Не опоздать

Ее красота — это аксиома, не требующая доказательств. Факт, который признают все: одни — с благоговением, другие — с затаенной завистью. Улыбка Дженни способна заставить чужое сердце замереть, а взгляд ее темных глаз приковывает к месту, лишая дара речи и заставляя щеки гореть. А когда она поет, и ее тело подчиняется музыке с гипнотической, соблазнительной властью, любые сомнения исчезают. Ты просто попадаешь на ее орбиту, втянутый не силой, а самой неизбежностью ее таланта. Такова мировая суперзвезда Ким Дженни. Многие скажут, что она рождена для сцены, и будут правы. Но это лишь часть правды. За этим фасадом врожденного магнетизма скрывается титанический труд и жертвы, на которые ей пришлось пойти, отказавшись от обычной жизни ради мечты. Ее страсть видна в каждом движении, в каждой ноте, и никто не станет спорить, что корона по праву принадлежит ей. Я вижу ее отражение в зеркале гримерной, и каждый раз это похоже на встречу с чем-то неземным, заключенным в человеческую оболочку. Мой взгляд скользит по идеальной линии скул, по шелковистой коже, и я понимаю, почему объективы камер бессильны. Они ловят лишь образ, застывший момент, но не могут запечатлеть ту живую, дышащую магию, которую вижу я. Волосы струятся по плечам подобно жидкому шелку, меняя оттенки от воронова крыла до темного шоколада под светом софитов. Каждая прядь словно живет своей жизнью, но вместе они создают симфонию совершенства. Я провожу рукой по ним, и они послушно ложатся идеальными волнами. Эти губы... мне на них можно только смотреть, чувствуя мягкость лепестков розы. Визажисты говорят, что им почти не нужна помада - природный оттенок уже идеален. Но я знаю секрет: эта красота требует заботы, бессонных ночей масок и процедур, отказа от простых радостей ради сохранения того, что миллионы считают даром небес. Мне не выносимо видеть все это каждый божий день. Она действительно прекрасна, Дженни, моя Дженни.. Несмотря на то что она еще не знает этого, но я верю что однажды мне выпадет шанс наконец раскрыть свои чувства и показать ей всю свою любовь. А пока я всего лишь коллега? Участница той же группы, одна из четырех, но для нее - просто Лиса, с которой делит сцену, гримерки и бесконечные часы репетиций. Мы стоим рядом под ослепительным светом прожекторов, наши голоса сливаются в идеальную гармонию, но она не слышит, как сбивается мое дыхание, когда наши руки случайно соприкасаются во время хореографии. Рози и Джису что-то подозревают. Я вижу это в их взглядах, когда мой взор слишком долго задерживается на Дженни во время интервью, когда я невольно улыбаюсь, просто слыша ее смех за кулисами. Но они молчат, храня мой секрет, который и секретом-то назвать сложно. На сцене мы - единое целое, BLACKPINK, феномен, покоривший мир. Но за кулисами я теряюсь, когда она устало опускает голову мне на плечо в машине после концерта. Это просто дружеский жест, напоминаю я себе, сжимая кулаки, чтобы не обнять ее, не прижать к себе и никогда не отпускать. Я знаю ее лучше, чем кто-либо. Знаю, что она плачет от усталости в ванной отеля, думая, что никто не слышит. Знаю, как она сомневается в себе перед каждым выступлением, несмотря на всю свою уверенность на публике. Знаю, какой чай она пьет, когда болит горло, и какую песню напевает, когда счастлива. Но как сказать ей, что каждый совместный этап, каждая песня о любви, которую мы поем вместе, разрывает мне сердце? Что я вкладываю в каждую строчку свои настоящие чувства, обращенные только к ней? Все началось с того дождливого вечера в Сеуле, когда мы только дебютировали. Помню, как мы сидели вчетвером в тесной комнате общежития, уставшие после бесконечных тренировок, но глаза горели предвкушением. Тогда я еще не понимала, что эта девушка напротив, закутанная в огромный свитер и потягивающая горячий шоколад, станет моей сладкой пыткой на долгие годы. Первый тревожный звоночек прозвенел через несколько месяцев. Мы готовились к comeback, и Дженни репетировала свою сольную партию. Я зашла в танцевальный зал за забытой бутылкой воды и замерла. Она двигалась в полумраке, освещенная только тусклым светом аварийного выхода, полностью погруженная в музыку. В тот момент что-то сдвинулось во мне, словно тектонические плиты, меняя привычный ландшафт моего сердца. Я могла бы начать эту историю с того момента, когда поняла, что влюблена. Или с того дня, когда решила, что буду молчать об этом вечно. Но правда в том, что не было одного определенного момента. Это случилось постепенно, незаметно, как рассвет крадется в комнату - сначала едва заметная полоска света, а потом вдруг весь мир залит солнцем, и ты не можешь вспомнить, как жила в темноте. Может быть, стоит начать с сегодняшнего дня? С того, как я сижу в нашей гримерке, украдкой наблюдая, как она готовится к съемкам нового клипа. Рози болтает о чем-то с Джису, их голоса сливаются в привычный фон. А я... я тону в омуте собственных чувств, понимая, что больше не могу так продолжать. И это убивает меня.. День тянулся ужасно долго, суета на съёмочное площадке, стилисты бегающие за нами, пытаясь поправить недочеты в макияже, но радовало лишь одно, она. Дженни. Я могла бы наблюдать за ней часами. Представляя, как было бы прикоснуться к ее руке не случайно, не в рамках хореографии, а просто так. Переплести пальцы и почувствовать ответное пожатие. "Лиса, твой выход через пять!" - крикнул режиссер, вырывая меня из грез. Я встряхнула головой, пытаясь сосредоточиться. Профессионализм - мое спасение и проклятие одновременно. На камеру я могу быть кем угодно, но как только объективы отворачиваются, я снова становлюсь той, кто боится произнести лишнее слово в ее присутствии. Дженни подошла ко мне, поправляя сережку. "Нервничаешь?" - спросила она с той самой улыбкой, от которой мое сердце пропускает удар. Я лишь покачала головой, не доверяя своему голосу. Как объяснить, что я нервничаю не из-за съемок, а из-за того, что она стоит так близко, что я чувствую аромат ее парфюма? "Ты в последнее время какая-то тихая," - заметила она, и в ее глазах мелькнуло беспокойство. "Все в порядке?" Нет, хотелось крикнуть мне. Ничего не в порядке. Я разрываюсь между желанием сбежать подальше и потребностью быть рядом. Каждый день - это битва с собой, и я устала проигрывать. "Все в порядке," - наконец выдавила я из себя, отводя взгляд. Ложь давалась все труднее с каждым днем. Дженни нахмурилась, явно не поверив, но режиссер уже звал нас на площадку. Спасена звонком. Или нет? Следующие несколько часов прошли в тумане. Камеры, свет, дубль за дублем. Я двигалась на автопилоте, мышечная память вела меня через знакомую хореографию. Но когда пришло время для парной сцены с Дженни, что-то пошло не так. "Стоп!" - крикнул режиссер. "Лиса, где эмоции? Вы должны смотреть друг на друга так, будто между вами есть связь!" Ирония ситуации чуть не заставила меня рассмеяться. Связь? Если бы он только знал. "Давайте сделаем перерыв," - предложила Джису, заметив мое состояние. В гримерке я плеснула холодной водой в лицо. В зеркале отразились усталые глаза. Сколько еще я смогу так продолжать? "Эй," - мягкий голос Дженни заставил меня вздрогнуть. Она стояла в дверях, прислонившись к косяку. "Что происходит? И не говори, что все в порядке. Мы знаем друг друга слишком хорошо для такой лжи." "Все в порядке," - наконец выдавила я из себя, отводя взгляд. Ложь давалась все труднее с каждым днем. Дженни нахмурилась, явно не поверив, но режиссер уже звал нас на площадку. Я поспешила выйти из гримерки, чувствуя ее обеспокоенный взгляд на своей спине. Следующие несколько часов прошли в тумане. Камеры, свет, дубль за дублем. Я двигалась на автопилоте, старательно избегая прямого зрительного контакта с Дженни даже во время парных сцен. "Стоп!" - крикнул режиссер в очередной раз. "Лиса, ты сегодня какая-то зажатая. Давайте сделаем перерыв на обед." Я первой покинула площадку, направившись в дальний угол студии, где стоял стол с едой. Взяла салат, хотя есть совершенно не хотелось. Главное - занять себя чем-то, создать видимость занятости. "Лиса-я, ты не против компании?" - Джису опустилась на стул напротив, держа в руках тарелку с кимбапом. Я покачала головой, благодарная за ее присутствие. Джису всегда умела чувствовать, когда кому-то из нас нужна поддержка без лишних вопросов. "Помнишь наш первый клип?" - начала она, откусывая кусочек. "Мы так нервничали, что Рози три раза забыла свою партию." Я невольно улыбнулась воспоминанию. Тогда все казалось проще. Мы были просто четырьмя девушками с большой мечтой. "А помнишь, как Дженни застряла в сценическом костюме?" - продолжила Джису, и я не смогла сдержать смешок. "Стилисты минут пятнадцать пытались расстегнуть молнию." "Она так паниковала," - добавила я, на мгновение забыв о своем решении держать дистанцию. "Кто паниковал?" - Дженни появилась рядом с подносом, и мое сердце предательски екнуло. "Ты, когда застряла в том серебристом комбинезоне," - ответила Джису, подвигаясь, чтобы освободить место. Дженни рассмеялась, садясь между нами. Слишком близко. Я почувствовала тепло ее плеча и инстинктивно отодвинулась, делая вид, что тянусь за бутылкой воды. "Это было ужасно! Я думала, придется выступать в нем," - она повернулась ко мне. "Спасибо, что тогда помогла успокоиться." Я помнила тот момент. Держала ее за руку, пока стилисты возились с застежкой, шептала глупые шутки, чтобы отвлечь. Тогда это было так естественно. "Это было давно," - пробормотала я, уткнувшись в салат. Почувствовала, как Дженни напряглась рядом. Джису бросила на меня быстрый взгляд, но промолчала. "Девочки, заканчивайте! Через десять минут продолжаем!" - крикнул ассистент режиссера. Я поднялась первой, оставив салат почти нетронутым. "Лиса," - Дженни поймала меня за запястье. Ее прикосновение обожгло кожу. "Мы можем поговорить после съемок?" "У меня... у меня запись на студии," - соврала я, высвобождая руку. "Извини." Не оглядываясь, я направилась к выходу. Нужно было взять себя в руки. Профессионализм. Только работа. Ничего личного. Но почему тогда так больно?