Танюшка.

Вечер, Саратов и дом родителей Саши. 1992-й год. Ночная магистраль полна машин со сверкающими фарами, что тускло освещают неровную дорогу. Кто-то едет быстро, кто-то наоборот никуда не торопится, рассматривая мираж неоновых огней. Таня приподнимается на коленках, ерзая на мягком диване. Все смотрит за мрачнеющим пейзажем и за звездами, мерцающими где-то вдали. Глаза уставшие, с немного осыпавшимися тенями, с неподдельным интересом мелькают туда-сюда. Как же хорошо все таки спать около окна. Ей нравилось это с самого детства. Если не спится, смотришь себе на улицу, мечтаешь. Поглядываешь на народ и думаешь, куда этот человек торопится, а куда другой. Кроны деревьев мягко и несколько убаюкивающе покачиваются на легком ветерке, прогибая свои тонкие веточки под его потоками. Мелькают за окном темно-зеленые листья, что ветер нещадно с этих веток сорвал. Глаза уже немного слипаются, но спать идти она не хочет, время-то еще детское. Татьяна плавно отводит взгляд от окна, бренно осматривая небольшую, но уютную комнату. Деревянные стены, привычный ковер в красно-рыжих тонах на стене. Все это нагоняет определенную атмосферу, немного возвращая в детство. В воздухе витает легкость, тепло и некая наивность. Иванова вновь вспоминает упоительные и трепещущие душу своей искренней прелестью вечера у бабушки в деревне, в Студено-Ивановке. Когда стрекотали сверчки, гудел старый холодильник, сколько лет которому не помнил уже никто, тикали часы, а на улице переодически слышался какой-то непонятный вой, скрежет и лай собак. Лакомый свет торшера отливается оранжево-медовым и окутывает своей пряностью всю комнату, разливая на сердце тепло. Тане очень спокойно. Она заметила, что только здесь её дыхание становится ровным, а сон мирным. Какая-то энергетика тут другая чтоли.. Словно беспокойное сердце в один миг находит свое место, переставая истошно метаться туда-сюда.. Танька закатывает длинные рукава широкой кофты, что явно ей не по размеру. Это Саша любезно дал поносить. Иванова всматривается в приятную на ощупь ткань, немного оттягивая её от себя. Немножко потертая, но такая родная.. Отчасти скучную идиллию нарушает и сам Шишинин. Он сначала немного осторожно заглядывает в комнату. Увидев, что с Таней все в порядке, переступает порог уже более решительно. Взгляд его добрый, мягкий. А на губах играет слегка усталая улыбка. Карие глаза еле заметно метаются между Танькиным лицом и, собственно, предметом его гарбдероба. –И как же тебе, Танюшка, кофта моя идет.. - покачивает головой, улыбаясь уголком губ. –Ойй..Саш, - махает рукой Иванова, – сейчас засыпешь меня комплиментами и напрочь у тебя её заберу! -Таня расплывается в кривоватый улыбке. –Да, хошь, все разом забирай.. Мне для тебя ничего не жалко! - демонстративно вертит головой Шишинин, прикрывая глаза. –Учту..учту. - поджимает губы, слегка прищуриваясь. Александр подходит ближе, немного сокращая между ними дистанцию. –Я, кстати, чайник поставил. Сейчас вот-вот засвистит. -слегка на выдохе произносит Саша. –Прекрасно. Хоть погреемся немножко, а-то я, знаешь.. - Танька поворачивает голову в сторону Саши, – чето так замерзла.. –Пх.. -едва ухмыляется Шишинин, посмеиваясь, –как только умудрилась? Май месяц ведь на дворе. - широко улыбается. Иванова слегка ёжится. –Ну ничего, Танюшка, сейчас согреем. Брови Александра расслабленно вскинуты, глаза слегка щурятся от легкого желания вздремнуть. Саша садится на диван рядышком, практически вплотную. Обнимает нежно, но сила рук определенно чувствуется. Иванова полностью расслабляется, ощущая полный покой на душе. Прижимается к нему в ответ, мягко положив голову на плечо. –Мы прям с тобой как в том мультике, да? - немного наклоняется к Татьяне Саша. –Жмемся мы к друг-дружке, чтоб теплее стало.. да-да.. - Иванова мягко поджимает губы, поднимая на Шишинина спокойный, бренный взгляд. Становится заметно теплее. Минуту сидят, другую. Тане определенно такое времяпровождение наскучивает. –Ой, Сань.. чего мы просто так-то сидим.. Даже неинтересно..- немного хмурит брови. –А что ж ты предлагаешь, девочка моя? - расслабленно улыбается Саша, отчасти вскидывая брови, – ни гопак же в присядку нам с тобой плясать.. - смеется Шишинин –Хах.. ну-у, до этого-то нам с тобой далёко. Давай чтоль хоть в окно посмотрим. - увлеченно говорит Таня, тут же поворачиваясь к стеклу. Саша хмыкает, закатывая карие глаза. Приподнимается вместе с Таней, следя за её тонкой рукой, что хаотично показывает то в одну сторону, то в другую. –Ты смотри, машин сколько.. - немного распахивает глаза Танька,– это ж сколько тут жизней, сколько судеб.. и у каждого она своя, определенная, что ждет – непонятно.. –Уж не знаю, что там ждет их.. но нас вот завтра обжидает репетиция перед отчётником.. –Ах.. не романтик вы, Александр Владимирович, совсем не романтик.. - театрально качает головой Иванова прищуривая зеленые глаза и скрещивая руки под грудью. –И все-таки я им бываю, Танюш.. - поворачивается к Тане и пикает ей по носу пальцем, – но наверное только с тобой. - немного поджимает губы. Иванова немного краснеет. Легкий пунцовый румянец расплывается по щекам словно два красных мака. Таня отводит взгляд, слезая с мягкой поверхности. Ничего не говорит. –Я с тобой, Шишинин, ощущаю себя какой-то школьницей.. - не сдерживает улыбки, пряча взгляд, – вот честно.. -смеется, прищуривая накрашенные глаза. Темно-русые волосы немного падают на лицо. Иванова тут же убирает за ухо длинную и немного торчащую челку. –А я старшеклассником. Которому о поступлении думать надо, а он взял и по уши влюбился. Таня поднимает на Александра взгляд. –А тебе смущение, Сашенька, к лицу.. красный весь как помидор.. - Татьяна подходит ближе. Тянет вверх обе руки, убирая мелкие пряди коротких волос со лба и висков, что лишь отчасти спадают. За каждым её действием Шишинин наблюдает, не смея отвести взгляда. Берёт её худенькую холодную ручку в свою, от чего Таня словно обжигается. Поглаживает большим пальцем костяшки, после незамедлительно целует, мягко касаясь губами нежной кожи. Таня смеется, прикрывая лицо свободной рукой. Внезапно ощущает, как Шишинин хоть и мягко, но весьма навязчиво тянет её на себя. Одна его крепкая рука в один миг придерживает гибкую спину, другая располагается чуть ниже – на талии. –Мама.. просто змей-искуситель, Саш.. –Стараюсь, Танечка, стараюсь. Александр трепетно касается её губ своими. Делает это вновь, но уже более настойчиво и жадно. Иванова ведёт руками по его плечам, едва не растворяясь в моменте. Ведёт вдоль рук до самых предплечий. –О..а вот и чайник наш. Не прошло и года.. - немного отстраняется Саша, отвлекаясь на характерный звук, – пойдем, - слегка прикрывает глаза, – заодно и варенье откроем. –Пошли..пошли. - мягко кивает Таня. Шишинин пропускает её вперед. На кухне первым выключает свистящий чайник, разливая напиток по сервизным чашкам с золотой каемкой. Отодвигает деревянную табуретку, прежде чем Иванова сядет. Джентельмен, не иначе. Горячий чай лакомо разливается по животу. Шишинин вновь с любованием наблюдает за Таней. У той только и успевает мелькать десертная ложечка. До того-то, видать, ей полюбилось свежесваренное варенье. Саша расплывается в теплой улыбке, подпирая рукой отяжелевшую за весь муторный день голову. –Даже не знаю, за что мне дано счастье увидеть все это.. - ровно произносит, не отрывая от Ивановой глаз. –Глызина цитируешь? - смеется Танька, облизывая ложку и жадно отхлебывая чай. –Вынуждаешь.. - отпивает чай Саша, немного кивая.