токийский интим с запахом табака

Конец может наступить здесь. Он сидит привязанный к стулу и избитый до полусмерти. Странно, что еще живой. — Ну, стреляй, — эхом разносится хриплый и слабый голос. Во рту привкус металла разъедает горькую слюну, Минхо сплевывает её. Кровь размазана по его лицу, капает со лба и попадает в глаза. Зрение затуманено, а челюсть онемела от количества недавно полученных ударов. Пистолет направлен ему в голову. Пистолет в тяжелой руке Кристофера, что даже не моргает. — Думаешь, если я трахнул твою задницу, то не смогу прострелить башку? — тон голоса ледяной и пронизывающий. Минхо с трудом смотрит на нечитаемое лицо. Всё кружится, а в желудке тянет узлом. Он знал, что такой исход возможен. Губы, потрескавшиеся от засохшей крови растягиваются в улыбке. — Давай проверим. Кристофер не реагирует на провокацию и медленно садится на корточки перед Минхо. Звук сирен глухо доносится из окон. Их это не волнует сейчас. — Они знают? — М? — Что, вместо того чтобы заниматься слежкой и выполнять свои обязанности копа, ты лежал подо мной и умолял меня вогнать в тебя член? — тёмный взгляд Криса обводит дрожащее тело. — Кто сказал, что это не было частью моего задания? — усмехается Минхо. В его челюсть тут же прилетает очередной точный удар кулаком. — Слабовато, — жмурится и шепчет Ли, выплевывая кровь. Кажется, у Минхо раскрошился один из жевательных зубов. Кто-кто, а уж Кристофер точно знает, как правильно избивать. Но дело в том, что он даже еще не начал. — Закрой ебальник. Я сейчас говорю, — угрожающе отрезает Крис и шмыгает. — Твои псины окружили этот амбар и думают, что с минуты на минуту гениальный капитан Ли выйдет с повязанным Кристофером, который будет умолять о пощаде. Но знаешь, что будет на самом деле? — задает он риторический вопрос и наконец улыбается. Сладко и фальшиво по-доброму. Минхо довелось увидеть по-настоящему добрую и влюбленную улыбку Кристофера. Но больше он ее не увидит. — Они зайдут сюда и застанут опозоренную дохлую блядь с раздробленным черепом, — беспощадно пронизывает Крис каждым словом капитана. — Хочешь этого? — поднимает он рассеченные брови. Минхо не отвечает. Не хочет или не может — не ясно. Рот открыть физически больно. Лёгкие залиты свинцом, горло жутко скребет. Страх кишит в его органах. Минхо абстрагировался от этого. Он не хочет сейчас чувствовать что-либо. — У тебя есть два выбора, — бормочет Крис, крутя в руке пистолет. Он тычет языком во внутреннюю часть щеки и задумывается на секунду, рассматривая грязные кеды Минхо. Жилка на его челюсти периодически двигается под бледной кожей. — Первый, — поднимает Крис указательный палец свободной руки. — Я скрываюсь через черный выход, когда ты шаркаешь к ним с плаксивой мордой, объясняешься на коленях, что упустил нас и сдался, как вшивая дрянь, — щурится он, проговаривая это с той же улыбкой. — Тебя за это наказывают, увольняют и так далее. Потом ты пиздуешь в свой подвал с уликами и всё уничтожаешь, больше не появляясь на моем пути. Глава мафии делает ощутимую паузу, не сводя пронизывающих карих глаз с избитого копа. Времени мало. В двух метрах от них валяется рация Минхо, из которой доносятся слабые потрескивания и неразборчивые голоса его команды. — А второй вариант я уже разъяснил ранее: выебу до потери пульса и в подарок всажу пулю в мозги, — поднимает он средний палец и кивает на бетонный пол. — Таким тебя здесь и найдут. Крис поясняет всё это равнодушно, как и подобает хищнику, доминирующему в пищевой цепи. Холод пропитывает кости. Минхо тоже решает выдержать паузу. Он не размышляет над вариантами. Он анализирует выражение чужого лица. Наконец что-то внутри начинает дребезжать, давая знак, что Хо всё ещё живой. — Ты зол, — довольно шепчет Минхо, наклонившись немного вперёд к Крису, насколько позволяют верёвки. В глазах Криса пролетает горечь, но тут же исчезает в мраке беспощадности. — Я пиздецки зол, — выплевывает резко он, сжимая в руке оружие. — Второй вариант звучит с каждой секундой всё заманчивее. Выбирай быстрее, — он встает на ноги и хрустит шеей. — А у меня реально есть выбор? — Значит, первый, — хмыкает глава и обходит копа, начиная развязывать веревки на его запястьях. — Я в любой момент прикончу тебя, если ты не выполнишь все условия, котенок, — он шепчет на ухо Минхо, опаляя горячим дыханием. Ли наконец ощущает тепло на фоне колкой зябкости. — Я выбраю первый, — говорит Минхо, двигая пальцами свободных от веревки рук. Левое запястье ноет — видимо, он потянул связки, когда боролся с Крисом. — Только потому что у меня будет возможность увидеть тебя снова, — добавляет он, поворачиваясь к мафиози и кидая внимательный взгляд. Его длинные ресницы трепещут на проходящего мимо Криса, что лишь невесело усмехается и достает пачку с лимитированными сигарами. — Твои заигрывания больше на меня не действуют, Минхо, — рычит он, зажигая одну и прикусывая её ровными зубами. — Всё кончено, — беззвучно добавляет. На его разбитых, бледных костяшках засохла кровь Минхо. Как романтично. Кристофер поднимает стопу и с силой толкает сидушку деревянного стула так, что тот с грохотом опрокидывается на пол, вместе с сидящим на нем Минхо. Капитан еле успевает среагировать и падает на предплечья, болезненно простонав. Кристофер делает очередную глубокую затяжку с улыбкой. — Кажется, у меня сломана нога. Я сам не выйду, — скулит капитан и понимает, что действительно вряд ли встанет. — Доползешь, — забавляется и хмыкает Кристофер, он разворачивается на каблуках туфель и направляется в сторону черного выхода. — И я тебя люблю, папочка! — вслед ему кричит Минхо и добавляет тише: — Мудозвон конченный. Его конец не наступает здесь — лишь очередное начало. И не только для Минхо. Скрип железной двери амбара, крики, сирены и лай собак вырывают капитана Ли из транса. Он обязательно придумает новый план, чтобы встретиться с главой мафии и снова встать у него на пути. А Кристофер только этого и ждет.