Глава 29: Трое Против Убийцы
29 сентября 2025 г., 01:02
Кадзуто Киригая
(Кирито)
Я вошел в лабиринт закоулков. Воздух здесь был тяжелым, насыщенным едкой пылью и запахом машинного масла. Каждый разбитый кирпич, каждая тень — всё это было ловушкой. Я прижался к шершавой, холодной стене, чувствуя, как моя фигура сливается с мраком. Автоматчик вылетел из-за угла. У него не было времени целиться; он просто открыл огонь. Трр-трр-трр! Узкий проход наполнился яростным, ревущим звуком. Передо мной пронесся ливень оранжевых трассеров, раскаляя воздух. Мой фотонный меч вспыхнул изумрудно-зеленым пламенем. Я не блокировал — я стал вихрем. Клинок танцевал перед собой, разрезая траектории, и каждая пуля, коснувшись зеленого света, взрывалась фейерверком искр, не долетая до цели. Пока ошеломленный автоматчик пытался осознать, почему его стальной дождь превратился в бессильный салют, я рванул вперед. Я пронесся сквозь остатки дыма и пыли. В его глазах еще читалось замешательство, когда я оказался прямо перед ним. Кранч! Мой меч со свистом полоснул по стволу его автомата. Раздался резкий, ломающийся звук, и оружие разлетелось в синий полигональный дым. Автоматчик остался безоружным и открытым. — Прости, — прошептал я. Это была не игра. Это была работа. Следующий удар был чистым и безжалостным. Я направил меч в его туловище. Полигональная вспышка синего света ознаменовала его конец. Игрок рухнул среди обломков. Над ним появилось яркое, красное слово: МЕРТВ. Мой взгляд поднялся вверх, к вершинам зданий, где Райдер уже должен был начать подъем. — Теперь твоя очередь, Райдер, — сказал я тихо. В моем голосе не было ни страха, ни сомнения, только напряженная решимость.***
Асада Шино
(Синон)
Тишина была абсолютной и давящей. Я достигла предпоследнего этажа, и атмосфера здесь была другой. Недостроенное здание, голые бетонные плиты и арматура. Ветер выл в пустых проемах, но он не заглушал внутреннюю тишину. Я лежала, приникнув к винтовке, сливаясь с бетонной пылью. Мой аватар был неподвижен, но моё дыхание, как всегда, было идеально ровным. Я смотрела в свой оптический прицел. Сетка прицела была идеально центрирована на единственном входе на этот этаж — узком, черном квадрате дверного проема лестничной клетки. Это была идеальная позиция. Любой, кто попытается подняться сюда, будет открытой целью. У него не будет времени среагировать, не будет укрытия, не будет шанса. Один выстрел. Я ждала Райдера. Я знала, что Кирито уже занялся стрелком внизу. Теперь это была моя дуэль. Снайпер против хищника. — Ты думаешь, ты можешь удивить меня? — прошептала я про себя, чувствуя холод металла винтовки. — Ты думаешь, твоё безумие сработает против моего расчета? Я была готова к его непредсказуемости. Он был способен на всё — мог выскочить, мог метнуть гранату, мог просто бежать напрямик, как он уже делал. Но здесь, в этом узком проходе, у него не было места для маневра. Мой контроль был абсолютен. Мой палец лег на спусковой крючок. Я не чувствовала ни ненависти, ни страха. Только чистое, хищное ожидание. — Ты обещал мне, что не умрешь раньше, — вспомнила я его усмешку. — Я выполню это обещание. Я убью тебя сама. В прицеле, внизу, черный квадрат дверного проема мерцал. Это был последний шаг, который ему нужно было сделать. И я была готова встретить его.***
Владислав Иваненко
(Райдер)
Мой последний шаг заглох, утонув в бетонной пыли. Теперь единственным звуком был свистящий в арматуре ветер и шум крови в моих ушах. Я стоял вплотную к стене, прижимаясь к ржавому, холодному бетону. Прямо передо мной — дверная коробка. Черный квадрат, ведущий на предпоследний этаж. Идеальная линия огня. Она ждала. Я чувствовал её абсолютное спокойствие. Она знала, что это единственный путь. «Ну и что делать? — пронеслось в голове. — "Фокус", как на мосту, не сработает. Пристрелит. Блин, нажил же себе врага». Моё боковое зрение уловило спасение: маленькое окно — метр на метр — открытый путь на улицу. Я бесшумно подошел к нему и, пригнувшись, посмотрел сначала вниз, в бездну, а затем вверх. Там, снаружи, были несколько узких уступов — остатки строительных лесов, зацепившихся за бетонный каркас. Они были едва видны, но их было достаточно. "А вот и план." Я быстро, одним плавным движением перекинул ногу через нижний край проема. Моё тело прошло через узкое окно, и вот я уже повис на руках, подтянувшись к первому уступу. Я снаружи. Ветер ударил в лицо с новой силой. «Жди меня, Синон. Я иду к тебе», — подумал я с усмешкой. Мне нужно было подняться вверх, к её позиции. Осторожно, цепляясь за каждый выступ, как паук, я начал восхождение по вертикали. Я двигался против ветра, против гравитации, против всех ожиданий.***
Асада Шино
(Синон)
Тишина была натянута как струна. Мой палец лежал на спусковом крючке винтовки, а сетка прицела намертво фиксировала черный квадрат дверного проема. Я ждала. Ждала его непредсказуемого рывка. И тут... Кланк! — негромкий, но идеально слышимый в мёртвой тишине звук. Мой инстинкт сработал как пружина. Я отбросила винтовку, не раздумывая, и в долю секунды выхватила пистолет-пулемёт, резко разворачиваясь в сторону шума. Мой взгляд зацепился за источник звука: маленький, ржавый болт, который, ударившись о бетон, катился по полу и наконец замер. Отвлекающий манёвр. Невероятно глупо. И невероятно эффективно. Гнев затуманил мне разум на долю секунды. Он заставил меня отвернуться от единственного места, откуда он мог прийти. Я резко, с яростью, перевела ствол и взгляд обратно к дверному проему. Слишком поздно. Он не вышел из проема. Он пришёл сверху. Грохот его ног о бетон — единственный звук, который я услышала. Я подняла глаза. Он был там. Он соскользнул с арматуры, как тень, и приземлился в метре от меня. Он сорвался с арматуры, как хищник с ветки. У него не было времени на прицеливание. У него не было времени на раздумья. Он просто вывалился из пустоты, и его пистолет уже был наведён. Холодный ствол FN Five-seveN упёрся мне в лоб. Мой пистолет-пулемёт бесполезно смотрел в пол. Наши глаза встретились. В его — ничего, кроме холодной, сфокусированной ярости. В моих — чистый, нефильтрованный шок. Он победил. Без единого выстрела. Я проиграла не навыку, я проиграла отсутствию правил. Я проиграла его безрассудству. Ярость в его глазах не могла сравниться с его сфокусированной, ледяной волей. Он готов умереть. Он бесстрашен. Он не знает, что такое страх. Он не знает, что такое сомнение. А я? Я — великий снайпер, но я всё равно колеблюсь. Я по-прежнему вижу живого человека за прицелом. Мне по-прежнему нужен защитный барьер между реальностью и мной. Он победил меня на мосту, потому что заставил меня вспомнить тот день. Он победил меня сейчас, потому что воспользовался моей человеческой реакцией на угрозу. «Мне нужно стать такой, как он, — с обжигающей ясностью поняла я. — Не снайпером. Мне нужно стать бесстрашной. Мне нужен его холод. Мне нужен его контроль над этим хаосом. Только став такой, как он, я смогу по-настоящему преодолеть тот день». Его пистолет был нацелен на меня, но я смотрела не на оружие, а в его карие глаза, пытаясь увидеть там ответ, ключ к той силе, которой у меня нет. Мой голос был неожиданно ровным, хотя сердце билось, как пойманная птица. — Райдер, — сказала я, не отводя взгляда. — Как... Как мне стать такой же сильной, как ты? Это было не моление о пощаде. Это был требование, адресованное единственному человеку, который мог знать ответ.***
Владислав Иваненко
(Райдер)
Моя рука, державшая пистолет, дрогнула. «Сильной, как я? Серьезно?» — пронеслось в голове. Я смотрел в её глаза. В них не было страха, не было мольбы о пощаде. Только чистая, обжигающая жажда этой силы. Я медленно опустил пистолет. Звук упавшего на бетон ствола был громче выстрела. Я убрал оружие в кобуру на бедре. Она не двигалась, не воспользовалась моментом. Она просто ждала ответа. Я присел. — Тебе не нужно становиться такой же, — сказал я, и мой голос был тихим и уставшим. — Тем более таким, как я. Я знал, какая цена у этой силы. Это была цена, заплаченная кровью и одиночеством. Я носил её, как броню, но под ней была лишь незаживающая рана. — Это... это не та сила, которую ты ищешь, Синон, — продолжил я, избегая смотреть ей в глаза. — Ты — снайпер. Ты — расчёт. Моя сила — это хаос, а хаос рано или поздно уничтожит своего хозяина. Синон не отвела взгляда. Она была непоколебима. — Нет, Райдер, — сказала она, и в её голосе звенела сталь. — Твоя сила — это отсутствие слабости. Ты не боишься последствий. Ты не боишься смерти. Ты не боишься реальности. Ты смотришь на всё холодными глазами. Я знаю, что ты видишь за прицелом не просто игру. Ты видишь то, что видела я... там. Она сделала паузу, и её голос упал до почти неразличимого шепота. — Мне нужен твой холодный расчёт и твоя готовность идти до конца. Мне нужен твой метод, чтобы не проигрывать себе. Скажи мне. Как ты научился выключать... эмоции? Я смотрел на неё, и понимал: она отчаянно нуждается в силе, которая является моей тюрьмой. — Синон, понимаешь... — начал я. Кланк-кланк-кланк. Гулкие, тяжёлые шаги по металлической лестнице внизу. Звук, который мог означать только одно: кто-то поднимается прямо к дверному проему. Мы мгновенно среагировали. Всё, что было минуту назад — исповедь, ультиматум, вопрос о силе — исчезло, смытое потоком адреналина. Я резко повернулся к дверному проему. Мой FN Five-seveN мгновенно оказался в руке и был направлен на чёрный квадрат проема. Синон была ещё быстрее. Она одним рывком подхватила свой пистолет-пулемёт с пола, вскинула его и, припав к бетону, нацелилась туда же. Мы стояли бок о бок. Два хищника, застигнутых врасплох, но готовых к бою. — Это я, не стреляйте! — раздался знакомый, слегка раздражённый голос. «Да ну, опять,» — подумал я, раздражённо. Из дверного проема вышел Кирито. Он выглядел слегка потрепанным, но его меч был убран, а на лице читалось недоумение. — Кирито, блин, ты так и напрашиваешься на пулю, — сказал я, убирая пистолет в кобуру. — Я думал, ты займешься стрелком. Кирито сделал шаг в сторону, оценивая мою и Синон напряженную позу. Он усмехнулся. — Да ладно, ты бы и так промахнулся, — парировал он. — Стрелок мёртв. Можешь не благодарить. Он прищурился, глядя на нас обоих, его взгляд задержался на моём опущенном оружии и на Синон, которая всё ещё держала свой пистолет-пулемёт наготове. — А что здесь, собственно, происходит? У вас тут был слишком личный разговор? И почему ты стоишь, Райдер, как будто тебя сейчас самого отправят на респаун? — Синон, пристрели его, пожалуйста, — сказал я, обращаясь к ней, не отрывая взгляда от Кирито. Синон посмотрела на меня с недоумением. — Это что, шутка? — спросила она. Кирито, похоже, не испугался. Наоборот, моя фраза заставила его усмехнуться шире. — Да ладно тебе, Синон, — сказал Кирито, подходя ближе. — Он просто троллит. — Да чтоб тебя, — прошипел я. — Синон. Я понимаю, что между нами разногласия, особенно с Райдером. Но нам нужна твоя помощь, — сказал Кирито, поворачиваясь к ней, и его голос стал серьёзным. Синон убрала свой пистолет-пулемёт в кобуру. — Помощь? — Помоги нам остановить Дез Гана. — Чего? — сказал я на русском. Кирито и Синон посмотрели на меня, не понимая, что я только что сказал. Я подошел к Кирито, сокращая расстояние, чтобы Синон не слышала. — Ты там головой ударился, пока со стрелком разбирался? — прошипел я, глядя ему в глаза. — Ты ей только что сказал главную цель нашего расследования! Какого чёрта?! Кирито не отвёл взгляда. Его недоумение сменилось усталой решимостью. — Ты думаешь, у меня был выбор? — тихо ответил Кирито, повышая голос ровно настолько, чтобы Синон нас не услышала, но оставаясь при этом внезапно серьёзным. — Ты не хочешь с ней говорить. Ты не доверяешь ей. Но нам нужна её помощь. Ты видел, как она дерётся. Он указал взглядом на Синон, которая стояла неподвижно, ожидая, когда мы закончим наш напряжённый шёпот. — Мы не сможем справиться с ним вдвоём. Он уже знает про меня. И, возможно, знает про тебя. А про Синон он не знает ничего. И я не собираюсь играть с ней в загадки, когда на кону жизни реальных людей. Кирито наклонился ко мне ближе, и его слова стали ещё тише и резче: — Она наш единственный шанс. Я ей доверяю. Вопрос в том, доверяешь ли ей ты, или ты готов провалить расследование из-за своих личных счетов? — Здесь дело не в доверии или личных счетах. Что если Дез Ган убьёт её здесь на турнире, и она умрёт в реале? Ты об этом подумал? — прошипел я, чувствуя, как моё собственное прошлое, мои погибшие друзья из SAO, всплывают на поверхность. Кирито выпрямился, его глаза потемнели, но он не отступил. — Я подумал. Если она погибнет здесь, то, скорее всего, Дез Ган продолжит убивать в реале. Она рискует в этом турнире по своим причинам. Но если она поможет нам его остановить, то, по крайней мере, жертв больше не будет. Он посмотрел на меня с нескрываемой стальной волей. — Я не могу гарантировать ей безопасность. Ты не можешь гарантировать ей безопасность. Мы можем только дать ей шанс помочь себе и другим. А теперь выбирай: ты идёшь дальше один, рискуя, что она ударит тебе в спину, или ты берёшь её в команду, и мы удваиваем наши шансы? Я посмотрел на Синон, потом на Кирито. Я видел их обоих: она — сломлена и ищет силу, он — готов рискнуть всем ради "правильного" выбора. Я глубоко вздохнул. Это был вдох человека, который только что принял решение, которое будет преследовать его, если всё пойдет не так. — Черт с тобой, — сказал я, и мои слова прозвучали, как лязг затвора. — Но учти: если она из нас погибнет, это будет на нашей совести. Кирито кивнул, его взгляд был тяжелым и понимающим. — Знаю. А теперь, Синон, — Кирито повернулся к ней, его тон не допускал возражений. — У нас есть всего несколько минут, чтобы объяснить, почему мы здесь, и почему твоя жизнь теперь зависит от этого. — Это не имеет отношения к личным счетам, — начал Кирито, делая шаг ближе. — То, что я сейчас скажу, прозвучит как полный бред, но это реально. Он посмотрел ей прямо в глаза. — Человек, которого мы ищем в этом турнире, — его зовут Дез Ган. Он не просто игрок. Он убийца. Игроки, которых он убивает в GGO, — умирают в реальном мире. Синон замерла. — Несколько дней назад один из игроков, которого он убил, умер у себя в квартире. Райдер и я здесь, чтобы понять, как он это делает, и, главное, остановить его. Это не игра, Синон. Это охота на убийцу. Кирито указал в сторону города. — Мы не можем справиться с ним вдвоём. Он уже знает мой стиль, и, вероятно, он уже видел Райдера. Но ты... Ты наш единственный шанс. Ты лучший снайпер в этом турнире. Твоя винтовка может достать его там, где мы бессильны. Дез Ган не будет тебя ожидать. Он не будет знать, что ты теперь с нами. Кирито сделал паузу, его голос стал чуть тише, но не менее требовательным. — Я знаю, что между нами конфликт, и что Райдер тебя бесит. Но нам нужно отбросить это. Я не прошу тебя сражаться за нас. Я прошу тебя помочь остановить его, чтобы никто больше не умер. Ты в деле?***
Асада Шино
(Синон)
— Убийца. Слова Кирито врезались в меня, как пули, которых нельзя отразить. Это не могло быть правдой. Это Game Over для аватара, а не для человека в реале. Это VRMMO, это... Но я видела глаза Кирито. И я видела Райдера. Его внезапный гнев, его напряжение, его отчаянное предупреждение Кирито о том, что "один из нас погибнет". Вся его непредсказуемость, его готовность умереть на дороге, его холодное безрассудство... всё это не было маской. Это была реакция ветерана на реальную угрозу. «Значит, я искала силу у человека, который просто научился жить с этим реальным дерьмом», — промелькнуло в голове. Дез Ган. Убийство в игре, смерть в реальном мире. Это кошмар, который я знаю. Это почтовое отделение в новом обличье. Я пришла сюда, чтобы справиться со страхом перед тем днём, со страхом перед настоящим оружием и реальной смертью. И теперь передо мной стоит возможность использовать свою винтовку против реального убийцы. Моя цель только что изменилась. Я хотела победить Райдера, чтобы доказать себе, что я сильная. Но он был лишь символом того, что я искала. А Дез Ган — это сама суть моего страха. Это зло, которое нужно уничтожить, чтобы я могла жить дальше. Если я не смогу пойти на это, если я не смогу помочь, когда на кону стоят реальные жизни... тогда я никогда не стану сильной. Моё ружьё, моя Hecate II, — это не просто инструмент для игры. Теперь это оружие, которое должно защитить людей. — Я в деле, — сказала я, и в голосе не было ни дрожи, ни сомнения. Впервые за долгое время я почувствовала не ярость, а ясную, сосредоточенную решимость. — Говорите, что мне нужно делать.***
Владислав Иваненко
(Райдер)
— Уверена, ты можешь и умереть, — сказал я, и мои слова были не угрозой, а самой холодной правдой, которую я мог высказать. Синон даже не вздрогнула. Она посмотрела на меня, и в её глазах не было ни вызова, ни страха. Только железная ясность. — А ты, Райдер? — тихо спросила она. — Ты думаешь, что не умрёшь? Ты вышел на арену, зная, что за этим может стоять реальный убийца. Ты поднялся по этой стене, зная, что я могла тебя пристрелить. Ты постоянно рискуешь жизнью. Она сделала короткий, решительный вдох. — Говори, Кирито. Что я должна делать? Кирито кивнул, его взгляд был полон уважения к её внезапной решимости. Моё предупреждение провалилось, но я знал, что она больше не будет колебаться.
