Бакудеку в армие

Гул моторов самолёта стихал, когда он плавно опускался на взлётную полосу военного аэродрома в Южной Корее. В салоне царила напряжённая тишина. Лучших учеников из Юэй выбрали для международной программы — совместной подготовки героев и армии. Среди них были и Изуку Мидория, и Катсуки Бакуго. Для многих это было событием, полным гордости. Но для них двоих — очередное испытание. — Неужели нас реально затащили в армию? — раздражённо фыркнул Бакуго, сидя рядом у окна. Его единственный бордово-красный глаз сверкнул недовольством. — Как будто у нас тренировок мало. Изуку неловко улыбнулся, но глаза горели любопытством. — Каччан, ну это же интересно! Мы сможем узнать, как тренируются солдаты, обменяться опытом… И это огромная честь, что выбрали именно нас! — Ха! — Бакуго резко дёрнул плечом. — Я и так лучший. Чему они меня научат? Другие ученики — Киришима, Яойорозу, Токоями и пара младших курсов — переглядывались, стараясь не вмешиваться в спор. Они уже привыкли: если рядом Бакуго и Мидория, тишины не жди. Самолёт приземлился. Ребята выстроились, и вот — первый шаг на чужую землю. Встречала их строгая колонна корейских солдат в камуфляже, с идеально выпрямленными спинами. Командир, высокий мужчина с холодным взглядом, вышел вперёд и чётко произнёс: — Добро пожаловать. С этого дня вы — не просто ученики, а новобранцы. Здесь нет «героев» и «звёзд». Здесь все равны. Запомните это. Бакуго тихо фыркнул, но промолчал. Изуку же, наоборот, почтительно поклонился. — Понял! — громко ответил он. --- Казарма оказалась строгой и холодной: металлические кровати, одинаковые шкафчики, серые стены. Никаких плакатов, никаких ярких цветов — будто само место заставляло забыть про личность. — Ууу, — простонал Киришима, бросая сумку на койку. — Вот это Spartan style! — Что ты хотел, подушки из облаков? — буркнул Бакуго, плюхнувшись на соседнюю кровать. — Терпи. Изуку аккуратно разложил свои вещи, оглядываясь. Внутри всё дрожало — от волнения и страха. Всё было так непривычно: строгие правила, ощущение чужой страны, ответственность. Но рядом был Каччан — и этого хватало, чтобы собраться. --- Первый день тренировок начался на рассвете. Едва прозвучала сирена, в казарме поднялась паника. — Подъём! — заорал инструктор, врываясь внутрь. — Три минуты на сборы! — ЧТО?! — рявкнул Бакуго, вскочив с кровати. — Я за три секунды оденусь, понял?! Все спешили, кто-то не мог найти ботинки, кто-то путал ремни. Только Изуку бегал, помогая другим: застегнул Яойорозу китель, подсказал Киришиме, где лежит фуражка. — Изуку, ты сам-то собрался? — удивлённо спросил Токоями. — Ой! — спохватился он и поспешно накинул форму. На плацу уже ждали десятки корейских новобранцев. Ровные ряды, идеальные стойки. И вот — японские герои-ученики выстроились рядом. Но, в отличие от военных, их линия была кривой. — Позор, — сухо бросил командир. — С сегодняшнего дня вы будете учиться дисциплине. — Да пошёл ты, — пробормотал себе под нос Бакуго. Но Изуку успел услышать и испуганно зашипел: — Каччан! Тише, пожалуйста! Нас же накажут! Бакуго усмехнулся: — Пусть попробуют. --- Тренировки оказались адом. Бег с полной экипировкой по жаркому полигону, подтягивания, отжимания, стрельба — всё в условиях, где никто не щадит. Героям казалось, что они сильны, но армия показала другую силу: силу дисциплины и выносливости. Изуку старался изо всех сил. Его дыхание сбивалось, руки дрожали, но он не сдавался. В голове звучало: «Я должен быть примером. Я — герой». Бакуго, наоборот, работал с бешеной яростью. Его тело выдерживало нагрузку, но он бесился, когда инструкторы кричали на него. — ВЫ НЕ КРИЧИТЕ НА МЕНЯ, Я И ТАК ВСЁ СДЕЛАЮ, УРОДЫ! — взрывался он. — БАКУГО! — раздался голос командира. — Десять кругов вокруг полигона! — ЧТО?! — Двадцать. Бакуго сжал зубы, но побежал. Изуку с тревогой следил за ним. Он знал: Каччан не сдастся, но и терпеть не умеет. --- Вечером, когда все валились от усталости, в казарме стояла тишина. Даже Киришима не шутил. Изуку сидел на своей кровати, поправляя бинт на руке — натёр от тяжёлого рюкзака. Рядом, молча, устроился Бакуго. Он выглядел вымотанным, но глаза всё равно горели. — Каччан… — тихо сказал Изуку. — Ты сегодня молодец. — Заткнись, Деку, — буркнул тот, но не резко, а устало. — Просто… завтра я сделаю лучше. Изуку улыбнулся. Ему нравилось видеть в нём не только агрессию, но и ту силу, которая всегда толкала их вперёд. --- Так прошёл первый день. Ученики Юэй столкнулись с армейской реальностью: строгой, холодной, беспощадной. Но именно здесь им предстояло понять — кто они на самом деле. Герои? Солдаты? Или что-то большее. И пока ночная тишина окутывала казарму, Мидория лежал, глядя в потолок. Он знал — впереди будут трудности, и, возможно, опасности. Но рядом был Каччан. А значит, он выдержит.