Бойтесь желаний своих.

      Петуния Эванс всегда четко знала чего хочет в этой жизни. С самого детства. Она мечтала вырасти «приличной леди». Чтобы дом, как у родителей, «правильный» муж, который не обязан её любить, но должен нормально зарабатывать, достаточно для содержания дома и воспитания детей. Двоих. Обязательно мальчика и девочки. Мальчик должен быть похож на мужа и во всем ему подражать. Девочку же воспитает сама Петуния. Такой же «приличной леди».       А потом в жизни Петунии появилась магия. Магия, которой, как оказалось, обладала её младшая сестра Лили. Магия такая неправильная, чуждая идеальному миру маленькой Туни. И такая притягательная. Петуния начала завидовать сестре. Почему она, а не я? Именно этот вопрос бился в голове Петунии.       Начались ссоры с сестрой. И с родителями, которые приняли сторону младшей дочери. Если быть объективной, то правильно сделали, старшая вела себя неправильно. Но Петуния объективной быть не хотела. Ещё и заморыш Снейп, дружок Лили. Тоже волшебник! Вот он то чем лучше меня?! Новый вопрос в маленькой белокурой голове Туни.       Как говорится: «Бойтесь желаний своих». Петуния осознала эту истину на собственной шкуре. Было лето 1971 года. Они всей семьёй поехали на так называемую Косую аллею – магическую улицу, где можно было купить всё для учебы Лили в Хогвартсе (так называлась, как выяснилось, школа, где обучались маленькие волшебники и волшебницы).             Изначально Петуния не хотела ехать, но любопытство победило обиду.       И вот, примерно посередине процесса закупки всего необходимого для Лили, произошла ещё одна безобразная ссора между сестрами. Сейчас Туни уже и вспомнить то не могла из за чего. Но тогда это было важнее всего на свете. А ещё родители опять поддержали младшую. Жгучая обида, слезы в глазах и неимоверное желание оказаться где угодно, только не тут. Желательно подальше от семьи не понимающей её! И совсем идеально, чтобы в том месте колдовать могла и она.       А потом жар в груди, ощущение, как будто бы она падает и… Исполнение желания! Только как в большинстве сказок, исполнение с подвохом! Точнее с ПОДВОХОМ! Туни оказалась на какой то другой Косой аллее! Страшной! Очень страшной!!! Людей здесь не было совсем. Зато были чудовища! Много чудовищ!!! Как перепуганная девочка смогла от них убежать? Тайна! Как она смогла несколько недель прятаться по заброшенным домам? Загадка! Как она наткнулась на группу людей и с ними добралась до местного Хогвартса, единственного безопасного места на многие мили вокруг? Чудо!       Уже там Петуния узнала, что попала в другой мир! Процесс узнавания был весьма неприятен. Её допрашивали с использованием зелья правды и ментального воздействия, местные не могли сразу поверить в то, что говорила эта странная девочка. Но потом поверили. И Альбус Дамблдор директор Хогвартса, а по совместительству Министр магии, дал именно такое объяснение. И помимо перемещения в другой мир Петуния наконец то получила магию! Да, дар таки проснулся в девочке. Получите распишитесь, так сказать.       Мало чудес? Вот вам на закуску ещё одно. Для перемещения использовалась магия самой девочки. У неё произошел банальный магический выброс. Вот только энергии было мало и в ход пошла жизненная сила. Но она не постарела, а наоборот помолодела на 2 года!       Всё ещё мало волшебства? Пожалуйста, нам не жалко. Мир этот практически не отличался от родного мира Туни вплоть до начала 20ого века. Ну насколько это смогла оценить 13ти, а точнее уже 11ти летняя девочка (в школе Туни училась на одни отлично, так что историю знала хорошо). А вот в начале 20 века произошла Великая Катастрофа. Именно так с больших букв.       Некий злой волшебник Геллерт Гриндевальд, начав проигрывать в войне, развязанной им же, провел какой то темный ритуал. И обрёл невероятное могущество. Правда стал Личем – королём нежити. И вмести с ним в мир пришла некротическая энергия, превращающая всё до чего доберется и сможет поработить в страшных чудовищ. Начался самый настоящий апокалипсис!       Все, кто пережил первые несколько дней Катастрофы укрылись в Хогвартсе. Школа превратилась в настоящую крепость. Что с остальным миром – не известно. Так и началось выживание оставшихся людей. К которым и присоединилась в 1971 году Туни.       Естественно всё это узнала она не сразу. Сначала была истерика. Потом апатия. Ну и так далее. И только через несколько недель девочка взяла себя в руки. Петуния всегда была целеустремленной. И упорной, даже упрямой. Так что она приняла решение – выжить в этом мире, научиться волшебству и вернуться домой! Сюда то она как то попала!       Девочка взялась за учебу с остервенением. Училась каждую свободную секунду. А ведь помимо обязательного для детей обучение, ускоренного из за максимально сложной ситуации, были ещё и обязательные работы. Порой Петунья доводила себя до истощения. Но не прекращала поглощать знания. И добилась своего. Стала самой перспективной волшебницей среди сверстников и тех, кто был старше её на несколько лет.       А в 14 её приняли в Мародёры. Так называли отдельную группу волшебников. Их основной задачей были вылазки за стены Хогвартса с целью добычи информации, уничтожения наиболее активных монстров вблизи школы и добычи полезных ресурсов. 14 летняя девушка в их рядах казалась чем то невероятным. Но все знали, что это заслуженно.       Так прошёл ещё год. А потом армия некросов во главе с Личем осадили Хогвартс так, как никогда прежде. Это был первый раз, когда король нежити лично возглавлял войска монстров. Защитники замка стояли насмерть. Но он был обречён. Осознание этого давило на всех. Даже паники не было, лишь смирение с неизбежным. Тогда Дамблдор предложил остальным командирам уводить людей через тайные хода, а сам решил остаться, чтобы дать им время. Ведь его силы, с учётом «поддержки» замка, вполне хватило бы на это.       Но Петуния предложила другой вариант. В библиотеке однажды ей попался старый пергамент, в котором описывался забытый механизм. С его помощью директор Хогвартса мог уничтожить школу в случае захвата её врагом. Этот механизм внедрили в систему замка ещё Основатели. И естественно никто им до сих пор не воспользовался, а со временем он и вовсе забылся.       Петуния же предложила уничтожить Хогвартс вместе с Личем и частью его армии, когда они ворвуться в замок. Школа находилась на мощном магическом источнике, взрыв которого, теоретически, мог уничтожить Лича. Естественно кто то должен был пожертвовать собой. И Петуния предложила себя. У этого предложения были свои причины.       Во-первых, после уничтожения Хогвартса она уже не сможет вернуться домой. Девушка была уверена в этом. Ведь такая библиотека как здесь вряд-ли есть ещё где-то. Да и вообще не факт, что где-нибудь остались целые библиотеки.       Во-вторых, Дамблдор, который изначально хотел пожертвовать собой, нужен выжившим. Он сильнее любого другого волшебника. Мудрее. И опытнее. Уничтожение Хогвартса не гарантирует гибель Лича. А даже если он умрет, не факт, что сразу исчезнет некротическая энергия. Или она вообще не исчезнет. Так что такой сильный волшебник будет необходим выжившим.       В-третьих, даже спустя те годы, что она провела здесь, Петуния осталась чужой. Гонясь за знаниями и силой, она сама изолировала себя от окружающих. Молчаливая и нелюдимая – таков стал её характер. У девушки не было ни друзей, ни просто приятелей. Так что, как бы цинично это не звучало, её смерть не сильно опечалит других.       Ну и в четвёртых, девушка сдалась. Она не хотела себе в этом признаваться, но это был факт. Её поиски пути домой зашли в тупик. Перспективы были туманны. И она просто устала от взятого ритма. Дамблдор был против. Но большинство командиров поддержало кандидатуру Петунии. И смогли уговорить старого волшебника. Он, скрипя сердцем, снял с себя полномочия директора и передал их Петунии. Хогвартс принял её кандидатуру. Нет, девушка, по её же мнению, не обладала ни одним качеством, необходимым для принятия этой должности. Но замок был по своему разумен, во всяком случае так считала Петуния. И он был согласен с её решением.       Так или иначе, девушка осталась одна. Защитные контуры Хогвартса пали примерно минуту назад. А значит осталось не больше минуты до того момента, как в Большой зал ворвётся орда чудищ во главе с Личем. Девушка чувствовала их приближение. Но ей было всё равно. Люди уже покинули пределы замка, это она тоже чувствовала.       Девушка сидела в кресле директора, напряжённо наблюдая за входной дверью Большого зала. Перед ней на столе лежала раскрытая Книга Душ, в которой отображались ученики Хогвартса. Только это была не единственная её функция. Так же директор Хогвартса мог вписать в неё любой приказ или распоряжение и они становились законом в пределах школы. Петунья уже прописала необходимую фразу и поставила роспись с датой. Осталось только поставить печать, которую девушка сжимала в руке.       А ещё ей было страшно, что естественно. Умирать не хотелось. Во всяком случае умирать, так и не увидев сестру, чьи ярко зелёные глаза до сих пор ей снятся, не увидев родителей, чьи лица наоборот уже с трудом вспоминаются, и не извинившись перед ними всеми за то, как она себя вела тогда. Да она даже перед Снейпом готова была извиниться, хотя действительно считала его плохим другом для сестры.       Но девушка всё равно собиралась выполнить задуманное. Её ярко зелёные глаза, ставшие такими после переноса в этот мир и пробуждения магии, светились мрачной уверенностью. Уверенностью солдата, закрывающего собой пулеметный ДЗОТ, чтобы остальные смогли пройти.       Она даже смогла подготовиться, чтобы уйти с гордо поднятой головой. Сейчас на ней была броня Мародера. Черный кожаный доспех, естественно зачарованный, с закреплёнными на поясе двумя короткими мечами, тоже зачарованными. А также парадный плащ факультета Гриффиндор, на который её почему-то распределила Шляпа, хотя Туни сильно сомневалась, что обладает необходимыми качествами. Ярко алый, с вышитым на нём золотой нитью львом.       Немного портила картину внешность, но это не страшно и даже простительно. Да, она мелковат для своего возраста из за постоянных недоедания, стресса и переутомления. Да худа и жилиста. Да бледна, но такие все люди вокруг, ведь солнце уже очень давно скрылось за некротическими тучами, а в случае Туни бледности добавляли ещё и несколько сломанных в данный момент ребер, что безбожно болели. Да, её коротко остриженные волосы тусклы, повреждены от отсутствия ухода и находятся в беспорядке. Да, так как ещё час назад она стояла среди защитников Хогвартса и отражала атаки монстров, в нескольких местах доспех порван их когтями и там виднелась запекшаяся кровь, а лицо было покрыто сажей. Но сам образ то! Если ушедшие люди выживут и среди них найдется талантливый художник, то сможет нарисовать великолепную картину. Девушка даже немного улыбнулась этой мысли.       А в следующую секунду вздрогнула, потому, что двери Большого зала слетели с петель, впуская внутрь чудовищ. Впереди всех парил над землёй Лич. Скелет, несколько крупноватый для человека, завёрнутый в рванную мантию с капюшоном, из под которого всё равно был виден череп со светящимися потусторонне зеленым глазницами. И Петуния была уверена, что только что, несмотря на то, что по факту никакого выражения на «лице» этого монстра быть не могло, это самое «лицо» стало очень удивлённым.       Ещё бы, он летел на энергию множества людей (эту энергетическую иллюзию создало заклинание, оставленное Дамблдором и поддерживаемое самим Хогвартсом), а нашёл одну полудохлую девчонку. Да ещё сидящую в кресле директора, перед раскрытой Книгой Душ, с занесённый над ней рукой с директорской же печатью. Тут и тупой сообразит, что что то не так. А Лич был вполне умён. По своему, конечно, весьма своеобразно и извращенно, но умён. Вот только сделать ничего он уже не успел.       «Сдохни, Черепушка сраная – выплюнула слова Петунья, опуская печать на раскрытую страницу. И еле слышно добавила – мама… папа… Лили… Простите…».       Дальше всё вокруг заполонил яркий слепящий свет. Петуния же увидела перед внутренним взором глаза сестры. Ярко зелёные, озорные и такие добрые, даже по отношению к вредной старшей сестре. В следующее мгновение девушка почувствовала, что куда то проваливается.       В это время в другом мире в другом Хогвартсе наступил ужин. Ученики уже собрались в Большом зале, как впрочем и учителя. В воздухе стоял гул множества голосов, ведь никогда здесь не ели в полной тишине. Достаточно кому-то одному зашептать что то на ухо соседу, как тоже самое делал ещё кто нибудь и ещё кто-нибудь. А некоторые и вовсе разговаривали не стесняясь окружающих. Всё это и сливалось в гул, похожий на гул растревоженного улья.       Кстати по тону этого самого гула легко угадывалось настроение в Хогвартсе. Сейчас, например, это была радость. Последние экзамены были сданы как раз сегодня, а значит уже через неделю учащиеся разъедутся по домам. Конечно это означало разлуку с друзьями, но зато предвещало встречу с семьями. Да и разлука то совсем небольшая, к тому же некоторые и на каникулах будут видеться.       Конечно были бывшие семикурсники, которые уже не вернуться сюда (в статусе учащихся точно), они естественно были не так веселы, хоть и предвкушали взрослую жизнь. И то тут то там можно было увидеть учащихся разных курсов, не испытывающих радости по поводу окончания учебного года. Причины могли быть разными, но их грусть не влияла на окружающих, что делало их несколько одинокими.       Среди таких вот исключений оказалась перешедшая на 5 курс Лили Эванс. Что было странно для любого, кто её знал. Ведь девушка отличалась лёгким приятным нравом и вообще была та ещё болтушка хохотушка. Даже сейчас она улыбалась и легко общалась с окружающими. Но только единицы, знали, что это маска. Каждый год, в одно и тоже время, она грустила примерно 2 недели. На что у девушки была своя причина.       Нет, она естественно хотела домой, хотела увидеться с родителями, по которым успела соскучиться. Но так же дома её ждали грустные мысли о старшей сестре Петунии. Сестре, с которой она постоянно ссорилась в детстве, с момента, как открыла в себе дар магии. Ссорилась не по своей воле, любой, кто знал эту печальную историю сказал бы, что виновата старшая из сестёр. Вот только это уже не имело значения. Ведь Петуния пропала. Испарилась в буквальном смысле слова.       Произошло это когда Лили было 11. Они с семьёй были на Косой аллее. Случилась очередная ссора. Лили на всю жизнь запомнила этот страшный момент. Вот Туни стоит перед ней и родителями, сжав кулаки и сдерживая слезы. А в следующую секунду её обычно серые глаза неожиданно вспыхивают ярко зелёным цветом. Мгновение. И девочка исчезает во вспышке яркого света. Крик отца и вопль матери, слившиеся в единый протяжный звук.       Прибывшие на место авроры ничего не нашли. А вот невыразимцы справились лучше. Смогли определить, что это был магический выброс. Первый в жизни Петунии. Сильно задержавшийся и из за этого такой сильный. Настолько сильный, что пронзил саму ткань мироздания, отправляя девочку не то, что в неизвестное место, но и в неизвестный мир. Да, оказалось волшебники вполне согласны с теорией множества миров.       Так Лили лишилась сестры. За что корила саму себя. Нет, разум понимал, что она не виновата. Но. Сердцу от этого легче не становилось. Лили была бы рада извиниться хоть сотню, тысячу и более раз перед Петунией, даже не будучи виноватой, лишь бы сестра вернулась. Но не судьба. Родители перешептывались между собой, думая что Лили спит, о том, что возможно их старшая дочь уже мертва. И со временем убедили себя в этом. А Лили не могла! Она верила, что Туни жива!       Ровно через 10 дней должно исполниться 4 года с того ужасного дня. А ещё через 3 дня Туни исполнилось бы 17. Именно поэтому Лили была в подавленном состоянии. Но виду не показывала. Хотя было сложно.       Особенно если учесть, что её друг детства Северус Снейп всё сильнее увлекался темными искусствами, которые тайно изучал со своими дружками со Слизерина. И не хотел слушать подругу, пытавшуюся убедить его, что он выбрал неверный путь. Между ними постоянно возникали ссоры.       А ещё был Джеймс Поттер, который в начале этого учебного года почему то решил, что они с Лили обязательно должны быть вместе. Правда способ ухаживания выбрал мягко говоря странный. Повсюду кричал о своей неземной любви к рыжеволосой гриффиндорке, чем доставлял последней немало проблем. А ещё всячески пытался привлечь её внимание. В основном различными идиотскими выходками. Чем доводил девушку до белого каления. К тому же постоянно, вместе со своими дружками, называвшими себя Мародерами, цеплялся к Снейпу, который, несмотря на ссоры, всё ещё оставался лучшим другом Лили.       В общем, по мнению большинства учеников и части учителей, шансов у парня не было. Но он был уверен в обратном. Вот и сейчас, судя по многозначительным взглядам, бросаемым им на Лили, Поттер задумал очередную выходку. Девушка устало потерла глаза. Почему нельзя оставить её в покое хотя бы сейчас?       Вон друг Поттера, Римус Люпин, явно понимает, что не стоит её трогать. Но он, несмотря на то, что в общем хороший парень, слишком слабохарактерный чтобы остановить друга.       Зато Сириус Блэк слишком шумный сегодня и всячески пытается переключить внимание Поттера на себя. Если бы Лили плохо знала этого напыщенного придурка, то решила бы, что он делает это специально, чтобы отвлечь Поттера от Эванс и дать последней отдохнуть.       Лили тряхнула головой. Похоже она действительно переутомилась. Блэк заботящийся о ком то кроме себя? Бред же! Развить эту навязчивую мысль и ещё сильнее усомниться в своей адекватности девушка не успела. Ближе к выходу из Большого зала неожиданно сверкнула яркая вспышка сопровождающаяся громким хлопком.       Прямо из воздуха возникла человеческая фигура. Она пролетела несколько метров в сторону выхода из Большого зала, затем шмякнулась об пол и, по инерции, проехала ещё несколько метров, остановившись только после встречи головы с закрытыми дверьми. Той встречи, после которой воздух сотрясает громогласное «Бум», а люди, видевшие её, непроизвольно трогают свои головы, внутренне содрогаясь от осознания того, что это должно быть было чертовски больно.       Большой зал погрузился в тишину. Только преподаватели во главе с директором Дамблдором повскакивали со своих мест и бросились к месту событий, чтобы поскорее встать между незнакомцем или незнакомкой и учениками. Фигура тем временем полежала несколько секунд неподвижно, затем дернулась и издала болезненный стон.       «@#& - молвила она хриплым девичьим голосом».       Затем неизвестная перевернулась со спины на живот и, помогая себе руками, встала на колени. При этом она оказалась спиной к учителям и ученикам Хогвартса, демонстрируя ярко алый плащ с вышитым на нём гербом Гриффиндора. С явным трудом незнакомка поднялась на ноги, при этом движения выдавали её далёкое от идеального состояние. В процессе с её головы соскочил капюшон, являя миру коротко остриженные растрёпанных светлые волосы.       Лили прекрасно видела всё, так как оказалась максимально близко. От незнакомки её отделял только декан Когтеврана, полугоблин Филиус Флитвик. С его невысоким ростом мужчина никак не мог закрыть девушке обзор. Остальным ученикам, которые, как водится, вместо того, чтобы отойти на безопасное расстояние, постарались оказаться поближе (особенно гриффиндорцы), приходилось сложнее из за стоящих впереди. Кто то даже забрался с ногами на лавки, чтобы что нибудь увидеть. А Поттер и Блэк вообще взгромоздились на стол факультета.       Повисшую тишину нарушил директор Дамблдор, тактично покашляв. Только подобной реакции от незнакомки он вряд-ли ожидал. Мгновение и девушка стоит к ним лицом, правой рукой держа перед собой палочку, которой каким то невероятным образом уже наколдовала Протего, а левой наполовину вынув из ножен один из двух, как оказалось висящих у неё на поясе коротких мечей. Скорость, с которой она двигалась потрясала воображение.       Это была невысокая худая девушка лет 13-14 на вид. Одетая во вполне себе боевой кожаный доспех черного цвета. И явно недавно побывавшая в какой то передряге. На доспехе в нескольких местах виднелись повреждения, нанесенные, казалось, когтями какого-то очень крупного зверя. И судя по запекшейся крови пострадал не только доспех. На худом бледном лице девушки виднелось несколько ссадин. И пятна копоти, которая так же виднелась и на растрёпанных, коротко остриженные светлых волосах.       Незнакомка принялась быстро осматривать стоящих перед ней людей. И ей понадобилось лишь несколько секунд, чтобы дойти до Флитвика, а с него перевести свой взгляд на Лили, которая как раз с интересом рассматривала её. Их взгляды встретились. Лили почувствовала, как на секунду её сердце замерло, а затем начало биться с бешеной скоростью, рискуя в любую секунду выскочить из груди. Если внешность сестры сильно отличалась от того, что было раньше, то глаза Лили узнала сразу, несмотря на то, что их цвет сменился на ярко зелёный. Тем более, что в момент, когда их взгляды пересеклись, глаза эти распахнулись от удивления. Точь в точь как за секунду до исчезновения 4 года назад.       Петуния ожидала смерти, но похоже она куда-то переместилась. И перемещение оказалось не из приятных. Сначала Петуния почувствовала, что как будто бы падает. Затем её неожиданно дернуло в сторону. Возникло ощущение, как будто бы её тянет через какую то трубу. Притом весьма не гуманно. Но долго это не продлилось. Раз, и вот она уже летит головой вперёд. Два, падает, тоже весьма болезненно, на пол. Хорошо доспех зачарованный и смягчил падение. Три, она проезжает по инерции несколько метров и врезается головой во что то. Тут уже подстраховал зачарованный плащ, а точнее капюшон, не то быть сотрясению.       Несколько секунд девушка лежала на полу. Перед глазами всё плыло. А ещё болела каждая клеточка её тела. Издав стон, Туни матюгнулась и приняла попытку подняться. На удивление успешную, хоть и пришлось повозиться. И только выпрямившись она тупо уставилась на входные двери Большого зала. Двери, которые вроде как выбили чудовища. Большого зала, который, как и весь Хогвартс, должен был быть уничтожен взрывом и из которого её вроде переместило.       Вымотанная магически, физически и морально девушка соображала туго. Иначе Мародер 1 класса ни за что не стояла бы на одном месте перед дверьми, явно намекающими, что за спиной у нее целый зал. Но потрясение было слишком сильным. Однако тактичный кашель за спиной заставил тело работать не дожидаясь пока голова наконец то вернёт себе способность нормально думать.       Мгновение, и Туни уже развернулась, попутно выставив щит и вынимая меч из ножен. Правда увиденное заставило её замереть на месте, не предпринимая дальнейших действий. Перед ней действительно был Большой зал, но какой то другой. Светлее. Чище. С работающим зачарованным потолком, транслирующим вполне чистое вечернее небо. Но главное – стоящие перед ней люди!       Это совершенно точно ученики Хогвартса. Но точно так же они совершенно не из её Хогвартса! Явно не знающего ужасов войны. Почти все выглядят ухоженными, в глазах, сейчас направленных на неё, нет тревоги, только любопытство. Столпились и смотрят! Если бы сейчас у Туни отскочила голова, а на её месте вырос длинный стебель с острым шипом/копьём на конце, как у одного очень опасного монстра, жертв было бы много.       Стоящие впереди взрослые явно преподаватели. Ну эти хоть палочки достали, хотя всё равно, не смогли бы они всех защитить. Они должны были отогнать учеников. Стоп. Вот этот странный старик в ужасающе лиловой мантии ей кого то напоминает… Не может быть! Дамблдор?! Но почему он так странно выглядит? Стоп! А если это другой мир? Может даже её родной?!       Все эти мысли за мгновение пронеслись в голове девушки. Она почувствовала волнение. И быстро принялась рассматривать остальных. Женщина, похожая на профессора Макгонагалл, только проглотившую шест и страдающую несварением желудка, судя по выражению лица.             Толстый усатый мужчина, не вызывающий никаких ассоциаций. О! Командир Мародеров, Филиус Флитвик, не сильно отличается от того, каким он был в том мире, только одет не в доспех. И явно подготовлен так же, единственный из всех, кто не просто достал палочку, но и принял правильную позу, готовый действовать в любой момент.       А у него за спиной… Взгляд Петунии встретился со взглядом рыжей девушки, стоящей за полугоблином. И Туни почувствовала, как быстрее застучало сердце, к горлу подкатил ком, а зрение поплыло из за появившихся слез. Глаза напротив она была способна узнать в любой ситуации. Ведь они снились ей очень часто.       «Лили… - прошептала Петуния и покачнулась».       Шёпот был негромкий, но в звенящей тишине вполне слышимый. И рыжеволосая тут же бросилась к блондинке с криком «Туни!». Но Петуния этого уже не увидела. Измученное тело, решило, что здесь угроз нет и пора передохнуть. Разум, в целом, с ним был согласен. В глазах у девушки потемнело, и она начала заваливаться на бок. Последнее что почувствовала – как кто то подхватывает её, не дав упасть.