Скрытые сигналы.

      Зал заседаний встретил их гробовой тишиной. Бримстоун, Киллджой, Йору и Клов уже ожидали их, а атмосфера была густой, как смоль. Бримстоун, скрестив массивные руки на груди, молча указал им на свободные места. Разбор полетов был долгим и беспощадным, и основная тяжесть вопросов обрушилась, как они и ожидали, на Сову и Сайфера.       Спустя тридцать минут унизительного анализа каждого проваленного решения, Бримстоун вынес вердикт старшим агентам: — Отчёт стандартный никуда не годится. К утру я хочу видеть на своём столе детальный разбор каждого вашего шага на точке А. Со схемами, замерами и всеми вводными. Библиотека к вашим услугам. И да, — он сурово посмотрел на них по очереди, — вы работаете вместе. Пока не закончите.       Сова и Сайфер синхронно, будто по команде, тяжело вздохнули, поднимаясь из-за стола. Лучник первым направился к выходу, по дороге прижимая ладонь к виску и тряхнув головой, пытаясь прогнать навязчивую боль и мерцание в правом глазу.       Библиотека базы была тихим, прохладным местом, пахшим старыми книгами и озоном от терминалов. Сова грузно опустился за один из столов, принеся с собой стопку бумаги и простую ручку — он всегда предпочитал ручное заполнение отчётов, это помогало структурировать мысли. Сайфер же молча растворился между стеллажами. «Сбежал, как только представился шанс. Типично», — с раздражением подумал Сова.       Каково же было его удивление, когда минут через десять в проходе между стеллажами появилась фигура Сайфера. В одной руке он держал две чашки чая, а в другой — внушительную папку с архивными чертежами «Хэвена» и распечатками телеметрии. Сова замер, наблюдая украдкой, как тот расставляет всё с невероятной, педантичной точностью. Он видел, как сосредоточенно хмурятся брови Амира, как его пальцы быстро листают страницы, отыскивая нужные данные. Это была не показуха, а искренняя, глубокая погружённость в работу.       Сове стало неловко. Горько и стыдно за свои прежние колкости и недоверие. Он сидел сгорбившись над своим чистым листом, а напротив него кипела интеллектуальная работа.       Не выдержав тишины, Сова выпрямился, его спина с хрустом распрямилась. — Прости за моё поведение... — он пробормотал, глядя в свой лист, но слова были чёткими и ясными, предназначенными для того, кто сидел напротив. — Раньше. Никогда не думал, что ты настолько... серьёзно подходишь к делу.       Он пытался сгладить углы, и это давалось ему нелегко. Его голос звучал глуховато, но искренне.       Сайфер вздрогнул, оторвавшись от схемы вентиляции. Он не ожидал ни извинений, ни прямого обращения. Он на секунду замер, переваривая слова, и в уголке его губ дрогнула едва заметная улыбка. — Я не держу зла, Сова, — тихо ответил он, впервые за вечер глядя прямо на него. — Просто... не спеши делать поспешные выводы. — В его голосе не было укора, лишь лёгкая, усталая ирония. — Думаю, если мы хоть немного объединимся, то закончим этот отчёт быстрее, — предложил Сова, наконец подняв взгляд.       Их глаза встретились. И сердце Сайфера предательски ёкнуло, пропустив удар. Взгляд Совы был прямым, открытым и лишённым привычной суровости. Впервые за всё время Сайфер увидел в нём не соперника, а помощника. — В этом... есть твоя правда, — согласился он, слегка сдавленно.       Он отодвинул одну из папок в центр стола. — Архитектурные планы. Подвал, где ты был, имеет скрытые люки для технического обслуживания. Если бы я знал, что ты пойдёшь туда, я мог бы предупредить. Давай начнём с этого.       Сова кивнул, и его указательный палец потянулся к схеме, аккуратно, чтобы не помять бумагу. — Я здесь услышал их. А здесь... — он ткнул пальцем в точку на плане, — сработало то самое подавление.       И в тишине библиотеки, под мягким светом ламп, два одиночества начали выстраивать мост — не из слов, а из линий чертежей и общих воспоминаний о проваленной миссии.