Зови меня «Сексуальный очкарик»

Они шли молча. Гарри просто не знал, с чего начать разговор, а его спутник, кажется, погряз в каких-то мрачных, совсем невесёлых мыслях. Интересно, что у него случилось такого, что он, не раздумывая, согласился напиться в сопли с первым встречным? Гарри бросил взгляд на бледное лицо компаньона и задумался. Впрочем, понимая, что истину он вряд ли узнает, думать об этом Гарри перестал. Все его мысли сосредоточились на предстоящем вечере, который ещё неизвестно, чем закончится. — Сюда, — Гарри кивнул на нужную дверь. Это был хороший бар, где периодически собирались играть местные группы. И, похоже, сегодня как раз ожидалось чьё-то выступление. С одной стороны, им повезло. С другой — была большая вероятность, что для них уже не осталось столика. — Так, посмотрим рядом с танцполом. Ну или попробуем найти место у барной стойки. На крайний случай предлагаю попробовать ещё один бар. Здесь, недалеко. — Мне без разницы, — отозвался мужчина. Гарри вновь бросил взгляд на его лицо и кивнул. Он первым прошёл внутрь, растолкал группу молодых парней и огляделся. Удивительно, но, несмотря на огромное количество людей, один столик словно бы только их и ждал. Не теряя времени зря, Гарри пробрался к самому дальнему и тёмному углу бара, встал у стола и дождался, когда его спутник проследует за ним. Оставив мужчину охранять стол, Гарри ещё поинтересовался его предпочтениями в выпивке и, получив полный карт-бланш, отправился к барной стойке, чтобы сделать заказ. Учитывая, что его предложение звучало как «напиться в сопли», мелочиться он не стал. — Надеюсь, ты ничего не имеешь против рома, — громко заметил Гарри, возвратившись к столу. — Я заказал две пинты пива и двадцать шотов на тёмном роме. Или это мало для соплей? — посмеялся он в конце. — Лучше бы водку заказал, — так же громко бросил мужчина в ответ и подался вперёд, чтобы не так сильно перекрикивать музыку и шум собирающейся толпы. — А что насчёт закусок? — Я подумал, что сопли и закуски — вещи несовместимые. — Думать — не твоё, видимо, — мужчина недовольно скривил тонкие губы и поднялся из-за стола. — Жди, я сейчас, — приказал он и в мгновение ока растворился в толпе. Впрочем, не прошло и минуты, как он вернулся обратно с полной бутылкой золотистого рома и парой рюмок. — Закуски принесут с пивом. — Это не похоже на водку, — Гарри кивнул на трофей в его руках. — Это лучше, — согласился с ним мужчина и разлил ром по рюмкам. — Не знаю, как ты, а я начну с рома. — Как пожелаешь, — хмыкнул Гарри и подхватил свою рюмку. Ром до пива — они точно напьются в сопли. А! Ну и пусть! — За встречу, полагаю, — предложил Гарри. Мужчина в ответ хмыкнул, но возражать не стал. Они чокнулись и выпили всё до дна. Налили снова. Рюмка за рюмкой — ром быстро убывал. К тому моменту, как им принесли закуски и пиво, они осушили уже почти половину бутылки. Ром хорошо грел изнутри. Гарри чувствовал лёгкое головокружение, но не собирался останавливаться. Он хорошо знал свой организм и то состояние, когда стоит остановиться. Головокружение всегда приходило к нему поначалу, но скоро отпускало, позволяя пить ещё больше и больше. И, кажется, собутыльник ему попался тоже весьма опытный. Чёрные глаза блестели от выпитого, но самоконтроль у мужчины оставался титаническим. — Где руку повредил? — спросил Гарри спустя полбутылки рома и две пинты пива. — Упал, — ответил мужчина, кривя губы. — С ногами не дружишь, как я посмотрю, — хохотнул Гарри на такое заявление, за что тут же был награждён прищуренным взглядом. Тут неожиданно грохотнула музыка. Похоже, начинался концерт. Многие потянулись к сцене, чтобы потанцевать. Гарри сидел лицом к залу и видел, насколько плотно было на импровизированной танцплощадке. — На танец, полагаю, звать не стоит? — Я не танцую, — мрачно отрезал мужчина и осушил два шота подряд. — Хочешь поиграть в остроумие — закажи ещё десять. — Да без проблем, хоть двадцать, — улыбнулся Гарри и резко встал. Это было ошибкой. Голова пошла кругом. Он замер на мгновение, пережидая. Наверное, было бы неплохо выйти ненадолго, чтобы его не размотало в сопли раньше собеседника. — Тридцать, — поправил его мужчина, придержав за руку, когда Гарри уже шагнул в толпу. Гарри удивлённо хмыкнул, но согласно кивнул и принялся пробираться к барной стойке. Сделав заказ, он под грохот какой-то рок-композиции вышел на улицу. Подышав воздухом и переведя дух, Гарри немного привёл мысли в порядок, отказался от любезно протянутой ему сигареты, отвязался от назойливой девушки, явно достигшей своей кондиции, и сбежал от неё обратно в бар. Он вернулся к столу как раз вовремя, когда им принесли все заказанные шоты. Рюмки выстроились на столе в две длинные шеренги. — За что будем пить? — громко спросил Гарри, заглядывая в чёрные глаза. Ему полегчало после глотка прохладного воздуха, а вот мужчина без передышки явно начал терять связь с реальностью. — За свободу, — неожиданно предложил он. — Хороший тост! — согласился Гарри и поднял рюмку. — За это надо сразу три! — Три, так три, — ничуть не стушевался мужчина. Они чокнулись и проглотили подряд по три шота. — А кстати, как тебя звать? — Гарри наконец дошёл до той степени опьянения, когда вся неловкость отошла далеко на задний план, а наглость вылезла вперёд. — Да назови, как хочешь. Это всё равно одноразовая акция, — ничуть не сомневаясь, протянул тот, запнувшись на последнем слове. Алкоголь дошёл до обоих. — Тогда я буду звать тебя Мистер Охеренная Задница, — прокричал Гарри, подавшись вперёд, чтобы он точно его услышал. Чёрные глаза тут же удивлённо распахнулись, брови непроизвольно поползли вверх. Весь его вид так и кричал о том, что подобного он точно не ожидал. Вкупе с алеющими от большого количества выпитого алкоголя щеками это показалось Гарри весьма милым явлением, и он решил добавить: — Я с первой встречи только о ней и думаю. — Весьма сомнительные мысли, — пробормотал мужчина в ответ, но Гарри, словно бы каким-то шестым чувством, обострившимся под силой алкоголя, смог разобрать каждое его слово. — Вот ещё! Да с такой охеренной задницей только джинсы в облипочку и носить. Я хоть её сейчас и не вижу, но у меня стоит, как каменный, от одной только мысли, — прокричал Гарри, ни капли не кривя душой. Да у него сейчас шорты лопнут от силы скопившегося в паху напряжения. А мужчина в ответ неожиданно покраснел ещё больше. Он даже дёрнул верхнюю пуговицу рубашки, словно бы воздуха резко стало не хватать. — Допустим, — удивительно спокойно для своего состояния протянул мужчина. — Допустим, я — Охеренная Задница, а кто тогда ты? — Можешь звать меня Сексуальным Очкариком, — с кривой улыбкой протянул Гарри и подмигнул ему. — Что-то не вижу ничего сексуального, — остудил его радость мужчина. — Поделиться очками? — поинтересовался тогда Гарри, не растерявшись, и даже стянул свои потрёпанные жизнью очки с переносицы. Подслеповато щурясь, он протянул их вперёд неожиданно резко и свернул пару пустых рюмок. Одна особо свободолюбивая рюмка укатилась со стола и упала на пол, минуя неловко выставленную ладонь. — Чёрт! Ща! — воскликнул Гарри и нырнул под стол, с трудом протискиваясь между диванчиком и столешницей. Он уже схватил рюмку, когда вдруг понял, что оказался между широко разведённых стройных бёдер. Адреналин взыграл в крови, и он положил ладонь на беззащитно подставленный ему пах. — С ума сошёл?! — мужчина дёрнулся от неожиданности и даже попытался встать, но только неловко врезался в стол. А Гарри тем временем ощутил весьма правильную реакцию на свои неожиданные поглаживания. Мужчина был возбуждён. — Не ссы! Все заняты концертом, — ответил Гарри, облизывая разом пересохшие губы. Действовать под столом было весьма неудобно, места тут было совсем немного, но он приловчился. Недолго думая, он расстегнул ширинку джинсов, выковырял пуговицу из петли и попытался сдёрнуть мешающую вещь за пояс, но джинсы были слишком узкими, чтобы так просто поддаться его действиям. — Это даже не смешно, мы в общем зале! — О, так тебя возмущает только это? Против самих действий ты ничего не имеешь? — крикнул Гарри из-под стола и приник щекой к твёрдому и горячему органу, скрывающемуся от него за чёртовой тряпкой. Алкоголь сорвал всякие рамки, ударил в голову так, что контролировать свои желания было уже просто невозможно. Адреналин вскипел в крови с новой силой. Чёрт, ещё никогда Гарри не хотел никого так сильно посреди полного зала народу. Но ведь на них и правда никто не обращает внимания! Их стол скрыт в тени, а все взгляды толпы обращены на сцену. — Помоги же мне, ну! — Да иди ты в задницу! — возмутился мужчина, хрипло дыша и подрагивая в его руках, и вопреки своим же словам чуть съехал по диванчику, опираясь на ноги, чтобы Гарри мог хоть немного стянуть джинсы и освободить его жаждущий прикосновений член. — Обязательно… — хрипло выдохнул Гарри, опуская джинсы до середины бледных бёдер вместе с трусами. — Позже, если пожелаешь… Гарри плохо видел в темноте, тем более без очков, но зато он прекрасно чувствовал! Одной рукой он безошибочно обхватил длинный горячий член, а второй скользнул куда-то под рубашку, чутко вычерчивая странные символы на гладкой коже тяжело вздымающейся груди. Проведя пару раз по твёрдому члену сухой рукой, Гарри лизнул большой палец и коснулся им влажной головки, оттянул крайнюю плоть, чуть надавил и отстранился на секунду, после чего сменил палец языком. Прикасаясь самым кончиком, облизывая и, наконец, заглатывая головку, он попытался сразу же насадиться на член так, как только мог, проталкивая головку в горло и сглатывая. Руки Гарри резко опустил на дрогнувшие бёдра, зафиксировал их весьма жёстко и настойчиво. Освободив горячий пульсирующий член от жаркого плена своего рта, Гарри ещё прикусил его у основания, после чего облизал поджавшуюся мошонку, твёрдо провёл пальцами по жёстким лобковым волоскам и вновь заглотил член на всю длину. Чувствуя приближение скорой разрядки мужчины, Гарри накрыл одной ладонью собственный пах и сжал напряжённый сверх всякой меры орган сквозь тонкую ткань спортивных шортов. Сжал сильно, до боли, желая продержаться подольше. Спустить, не прикоснувшись к себе, было как-то даже стыдно! Гарри сунул руку за резинки шорт и трусов, вновь сжал своё напряжённое достоинство и в несколько резких движений довёл себя до грани. Мужчина тоже кончил, захрипев и вскинув в исступлении бёдра, он излился Гарри в горло и расслабленно замер. Гарри тяжело проглотил его сперму, выпустил обмякший член изо рта, лениво лизнул бархатную головку, от которой к губам тянулась вязкая слюна. Уткнувшись лбом в стройное бедро, куда-то в то место, где держались мешающие нормально подступиться джинсы, он перевёл дыхание и улыбнулся. Оставив лёгкий поцелуй на тонкой коже, Гарри понял, что возбуждение возвращается, и принялся прокладывать поцелуями путь к паху. — Ты очень горячий, Мистер Охеренная Задница. Всё ещё хочешь, чтобы я в неё заглянул? — прохрипел Гарри едва слышно за грохочущей музыкой. Мужчина лениво двинул стреноженными джинсами ногами, съехал ещё чуть ниже по диванчику и неловко развернулся в ограниченном столом пространстве. Развернуться ему было проще, чем Гарри, худоба позволяла, и всё же это было не так легко сделать в их положении. — Чем удивишь? — не менее хрипло выдохнул мужчина. Гарри невольно резко выдохнул. Он всё ещё плохо видел и потому поспешил сжать упругие половинки, ощупать их со всех сторон, огладить, провести по горячей расселине между ними, задеть сухим пальцем сжавшееся колечко мышц. — Чёрт, она ещё более охеренная, чем я только мог представить! — благоговейно заметил Гарри и вздрогнул, когда прямо на их стол завалился какой-то парень. Стол неприятно скрежетнул по полу, но не открыл всем картины, что творилась под ним. И пускай верхняя часть тела мужчины, уткнувшись носом в спинку дивана, всё ещё находилась на свободе, паренёк, свалившийся на их стол, не обратил на него никакого внимания, только громко закричал, подпевая песне, и поспешил ворваться обратно в самый центр что-то скандирующей толпы. Гарри тут же успокаивающе огладил напрягшиеся ягодицы, поцеловал каждую, лизнул и даже прикусил, наверняка оставляя яркие следы. — Ещё один укус, и я тебе зубы выбью, — через плечо бросил мужчина. Гарри невольно улыбнулся, но угрозе внял и поспешил провести языком по расселине. — Расслабься, — попросил Гарри и надавил языком на сомкнутое колечко мышц. Анус поддался не сразу, но он всё же скользнул языком внутрь, стараясь смочить и размять мышцы. Смазки, конечно, у Гарри с собой не было, а слюна имела большой недостаток в том, что быстро высыхала, но за неимением другого варианта выбирать не приходилось… — Не тяни кота за яйца, Очкарик… — Сексуальный, я попрошу, Очкарик, — прокричал Гарри, оторвавшись от охеренной задницы, облизал пальцы, обильно покрыв их слюной, и немного грубовато протолкнул в бархатный плен сразу два. Мужчина зажался, на мгновение стиснув пальцы внутри себя, но тут же расслабился. Он попытался было шире расставить ноги, но джинсы помешали занять удобную позицию. Чуть привыкнув, мужчина сам насадился глубже на пальцы и медленно выдохнул, когда к ним присоединился ещё один. — Вставь уже! — Я не маленький, — предупредил Гарри. Его член уже давно стоял по стойке смирно, оттопыривая тонкую ткань беговых шорт, и готов был взорваться в любую секунду. Но даже замутнённым алкоголем сознанием Гарри понимал, что взять охеренную задницу без подготовки чревато неприятными последствиями. Он и так сделал больше, чем мог бы себе позволить в трезвом рассудке! — Плевать… — Ты сам… напросился! — выдохнул Гарри, наскоро смочил по новой четыре пальца и протолкнул их внутрь медленно сжимающегося колечка. Сделав несколько движений пальцами вперёд и назад, он вынул их и дёрнул мужчину к себе под стол. Места было крайне мало, но думать в его состоянии не представлялось возможным. Гарри с большим трудом стянул шорты и боксеры, упёрся спиной в свой диванчик и потянул восхитительную, охеренную задницу к своему подрагивающему от напряжения члену. Мазнув истекающей смазкой головкой по жаркой расселине, он замер на мгновение, облизал правую ладонь и пару раз сплюнул на неё, размазал слюну по горячему органу, пережал его у основания и, подавшись на пятках вперёд, приставил свободной рукой головку к анусу. — Не зажимайся только… — хрипло выдохнул Гарри, но явно не был услышан за грохотом музыки. Он с трудом протолкнул головку внутрь и замер, стискивая зубы. Как тесно! Несмотря на подготовку, очень тесно. Как жарко! Но так хорошо… Гарри выждал, когда мужчина расслабится, и медленно потянул его на себя, насаживая на член до упора. Вновь замер, пережидая, немного успокаиваясь и давая время, а затем вышел наполовину из жаркой тесноты и с размаху вновь загнал член до самых яиц. Ноги быстро затекли от столь неудобного положения, но Гарри отчаянно продолжал выходить, вытаскивать член из бархатной глубины, пока прохлада не коснётся крайней плоти, и вновь врывался внутрь до глухого хлопка бёдрами о бёдра. Он всё ускорялся, пока член не запульсировал, а яйца не поджались. Готовый излиться глубоко внутрь Гарри совершал всё более рваные и даже немного злые движения, дёргал на себя мужчину и сам резко подавался вперёд. — Ох, чёрт!.. — воскликнул Гарри, стиснув чужие бёдра до синяков и замерев в жарком нутре, пока его сперма заполняла кишку. Прошло долгое мгновение до того, как он обессиленно упал на пол, тяжело дыша и поглаживая подрагивающие бледные бёдра такого же обессиленного любовника. Отдышавшись, Гарри подслеповато коснулся влажной расселины между мягких ягодиц, собрал собственную сперму, вытекающую из натужно сжимающегося ануса, и невольно улыбнулся. — Охеренная Задница, ты жив? — позвал Гарри. Тот неопределённо качнулся и опустил руки, желая подцепить пояс джинсов. — Может, повторим? — Только не здесь… — выдохнул мужчина в ответ и всё же ухватился за джинсы, пытаясь натянуть их на своё законное место. Гарри, как мог, помог ему с джинсами и принялся искать свои шорты в темноте. Трусы он честно спрятал в карман, даже не подумав натягивать их по влажным ногам. — Можно ко мне, я недалеко… — предложил Гарри, выбравшись из-под стола. Он довольно оглядел раскрасневшегося собеседника со сбившейся рубашкой и взъерошенными волосами. — Нет, — резко качнул головой тот и зажмурился, явно пережидая неприятные ощущения. — Поедем ко мне. — Как пожелаешь, моя сладкая задница, — широко улыбнулся Гарри. Он, на удивление, чувствовал себя просто прекрасно. Алкоголь совсем не напоминал о себе ничем неприятным. Впрочем, наверное, на этот эффект нельзя было рассчитывать на утро. Скорее всего, Гарри просто не совсем понимал, насколько он в действительности пьян. — Охеренная, — невозмутимо поправил его мужчина и медленно выдохнул, с трудом сосредотачиваясь на экране своего смартфона. — Я, блядь, ничего не вижу… — Идём на улицу, там закажем такси. — Гарри выбрался из-за стола и протянул ему руку, но мужчина не принял помощь и встал сам на подкашивающиеся ноги. Он схватился за стол и переждал немного, после чего всё же взял Гарри за локоть. Из бара выбрались с боем, прорываясь сквозь не устающую толпу. Вышли, отошли к стенке и перевели дух. Прохлада успокаивала и одновременно с тем убаюкивала. Гарри даже головой тряхнул от внезапно напавшей на него зевоты. Его же спутник совсем был плох, он упёрся горящим лбом в прохладную стену и замер так на долгие минуты. Впрочем, такси он всё же смог вызвать, причём сам, без посторонней помощи. Через ещё десять минут их забрала какая-то чёрная машина, а спустя пятнадцать минут после этого они вышли на улицу около новенькой многоэтажки. — Какой этаж? — спросил Гарри, готовясь нажать нужную кнопку лифта. — Семнадцатый… — Высоко! — присвистнул Гарри. Двери лифта практически бесшумно закрылись. Гарри не удержался и прижался к мужчине со спины, целуя его в плечо, хотя и понимал, что никакого продолжения сегодня уже не будет. И мужчина едва стоял на ногах, и он сам был уже не в настроении, предчувствуя ужасное утро — после всего выпитого-то… И, конечно, никакого продолжения и не случилось. Гарри на пару с хозяином квартиры ввалился в просторный коридор, добрался до спальни, сбросил ненужную грязную одежду и упал на кровать, забываясь крепким сном. Гарри и не помнил, когда в последний раз так быстро засыпал…

***

22 августа

Пробуждение было весьма внезапным. Гарри дёрнулся от неожиданности, когда нечто увесистое, тёплое и мягкое ограничило его дыхание, с прыжка опустившись на лицо. Ничего не понимая со сна, он сбросил мешающий объект и сел, тяжело дыша. Ответом ему стало протяжное и более чем возмущённое «мряу». И не успел Гарри даже повернуться на звук, чтобы оценить противника, как чёрная фурия налетела на его беззащитную сейчас спину, вонзая в кожу острые коготки. Зашипев от боли, Гарри попытался поймать разгневанный комок шерсти. Не сразу, но ему всё же удалось прижать кошку к матрасу. Впрочем, царапаться и истошно орать она ничуть не перестала. А Гарри всё не мог понять, что творится вокруг. Голова раскалывалась, соображалось туго. Во рту было безумно сухо, а мышцы неприятно тянуло в самых неожиданных местах. Но восстановить в памяти, что предшествовало этому отвратительному состоянию, было весьма затруднительно. Гарри пока ничего не вспомнил. Одно лишь было очевидно — вечер вчера явно удался. Гарри мрачно глянул на внезапно притихшую под его рукой кошку, встретил яростный взгляд её пугающих жёлтых глаз и едва не проворонил подлый удар задней лапой — не будь эта лапка единственным белым пятном на абсолютно чёрном тельце, точно бы пропустил. — Ну и злыдень же ты мелкий, — хрипло прошептал Гарри, безуспешно облизывая сухие губы не менее сухим языком. Сколько же он выпил накануне… Вспомнить ничего разумного до сих пор не получалось. — Ох… — Гарри тяжело выдохнул и зацепился взглядом за изящный подъём стопы рядом со своим коленом. — Мряу! — возмущённо воскликнула кошка, заметив наглое внимание чужеземца к своему бессовестно дрыхнущему хозяину. — Ой, ну не так громко, красавица… — с мольбой прошептал Гарри и зажмурился, пережидая особенно болезненный звон в ушах. Кошка вновь притихла, видать, не ожидая, что к ней обратятся так мягко. Впрочем, притихла она на весьма короткое время. — Мряу! — Бесполезно… — Гарри медленно выдохнул и, не подумав отпустить наглое создание, открыл глаза и поднял взгляд выше по худой лодыжке, задержался на привлекшем внимание остром колене, затем перешёл к наполовину прикрытому бедру и окончательно замер на ягодицах, идеальность которых ничуть не была им преувеличена за время наблюдений. Гарри вновь невольно высунул язык, безрезультатно проходясь им по сухим губам, и неожиданно смутился, заметив несколько ярких укусов. Улики, очевидно, вели к нему. Когда только он успел покусать эту прекрасную задницу? Ох, а синяков-то сколько! В порыве пьяной страсти Гарри явно не рассчитывал свои силы. — Мряу! — возмущённо напомнила о себе кошка и дёрнулась, пытаясь дотянуться лапой до бедра хозяина. — Это подло, — заметил Гарри всё так же хрипло. — Сначала нападать со спины, а потом звать на помощь. — Кошка резко перевела на него свой горящий злостью взгляд и совершенно по-человечески прищурилась, явно понимая, что ей сказали. — Что, будешь возражать? — Мряу! — утвердительно выдала кошка и попыталась лягнуть его своей задней белой лапой. — Да чтоб тебя… — Гарри болезненно поморщился, медленно выдохнул и потянулся свободной рукой к пояснице любовника. Он осторожно коснулся неожиданно очень нежной кожи, слегка надавил и провёл ладонью вдоль позвоночника. — Эй… — позвал Гарри, не зная, как правильно будет обратиться. И в этот же момент первое воспоминание неожиданно прорезалось сквозь морок забвения. И не сказать, что Гарри не был способен назвать человека в лицо охеренной задницей, но всё же без алкоголя он бы такое не выдал. Но теперь-то терять уже нечего, верно? — Эй, охеренная задница… — Изыди, Очкарик… — сипло раздалось в ответ. Мужчина медленно выдохнул в подушку, лениво шевельнул рукой и прикрыл голову предплечьем. — Сексуальный, попрошу, — ещё раз напомнил ему Гарри, заливаясь яркой краской и мысленно коря себя за неожиданно проснувшееся стеснение. — Мря… — жалобно выдала кошка, услышав родной голос. — И ты изыди, чудовище… — прошептал мужчина в ответ, но тут же немного встрепенулся, когда суть жалобы дошла до гудящей головы. — А который час… — Мря! — возмутилась кошка. Мужчина медленно и очень тяжело приподнялся. Он обернулся, хмуро глянул на своего гостя, затем опустил взгляд к кошке, попавшей в ловушку человеческой руки, и тут же вернул взгляд на любовника, зло прищуриваясь. И в эту же секунду Гарри понял, что кошка в точности копировала своего хозяина. — Немедленно отпусти мою кошку, — приказал мужчина настолько холодно, что Гарри и не подумал возмущаться. Он сразу же поднял руку, и кошка отпрыгнула от него подальше. Не прошло и секунды, как она оказалась подле любимого хозяина, заурчала, как самая добропорядочная, и принялась тереться о него всем телом. — Если бы эта бестия на меня не напала, мне бы не пришлось её держать, — всё же решил оправдаться Гарри. Вообще, с животными у него никогда проблем не было, но эта кошка явно была готова с ним поспорить. Нет, она была готова начать самую настоящую войну! — Мне что до этого, — отозвался мужчина, кривясь то ли от неприязни к самому Гарри, то ли от других, весьма неприятных самоощущений, которые Гарри прекрасно мог понять. — Мряу, — согласилась с ним кошка с самым важным видом и ткнулась мокрым носом хозяину в подбородок. — Отстань, чудище, — прохрипел мужчина и весьма медленно сел, тут же зашипев. Ощупав покусанную задницу, он гневно глянул на Гарри, а тот в свою очередь поднял раскрытые ладони в жесте капитуляции. — Я ничего не помню, — честно признался он. — Слушай, не знаю, как ты, а я сейчас сдохну без воды… — Я тоже… — вынужденно согласился с ним мужчина, прикрыл глаза на несколько долгих секунд и поднялся на слабых ногах. Нагота явно его ничуть не смущала. А Гарри, хоть и оценил всю прелесть открывшегося ему тела, но отреагировать на него должны образом не мог, очень уж ему было плохо. — Мря! — обрадовалась кошка, не давая забыть о себе ни на секунду, и поспешила спрыгнуть с кровати, увиваясь за хозяином следом. Гарри, в очередной раз тяжело вздохнув, неловко поднялся, решив, что нагота его тоже ничуть не смущает. Гарри вышел из спальни, прошлёпал босыми ступнями по холодной плитке и очутился в просторной кухне, совмещенной с гостиной. Хозяин с кошкой уже лениво крутились около холодильника. Послышался тяжёлый стук — на стол поставили графин, полный холодной воды, и два пустых стакана. Гарри, увидев желанное спасение, поспешил наполнить оба стакана, после чего жадно выпил свою часть и вновь наполнил стакан до краев. Жажда отпустила его только лишь после третьего подхода. Он облегчённо выдохнул и плюхнулся на свободный стул. И тут же получил подлый удар по ноге. — Мряу! — Да что ещё? — удивился Гарри, отводя ногу подальше от кошки. — Это её место, встань, — ответил за кошку хозяин, как только несколько раз опустошил свой стакан. — Ты серьёзно сейчас? — удивился Гарри не на шутку. — Более чем, — подтвердил мужчина и поставил перед Гарри миску с кормом, — брысь. — Гарри вскинул брови, но команде внял и послушно пересел на соседний стул. Кошка тут же запрыгнула на своё место, опёрлась о стол передними лапами и прищурилась в сторону наглого гостя. — А сейчас что?! — возмутился Гарри. — Вашему величеству я место освободил! — Это мой стул, — спокойно заметил мужчина, наливая себе новую порцию воды. Графин полностью опустел. — Мря! — важно подтвердила кошка и презрительно дёрнула в сторону гостя белой лапой, после чего, наконец, приступила к законному завтраку. — Ну прям папина принцесса, — мрачно выдохнул Гарри и поднялся на ноги. Третьего стула не наблюдалось. — И что, стоять мне прикажете? Или, может, мне посидеть под столом? О… — Гарри зацепился взглядом за яркую полоску на боку мужчины. Новое воспоминание вспыхнуло слишком уж неожиданно. — Бля, мы что… реально под столом… — Что? — нахмурился мужчина. Он неловко повёл плечом, поморщился, превозмогая неприятные ощущения в мышцах, и опустил стакан на стол. Садиться он не спешил. — Говорю, что мы трахнулись под столом в баре, — удивительно ровно повторил Гарри, словно бы в этом не было ничего такого, и поморщился. Голова продолжала нещадно трещать. — У тебя есть что-нибудь от головы? — От головы — только топор, — бросил тот, скривил губы и закрыл лицо ладонями. — Но теперь хотя бы понятно, почему всё так болит. Во истину, то, что способен сделать пьяный, поражает воображение… — Да, — Гарри вдруг повеселел, несмотря на тупую боль в висках, — пожалуй, трезвому мне не пришло бы в голову провернуть такое. И как только уместились! — восхищённо добавил он в конце. Мужчина отнял от лица руки и смерил его мрачным взглядом. — И всё же, таблетка есть? — Что-то должно быть, — выдохнул мужчина, забрал у кошки пустую миску, бросил её в раковину и открыл один из шкафчиков. Прошло несколько долгих минут, прежде чем он отыскал подходящие таблетки. Одну он сразу же выдавил себе на ладонь, а сам блистер бросил гостю. Гарри его не поймал, поднял с пола, выдавил себе одну таблетку и поспешил запить её любезно предоставленной водой из холодильных запасов. Теперь оставалось только ждать, когда препарат подействует. — Ну, хотя бы наружу не просится, — решил подбодрить Гарри, осторожно возвращаясь на стул хозяина под недовольным взглядом бдительной кошки. — Спокойно, принцесса, твой хозяин пока сидеть не хочет, ты же видишь. — Не хочет? — язвительно вопросил мужчина, приподнимая правую бровь. — Или не может, потому что его покусала и трахнула под столом бешеная собака? — Ничего не бешеная, — фыркнул в ответ Гарри. — Собака может и зализать последствия своей несдержанности, если Охеренная Задница пожелает. Оказать первую помощь, так сказать, с полной отдачей делу. — С полной отдачей, — повторил за ним мужчина, потирая самый серьёзный из всех укусов, — пожалуй, не сегодня. — О, — встрепенулся Гарри. Таблетка начала действовать, жизнь стала потихоньку улучшаться, настроение — повышаться. Воспоминания минувшего вечера тоже поспешили вернуться на место. — Это намёк? Готов предоставить услугу Сексуального Очкарика в любую минуту. — Ты безработный? — мрачно поинтересовался мужчина. Гарри весело ему улыбнулся. — Нет, я в отпуске, — объявил он, — с этого дня на две недели. А ты? — А я безработный, — невозмутимо отозвался мужчина и почесал притихшую кошку за ушами. Гарри удивлённо вскинул брови и оглядел кухню и гостиную. Ремонт здесь был хороший и явно новый. — Шутишь? А чем ты на это заработал? — изумился Гарри и вдруг запереживал. Странно, но ему очень не хотелось, чтобы пришедшая мысль оказалась правдой. — Только не говори, что своей охренительной задницей… — Люблю разводить на деньги тех, кто их имеет. Разочарован? — ровно спросил мужчина. Гарри недоверчиво поймал уверенный, твёрдый взгляд чёрных глаз. Он сразу не поверил этим словам. — Нет, — ответил Гарри, разом посерьёзнев, — не разочарован. Зачем ты меня обманываешь? — Обманываю? Нисколько, — возразил мужчина и помрачнел, потирая пострадавшую руку. Сейчас, без бинта, стало заметно, что она была слегка опухшей. Гарри помрачнел. Неужели, и правда, не врёт. А может, тогда и с рукой не всё так чисто? Что, если он вовсе не падал на неё? — У меня много спонсоров, — добавил тем временем мужчина ничуть не изменившимся голосом. — Квартирой и машиной я тоже обязан им. — Ну и что? — Гарри сложил руки на груди. — Какой реакции ты ждёшь? Слушай, если тебе нужны деньги, я могу тебе помочь, но не думай, что я стану спонсором. Я помогу просто так, ничего не попросив взамен. — Почему? — удивился мужчина. — Наверное, потому что дурак, — помрачнел Гарри. Права Гермиона, когда шутливо называет его героем. — Просто привык помогать бескорыстно, ясно? — Я считал, что тебе приглянулась моя задница. Логично будет заплатить за неё. Или ты надеялся на что-то большее? Ну так знай, что я не завожу бескорыстных отношений. Для тебя была одноразовая акция. — А я всё же попробую превратить акцию в постоянную, — вдруг яростно заявил Гарри. Собеседник изумлённо приподнял брови. — Да, мне понравилась твоя задница. Но не только же она! Может, я бы хотел узнать тебя получше! — Глянь, чудовище, как его это задело. — Мужчина вдруг насмешливо скривил уголки губ. Кошка не менее насмешливо фыркнула, вторя хозяину. Удивительно слаженный тандем! — Успокойся, герой-очкарик, я пошутил. — Пошутил?! — воскликнул Гарри весьма возмущённо. — Так ты не… — Я не, — твёрдо подтвердил мужчина. Гарри облегчённо выдохнул. — Кто же так шутит! — возмутился Гарри. — Чёрт, а ведь я… почти поверил. — И собирался показать шлюхе истинный путь? Удивительный человек, — протянул мужчина. Гарри закатил глаза. — Но это значит, что ты не против новой встречи просто так, верно? Может, скажешь тогда своё имя? — попытал счастье Гарри. — С чего бы вдруг? — мужчина вскинул одну бровь в немом вопросе. — Шутка или нет, но акция остается одноразовой. Я не ищу отношений, а для того, чтобы просто потрахаться, я могу остаться и Охрененной Задницей. — Славно, так и запишу в контактах. А что, зато сразу понятно, какие у нас отношения. Сугубо рабочие. Кстати, номер-то хоть дашь? — Мой телефон на диване, можешь набрать с него себя, — дал своё разрешение мужчина. Гарри, конечно, порадовался, что связь не будет потеряна, но, видимо, рассчитывать на душевные разговоры не стоило. Что ж… просто ничего личного, получается. — Ничего личного, — вторя его мыслям, вслух заметил мужчина, — у меня нет времени на что-то серьёзное. — Понял я, понял, — несколько раздосадовано ответил Гарри, добрался до дивана и вернулся за стол. — Пароль назовёшь? Или тебе телефон дать? — Ноль, один, ноль, девять, девять, ноль. — Так просто сказал? — удивился Гарри, когда сочетание цифр оказалось верным. — Тебе что, скрывать нечего? — Код всегда можно поменять. — Твоя правда, — хмыкнул Гарри в ответ, зашёл в набор номера и позвонил себе. Мелодия раздалась где-то в спальне. Гарри сбросил звонок и уже хотел было отложить смартфон на стол, а потом поинтересоваться планами на день в надежде, что «ничего личного» — не значит полное ограничение интересов вне постели, но не успел ничего сделать, как устройство в его руке завибрировало. На экране высветилось всеобъемлющее «Батя». — Эм, держи… — Гарри поспешил протянуть смартфон мужчине. Тот забрал его, глянул в экран и усмехнулся. — Мой главный спонсор. — Он насмешливо глянул на Гарри и ответил на звонок. Ответил так холодно и неохотно, что Гарри невольно засомневался, что правильно прочитал название контакта. — Слушаю. Нет, я не собирался. Нет. Слушай, Люциус, не беси меня. Я сказал, что со мной всё в порядке. Рука скоро придёт в норму. Нет! Что? Сегодня? Да, ладно, я приеду. Буду примерно через час. — Так понимаю, пора собирать вещи и проваливать? — уточнил Гарри. — Правильно понимаешь. — Мряу! — подтвердила кошка, кажется, весьма довольная этим фактом. Гарри смерил её хмурым взглядом, но возражать не стал. Его роль была обозначена весьма ясно — ничего личного. А хотелось почему-то большего. — Я и с первого твоего мяу понял, что я тебе не понравился, — буркнул на кошку Гарри и потащился в спальню собирать свои немногочисленные вещи. Быстро одевшись, он с некоторым трепетом поднял телефон и поспешно открыл список пропущенных звонков. Новый контакт был создан стремительно. «Охеренная Задница». Гарри невольно улыбнулся и вернулся в кухню. — Вроде всё своё забрал, — объявил он и кивнул хозяину квартиры, натянувшему неожиданно широкие штаны. — Звони, как только появится желание размять охеренную задницу. — Я подумаю над этим. — Уж подумай. Запиши мой номер, пока не затерялся. Сексуальный Очкарик абсолютно свободен ближайшие две недели, — напомнил ему Гарри. — Я не жалуюсь на память, — скучающе отозвался мужчина и кивнул в сторону коридора, — дверь там. Провожать не буду. — А ты весьма гостеприимный, — хмыкнул Гарри. — До встречи, — он махнул рукой на прощание и добавил лично для кошки: — Нападение было весьма подлым, принцесса, — с этими словами он и ушёл, услышав напоследок громкое «мряу» без доли раскаяния.

***

26 августа

Гарри ждал. Ждал искренне и отчаянно. Хватался за телефон каждый раз, как услышит звонок или сигнал-оповещение. Таинственная Охеренная Задница. Задница со странным юмором и запоминающимся профилем. Гарри всё время думал о нём, прокручивал в голове все редкие встречи, вспоминал вечер в баре, от которого остались весьма смешанные чувства, смазанные алкоголем, и утро после попойки. Гарри повторял себе из раза в раз, что здесь нет и не может быть ничего личного, что это просто секс без обязательств, что мужчина и не должен ему позвонить. Он ведь ничего не обещал! Но Гарри ничего не мог с собой поделать. — Соберись! — прикрикнул Гарри на своё поникшее отражение и машинально схватил смартфон, когда прозвучал сигнал о новом сообщении. — Да чтоб тебя! Разозлившись, Гарри отбросил его обратно на тумбочку, схватил ключи и вышел из квартиры, надеясь развеяться. Он уже вышел из дома и даже отошёл на несколько шагов от подъездной двери, но вдруг испугался, что может пропустить звонок, и чуть ли не бегом вернулся обратно в квартиру. Сунув телефон в карман, он всё же вновь отправился на прогулку. Гулял он недолго, прошёлся по родному кварталу, добрался до парка и занял ту самую лавочку, что так удачно привела его к вечеру в баре с охренительной задницей. Задницей, не желающей позвонить ему. Гарри достал смартфон, открыл книгу контактов и остановил взгляд на нужном имени. «Охеренная Задница». Может, стоит позвонить самому? Не будет ли это слишком нагло? Они ни о чём не договаривались. А звонить предлагал только сам Гарри. Предлагал набрать, как появится желание. А тот сказал, что подумает. Подумает! Четыре дня уже думает! Не много ли… Гарри тяжело вздохнул. Его охватило неожиданное волнение, палец замер в миллиметре от номера. Всего лишь коснуться, и пойдёт вызов. Надо было решаться! Да, именно сейчас. Вот прямо сейчас он ему позвонит! Гарри резко выдохнул и ткнул в номер, но… в эту же секунду картинка на экране сменилась. Вместо того, чтобы позвонить, Гарри принял вызов от другого абонента. — Гарри Поттер! — раздалось из динамика весьма грозно. — Как ты можешь игнорировать мои сообщения! — Эй, Гермиона, ты чего? — Гарри растерялся от столь яростного напора подруги. — Когда я успел провиниться? Я же на все ответил… — Да что ты? — протянула Гермиона, и Гарри сразу засомневался в своих словах. Чёрт! И правда, что-то проглядел? Гермиона была на восьмом месяце, волновать её никак не хотелось. — Так, без паники, давай я отвечу на всё, что пропустил, — предложил Гарри вполне миролюбиво. — Гарри, мне так одиноко, а Рон отказывается привезти мне мороженое! — Ага, и ты предлагаешь мне привезти тебе мороженое за сто миль от Лондона? — Да! — ничуть не смутилась Гермиона. — Гарри, мы очень ждём тебя в гости, а это просто повод, — пояснила Гермиона несколько секунд спустя. — Мия очень ждёт своего крёстного, чтобы показать ему свою новую кухоньку. Рон сам собрал. Правда молодец? — Рон у нас на все руки мастер, — похвалил друга Гарри и невольно улыбнулся. Он был безумно рад за Рона и Гермиону. Поначалу, когда они только начали встречаться, ссор было не сосчитать, а сейчас всё наладилось. — Ладно, хорошо, я с радостью привезу тебе мороженое. Когда вы меня ждёте? — спросил Гарри. Он вдруг подумал, что эта поездка — очень даже хороший повод отвлечься от Охренительной Задницы. К тому же тот, похоже, звонить не станет. Чёрт! Вот же, как его повернуло на этом… этом… — Гарри? Ты чего молчишь? — А? — Гарри тряхнул головой, откинулся на спинку скамьи и устремил взгляд куда-то вдаль. — Так что ты там говоришь? Извини, я отвлёкся. — Говорю, что ждём тебя на выходных. Но в принципе можешь приехать уже завтра вечером. Я подготовлю тебе спальное место. — Славно, тогда ждите меня завтра. Во сколько, говоришь, лучше быть? — Рон заканчивает работу в шесть. Будет дома к половине седьмого. — Понял, тогда до встречи!

***

27 августа

Гарри сверился с картами, ткнул на отображение пробок и тяжело вздохнул. Должно быть, он был далеко не единственным, кто решил в пятницу вечером выбраться в пригороды Лондона и соседние деревушки. Но делать было нечего. Гарри побольше выкрутил регулятор на магнитоле, делая музыку громче, и постарался ни о чём не думать. А когда мысли наглым образом сворачивали к не менее наглой, но от этого не перестающей быть охеренной заднице, он намеренно начинал вспоминать о чём-то совершенно далеком. И всё же… взгляд то и дело метался к экрану телефона. Ехал Гарри намного дольше, чем рассчитывал. Время стремительно приближалось к девяти вечера, а он только-только завернул на нужную улицу. Он уже парковался во дворе, когда вдруг вспомнил о мороженом. Обещание надо было выполнить, а потому Гарри сдал назад, вернулся на проезжую часть и помчался к магазину. Мороженое взял всякое разное, потому что боялся ошибиться с выбором. А так, пусть Гермиона сама возьмёт то, что ей понравится, а уж остальное они с Мией помогут съесть, сомневаться не стоило. Так, с добычей, он вновь подъехал к дому друзей. — Гарри! — Не успел он обнять встретившую его хозяйку, как на него уже налетела крестница. Гарри подхватил девочку под подмышки и поднял над полом. Мия весело и громко засмеялась. — Я тебе тако-о-ое покажу сейчас! Идём, идём же! — воскликнула она радостно и, стоило только вновь оказаться на полу, потянула его за собой в комнату. — Я предупреждала, — рассмеялась Гермиона не менее звонко. — Всё, его взяли в игрушечное рабство? — хохотнул Рон, выглянувший из проёма кухни. — Держись, друг! Мысленно я с тобой. — Пап! — воскликнула Мия. — Пойдём с нами в кухню играть. — Я поиграю на взрослой кухне, милая, извини. Но вот Гарри точно будет рад сделать ревизию всех твоих кастрюлек. — Это жестоко, друг, — Гарри весело ему улыбнулся, не сумев нахмуриться даже для виду. — Мия, только долго крёстного не мучай, он наверняка устал с дороги…

***

29 августа

Выходные прошли в милой, уютной, семейной обстановке. Давно Гарри не проводил время так замечательно. У него самого семьи никогда не было, ни родителей, ни крёстных, ни братьев с сестрами, только дядька с кузеном, но с ними у Гарри отношения сложились весьма натянутые, так сейчас и вовсе не общаются. Зато как тепло становилось на душе, стоило прийти пониманию, что среди друзей он чувствует себя по-настоящему родным человеком. Было немного грустно лишь от того, что всё это временное явление, сегодня он вернётся в Лондон и вновь останется один на долгие недели. — Гарри, может, тебе в дорогу что-нибудь дать? Или просто с собой, дома поешь, — спохватилась Гермиона и принялась собирать со стола салат и остатки запечённой курицы. — Будет тебе, Герми, оставь, я не умру с голоду, обещаю. — Гарри улыбнулся ей. — Если что, дойду до нашего ресторанчика. Он всегда меня выручает. — Иногда мне кажется, что ты и вовсе дома не готовишь. Как не спрошу, ты всё время в нашем ресторанчике. — Вот неправда! — рассмеялся Гарри. — Я только в среду писал тебе, что приготовил чудесную лазанью. Сам, между прочим! — Герой, друг, — хохотнул Рон и хлопнул его по плечу. Он хотел было добавить что-то ещё, но тут раздался звонок телефона. Все замерли, прислушиваясь. — Это не наш, у нас другие мелодии, — оповестил Рон. Гарри кивнул, узнав свой рингтон, и неожиданно заволновался, но тут же отбросил всякую надежду. Это не мог быть ОН. Прошло уже столько дней, целая неделя! — Гарри, тебе звонят! — раздался звонкий голосок из коридора. — Нести? — спросила Мия. — Да, будь добра, милая, — попросил её Гарри и тут же поинтересовался: — Кто там звонит? — О, ну, — отозвалась Мия, переступая порог кухни, и опустила взгляд на экран смартфона, — какая-то Охеренная Задница, — поведала она громко и без колебаний. Рон и Гермиона изумлённо переглянулись и уставились на Гарри, который неожиданно покраснел, точно спелый помидор, и подскочил на ноги. — Спасибо, Мия. — Гарри забрал телефон из рук малышки и немного нервно ткнул на зелёную кнопку. На друзей он старался даже не смотреть. Как неловко! — Алло, слушаю? — Сильно занят, Очкарик? — раздалось из динамика спокойным голосом. Гарри спешно убавил звук, чтобы никто не услышал ничего лишнего. — Ну так, немного. Ты что-то хотел? — Гарри старался говорить ровно. — Не поправишь меня? — тон собеседника показался слегка удивлённым, совсем незначительно. Впрочем, очень скоро он вновь стал совершенно спокойным. Нет, даже холодным. — Полагаю, я позвонил не вовремя. — Вовремя! — воскликнул Гарри поспешно и мысленно отвесил себе увесистый подзатыльник. Ну что за эмоциональные выпады! Хуже подростка, в самом деле. Ничего личного же! Гарри медленно выдохнул. — Извини, я в гостях, но буду в Лондоне примерно через два часа. Может, два с половиной. Если хочешь, можем встретиться, — предложил Гарри. Собеседник долго молчал. — Хорошо, приезжай ко мне. Адрес помнишь? — Помню. До встречи, — бросил Гарри напоследок и сбросил звонок. На Рона и Гермиону он поднял взгляд не сразу. — Что? — несколько смущённо бросил Гарри, когда всё же взглянул на друзей. — Мы много не знаем, видимо, — удивлённо протянула Гермиона, и глаза её заблестели интересом. — Не берите в голову. Это… тут ничего серьёзного. Познакомились в баре, — признался Гарри, немного лукавя, и махнул им телефоном, намекая на название контакта. — Ну ты даёшь, друг, — качнул головой Рон. — А давно ты обмениваешься телефонами с «ничего серьёзного»? — И предлагаешь новую встречу, — хитро добавила Гермиона. — Ой, бросьте! — Гарри махнул на них рукой. — Я даже имени его не знаю. Как записал, так и всё… Ничего серьёзного! — Ладно-ладно, — Гермиона не стала давить на него больше, хотя любопытство в её глазах ни на секунду не угасло. — Может, возьмёшь ужин для своего друга тогда? — Гермиона… — Гарри тяжело вздохнул, поймал жалостливый взгляд Рона и вынужденно согласился: — Ладно, хорошо, возьму всё, что положишь с собой. Только без фанатизма! Умоляю… — Ничего сверх нормы! — обрадовалась Гермиона и поспешила собрать несколько контейнеров, утрамбовывая их доверху. Гарри наблюдал за всем этим с ужасом. — Пять контейнеров! — возмутился он. — Они маленькие, Гарри, — невинно улыбнулась Гермиона, вручила ему пакет и возражений не приняла. — Всё, теперь мне не страшно отпускать тебя в голодный и холодный Лондон. А контейнеры потом не забудь вернуть, — напутствовала она, провожая гостя к двери, — чем не повод навестить друзей и на следующих выходных. — Ну и хитрюга ты, подруга, — хмыкнул Гарри в ответ и обнял её на прощание. Попрощавшись с Роном и крестницей, он помахал всем и направился к машине. Двигатель взревел, а вместе с ним и заполошно застучало глупое сердце. Кажется, Гарри сильно влип! Ну и дурак… Ведь тут нет и не может быть ничего серьёзного. Но он ничего не мог с собой сделать.