Бегущая за другом

Утром девушка проснулась от толчков в бок. Это был Томас. Он рассказал что Ньют водил его к "окну" в стене и там был гривер. Томас описал его, как странное существо, размером с корову, с всякими металлическими вещами колющего и режущего типа. Выслушав рассказ, девушка хлопнула по плечу Тома и пошла к Хомстеду. Умывальники стояли прямо на улице, а некоторые парни уже выходили из дома. Кто в пижаме, кто в трусах, кто в штанах. Видок был красивый, но Акапеллу больше интересовали её запутавшиеся волосы. Она достала из кармана куртки свой инструмент, нажала на кнопку на его рукояти и складной ножик, со светом превратился в расчëску. Девушка не знала откуда знает о строении и расположении нужных ей кнопок. Она просто знала это так же, как и знала как говорить или двигаться. Естественно и непринуждённо. Расчесав патлы и завязав в тот же полухвост, Акапелла сняла очки и умылась, когда к ней подошёл кто-то сзади. — Ако, — знакомый голос прервал девушку. — ты ещё долго? Я и Чак идём завтракать. — Ага. — коротко бросила она, даже не повернувшись к Томасу. Акапелла нажала очередную кнопку и вместо расчëски появилась зубная щётка. Закончив все процедуры, девушка направилась к кухне. Взяв завтрак, она прошла к Томасу с Чаком и села рядом, уплетая яичницу. На тарелке ещё было два кусочка бекона, но она отдала их Чаку, чем немного обидела Томаса. Через некоторое время, девушка увидела, что к Томасу со спины подходит Алби. Она напряглась и начала сверлить глэйдера взглядом. Холодным, спокойным и одновременно злым. Тëмнокожий положил руку на плечо Тома. — Судя по твоему паршивому виду, проснулся ты рано, — произнес он. — Как тебе видок из окна? Понравилось? Томас поднялся, Акапелла перестала буравить взглядом тëмнокожего и продолжила есть яичницу. — Понравилось настолько, что захотелось узнать об этом местечке поподробнее, — ответил он, но девушка чувствовала, что Том опасается Алби или его гнева. Алби кивнул. — Пошли со мной, шанки. Экскурсия начинается прямо сейчас. — Сделав несколько шагов, он вдруг остановился. — И никаких вопросов до самого окончания, сечешь? У меня нет времени трепаться с тобой весь день. — Алби перевёл взгляд на Ако. — И никаких вопросительных взглядов. — А мне с вами можно? — спросил Чак. Алби подошел к столу и схватил мальчика за ухо. — Ай!.. — вскрикнул Чак. — У тебя что, нет обязанностей, балда?! — рявкнул Алби. — Или думаешь, помои с дерьмом куда-то испарились?! Девушка встала и начала обходить стол, чтобы подойти и врезать тëмнокожему, но рука Томаса на её плече давала понять, что лучше этого не делать. Алби отпустил Чака и попрощавшись, они пошли за главарëм глэйдеров. Чака было жалко. Парень явно не был в пачëте, кажется, его просто ни во что не ставили. Он просто мальчик, такой же, как и все глэйдеры, но видемо парни считали иначе. Девушке стало мерзко от этих подростков и хотелось поскорее закончить экскурсию. "Экскурсия" началась у Ящика. Сейчас люк закрывали две металлические створки, лежащие на уровне земли. Белая краска на них давно потускнела и кое-где потрескалась. Было уже довольно светло. Тени от предметов падали теперь в другую сторону, чем вчера. Солнца еще не было видно, но казалось, что оно может появиться над восточной стеной в любую минуту. Алби указал на створки. — Это Ящик. Раз в месяц, строго по расписанию, он привозит одного новичка, вроде тебя. На нем же раз в неделю сюда доставляют кое-какие вещи — одежду и продукты питания. Много нам не надо. Мы в Глэйде и своим прекрасно обходимся. Томас кивнул, но немного поджал губы. Было видно, что он хочет задать вопрос. «Когда-нибудь он допросится и вляпается куда-нибудь.» — думала Акапелла, выдохнув через нос. — Как работает Ящик, откуда приезжает и кто им управляет – мы без понятия. Ни один из прибывших шанков не смог о нем ничего рассказать. У нас есть электричество, одежду нам присылают, а пищей мы в основном обеспечиваем себя сами. Однажды попробовали отправить одного новенького назад, но пока он там сидел, Ящик так и не сдвинулся с места. — Глэйд разделен на четыре участка, — продолжал тем временем Алби. На Томаса и Ако он не смотрел. — Плантация, Живодерня, Хомстед, Могильник. Ты запоминаешь? Томас помедлил, затем неуверенно кивнул головой. Алби поморщился, словно был здорово раздосадован тем, что у него по горло неотложных дел, а он вынужден терять время с какими-то новичками. – Плантация. — Он указал на северо-восток, где располагались сады и огороды. — Там мы выращиваем еду. Вода поступает через проложенные под землей трубы – водопровод был тут с самого начала. Если бы не он, мы бы давно уже подохли с голода. Дождей тут не бывает. Никогда. — Он махнул рукой в сторону загонов для скота в юго-восточном углу Глэйда. — Живодерня – там мы выращиваем и забиваем скотину… А вон там – Хомстед. Сейчас эта убогая халупа раза в два больше, чем была, когда тут появились первые из нас. Мы ее достраиваем по мере того, как Ящик привозит доски и прочее строительное барахло. Выглядит, конечно, стремно, но жить там можно. Хотя большинство все равно спит под открытым небом. Алби ткнул пальцем в юго-западный угол Глэйда, скрытый густыми зарослями. Возле хилых деревьев у самого края рощицы виднелись скамейки. — Вон то место мы называем Могильником. Кроме кладбища – это где лес погуще, — там больше нет ничего. Ты свободно можешь пойти туда посидеть, отдохнуть или просто пошляться от нефиг делать. Делаешь что хочешь, короче. — Он кашлянул и умолк, словно хотел сменить тему. — Каждый день в течение следующих двух недель ты будешь работать под руководством нескольких кураторов. Так мы узнаем, какая работа тебе подходит лучше всего – слопер, технарь, чистильщик, копач. Тут у всех есть специальность. Пошли. Алби зашагал к Южным Воротам, расположенным между Могильником и Живодерней. Томас побрел следом. Он поморщился, когда со стороны фермы до него донесся резкий запах навоза. Кладбище, подумал он. Зачем кладбище там, где живут одни подростки? Это беспокоило его даже сильнее, чем обилие непонятных слов вроде "слопера" и "чистильщика". Любопытство буквально распирало Томаса, и он чуть было не перебил Алби, но вовремя опомнился и заставил себя молчать, переключив внимание на Живодерню. Возле большого корыта стояли несколько коров, меланхолично пережевывая сено. В грязной луже неподалеку неподвижно лежали несколько свиней, и если бы они время от времени не шевелили хвостиками, можно было бы подумать, что они давно сдохли. Кроме того, был загон с овцами; еще там находились клетки с индюками и курятник. Там и сям по участку деловито сновали какие-то ребята; выглядели они так, словно провели всю жизнь на ферме. Алби указал на большой хлев. Его некогда красные стены давно выцвели и приобрели мрачный ржавый оттенок. — Это скотобойня. Грязная у них работенка, надо сказать. Очень грязная. Впрочем, если не боишься вида крови, можешь стать забойщиком. Алби остановился у Южных Ворот: по обе стороны высились громадные стены. Гигантские блоки из серого камня, местами потрескавшиеся, были почти полностью скрыты плющом. Томас задрал голову, но потом, пошатываясь, отступил назад и повернулся к Алби; тот стоял спиной к проходу. — Там Лабиринт. — Алби ткнул большим пальцем через плечо и замолчал. Акапелла заглянула за спину глэйдера, но лабиринт её не привлекал, в отличие от Тома. Он как заворожëнный смотрел в коридор и только через несколько секунд оторвался, услышав голос Алби: — Я в Глэйде уже два года. Дольше, чем все остальные. Те, кто появился тут до меня, уже мертвы, — произнёс глэйдер. — Мы два года бьемся над разгадкой тайны, но так ни к чему и не пришли. По ночам долбаные стены в Лабиринте двигаются, как здесь Ворота, поэтому составить карту Лабиринта чертовски сложно. Практически невозможно. «Практически... — повторила в голове девушка. — Значит всё же это возможно.» Акапелла задумалась, не обращая внимания на небольшую перепалку Алби и Томаса. Из раздумий девушку вывел сигнал сирены, раздавшийся по всему Глэйду. Томас закрыл уши руками и сел на корточки, а Ако начала мотать головой в поисках источника звука.