Твоя любовь не такая, как моя

Цинсюань налетел на него как обычно, без предупреждений и договорённостей, просто резко появился, и сильно хлопнув Фэн Синя по спине, так же неожиданно заговорил именно про то, что вертелось в голове Синя весь последний день. — Приветик! Если вы будете драться на ринге с Му Цином, может, перестанете это делать на переменах? — с улыбкой бросил Цинсюань, таща за собой Фэн Синя к спортзалу. Запах резины, звук ударов по груше и выкрики тренера мгновенно накрыли его. Атмосфера зала была тяжёлой, словно сама готовила к бою. Фэн Синь лишь хмыкнул на шутку друга, но внутри у него всё сжалось. Он знал, что здесь может оказаться Му Цин. Сердце неприятно кольнуло: только бы не встретиться… только бы не вместе. Но разве судьба когда-нибудь его слушала? Он всего лишь хотел забыть его. Но он тоже записался на бокс, и причина этого - Цинсюань. Когда они зашли в зал, тренер свистком подозвал всех новичков. В углу, поправляя бинты на руках, стоял Му Цин. Его взгляд, как всегда, холодный и отстранённый, ни на секунду не задержался на Фэн Сине. Зато рядом с ним оказался Пэй Мин — старшеклассник, знаменитый бабник, к которому липли девушки и парни, как к магниту. — Цин, держи руку ровнее, вот так, — Пэй Мин легко коснулся его запястья, поправляя стойку. Му Цин молча кивнул. Фэн Синя словно кипятком ошпарило. "Что за чёрт?! Почему именно он?" В груди неприятно кольнуло, и кулаки сами собой сжались. — Эй, не сверли их глазами, — шепнул Цинсюань, — иначе подумают, что ты сейчас в ринг выскочишь. Но Фэн Синь уже не слышал. Он не понимал, что именно бесило его сильнее: лёгкая улыбка Му Цина в ответ на слова Пэй Мина или то, что этот самодовольный бабник вообще осмелился к нему прикасаться. Это должен был быть я. Только я. Его мысли прервал голос тренера, он подозвал новичков на спарринг. — Ну что, кто хочет первым попробовать? — громко спросил он. Фэн Синь даже не дал никому шанса поднять руку. — Я, — сказал он слишком резко, сам удивившись собственному голосу. Цинсюань приподнял брови: — Ого, ты сегодня рвёшься в бой. Но Фэн Синь не ответил. Он уже знал, кого хочет видеть напротив. — Тогда против тебя… Му Цин! — выбрал тренер. У Фэн Синя всё внутри сжалось, то ли от страха, то ли от радости и он уверенно шагнул на ринг. Му Цин поднялся спокойно, но по ему взгляду было понятно – он с ним без лишних нужд даже драться не хочет. Он что настолько его ненавидит? Когда их взгляды встретились, Фэн Синь ясно увидел холодную искру в его глазах. — Постарайся не откинуться с первого удара, — тихо бросил Му Цин, надевая перчатки. Фэн Синь сжал кулаки. Ты можешь улыбаться Пэй Мину сколько угодно. Но сейчас — только я твой соперник. Гонг прозвенел. Фэн Синь рванул вперёд быстрее, чем собирался. Его движения были резкими, почти без техники — в каждом ударе чувствовались ревность и злость. Му Цин увернулся, чуть приподняв уголок губ, и это лишь сильнее вывело его из себя. — Чёрт… — выдохнул Фэн Синь, вновь атакуя. Фэн Синь бил не ради победы, а ради того, чтобы заглушить то чувство, которое разъедало его изнутри. Каждое движение кричало: забудь его, забудь… Но взгляд снова и снова скользил к Му Цину. Его спокойствие бесило. Его равнодушие убивало. "Почему ты так спокойно стоишь? Почему ты можешь улыбаться Пэй Мину, а на меня даже не смотришь?!" Удар. Ещё удар. Воздух в зале звенел, но Му Цин ловко уходил в сторону, не теряя хладнокровия. — Ты слишком суетишься, — холодно бросил он, парируя атаку. "Суечусь? Потому что рядом с тобой я не могу быть другим!" Фэн Синь почувствовал, как сердце бьётся не от усталости, а от того, что Му Цин наконец-то обратил на него внимание — пусть и в ринге. Пусть даже со злостью. Он ударил снова, сильнее. Му Цин перехватил его руку и на миг оказался слишком близко, их дыхание смешалось, лица разделяли сантиметры. Фэн Синь замер. Мир словно исчез. Только он и Му Цин. И в этот миг всё изменилось. Свет из окна падал прямо на лицо Му Цина. Его волосы чуть прилипли к вискам от пота, но от этого он казался ещё более притягательным. Острый изгиб бровей, сосредоточенный взгляд, в котором таилась скрытая ярость, обсидиановых глаз, и губы, такие привлекательные даже когда сжаты в тонкую линию… Но всё это не делало его холодным — наоборот, он выглядел невероятно живым, настоящим. "Как он может быть таким красивым?" — пронеслось у Фэн Синя в голове. Ему вдруг показалось, что он смотрит не на врага, а на кого-то, кого боялся потерять. На секунду ему захотелось просто… остаться так. Ближе и подольше. Но Му Цин резко отстранился, словно обжёгшись. — Следи за стойкой, — тихо сказал он, избегая взгляда. Фэн Синь почувствовал, как внутри всё перевернулось. Это было не похоже на бой — больше на признание, которое так и не сорвалось с его губ. "Почему я должен ревновать к этому идиоту Пэю? Почему ты всегда заставляешь меня терять голову?" В этот момент тренер громко крикнул: — Стоп! Спарринг закончен! Они разошлись. Но Фэн Синь чувствовал — что настоящее сражение внутри него только начиналось. После спарринга Фэн Синь даже не дождался, пока все разойдутся. Он поспешно стянул перчатки, кое-как кинул их в сумку и начал собирать вещи, даже не глядя, его это вещи или нет. Руки дрожали, и он никак не мог застегнуть молнию. — Эй, куда так спешишь? — удивился Цинсюань, легко закидывая свой рюкзак на плечо. — Пошли отсюда, — коротко бросил Фэн Синь, стараясь не смотреть в сторону Му Цина и Пэй Мина. Они вышли на улицу. Вечерний воздух показался особенно свежим, и шаги сами собой замедлились. — Ну, рассказывай всё по порядку, — наконец сказал он, хитро щурясь. — Я хочу знать всё, до малейшей детали. Фэн Синь нахмурился, но уголки губ всё равно предательски дрогнули. — Ты не понимаешь… когда он меня схватил, мы стояли настолько близко… — он резко остановился, словно снова проживал тот момент. — Его глаза… такие тёмные глубокие, будто в них можно утонуть. — Ууу, романтика! — с чувством и ехидной улыбкой, расплывшейся на его губах, воскликнул Цинсюань, приложив ладонь к груди. — Ещё скажи, что у тебя колени подкосились. — Я серьёзно! — возмутился Фэн Синь, но тут же пустил тихий смешок. — У меня сердце стучало, будто я не в ринге был, а… ну, сам понимаешь. Цинсюань кивнул и, словно нарочно, заговорщицки наклонился к нему: — И что ты почувствовал? Только честно. Фэн Синь замолчал. В груди снова вспыхнуло то странное тепло. — Я почувствовал, что… не хочу, чтобы это заканчивалось. Даже если мы враги, даже если ссоримся каждый день. В тот момент мне хотелось, чтобы только он был рядом. Цинсюань поднял брови. — Ого. А ещё говоришь, что ненавидишь его. — Я… я и правда злюсь на него! — быстро сказал Фэн Синь. — Особенно, когда этот Пэй Мин… трогал его. А этот гадёныш улыбался ему. — Ааа, так вот в чём дело, — протянул Цинсюань с довольным видом. — Наш А–Синюшка ревнует! Фэн Синь почувствовал, как уши вспыхнули красным. — Ничего я не ревную! — Конечно-конечно, — поддакнул Цинсюань и хмыкнул. — Просто твои кулаки хотели сломать челюсть Пэй Мину, да? Фэн Синь тяжело вздохнул, потом всё же признался: — Возможно… Немного... Ладно, да. Хотел. Цинсюань тихонько рассмеялся, положив руку ему на плечо: — Фэн Синь, знаешь, ты смешной. Но это хорошо. По крайней мере, ты честный. А значит… у вас с Му Цином ещё всё впереди… Фэн Синь посмотрел на него, и открыл рот, будто хотел что-то сказать, но лишь усмехнулся. Вечер казался слишком лёгким, а сердце — слишком тяжёлым от перепутанных чувств. Когда он вернулся домой было уже около полуночи. Бросив рюкзак на пол, сам уселся на диван. Он вытащил из кармана телефон, но это был не его. Он сразу же обыскал свой рюкзак, в рюкзаке он нашел свой телефон. А тот что был у него в кармане… это был телефон Му Цина. Его руки дрожали. Он хотел открыть телефон и посмотреть, с кем он общается, что он любит, что ненавидит. И собрав волю в кулак он включил телефон. В телефоне пароля не было. "Он что, совсем дурак? Как можно быть таким оболдуем и не поставить пароль?" Подумалось Фэн Синю.