основанная на магии, науке и здоровом чувстве авантюризма. – Знаешь, – сказал Сергей, уже засыпая. – Я как-то не думал, что моя вторая жизнь будет похожа на смесь «Остаться в живых» и «Во все тяжкие». – Зато не скучно, братец, – ухмыльнулся Дмитрий в темноте. – Не скучно. Доброй ночи, будущий миллионер. Где-то внизу посапывала Молли, мирно спал Артур, и даже гномы, наевшись георгинов, видели сладкие сны. Они и не подозревали, что под их крышей зреет революция. Революция, которая пахла бузиной и деньгами.