Чувства

Ночной лес окутывал их прохладой и влагой. Треск костра был единственным звуком, нарушающим тишину. Максим Левин сидел, отвернувшись от костра, его лицо скрыто в тени. Он чувствовал на себе взгляд Ангелины Изосимовой, прожигающий спину. И, конечно, напряжение, исходящее от Юлии Котовой, которая, казалось, хотела пробурить дыру в его затылке. "Ну и что теперь?" - хмуро спросил Юлий, нарушая молчание. "Будем сидеть и дуться друг на друга?" Максим промолчал. Конфликт был неизбежен. С самого начала. С тех пор, как Юлий, в порыве показного сочувствия, ляпнул что-то про "трудного отца" и ". Он же не знал, что для Максима это больная тема. Ангелина вздохнула. "Юлий, ты перегнул палку," - сказала она спокойно, но в ее голосе чувствовалась сталь. "Не стоило этого говорить." "Да ладно вам, Максим! Я же не знал, что ты такой обидчивый!" - огрызнулся Юлий. "Прости, просто я сам... ну, у меня с батей тоже не сахар. Думал, мы типа в одной лодке." Лицо Максима исказилось. Он сжал кулаки. "Не смей сравнивать," - процедил он сквозь зубы. "У тебя могут быть какие угодно проблемы с отцом, но ты понятия не имеешь, что такое жить под гнетом человека, который…" Он замолчал, отвернувшись от костра. Ангелина инстинктивно почувствовала опасность. Она знала о Левиных больше, чем Юлий. И она знала, что определенные темы лучше не затрагивать. "Хватит, Юлий. Ты зашел слишком далеко." "Я просто хотел как лучше!" - оправдывался Юлий, в его голосе звучало искреннее недоумение. "Лучше молчи," - резко сказала Ангелина. Она повернулась к Максиму. "Левин, тебе лучше успокоиться. У нас завтра испытание, помнишь?" "Успокоиться?" - усмехнулся Максим, обращаясь к Ангелине. "Тебе легко говорить. Ты ведь не знаешь, что такое..." Он замолчал, стиснув зубы. Затем, неожиданно для себя, он перевел тему. "Ты ведь тоже не питаешь ко мне нежных чувств, Изосимова. Или забыла наш "совместный отрезок"? Ангелина покраснела. Она всегда старалась избегать упоминаний об их прошлом. Слишком много боли, слишком много страсти, слишком много... всего. "Это не твое дело, Левин," - прошипела она. "О, да неужели?" - Максим поднялся, приближаясь к ней. "И что же это было, интересно? Просто 'опыт'? Не думаю, что ты так легко забываешь..." Он запнулся, как будто вспоминая что-то интимное. "Как твое тело откликалось на мои прикосновения." Ангелина задохнулась от возмущения. "Ты не посмеешь..." "Что я не посмею?" - прошептал Максим, наклоняясь к ней. Его дыхание обжигало ее щеку. "Рассказать Юлию, как сильно тебе нравилось, когда..." Юлий, наблюдавший за этой сценой с открытым ртом, наконец нашелся. "Так, стоп! Что тут вообще происходит?" Ангелина оттолкнула Максима. "Ничего! Не твое дело!" Она отвернулась, пытаясь скрыть смущение. Но Максим не собирался останавливаться. "Или, может быть, тебе напомнить, как ты умоляла меня..." - он говорил достаточно громко, чтобы Юлия услышал каждое слово, но достаточно тихо, чтобы чувствовать его дыхание. "Заткнись!" - Ангелина бросилась на него, зажимая ему рот рукой. Максим ухмыльнулся сквозь ее пальцы. Он наслаждался ее гневом, ее смущением, ее… близостью. Он всегда любил ее непредсказуемость, ее горячность, ее силу. Они стояли, прижавшись друг к другу, посреди ночного леса, в окружении костра и ошеломленного Юлия. Напряжение между ними было таким сильным, что казалось, вот-вот вспыхнет пламя. "Ладно, ребята, может, хватит?" - неуверенно произнес Юлий. "Мне как-то неловко..." Ангелина отпустила Максима, отшатываясь от него как от огня. "Я спать," - буркнула она и быстро скрылась в своей палатке. Максим посмотрел на Юлия, пожал плечами и ухмыльнулся. "Спокойной ночи." Он знал, что эта ночь будет долгой. Что завтрашнее испытание будет еще сложнее. Но он также знал, что что-то между ним и Ангелиной изменилось. Он разбудил в ней что-то, что она так тщательно скрывала. И он собирался использовать это в своих целях. После того, как Ангелина скрылась в своей палатке, Максим еще некоторое время сидел у костра, погруженный в свои мысли. Слова Юлия задели его за живое, напомнив о темном прошлом, которое он так старался забыть. Но еще больше его раздражала Ангелина. Ее отстраненность, ее попытки скрыть то, что было между ними. Он встал и решительно направился к ее палатке. Не раздумывая, он расстегнул молнию и вошел внутрь. Ангелина лежала на спальном мешке, отвернувшись к стене. "Уходи," - глухо произнесла она. Максим проигнорировал ее слова и опустился рядом. В палатке было тесно и душно, их тела почти соприкасались. "Я не могу," - прошептал он. "Ты знаешь, что я не могу." Ангелина ничего не ответила. Он почувствовал, как она дрожит. "Не притворяйся, что тебе все равно," - продолжал Максим. "Мы оба знаем, что между нами что-то есть. Что-то, от чего мы не можем убежать." Он коснулся ее плеча, и она вздрогнула. Он перевернул ее на спину и посмотрел в ее глаза. В них читались гнев, страх и... желание. Максим наклонился и поцеловал ее. Сначала нежно, робко, но затем поцелуй становился все более страстным и требовательным. Ангелина попыталась оттолкнуть его, но он не позволил. Он углубил поцелуй, и она, наконец, сдалась, ответив на него с такой же жаждой. Они целовались долго и жадно, словно пытаясь утолить голод, который терзал их годами. Его руки скользили по ее телу, ощущая изгибы под тонкой тканью ночной рубашки. Ее пальцы впились в его волосы, притягивая его ближе. Когда дыхание стало прерывистым, Максим оторвался от ее губ и прошептал: "Если ты не хочешь я уйду." Ангелина молчала, но в ее глазах был ответ. Она притянула его обратно к себе, и они снова слились в поцелуе. Постепенно, под покровом темноты и шепота ветра, они сбросили с себя одежду. Кожа к коже. Горячо и томительно. Максим нежно целовал ее шею, плечи, грудь. Ангелина стонала от удовольствия, ее тело дрожало в его руках. Они двигались медленно, исследуя друг друга, наслаждаясь каждым прикосновением. Не было слов, только стоны, вздохи и учащенное дыхание. Ярость и нежность переплелись в этом танце страсти, словно напоминая им, что между ненавистью и любовью – всего один шаг. Позже, когда буря утихла, они лежали, тесно прижавшись друг к другу, в тишине. Ангелина чувствовала себя опустошенной и умиротворенной одновременно. Максим нежно гладил ее волосы, молчаливо благодаря за этот миг близости. Сон пришел незаметно. Они уснули, обнявшись, словно боясь, что если разомкнут объятия, то все исчезнет. Как будто это было всего лишь сном… Утром они вышли из палатки, стараясь не смотреть друг на друга. Юлий смотрел на них с любопытством и намеком на понимание в глазах. Никто не проронил ни слова. Но они знали, что этой ночью что-то изменилось. Что-то между ними. И это повлияет на их дальнейшие действия, на их соперничество, на их судьбу.