Больной доктор

В медкабинете организации невыносимо пахло спиртом и лекарствами. Запах, навсегда въевшийся в стены, вызывал тошноту у всех, кто хоть ненадолго заходил туда. И единственным, кто получал наслаждение, находясь в этой комнате, был еë хозяин и почти полноправный владелец. – Снокис, если ты меня не отпустишь, то клянусь, я оставлю тебя без зарплаты. По праву же владельцем не только комнаты, но и всего здания, можно было назвать Эдаллара. Правда для него начальствующее кресло давно перестало быть наградой, ощущаясь скорее бесконечной пыткой. – А я говорю, что сиди. Нашëлся мне командир. Доктор, уже давно получивший славу поехавшего и того, в чью обитель попадать — ужасная затея, не боялся никого из стоящего выше начальства. За это его тоже не сильно любили, но тем не менее, не увольняли. Причин было три — он пусть и чокнутый, но хороший врач, ещë у него есть некая сила, про которую никто не знал, а третье... А вот причина номер три была неизвестна всем, кроме доктора и его непосредственного босса. – Бля, ну упал чуток, просто голова закружилась. – мужчина опëрся головой на руку, прикрывая мутные синие глаза. Его сильно клонило в сон, что даже омерзительный окружающий запах тревожил не столь сильно. – Не надо из этого сразу истерику раздувать. – Либо ты сидишь тихо, либо я буду в плохом настроении. А ругаться с тем, кто тебя лечит, идея не очень хорошая. Не переставая бегать по комнате, Снокис вытаскивал из шкафов баночки, склянки, посуду, прочие непонятные штуки. Всë это он складывал на столе, распределяя в понятном лишь ему порядке. Эдаллар спокойно наблюдал за ним, развалившись на диване, в мыслях сравнивая метающуюся фигуру с маятником. Белый халат переливался на свету, развеваясь от каждого резкого движения. Ткань издалека выглядела мягкой и пальцы даже подëргивались от желания ощутить материал. – А подойти можешь? Так, на секундочку. Снокис тут же приблизился, бодро отбивая каждый шаг по плитке. Чëлка, отросшая так, что еë пора бы подстричь, застилала глаза, заставляя морщить нос, быстро моргать и трясти головой. Очки от этой тряски перекашивались, грозясь свалиться, а занятые склянками руки не давали нормально их поправить. Блекло-серая рубашка заметно измялась и похоже, что еë не меняли пару-тройку дней. – Что надо? И побыстрее, я к работе вернуться хочу. В следующую секунду парню пришлось резко взвигнуть, чуть ли не падая вперëд. Он даже и не понял поначалу, что произошло, но посмотрев вниз, убедился — его крепко обняли и теперь держали, гладя по спине. Халат, тщательно отглаженный, оказался не таким мягким, как казалось, но всë ещë был приятным, от чего Эдаллар сжимал ткань в пальцах. Его всë больше клонило в сон, а чужое тело источало приятное тепло, напоминая грелку. – Стой вот так, это приказ. – прошептал он себе под нос, закрывая глаза. – Да чтоб тебя... – он приподнял руки, оглядываясь и ища, куда поставить хрупкое содержимое своих ладоней. – Отпусти, тебе надо спать, а мне — работать. – Раз мне надо спать, значит теперь это станет твоей работой. И через секунду его грубым рывком повалили на диван. Разжав руки, чтобы закрыть лицо и не удариться, он услышал звон разбившегося об кафель стекла. – Ты совсем уже?! Отпусти меня! Мир перед глазами стал темнеть и покачиваться. Контуры предметов белели и засвечивались, перед глазами прыгали яркие мушки, а в углах, широко улыбаясь, распозались тени. Сердце начало бешено колотиться, он почувствовал панику, стал вырываться, но тело ослабевало и не слушалось. – Успокойся. – Они идут... Идут за мной! Снокис и сам не понял, как щëки обожгло огнëм горячей и солëной влаги. Ощутив прикосновение к своему затылку, он зажмурил глаза, прямо перед тем, как его уткнули носом в плотную ткань пиджака. Пахло дешëвым одеколоном и кофе, от чего он даже закашлялся, пытаясь отвернуться, но ему не позволили. – Всë хорошо. Я рядом, тебе никто не навредит. Страх медленно начинал отступать. Его окружало тепло, спокойное и едва ощутимое, но настолько близкое, что Снокис сам не понял, как начал всхлипывать, а потом и плакать. Весь страх, накопленный внутри, вся горечь и боль — всë разом выплеснулось, превратив взрослого, весëлого и смелого парня в ребëнка, верящего в монстров в ночном шкафу и под кроватью. Он чувствовал, как грубоватые и чуть неловкие пальцы перебирают его волосы. Аккуратно снятые очки были отложены на пол, чтобы ничего не мешало. – Я ненавижу эту силу, она бесполезная, страшная... – шептал парень себе под нос, не переставая покрывать чужой пиджак своими слезами. А потом до его ушей донеслось тихое сопение. На мгновение он настолько опешил, что даже затих. А подняв покрасневшие и опухшие глаза, убедился — обнимающий его человек умудрился уснуть. И сам не зная почему, но Снокис улыбнулся, а потом и вовсе стал тихо посмеиваться. Его страхи наконец отступили, оставив в покое. Тени исчезли, комната вернулась к еë нормальному виду. И всë же он решил пока не вставать, а вновь прижаться к спящему начальнику, расслабляясь в его объятиях.