Исправить грехи Мрака

Я может и был скучным человеком, не достаточно хорошим, не достаточно умным, но я никому вреда не причинял. Так за что он так со мной? … Ребра больно затрещали после пинка в бок, парень непроизвольно вскрикнул и скривился от боли и хныча, отполз в угол, безуспешно пытаясь стать меньше, скрыться. Тяжелые, мерные шаги нагоняли страх и всесокрушающий страх и чувство безысходности. Шершавая, как наждак, рука впилась в волосы, больно заломив голову назад. От следующего удара по щеке в глазах помутнело; казалось будто мозг отшибло. Отчаянные, слабеющие попытки оттолкнуть и прикрыться от ударов выходили жалко и бесполезно. Удар. Удар. И ещё один удар. Сознание уплывало, но новые волны боли возвращали его обратно. Будто специально не позволял ему потерять сознание, желая, чтобы парень прочувствовал всё –каждой клеткой своего тела– его силу, его абсолютное превосходство. Так продолжалось бесконечность. Время потеряло смысл.. минуты слились в часы мучительного кошмара, прерываемое короткими, обманчивыми обрывками передышек, когда он оставлял его в избитом оцепенении, чтобы потом вернуться и продолжать всё снова. И вот он снова душил его, когда тот в последнем отчаянном порыве попытался вырваться. Пальцы, сильные и сухие, как стальные прутья впились в его шею с новой нечеловеческой силой. В голове вспыхнула ослепительная белая вспышка паники. Боль нарастала, пульсируя раскаленными волнами, кровь гудела в висках, и казалось череп вот вот разорвется от распирающего дикого давления внутри. Большие пальцы душителя глубже вдавливаются к горло, окончательно перекрывая путь к воздуху. Сначала были попытки: он царапался, цеплялся за рукава, пытался кричать –но из горла вырывался лишь хриплый звук, сдавленный стон и просьба о помощи, который никто не услышит. Темнота наступала стремительно, поглощая края зрения, звук, и саму боль. Тело обмякло, став чужим и безжизненно тяжелым. Последней, кто покинула его, была судорога, пробежавшая по ногам и рукам, как далекий отзвук уходящей жизни. Веки не сомкнулись. Глаза, застывшие в немом ужасе, с расширенными зрачками, смотрели в никуда, отражая последнее, что они увидели, — лицо его убийцы. Мужчина прислушался. Теперь слышно было лишь приглушенное клокотание в груди под ним. И тихий щелкающий хруст. Тихий, очень тихий, но понятный. Хрящ. Под давлением пальцев он ломается. Царапающие его руки пальцы давно замерли, и перестали впиваться ногтями в кожу. Теплая пульсация под его пальцами исчезла. Он опомнился, разжал хватку. Глаза растерянно заморгали, глядя на безжизненное тело подростка. Потом он сощурился и раздраженно цокнул языком. –Переборщил.. – прорычал он негромко, больше самому себе. Азарт взял верх. Повисла удушающая, гнетущая тишина. Мужчина посидел так секунду и пошел покурить, беспечно махнув рукой. –Тело можно убрать и потом.

* * *

Кажется прошла вечность, тьма поглощала меня, я не чувствовал ничего, кроме разъедающей тоски. Мой разум медленно гнил в этой пустоте, удерживая на крючке лишь одно воспоминание: его лицо, и всепоглощающий страх и боль. Я тону в своих мыслях, я тону в этой тишине. Но вдруг– вспышка в конце туннеля вырвала меня из небытия. Парень вздрогнул, свет ударил по глазам заставив недовольно зажмуриться и скривиться. Но затем, в замешательстве распахнул веки. – Что за..? Он сидел на огромной, незнакомой кровати в роскошной спальне, нестандартной на вид. И он был.. цел? В голове пронеслась лишь одна единственная мысль. – «где я.?»