Уроки смерти от демона: Как пережить собственные похороны

Вам когда-нибудь доводилось кого-то хоронить? Как говорится: участие в чужих похоронах — репетиция своих собственных. Бха-ха-ха! Ну на своих похоронах вы, конечно, пока не бывали. Что ж, у вас всё ещё впереди. Не волнуйтесь, этот момент никуда от вас не уйдёт. Жизнь — вообще опасная штука: от неё болеют и умирают. Бха-ха-ха! Говорите, не знаете — каково это? Ничего страшного — я сейчас вам расскажу все подробности. Просвещу, так сказать, подготовлю к тому моменту, когда вы тоже будете покидать этот бренный мир. Ведь меня уже хоронили, так что мне прекрасно знакомы эти непередаваемые ощущения. Хотя, наверное, вы своих ощущений не запомните так хорошо, как я. Бха-ха-ха! Хммм… Извините за мой смех. Конечно, быть демоном — это совсем не то же самое, что быть человеком. У бессмертия, что и говорить, есть немало преимуществ, и мой юный контрактор постоянно эксплуатирует их в собственных интересах. Недавно в нашем поместье во время важного светского визита произошло одно убийство. И в его расследовании он определил мне далеко не самую приятную роль. Меня тоже должны были… убить. Да, просто-напросто убить, застав в момент обнаружения крайне важной улики. Юный граф послал меня на это задание с хладнокровием и безжалостностью истинного Цепного Пса королевы Виктории. Конечно, я безоговорочно повиновался ему — как повинуюсь всегда. Момент убийства я вряд ли могу назвать сладостным. Когда на вас нападают со спины и наносят вероломный удар кочергой навылет в самое сердце (во всяком случае, мой убийца совершенно точно целил в то место, где у обычного человека находится сердце) — словом, это малоприятные переживания даже для демона. Вот так меня убили и оставили лежать истекающим кровью… Вернее, я был бы совсем не против немного полежать в луже собственной крови и отдохнуть, но увы — покой мне не светил даже со смертью. Потому что мой отдых отнюдь не входил в планы юного графа Фантомхайв. И даже будучи «мёртвым», мне пришлось взвалить на себя множество проблем. Продолжать расследование, руководить слугами, параллельно притворяясь убитым. Это были совершенно безумные сутки. Но когда всё наконец-то осталось позади и тот, кого мой хозяин назначил быть козлом отпущения в этой истории, оказался в лапах Скотланд-Ярда, остро встал вопрос — как быть дальше? Я был мёртвым в глазах наших слуг, но не мог позволить себе и дальше оставаться в этом качестве. Мой контракт требовал постоянно находиться рядом с господином, оберегая его и продолжая неукоснительно выполнять свои обязанности. Словом, я должен был возродиться заново. Но для начала меня следовало похоронить. Так моё «оживление» выглядело бы более естественно… Бха-ха-ха! Чёрный юмор, говорите? Что ж, я всегда был его любителем. Лёжа в гробу, ожидая своего «воскрешения», я не мог не оценить иронию ситуации. Меня, демона, который видел рождение и смерть миров, похоронили, как обычного смертного. И не просто похоронили, а с соблюдением всех полагающихся ритуалов, с печальными вздохами и слезами. Гробовщик, этот странный тип с его вечным смехом, постарался на славу. На могильном камне он высек душераздирающую фразу: «Здесь покоится Себастьян Михаэлис. Достигни рая до того, как дьявол узнает о твоей смерти». Гроб был добротный, из тёмного дерева, с бархатной обивкой. И, конечно же, с колокольчиком. «Никто никогда в него не звонил», — сказал он с той своей жутковатой улыбкой. «Что ж, посмотрим», — подумал я. Потому что не собирался молча лежать в земле, когда юный господин отчаянно нуждался в моих услугах. Лежать в гробу — это, знаете ли, не самое приятное занятие. Темнота, тишина, запах сырой земли, белых лилий, покрывавших моё смертное ложе, и чего-то ещё… чего-то, что я не мог точно идентифицировать, но что определённо не относилось к моим любимым ароматам. Я чувствовал, как земля оседает на крышку гроба, как корни деревьев пытаются пробиться сквозь дерево. После смерти человек по-прежнему сохраняет связь с Землёй, но уже с маленькой буквы. Любопытно было наблюдать за тем, как природа медленно, но верно пыталась вернуть меня в своё лоно. Но я никак не мог ей этого позволить. Ни при каких условиях. Я слышал, как слуги прощались со мной. Бард и Финниан казались совершенно подавленными, Мэйлин всхлипывала, Элизабет вместе с принцем Сомой рыдали на шее у моего молодого хозяина, не подозревая, что именно он является тайным режиссёром этого спектакля. Затем наступила тишина. Долгая, гнетущая тишина. Я ждал. А потом решил, что уже хватит. В этот момент я почувствовал, как что-то внутри меня словно бы оживает. Это было похоже на пробуждение после долгого, глубокого сна. Я потянул за верёвку, и колокольчик наверху, рядом с моим могильным камнем, зазвенел. Я слышал, как слуги замерли. Их удивлённые возгласы, испуганный шёпот. «Если колокольчик звонит, это означает только одно — что он жив», — объяснил Гробовщик. Затем я услышал, как снова застучала лопата, откидывая с крышки гроба комки земли. Быстро, суматошно. Я почувствовал, как крышка поднимается, как свет проникает внутрь. И вот я увидел их лица. Ошеломлённые, испуганные, но в то же время полные надежды. Мэйлин, с широко распахнутыми глазами, прикрывала рот рукой. Финниан стоял, как вкопанный, с открытым ртом. Бардрой, с перекошенным от удивления лицом, выронил из зубов сигарету. Я сел в гробу, отряхивая с себя землю. Мой фрак, конечно, пострадал, но это мелочь. Лучезарно улыбнувшись, я сказал, обращаясь ко всем собравшимся у моей могилы, чтобы проводить меня в последний путь: «Наконец-то я выбрался отсюда». И с привычной вежливостью добавил: «Похоже, я немного затянул с возвращением…» И тут началось. Они все разом навалились на меня, обнимая так крепко, что я едва не задохнулся. Слёзы Мэйлин капали на мой фрак, но я не возражал. Финниан тоже подбежал и попытался обнять меня, но, видимо, забыв о своей силе, чуть не сломал мне рёбра. Бардрой, наконец, пришёл в себя и, к моему удивлению, тоже бросился ко мне, хлопая по спине с такой мощью, что я едва не упал обратно в могилу. «Мы думали, вы умерли, Себастьян!» — пролепетал Финниан, его голос дрожал от эмоций. «Да, мы так испугались!» — добавила Мэйлин, всё ещё обнимая меня. «Я же говорил, что он не мог умереть! Он же Себастьян!» — гордо заявил Бардрой, хотя я прекрасно помнил, как он сам рыдал над моим «телом». Я позволил им обнимать меня и радоваться моему «воскрешению». Это было даже трогательно: простые смертные, так искренне переживающие за своего управляющего. Они не знали, что я демон и могу жить вечно. Они просто видели во мне человека, с которым их так много связывало и который вернулся к ним из загробного мира. Мой хозяин, отсвечивая небесной синевы глазом, стоял спокойный и невозмутимый, словно для его дворецких самым обычным явлением было подниматься из могилы живыми и невредимыми. «Если захочешь снова туда залечь — обращайся», — сказал мне Гробовшик, лыбясь во весь рот и забрасывая на плечо лопату. А потом они все направились к особняку, оставив нас с моим контрактором стоять у могилы. Слуги, конечно, так и не поняли, как я «выжил». Но это и неважно. Главное, что мой господин доволен, а я снова на посту. Словом, ощущения от своих похорон я получил непередаваемые. И мой вам демонический совет: вы расставаться с этим светом не спешите. Потому что поглядеть на тот вы всегда успеете… Бха-ха-ха!