Ад и рай на земле

      Очередной скомканный лист бумаги улетел прямо в урну. Который день Майк пытается придумать качественную концовку к своему рассказу, но получается пока только попусту портить бумагу. Впрочем, в университете им выдают её бесплатно.       Уиллер откидывается на спинку кресла и обессиленно запрокидывает голову, тяжело вздыхая. Шрамы на спине до сих пор дают о себе знать, даже спустя несколько лет после всех кошмаров. Из-за боли ему снова в голову начали лезть воспоминания.       Постоянные занятия с выделенным государством психотерапевтом давали совсем крошечный результат. Ночные кошмары никуда не исчезали, как и панические атаки, но со временем всё становилось проще. Куда тяжелее было его маме.       Карен с трудом выбралась из депрессии после смерти Тэда, и теперь ей постоянно требовался кто-то рядом. Майк и Нэнси приезжали к ней в Индианаполис так часто, как только могли. Холли была ещё слишком мала, чтобы как-то повлиять на ситуацию, но и её присутствие рядом с мамой давало положительный эффект.       Сама Холли ходила в местную школу, где вокруг неё постоянно расползались слухи о том, что она пережила. Но не она одна перешла в эту школу из Хоукинса. Поэтому девочке не составило труда найти новую компанию.       Остальные разъехались по разным уголкам штатов, подальше от прошлого и пережитого. Макс вышла из комы сразу вместе с Холли, но в отличие от девочки, она была почти полностью слепа. Родители забрали её в Техас, и именно поэтому в один из местных университетов поступил Лукас.       Дастин решил связать себя с наукой целиком и полностью. Правительство помогло ему с поступлением в MIT, и теперь Хендерсона можно было редко увидеть.       Как только Стив оправился после полученных ранений, Робин увезла его в Лос-Анджелес, где жила Викки. Также вместе с ними отправилась и семья Байерс, за исключением Уилла и Джонатана.       Оди осталась вместе с Джойс и Хоппом, начала домашнее обучение и в итоге поступила на ветеринара. Её способности никуда не делись, поэтому Оуэнс всё ещё мог иногда забирать её в лабораторию для какого-нибудь нового эксперимента. Никто особо не был против.       Лос-Анджелес стал местом, куда ежегодно съезжаются все члены партии на общие встречи. Океан, тёплый климат и дружелюбные люди, что может быть лучше?       Джонатан предложил Нэнси поступить вместе на факультет журналистики в Колумбийский университет, что они и сделали. Как рассказывал сам Уилл, Джонатан на днях планировал сделать предложение сестре Майка, поэтому скоро снова появится повод всем собраться.       Мысли Майка из-за недосыпа стали потихоньку отключать его от реальности, нужно было срочно чем-то себя занять.       Уже светало. Через полтора часа Майку нужно было на лекцию, а он даже не ложился. Но ложиться сейчас смысла нет никакого. Накинув лёгкую ветровку, брюнет вышел из комнаты и направился к выходу из общежития. Неподалёку была очень милая кофейня, которая на удачу открывалась в шесть утра. Самое время для кофе.       Выйдя из комнаты, можно было сразу услышать грохот музыки от соседей. Постоянные вечеринки, на которые его никогда не приглашали, порядком поднадоели. На часах уже полседьмого утра, как можно так долго тусоваться? Прямо перед ним резко открылась дверь, из которой вырывались два полуголых и сильно пьяных студента. Взглянув на испуганного Майка, они со смехом убежали в другой конец коридора. Жизнь в общаге не такая радужная, как он представлял.       Из-за испуга Майку снова в голову начали лезть поганые воспоминания. Оказавшись на улице, прохладный ветер и свежий воздух успокоили его. Брюнет никогда не забудет тот миг, когда они впервые всей партией, наконец, выбрались за границу постапокалиптического Хоукинса и вдохнули свежий воздух. Ещё месяц они жили на военной базе в Индианаполисе, поскольку им всем государство искало жильё.       За тот месяц им всем по сто раз пришлось побывать на различных допросах, где они описывали все свои действия и происшествия в городе. На вопрос: "Как именно вам удалось уничтожить Первого?", никто не знал, что отвечать. Уилл, Майк, Оди и Робин в итоге договорились заранее и описали это просто как перестрелку, в которой они смогли одолеть Векну. Никто им особо не верил, но другого объяснения военные не услышали. Главное, что больше не было никакой угрозы. Ну почти.       Покинув территорию кампуса, Майк встретил уже знакомую ему старушку, каждое утро выгуливающую добермана. Эта собака всегда пугала его, как и все породы больше пуделя. Вот такая травма у него осталась после многочисленных встреч с демопсами. Оуэнс говорил, что их всех истребили, а новые не появляются, но в Хоукинсе всё ещё можно встретить змей и другую одиночную нечисть.       Их родной город превратился в карантинную зону полного отчуждения. К несчастью, после смерти Векны, Изнанка никуда не исчезла, а порталы не закрылись. Если это пятно на карте Индианаполиса когда-нибудь и станет пригодным для жизни, то только лет через десять, когда учёные и военные закончат ликвидацию последствий этого ужаса. Но для партии это в прошлом.       Кофейня с дурацким названием "КофеМан" встретила его очень сильным запахом свежеиспечённых пончиков. Как только прозвучал дверной колокольчик, у стойки появился милый парень по имени Кай. Майку он всегда казался чересчур вежливым и улыбчивым. Улыбнувшись в ответ, Майк произнёс: – Привет, мне американо и медовый раф. Ах да, ещё пончик с вишней, пожалуйста. – Конечно, будет сделано! – энергично ответил молодой бариста.       Через две минуты Майк забрал свой заказ, оставив десять долларов, и отправился обратно в общежитие. Пустынный Чикаго в такую рань напоминал ему ужасы прошлого. И почему сегодня всё вокруг ему стремится напомнить о том, что произошло несколько лет назад? Всё дело в недосыпе, однозначно.       Тихо открыв дверь в комнату, Майк на цыпочках направился к кровати. Поставив переноску с кофе на прикроватную тумбочку, он наклонился и нежно поцеловал в лоб спящего Уилла. – Просыпайся, соня. Скоро на лекцию, – тихим и мягким голосом прошептал Уиллер.       Шатен неохотно открыл глаза и застонал от того, что совершенно не выспался. Но, даже несмотря на это, он одарил Майка очаровательной улыбкой и притянул его для ответного поцелуя. Майк взял свой американо и уселся в кресле, с улыбкой наблюдая за просыпающимся Уиллом. В такую рань он всегда похож на взъерошенного котёнка, который при возможности уснул бы ещё на часов десять.       Байерс сел в кровати, поджав колени к груди и накрывшись одеялом, после чего взял свой кофе и пончик, прошептав очень тёплое: "Спасибо". Сделав глоток, шатен замычал от удовольствия, а после посмотрел на Майка, совершенно изменившись в лице. – Ты снова не спал всю ночь? – с укором поинтересовался парень.       Майк закатил глаза и взглянул на свой разгромленный и заваленный всем подряд рабочий стол. – Мне нужно закончить рассказ до конца недели, вот и работал, – устало ответил Майк, уронив голову на стол.       Уилл убрал кофе на тумбочку, встал с кровати и подошёл к столу. Байерс начал читать единственный разборчивый черновик, перечёркнутый большим крестом. Пока шатен бегло проходился по строкам, он запустил руку в тёмные кудри своего парня, мягко поглаживая его в процессе чтения. – Я понимаю, ты писатель, у тебя своё видение, но это шикарно, Майк. Почему ты перечеркнул всё? По-моему это прекрасная концовка, – искренне проговорил Уилл и уселся на колени к Майку, обхватив его лицо обеими руками. – Не знаю, раз ты так говоришь, может её и оставлю, – тепло ответил Майк и потянулся за поцелуем, но Уилл смеясь увернулся, после чего отправился обратно в постель, взял свой кофе и произнёс: – Никаких поцелуев, пока не сходишь в душ, от тебя воняет. – Ах вот так, да? – наигранно злобно спросил Майк. – Именно так, – не думая сдаваться, ответил Уилл и откусил свой пончик. – Только если ты со мной. Знаешь ли, от тебя тоже не розами после сна пахнет.       Слава богу, душ был у них в комнате, поэтому уже через минуту парни чистили друг другу зубы, пинаясь и пихаясь. Каждое утро было наполнено такими мелочами, и они помогали справиться со всем куда лучше всякого психотерапевта. Теперь у них появился шанс на нормальную жизнь, шанс, которым они воспользуются по полной.