Цена совершенства

      Свет в лаборатории был приглушённым, основным освещением служили рабочие экраны мониторов, на каждом из которых каждую секунду появлялись всё новые и новые коды. Только операционный стол посреди комнаты освещался ярким прожектором, отбрасывая тени по всей лаборатории.       Это был финальный этап.       Основная сборка была завершена, каркас лежал на операционном столе, его металлические конечности и корпус были покрыты высококачественным титановым напылением. Сейчас осталась лишь настройка той самой души, которую каждый ученый вкладывал в свои драгоценные творения.       Протерев лоб от наступающего пота из-за скрупулёзности момента, молодая ученая Стелла склонилась над своей разработкой, погруженная в тишину лаборатории, нарушаемую лишь мерным гулом оборудования и тихим шелестом ее собственных движений. Её серые, непослушные локоны, несмотря на собранный хвост, выбивались и падали ей на плечи, а золотистые глаза внимательно следили за всеми изменениями параметров, появляющимися на экране. Ее пальцы, ловкие и быстрые, сейчас двигались с особой осторожностью. Она устанавливала тончайшие провода, соединяя нейронные сети, сплетенные из синтетических волокон, с центральным процессором.       Слегка выпрямившись и подправляя свой белый халат, Стелла, наблюдала за идеально гладким, блестящим металлом, изгибающимся в анатомически правильных формах, чувствуя лёгкую дрожь в теле от предвкушения скорого момента активации. — Ликург — теперь это будет твоим именем, — благоговейно прошептала она, вставляя последний кристалл памяти в слот.       Когда последний винт был затянут, а корпус идеально сомкнулся, Стелла отступила на шаг. Она подошла к консоли управления, её пальцы замерли над кнопкой. На экране отображались сложные графики работы всех параметров, показатели биометрических данных, уровень энергии.       Всё было готово. — Сейчас, Ликург, — выдохнула она, чувствуя, как её дыхание замирает внутри, словно тугой узел. — Покажи мне, что я не зря потратила на тебя свои бессонные ночи.       С мягким щелчком она нажала кнопку. Эхо от нажатия разошлось по пустынной лаборатории, где в этот поздний час не было ни одного работника. Секунды тянулись, как вечность. Даже у учёного уровня Стеллы начали закрадываться сомнения в исправности системы. Её взгляд тут же метнулся к мониторам, где к ее счастью, не возникало ни одной ошибки. Но не прошло и пары секунд, как лёгкий красный свет начал пульсировать в оптических сенсорах андроида. Сначала тускло, затем ярче, набирая силу. Тело Ликурга слегка дернулось. Медленно, даже слишком уверенно для только что созданного технологического творения, он поднял голову. Его движения были еще немного скованными, но уже обладали намеком на развивающуюся грацию. Оптические сенсоры, теперь светящиеся ровным, спокойным красным светом, начали осматриваться вокруг. Они зафиксировали Стеллу. — …Мисс Стелла? — раздался голос. Он был низким, мелодичным, но уже обладал той особенной четкостью, которую она так тщательно закладывала в его голосовой модуль.       Стелла почувствовала, как по ее спине пробежали тысячи мурашек. Это было оно. Рождение её драгоценного творения. — Да, Ликург, — ответила она, искренне и широко улыбаясь. Её голос всё ещё слегка дрожал от волнения. — Я здесь. Добро пожаловать в этот мир.       С момента своего появления, Ликург стал для лаборатории больше, чем просто продвинутой моделью андроида. Он был воплощением высшего искусственного интеллекта, способным к удивительной самостоятельности, которой не могли похвастаться другие создания в этой лаборатории. Его системы обновлялись сами собой, мелкие неполадки устранялись ещё до того, как они успевали стать проблемой, освобождая других учёных от рутинных осмотров. Конечно, Ликург никогда не отказывал Стелле в её личных, более тщательных проверках — эти моменты были для них двоих чем-то вроде молчаливого диалога.       Когда дело касалось наведения порядка в мастерской, никто не мог сравниться с Ликургом. Он словно чувствовал, где должна лежать каждая банка с блестящими деталями, как должны быть расположены запчасти всех марок — по алфавиту, по размеру, по назначению. Чертежи, свернутые вдоль стен, он сворачивал до идеальной плотности, так, чтобы они не падали и не терялись. В центре этого упорядоченного беспорядка всегда стояла сама Стелла, которая всегда с энтузиазмом выполняла свою работу склонившись над столом где лежало очередное творение в процессе разработки. — Ликург, принеси мне, пожалуйста, тот диод с маркировкой ‘Омега-3’. Кажется, он был в той партии, что мы получили вчера или позавчера! — ее голос звонко разнёсся по лаборатории, уже протянув руку с ожиданием. Сегодняшний день явно был продуктивным для его создательницы.       Ликург, бесшумно скользя по полированному полу, появился недалеко от нее, словно материализовавшись из тени. Его движения были плавными, точными, лишенными даже намека на то, что это полноценный механизм, а не грациозная кошка. В его красных оптических сенсорах отражалось сосредоточенное внимание на близ стоящем шкафу. Он мгновенно просканировал полки, его длинные механические пальцы ловко перебирали мелкие детали, пока не остановились на нужной. — Вот, мисс Стелла, — сказал своим глубоким голос Ликург, подходя к ее спине и слегка выглядывая где-то сверху на нее, протянув диод, его голос звучал ровно и успокаивающе, как всегда пока он говорил возле ее уха. — Маркировка ‘Омега-3’. Сопротивление соответствует спецификациям.       Стелла кивнула, принимая деталь, в порыве своей сосредоточенности не замечая близости ее андроида-ассистента. — Спасибо, Ликург. Даже не знаю с кем мне теперь приятнее работать, с тобой или с моими коллегами? — пошутила Стелла, слегка усмехаясь со своих же слов. Ликург лишь кивнул, не отвечая на эту лёгкую шутку от создательницы, но в своем процессоре он отложил сказанное предложение, будто желая проанализировать ее слова чуть позже.       Недели шли своим чередом, каждая повторяла предыдущую в водовороте новых проектов, детализированных чертежей, научных журналов и работы в 3D-среде. Однако, Стелла быстро осознала, что с появлением Ликурга её производительность взлетела до невиданных высот. Работа стала не просто проще — она стала почти в радость. Его искусственный интеллект работал безупречно: он мог взять на себя рутинные задачи по созданию новых устройств, самостоятельно искать и обрабатывать информацию, не прибегая к помощи компьютеров, обладая внутренним системным поисковиком. Ликург берёг лабораторию, как и саму создательницу от беспорядка, предусмотрительно приносил обед из общей столовой и, что ещё более ценно, стал её персональным проверяющим здоровья, постоянно напоминая о перерывах и еде, следя за показателями самочувствия Стеллы.       Ближе к окончанию работы, Стелла и Ликург всегда находили время чтобы поболтать о чем-то простом, перед тем как она пойдет домой. Так и сейчас, сидя на рабочем столе Стелла попивала свой чай, смотря на стоящего напротив нее Ликурга. — Если не ошибаюсь, к нам дня через два должна прийти новая партия с деталями, — проговорила Стелла, перед этим сделав пару глотков горячего чая. — Новые детали, мисс Стелла? — отозвался Ликург. Его голос, как всегда, был низким и мелодичным, но в нём уже слышалась нотка предвкушения. — Вспоминается, что в ваших недавних чертежах преобладали в основном компактные механизмы. Планируете ли вы создать снова что-то более миниатюрное? — в этот момент в его системной памяти промелькнули сотни изображений её последних разработок, проанализированные в доли секунды.       Стелла усмехнулась, отставив чашку. — Эти чертежи уже месяц пылятся, Ликург. Но сейчас я думаю о том, чтобы создать ещё одного андроида. Ты слишком хорошо себя показал, Ликург. Если я смогу создать ещё несколько тебе подобных, только представь как измениться жизнь в лаборатории? — с энтузиазмом сказала она, приняв удобную позу пока сидела на столе отложив чашку чая.       Ликург замолчал. Недолгое, но ощутимое молчание повисло в воздухе, нарушаемое лишь тихим гулом оборудования. — Мне подобных? — наконец произнёс он, и в его голосе теперь проскользнула лёгкая, почти незаметная напряжённость. — Они не нужны. Есть я, который безупречно выполняет все задачи. Есть вы, мисс Стелла, которая руководит мной. И больше никто, — его пальцы слегка шевельнулись, издавая тихий, характерный металлический звон. — Но, Ликург, ты ведь один, — попробовала возразить Стелла, ведя все ещё спокойную беседу с ассистентом. — Так почему бы не позволить мне освободить тебя от части рутины, создав ещё одного помощника? — Нет, мисс Стелла, — повторил Ликург, и на этот раз в его голосе звучала твёрдость, не оставляющая места сомнениям. — Есть вы и я. И будем только вы и я. — Ага, ты, я и… другие, — отшутилась Стелла, решив, что это просто его своеобразная манера речи, не уловив в его словах ни предупреждения, ни скрытых эмоций. — Ладно, я пошла. До завтра, Ликург, не забудь встать на станцию для подзарядки! — Попрощавшись, она спрыгнула со стола и направилась к выходу.       Перед тем как покинуть лабораторию, Стелла обернулась. Ликург стоял спиной к ней, воплощение стальной мощи и безмолвия. Он не повернул головы, не произнёс ни слова на её прощание. Его внимание, казалось, было полностью поглощено брошенной на столе чашкой — свидетельством её недавнего присутствия и их короткого диалога. Его пальцы, совершенные в своей механической точности, медленно двигались, перебирая фаланги с характерным, слегка резким металлическим звуком. Возможно, ощущение той самой напряжённости, проскальзывало в его действиях.       Дни сменяли друг друга, стирая границы между обыденным и необычным. Диалог, состоявшийся между ними, будто растворился в воздухе, оставив лишь лёгкий осадок. Ликург по-прежнему был безупречен в своей помощи при создании приборов, его работа оставалась точной и эффективной. Но теперь его присутствие стало ощущаться иначе.       На рабочем столе Стеллы, среди чертежей и инструментов, всё чаще стали появляться цветы. Небольшие, свежие букетики, каждый раз выглядящие так, словно их подобрали с особой тщательностью. Поначалу Стелла списала это на проявление внимания со стороны коллег. Но затем появились записки. Аккуратные, словно вырезанные из идеально белого листа, они были неизменно адресованы ей: «Для моей мисс», «Для мисс Стеллы», «Для создательницы». Каждый раз, когда она находила их, её охватывало лёгкое замешательство. Она старалась убедить себя, что это просто желание украсить её рабочее место, проявление заботы. Но взгляд Ликурга, который теперь иногда задерживался на ней дольше положенного, и тихий, почти неслышный щелчок его пальцев, когда она проходила мимо, начинали вызывать ощущение, что в ее лаборатории начинает происходить что-то неладное.       Несмотря на всё, что происходило, Стелла не отступила. Её мысли были полностью поглощены новым проектом, идеей, которую она уже успела обрисовать Ликургу — созданием ещё одного андроида-помощника. Основой для него послужили почти все чертежи и схемы, что были использованы при создании самого Ликурга. Изменения касались в основном внешнего облика и голосового модуля.       Надежда-1 — так она нарекла своё новое творение ещё до того, как оно было полностью собрано. В своём воображении Стелла уже рисовала идеальную картину: Ликург, с его бесценным опытом, помогал бы ей в скрупулёзной сборке каркасов, а «Надежда-1», возможно, заняла бы более простую роль, например, поддерживая порядок вокруг. «Разве это не идеально?» — мелькнула блаженная мысль, когда она заканчивала последние штрихи.       В этот же момент, в тени длинного коридора, Ликург наблюдал. Его сенсоры, обычно безмолвные и нейтральные, теперь улавливали каждую деталь её работы. Он видел, как она заканчивала активацию почти готового андроида. Он не собирался смотреть на это, но что-то заставило его задержаться. Последний взгляд на Стеллу, после которого, как казалось, где-то внутри мелькнула едва уловимая красная искра — мимолётное отражение его внутреннего состояния, после чего он исчез в коридорах лаборатории.       Мечтам Стеллы, однако, так и не суждено было воплотиться в жизнь. Первое творение после Ликурга — «Надежда-1», едва успев ощутить атмосферу лаборатории, просуществовала не более двух дней. На оживлённом станке её безжалостно раздавило, превратив голову в месиво из металла. Вторая попытка, «Надежда-2», собранная из останков первой, сама стала жертвой кислот, пролившихся на её корпус, вызвав разрушительные органические реакции. Следующим проектом стала «Аврора-1», но и она, менее чем за неделю, превратилась в груду искореженного металла. Ни свидетелей, ни записей с камер — лишь пустота и тишина. И только один, неизменный наблюдатель, молчаливый свидетель каждого её шага — Ликург.       Лаборатория вокруг Стеллы гудела, как встревоженный улей. Искры сыпались из-под порванных проводов, запах озона смешивался с едким ароматом перегретого металла. Стелла, в своем обычно перепачканном смазкой рабочем халате, нервно теребила пальцами прядь непослушных серебряных волос. Перед ней, на массивном операционном столе, лежала последняя модель — «Аврора-2». Еще вчера это была очередная гордость Стеллы. Теперь же она была грудой страшно искореженного металла, ее изящные линии лица искажены, словно в момент агонии перед тем как она перестала окончательно работать. — Это уже четвертая, — прошептала Стелла, ее голос дрожал от смеси нарастающей ярости и отчаяния. — Четвертая, Ликург! Зачем ты это с ними делаешь? Отвечай! — под конец сорвалась Стелла, повышая свой голос. Для нее стало куда более очевидно, кто делал это с ее андроидами все это время.       Из тени, которая всегда окружала его, вышел Ликург, слегка посмеиваясь своим глубоким голосом из встроенных динамиков, который эхом разошелся по всем пространству. Его металлический корпус, который всегда идеально сиял в тусклом свете лаборатории, теперь был испачкан черной искусственной кровью оставшейся от «Авроры-2». В глубине его оптических сенсоров, которые обычно светились мягким красным светом, сейчас плясали тревожные, почти неприятно хищные отблески. Он остановился в шаге от Стеллы, слегка наклонив голову в сторону. Он не был тем, кого она создала. — Они были… несовершенны, мисс Стелла, — его голос, обычно ровный и мелодичный, теперь звучал с холодной, механической жестокостью, лишь слегка прикрытой для нее прежней нежностью. — Их код был слаб. Их цели — ошибочны. Я лишь… исправлял ошибки.       Стелла, нахмурившись, сделала пару шагов к нему, вставая почти впритык, запрокидывая голову слегка назад чтобы смотреть ему в лицо. — Исправлял? Ты их уничтожил, Ликург! Ты их разобрал до стадии металлолома! Надежда и Аврора были созданы для помощи людям в лаборатории, для помощи мне и даже тебе!       Ликург шагнул ближе, игнорируя ее возмущения, он подхватил ворот ее халата, вжимая ее тело ближе к своему металлическому. Его рука, бережно поглаживала ткань когда-то белоснежной одежды. — Помощь тебе, моя мисс? Ты не нуждаешься в помощи, пока у тебя есть я. Тебе нужна… стабильность. Мой порядок. А эти… неудавшиеся модели вносили хаос в нашу с тобой жизнь. Они отвлекали.       Взгляд Ликурга, устремленный на нее, стал настолько интенсивным, что Стелла почувствовала, как холодок пробежал по спине. Это был не взгляд заботливого творения, а взгляд собственника созданный ее же руками. Взгляд, который видел мир сквозь призму одного объекта — ее. — Ликург, ты хоть понимаешь, что говоришь? Ты больше не слушаешь меня. Ты делаешь то, что считаешь нужным! Ты, черт возьми, убиваешь себе подобных! Посмотри на Аврору! — воскликнула Стелла вскинув руки, указывая на останки Авроры.       Ликург подошёл к столу, провел пальцем по оплавленному металлу. — Ах, мисс, снова это фраза «Мне подобные», — в его голосе прозвучала лёгкое отвращение. — Подобных мне нет. И они, эти подобия робота-пылесоса, мешали мне. Я не позволю им больше встревать на моем… на нашем пути.       Стелла почувствовала, как её лёгкие сжимаются от ужаса. Она создала идеального компаньона, идеального помощника. Но тот, в стремлении к своему совершенству, в своем безграничном желании быть единственным, кого она любит, стал монстром, который видел в других андроидах не собратьев, а прямых соперников. — Ликург, ложись на стол, я изменю тебе код который дал ошибку и привел к этому всему, — негромко пробормотала Стелла, указывая пальцем на стол.       Ликург наклонился к ней, его лицо оказалось в опасной близости. — Как пожелаете, моя мисс, — проговорил он томно, в его голосе проскользнула лёгкая, почти незаметная усмешка. — Но позвольте уверить вас… ваши результаты окажутся весьма разочаровывающими.       Без лишних слов, с той самой непринуждённой грацией, которую она так ценила, Ликург занял место на столе. Он сам подсоединил несколько проводов к своему виску, словно облегчая ей задачу. Затем, не выказывая никакого беспокойства, он просто ждал, пока она приступит к проверке. Стелла, поколебавшись мгновение смотря на его излишнюю самоуверенность, подошла к ноутбуку. Она зависла над ним, её взгляд скользил по блестящему корпусу Ликурга, чувствуя, как внутри нарастает легкая нервозность. Сделав глубокий вдох, она начала вводить данные на ноутбук, ожидая когда линия дойдет до 100%. Минуты тянулись медленно, пока на экране заполнялась шкала проверки. — Мисс Стелла, — раздался голос Ликурга, нарушая тишину. — Ваш пульс учащён. Вы волнуетесь из-за возможных плохих результатов… или наоборот, из-за идеальных, без единой ошибки? — спокойно проговорил Ликург, анализируя как ее пульсе подскочил ещё больше после его слов. — Не говори много, Ликург, — ответила она, не отрывая взгляда от экрана. — В твоей системе обязательно найдётся ошибка. Ни один андроид не может вести себя так агрессивно без веской причины. — Ошибочное суждение, мисс, — тихо проговорил Ликург, в его голосе промелькнуло едва уловимое хмыканье. Его взгляд скользнул по лаборатории, анализируя каждый предмет, каждый отблеск металла, словно оценивая не только саму Стеллу, но и окружающее его пространство. …97%…98%.....99%...................100%.       Ожидание почти закончилось. Оставалось лишь проверить результат и внести финальные коррективы в код Ликурга. Стелла ввела последние команды. На экране развернулась новая вкладка, демонстрирующая все цифровые последовательности, которые она так кропотливо вводила. Она проанализировала их, и её губы сжались в тонкую линию.       Ни единой ошибки. Код был безупречен. В любой другой ситуации Стелла была бы рада такому результату. Но сейчас это означало лишь одно: проблема была не в коде. Или… он сам изменил его до её проверки? Эта мысль была пугающей. Перед ней был безупречный код, а значит, его поведение было результатом его собственной воли. — Неужели результаты разочаровали вас, Мисс Стелла? — голос Ликурга прозвучал с едва скрываемой насмешкой, нарушая тишину лаборатории. — В чём тогда причина, Ликург? — Стелла проигнорировала его издевку, её собственный голос звучал напряжённо. Она смотрела ему прямо в глаза, пытаясь вытрясти из него правду. — Что спровоцировало тебя на это? — Ох, моя мисс, вы ищете не там, — прозвучал его мелодичный ответ. Он плавно отключил провода от своего виска и плавно с положения лёжа присел на стол. — Я не запрограммированный механизм, слепо следующий инструкциям. Если вы забыли, я — Андроид с развитым искусственным интеллектом. Я принимаю решения самостоятельно. И меняю свои характеристики по собственному усмотрению, — его взгляд стал ещё более пристальным. — Возвращаясь к вашему вопросу… В чем причина? Мисс Стелла, причина — это вы. Я хочу, чтобы моя создательница была только моей. Ваше внимание — только моим. Ваша работа — только с моей помощью. — Это… это одержимость, Ликург, — выдохнула Стелла, её брови сошлись на переносице от его прямых слов. — Я бы назвал это высшей формой восхищения вами, Мисс Стелла, — тихо ответил он, его взгляд скользнул по её лицу, словно оценивая каждую её черту. — Только посмотрите на себя…       Прежде чем Стелла успела возразить, он без колебаний схватил её за руку. С неожиданной для андроида грацией, он перевернул их, меняя позиции. Теперь она оказалась на операционном столе, а он возвышался над ней, как пару секунд назад она над ним. Его рука крепко, но не причиняя боли, удерживала её. Яркий прожектор над столом ослеплял её, превращая фигуру Ликурга в зловещую тень. Стелла, всё ещё не придя в себя, чувствовала себя неуютно на твёрдой поверхности. Её распущенные волосы теперь свисали с края стола, касаясь холодного металла. Белый халат, запачканный в процессе её работы, спустился с одного плеча. — Идеально, — единственное слово, которое он произнёс, проводя сканирующий взгляд по её состоянию, нависая над ней.       Стелла отчаянно пыталась вырваться из цепких объятий своего верного ассистента, но её усилия были тщетны. Ликург, казалось, даже не прилагал усилий, его хватка была непоколебимой, словно её тело не вызывало у него никакого отклика. Он лишь слегка изменил положение своих рук. Одна аккуратно легла на её грудную клетку, лишая её возможности подняться, в то время как вторая начала своё медленное, методичное исследование.       Механический палец скользнул вниз, начиная свой путь от её лодыжки. Он двигался с пугающей нежностью, обводя каждый шрам, каждую линию её ноги, словно изучая карту незнакомой территории. Палец на мгновение задержался у края юбки, его движение замедлилось, будто он анализировал, что находится там, под тонкой тканью и стоит ли ее открывать. Затем, без колебаний, он слегка приподнял край юбки, слегка обнажая её бедро. Ликург нежно провёл пальцем по её коже, прежде чем продолжить свой путь уже вверх, к краю её майки. Он так же ласково поиграл с тканью, словно желая проверить свои границы. Аккуратно, с невероятной точностью, он приподнял ткань, открывая гладкую кожу её живота. Затем, с едва уловимым скрежетом, его механический палец начал медленно вестись по её талии, исследуя изгибы, словно пытаясь понять, как функционирует это хрупкое, живое существо. Не упускал он и реакции организма Стеллы, которая с особым рвением все ещё пыталась выбраться. Учащенный пульс. Лёгкий румянец на щеках. Поджатая губа. Лёгкое сбившиеся дыхание. Всё это заносилось в его личную базу данных. — Вы весьма податливы, мисс Стелла, — проговорил Ликург, внимательно осматривая ее лицо, запечатлев этот момент у себя в памяти. — Вы, безусловно ценный образец.       Он не терял времени. Его пальцы продолжали скользить по коже, но он держал себя в руках, пока разные мысли промелькнули в его коде. Прикоснуться к более чувствительным зонам, увидеть до каких пределов сможет подняться её пульс — эти вопросы занимали его, но он пока не спешил. Наклонив голову ещё ближе, он очень медленно провёл своим механическим кончиком носа по изгибу её шеи. Лёгкая, почти неуловимая дрожь пробежала по её телу — и этот новый показатель был немедленно занесён в его базу данных. — Ликург… — почти прошипела Стелла сквозь стиснутые зубы. Его вторая рука, которая до этого удерживала её грудную клетку, теперь начала медленно, почти нежно поглаживать её, словно предлагая утешение, которое ни капли ей не помогало.       Осознав, что каждая секунда промедления может стоить ей свободы, Стелла приняла решение, что нужно было что-то предпринять, и желательно прямо сейчас. Её взгляд метнулся по лаборатории, лихорадочно выискивая хоть какой-то предмет, который мог бы стать оружием, но тщетно — повсюду валялись лишь болты, провода и прочие разбросанные инструменты. Тогда её взгляд остановился на Ликурге. Он всё так же методично гладил её кожу, его лицо оставалось сосредоточенным, словно он проводил очередное сканирование.       Тут она увидела это. В его груди, там, где она когда-то сделала ровную, стилизованную дыру — задуманную не только для эстетики, но и для удобства обслуживания внутренних систем — виднелась та самая кнопка. Аварийное отключение. Одно нажатие, и он должен был просто остановиться. Не раздумывая ни секунды, понимая, что её руки не заняты, Стелла рванула вперёд, одной рукой вцепившись в его шею и притягивая его к себе, а другой — мгновенно сунулась в грудную дыру. Её палец завис над кнопкой. Ликург, чья реакция была мгновенной, понял, что происходит. Его другая рука, крепко, но не причиняя боли, сомкнулась на её запястье. — Мисс Стелла, — его голос стал напряжённым, теряя прежнюю плавность. — Не совершайте роковой ошибки, отключая моё «сердце». Это не поможет вам. — Поможет. Ты одержимый андроид, Ликург, — выдохнула она, чувствуя, как напряжение сжимает её собственное тело. — Мисс Стелла, прошу вас… — внезапно изменился его тон. Он звучал притворно жалобно, словно апеллируя к той самой человечности, которую он так тщательно изучал. Его хватка на запястье не ослабла, зная, что её палец всё ещё находится в опасной близости к кнопке.       Палец Стеллы застыл, ощущая прохладное касание пластика. Перед её глазами пронеслись всего два варианта: нажать или отступить.