Скрытые сигналы.

      Сова резко остановился посреди коридора, и время будто замерло вместе с ним. — Дай мне двадцать минут, буквально, — пробормотал он, оборачиваясь к визави. Сайфер лишь пожал плечами, молчаливо давая понять: «Твое право». — Хорошо. Тогда я успею поставить чайник, — кивнул он в ответ.       В ответ на его слова лучник одарил его своей обычной, яркой и добродушной улыбкой. От этого внезапного всплеска тепла и открытости Амир вздрогнул. Под тканью одежды по его спине побежали мурашки, а сердце забилось чаще и громче. Такие чувства он испытывал впервые за долгое-долгое время. Это новое, сбивающее с толку ощущение заставило его резко развернуться и почти бегом двинуться к своей комнате, в попытке скрыться от собственной реакции. «Я видел его таким и раньше. Так почему сейчас это на меня так действует?!» — Хорошо. Тогда встретимся через двадцать минут, — уже голос Совы прозвучал ему вслед.       Амир влетел в свою комнату, захлопнул дверь и тут же, почти срывая, стянул маску с головы, глубоко вдыхая полной грудью знакомый воздух, наполненный ароматами мяты, чая и сладковатым дымком специй. Он провел рукой по своим прилизанным волосам, растрепав их, сбросил пальто на спинку кресла и принялся стягивать рабочую одежду, уже мысленно направляясь в душ, а потом — переодеться во что-то чистое и закрытое.       Тем временем Сова, добравшись до своей комнаты, скинул ботинки, оставив их валяться у порога, и второпях принялся стаскивать с себя одежду. Верхний плащ полетел в угол. Со штанами он справился быстро. Но едва он попытался стянуть через голову плотную кофту, как простреленная лопатка напомнила о себе резкой, режущей болью в мышцах. Сова сдавленно простонал, метнулся в сторону и снес со стола груду бумаг и несколько запасных частей для лука, которые с грохотом полетели на пол. Стиснув зубы, он все же стянул кофту, опуская руку и пытаясь унять боль, и, прихватив из шкафа небольшую аптечку с бинтами, прямо так, полуголый, направился в ванную.       Спустя двадцать минут, которые растянулись на целых тридцать, он вышел из ванной, свежевымытый и туго перебинтованный. В поисках обезболивающих он обыскал всю комнату, но нашел лишь пустой блистер и полную бутылку водки. «Что ж, нет лучше обезболивающего, чем это», — махнул он рукой и с горькой усмешкой цокнул языком. Он отпил из горла, посмотрел на время и оскалился. Что-что, а он не любил опаздывать, особенно если время назначал сам, да и для его принципов это было несвойственно. Напоследок, уже перед выходом, он выпил еще один глоток с горлышка бутылки, ощущая, как тело с благодарностью отзывается на долгожданное притупление боли.       Тем временем Сайфер настолько увлекся приготовлением чая, подбирая правильную температуру и засыпая в чайник особую смесь трав, что не услышал скрип открывающейся двери. Тяжелые, чуть неуверенные шаги заставили его вздрогнуть. Он оторвал взгляд от чашек и столкнулся взглядом с Совой, стоявшим в дверях. Но это был не привычный Сова, в нем было что-то не то. Мужчины замерли на месте, будто боясь спугнуть хрупкость момента.       Сова, с слегка замутненной от выпитого головой, толкнул приоткрытую дверь, вошел внутрь и закрыл ее за собой. Сделал несколько шагов по комнате и застыл, увидев Амира в совершенно иной обстановке — без привычной маски, в простой домашней одежде.       Увидев мужчину без его привычной «брони», Сова замер на месте, будто перестал дышать. Его взгляд, еще недавно затуманенный, теперь с жадностью выхватывал каждую деталь: темно-каштановые волосы, непривычно растрепанные, спутанные пряди на лбу, и... глаза. Темно-карие, без прикрытия голубых линз, глубокие и выразительные. Сердце больно сжалось в груди, пропуская удар.