Бегущая за другом

Они пошли к скосившемуся дому. Стены холла и коридора покрывали обои мрачного цвета, местами ободранные, а на одной из них висел черно-белый портрет какой-то женщины, одетой в старомодное белое платье. Первый этаж был похож на барак, только вместо двухъярусных кроватей, двухъярусные гамаки развешаные от деревянного столба к другому столбу. Такие колонны видемо служили ещё и опорой для верхних этажей. Удобно придумано. Азиат поровëл Акапеллу по бараку и указал на два гамака друг под другом. — Эта моя, — он указал на верхнее спальное место, затем на нижнее — а это твоя. Понял? — Девушка кивнула, но затем обернулась на внезапный крик, за ним последовал ещё один, более грубый, а потом и чьи-то торопливые шаги. — Это Чак балуется. Кажись умудрился на Галли напороться. Не обращай внимания. — успокаивал Акапеллу азиат, но она не отводила взгляда от прохода в коридор, где пробигал Галли. « Чак? Галли? Галли – это тот мужлан?! Там же и Томас должен быть рядом!» — девушка резко рванула к выходу. Выбежав, Акапелла осмотрелась. Где он?! Где они?! Она заметила у угла высокого парня, точнее его спину и затылок и подбежала ближе. Как и ожидалось, это был Галли, а перед ним стоял Томас. — Не ты?! — рявкнул Галли. — Тогда откуда ты знаешь, что что-то случилось, если не делал этого? Я не дурак, Шнурок, — прошипел Галли, ткнув пальцем в грудь Томасу. — Я видел жирную харю Чака в окне. Ты должен как можно скорее решить для себя, кто твои враги, а с кем лучше не ссориться. Врубаешься? Мне плевать, чья это была идея, но ещё одна такая выходка – и прольется кровь. Ты меня понял, новичок? Не успел Томас ответить, как Галли развернулся и наткнулся на девушку. — Ты же всё слышал? — сказал он, посмотрев вниз. Акапелла потянулась к инструменту в её кармане, но, позади Галли, Томас яростно мартал головой, сложив руки в крестик. Девушка посмотрела вверх, затем отвела взгляд и кивнув, прошла мимо Галли к Тому. Обернувшись, она увидела увидела, что азиат стоит прислонившись плечом к стене и наблюдает за ситуацией с ухмылкой. Разглядеть парня не получается. Томас берёт Акапеллу за локоть и ведёт в лес, та лишь устало вздыхает. По пути в рощу за ними хотел увязаться Чак, но девушка махнула ему свободной рукой, отвязавшись от кудряша. Наконец Томас остановился почти в центре леса. — Акапелла! — по слогам произнёс Том, пытаясь навести жути. У него не получилось. — Не смей доставать эту... штуку при других. Мы всё ещё не знаем что это. Девушка закатила глаза, уже от одной края глаза к другому, и вытащила "штуку" из кармана. Впервые увидев её на свету. Это было что-то вроде пласкогупц с кнопочками. Акапелла повертела вещицу в руке, а Томас недовольно наблюдал за ней, всё ещё обиженный. Она нажала на одну из кнопок и в тот же миг быстро, но с ярким светом, вместо щипцов от пласкогупц, появился ножик. — Опа... а обратно как? — проборматала девушка, нажимая на другую кнопку. С той же быстротой и светом, вместо ножика появился молоток. Акапелла хотела нажать ещё на одну кнопку, но Томас резко схватил её за запястье и шикнул, смотря куда-то за спину подруги. Та поняла, что к ним кто-то идёт и замолчала, сунув инструмент во внутренний карман куртки. — Ну вы чего ушли-то? — крикнул детский голос и друзья расслабились. — Чак! Ты чего так пугаешь? — сказал Том, отпустив мою руку. — А я-то, что? Это Минхо! — сказал кудряш, подойдя к ребятам. — Минхо? — хрипло и со слюной в горле спросила Акапелла, подняв одну бровь. — Ну... тот, который тебя в Хомстеде устроить пытался, — сказал Чак и девушка поняла, что речь о том азиате.— а у нас не положено! По традиции в первую ночь новички ложатся спать на поляне. «Значит Минхо... Запомню.» — подумала Акапелла, перестав уже слушать Чака.