Часть 1
2 июня 2026 г., 02:12
Уиллу казалось, что корабль – огромное живое существо. Он слышал его дыхание – металический скрежет корпусов, гул моторов. По ночам, лёжа в своей каюте, Уилл представлял, что он плывет на теплоходе или субмарине, как жители Земли в старые времена; проваливаясь в сон, он даже ощущал, как волны бьются о борт – звук, который он слышал только на записях. Может, когда-нибудь они доберутся до планеты, на которой есть океан…
Впрочем, неизвестно, доберутся ли они вообще куда-то. Их изначальная точка – планета Глаар из системы Тенебрис – оказалось недоступна. Прежде чем связь с Глааром была окончательно потеряна, они получили тревожное сообщение: о странном вирусе, захватившем планету.
Уилл знал, что Джек Кроуфорд утаил полное сообщение о вирусе от команды – подробности, видимо, были далеко не самые приятные, такие, что их бесстрашный капитан был по-настоящему напуган. Никто кроме Уилла этого не заметил, – это была доля секунды, когда маска уверенности соскользнула с лица Кроуфорда. Но Уиллу этой секунды было достаточно.
Уилл понимал, почему Кроуфорд так поступил: ему необходимо было держать команду в тонусе, не дать отчаянию поглотить их.
Кораблю нужен был ремонт, а износ реактора составлял уже восемьдесят процентов. Ближайшая подходящая для приземления планета – Мелькор, по расчётам навигатора Аланы Блум, находилась в трех месяцах пути от них.
Даже при том, что Уилл, возможно, был одним из лучших инженеров и механиков в этой галактике, да и команда у него подобралась что надо, – до Мелькора они могли и не дотянуть.
И команда это прекрасно понимала.
Уилла не пугала смерть в космосе, он всегда был готов к этой возможности – навсегда исчезнуть в бесконечной черноте. Странным образом его даже успокаивала эта мысль.
«Возвращение к Богу», — так доктор Лектер назвал возможность их скорого разрушения корабля.
«Что вы имеете в виду?», — спросил тогда Уилл.
«Бог – это чёрная дыра, как чёрная дыра он неудержимо поглощает в себя всё вокруг. Он не просит жертв – просто пожирает вас против вашей воли»
Он был странный – этот Ганнибал Лектер. Никто не говорил о Боге уже столетий так тридцать.
История появления Лектера на корабле была связана с появлением здесь и самого Грэма: Уилл никогда не мог пройти психиатрическое тестирование для допуска на корабль – его признавали психически нестабильным: следствие комбинации расстройств аутистического спектра и расстройства эмпатии.
Но Джек Кроуфорд всегда добивается того, чего хочет. Ему нужен был лучший инженер. И он нашёл специалиста, который признал Уилла полностью пригодным для полёта. Этим специалистом был Ганнибал Лектер, который ещё и получил место бортового врача.
Да, наверное только в парадигме такого человека как Ганнибал Лектер, Уилл Грэм был полностью нормален.
То, что Лектер получил должность на корабле, случилось не только из-за того, что доктор имел несколько специализаций – это было также и внимательное планирование Кроуфорда. Тот настоял, чтобы помимо своих основных обязанностей, Лектер проводил психотерапевтические сессии с Грэмом, ведь всё пойдёт к чертям, если в открытом космосе главный инженер будет не в себе.
Уилла это устраивало – он находил Лектера занимательным.
Было уже около полуночи, и Уилл уже слышал плеск волн – проваливался в сон…
Вдруг резкий вой сирены выдернул его из полудрёмы, он резко вскочил на ноги. Это была тревога в реакторе – протяжный, леденящий душу вой. На ходу накидывая на себя рубашку, Уилл выбежал в коридор, пролетая мимо выглядывающих из кают членов экипажа. Свет отключился – мигали аварийные красные лампы.
При тревоге в реакторе счёт идёт на минуты.
«Это система охлаждения», – пронеслось в голове. Жара, исходившая от реактора, казалось, плавила кожу.
— Прайс, аварийный сброс давления! — крикнул он подоспевшему механику, перекрывая гул реактора.
— Катц, магнитный кабель!
Сам он кинулся к панели управления. Он с силой опустил вибрирующие рычаги ручной стабилизации стержней, практически повиснув на них всем телом.
Раздался звук шипения пара.
— Твою мать! — заорал Прайс.
Им срочно нужна была ещё одна пара рук.
Где, чёрт возьми, Зеллер?
— Катц, что у тебя?
— Ещё немного… готово!
— Смени меня!
Когда Катц перехватила рычаги, он сорвал свою рубашку и, обмотав её вокруг ладони, бросился к Прайсу.
Взявшись вдвоём за вентиль, они с трудом стали прокручивать его. С каждым оборотом из-под бронированной оплётки вырывалась шипящая струя пара.
— Ещё немного!
Рычаги с глухим звуком встали на место. Сирена сорвалась на высокую ноту и замолкла. Гул постепенно стих, а лампы снова загорелись ровным светом.
Уилл медленно сполз по стенке, хрипло дыша. Прайс со вздохом вытер пот со лба. Катц склонила голову, упёршись руками в панель. В ушах у Уилла звенело, в голове пульсировало две мысли. Первая:
Как, чёрт возьми, система охлаждения вышла из строя?
И вторая:
Где, мать его, Зеллер?
— Какого хрена у вас твориться? — в реакторе появилась массивная фигура Джека Кроуфорда, явно взбешённого. — Уилл Грэм, какого хера мы чуть не взлетели на воздух?!
— Я не знаю, — ответил Уилл, хотя тревожная мысль пришла ему в голову. Озвучивать её Джеку ему не очень хотелось.
— О, ты не знаешь?
— Реактор был полностью в порядке… Я сам проверял его этим вечером.
— Был в порядке и просто решил взорваться, ты это хочешь сказать?
— Выглядит так… — нехотя начал Грэм, краем глаза замечая как его помощники с тревогой косятся на него: они думают о том же, о чём и он. —…Так, будто кто-то намеренно отключил систему охлаждения.
На короткий миг то же выражение страха, которое уже приходилось видеть Грэму, мелькнуло на лице Кроуфорда.
— Кто-то саботировал систему реактора, Джек.
— Что ты хочешь этим сказать? — тихо спросил Кроуфорд.
— Я не знаю, — устало ответил Грэм, чувствуя как начинает болеть голова. — Ты капитан, тебе нужно с этим разобраться… И где только носит Зеллера?
Так и не найдя Зеллера ни в его каюте, ни в главном зале, они нашли ответ в электрощитах.
Рёбра Зеллера торчали наружу, как будто кто-то очень сильный открыл его грудную клетку как шкатулку, обнажая внутренние органы: лёгкие, трахею, сердце. Уиллу казалось, что это не реальность, а кошмарный сон – белеющие кости на фоне кровавого мессива. А самое страшное – сердце, половина которого, судя по рваным краям, была… откусана?
Мелькающее выражение страха на лице Кроуфорда больше не сменилось маской уверенности, когда он достал рацию и коротко произнёс:
— Собрание в главном зале. Все. Сейчас же.
Не исчезло оно и тогда, когда весь экипаж собрался за круглым столом в главном зале. За тем самым столом, за которым они обычно обсуждали повседневные дела, вроде распределения запасов провизии или надвигающегося метеоритного дождя. Джек Кроуфорд стоял, прикрыв глаза, словно не мог собраться с мыслями, не мог начать говорить.
Лица членов экипажа были бледны. Некоторые плакали.
— Капитан? — нарушив молчание неуверенно окликнула его Мириам Ласс.
— Я… умолчал от вас некоторые детали сообщения с Глаара, — наконец сказал Джек. — Это был… не совсем вирус. В сообщении говорилось, что некая паразитическая сущность захватывает мозг человека. И эта сущность стремиться… к пожиранию других.
— Хочешь сказать, Кроуфорд, — подал голос Чилтон, — что наш корабль заражён этой сущностью? Но мы ведь даже не бывали на Глааде! Скорее всего, это пираты или бандиты, спрятавшиеся в грузовом отсеке…
— Доктор Лектер, — Кроуфорд покосился на Ганнибала, — осмотрев тело, пришёл к выводу, что такие повреждения не смог бы нанести человек.
По столу пробежала волна встревоженных шёпотов.
— Но как нам выяснить, кто заражён? — спросила Фредди Лаундс. — Есть какие-то признаки?
Она выразительно взглянула на Уилла. Тот ответил ей хмурым взглядом. Фредди Лаундс – ушлая исследовательница, вечно совавшая свой нос не в свои дела. Она как-то разнюхала, что Грэм долго не мог пройти тестирование и поэтому теперь относилась к главному инженеру с предубеждением.
— Паразитирующая сущность не затрагивает основные отделы мозга, она хорошо маскируется, — ответил Кроуфорд. — Отличить обычного человека от зараженного практически невозможно.
— Что это значит? — спросила Лаундс.
Кроуфорд мрачно оглядел всех сидящих.
— Предатель среди нас.
