Без кофеина, но с заботой.

Твик стоял на пороге своего дома, дрожащими руками сжимая пустую термокружку. Его сердце колотилось так, словно пыталось вырваться из груди и убежать в Канаду. В голове звенело, мысли путались, но одна была кристально ясной и ужасающей. Они подсыпают. Мои же родители. В кофе. Он только что стал свидетелем разговора, который его мама и папа вели на кухне, думая, что он уже спит. Речь шла о «секретном ингредиенте», о «довольных клиентах», о «рецепте, доставшемся от дедушки». И всё это они засыпали в кофемолку вместе с зёрнами. Твик развернулся и побежал. Он бежал, не разбирая дороги, пока ноги сами не принесли его к знакомому синему дому с аккуратной лужайкой. Дом Крэйга Такера. Он почти не помнил, как постучал в окно. Как открылась створка и на фоне тёплого света комнаты появилось спокойное, невозмутимое лицо его… парня? Да, пожалуй, парня. Они никому не афишировали, но что-то между ними было. Что-то большее, чем совместные прогулки и молчаливое сидение на крыше. — Твик? — ровным голосом произнёс Крэйг. — Ты зелёный. И твоё лицо дёргается. Это новый тренд? — Кр-Крэйг, — выдохнул Твик, его зубы стучали друг о друга. — Они… они… кофе! Оно не простое! Крэйг поднял одну бровь, окинул взглядом взъерошенного и явно находящегося на грани истерики Твика, затем молча отодвинулся. —Залезай. Через секунду Твик уже сидел на кровати Крэйга, закутавшись в его тёплый плед с изображением «Ведьмака», и пытался связно изложить суть проблемы. Получалось плохо. Предложения обрывались, он постоянно вздрагивал и с тоской поглядывал на пустую термокружку. Крэйг слушал, не перебивая, лишь изредка кивая. Когда Твик закончил, в комнате повисла тишина. — Понятно, — наконец сказал Крэйг. — Твои родители — наркодилеры. И ты их главный клиент. Иронично. — Это не смешно! — взвизгнул Твик. — Я не могу это больше пить! Но я чувствую, что мне уже нужно! Смотри! — Он протянул Крэйгу свои дрожащие, как листья на ветру, руки. Крэйг внимательно посмотрел на трясущиеся пальцы, затем на своё запястье, где были часы. —Хм. Интервалы между подёргиваниями составляют примерно 0.8 секунды. Впечатляюще. — Крэйг! Помоги! — Твик чуть не плакал. Крэйг вздохнул. Он встал и вышел из комнаты. Твик уже подумал, что его бросили, но через пару минут Крэйг вернулся с огромной кружкой дымящегося чего-то. — Держи, — он протянул кружку Твику. Тот с надеждой ухватился за неё,поднёс к лицу и сморщился. —Это… что это? —Горячий шоколад. С зефирками. И корицей. Мама говорит, это успокаивает нервы. А нервы тебе сейчас успокоить надо, — невозмутимо пояснил Крэйг. Твик сделал глоток. Сладкий, густой, совсем не кофе. Но… приятный. —Спасибо, но… это не то же самое. Ломка будет ужасной! — Во-первых, это не ломка, а синдром отмены, — поправил его Крэйг, садясь рядом. — Во-вторых, мы с ним справимся. — Как? — с надеждой спросил Твик. — Научным методом, — заявил Крэйг. — Этап первый: отвлечение. — Он взял с полки игровую консоль и сунул один из джойстиков Твику. — Мы будем играть в «Приключения Снупи и Вудстока» до тех пор, пока твои руки не перестанут дрожать настолько, что ты не сможешь жать на кнопки. Они играли. Твик сначала проигрывал ужасно, постоянно промахиваясь мимо кнопок, но сладкий горячий шоколад и спокойное, уверенное присутствие Крэйга понемногу делали своё дело. Через час тремор стал чуть менее заметным. — Этап второй, — объявил Крэйг, когда Твик наконец-то прошёл первый уровень. — Замена привычки. Всякий раз, когда тебе захочется их кофе, ты звонишь мне. И мы делаем что-то другое. — Например? — с надеждой спросил Твик. — Например, идём смотреть, как поезда ходят. Или кормить уток. Или строить форты из подушек и ненавидеть общество вместе. Пункт «вместе» — обязательный. Твик впервые за этот вечер улыбнулся. Его лицо всё ещё дёргалось, но на душе стало светлее. —А… а этап третий? Крэйг посмотрел на него своими ясными голубыми глазами, в которых читалась редкая для него мягкость. —Этап третий — это я. Просто я. Здесь. Всегда. Пока тебе не станет лучше. И после тоже. Он не стал обнимать Твика или говорить пафосных слов. Он просто взял его всё ещё дрожащую руку в свою, твёрдую и спокойную, и крепко сжал. Твик почувствовал, как по его руке разливается тепло, которое не шло ни в какое сравнение с самым крепким кофе в мире. Оно было другим. Надёжным. Настоящим. — Спасибо, Крэйг, — прошептал он. —Не за что, — буркнул Крэйг, слегка краснея. — Просто логично. Если ты сойдёшь с ума или умрёшь от передозировки кофеином с допинг-примесями, мне придётся искать нового парня. А это очень энергозатратно. Гораздо проще тебя вылечить. Твик рассмеялся. И понял, что этот смех, эта рука в его руке и этот дурацкий горячий шоколад с зефирками — лучшее средство от любой ломки на свете.