Между судьбой и выбором

«Мстители славного американского штата Нью-Йорк», — неброский заголовок занял разворот свежего выпуска газеты. В кружке бодрящий кофе, за окном светило солнце, а в новостях не было ни слова о стихийных бедствиях или терактах. Благодать. — Только Наташа родом из России, — фыркнул Старк и, прихлебывая, перевел взгляд на соседнюю страницу. Владелец пронзительных голубых глаз посмотрел на него в ответ. Тони устало повел плечами и поставил кружку на газету, закрывая вид на «бравого защитника Америки». Разворот представлял собой сборник статей о каждом участнике «Мстителей», приоткрывая завесу в их недосягаемый мир. — А Тор вообще не с Земли, — Тони продолжал бубнить себе под нос, пробегаясь беглым взглядом по заметкам журналистов. На фотографиях мелькали лица товарищей, которые не раз прикрывали в бою спину. Сейчас же одного взгляда на них хватало, чтобы ощутить, как к горлу подбирается ком, а от обиды сводит челюсти. Тони уже и не помнил, когда в последний раз ощущал внутри подобную обиду. Используя достижения свободы слова и писательского ремесла на страницах газеты описывали главные свершения героической команды. «И все это уложилось в двадцать пять тысяч слов», — вздохнув, Старк потер переносицу. Головная боль стала частой гостьей, что не скрашивало и без того напряженные события, окутавшие его жизнь. Стоило мелькнуть на первой полосе слову «Мстители», как весь тираж раскупили за считанные часы. Откуда Тони об этом узнал? Дело в том, что главным спонсором выпуска был именно он — Железный Человек. «Или человек, которого поимела собственная команда», — на злобу уже не хватало сил. Усталость, хронический недосып и головная боль заменили Тони Старку команду в их отсутствие. «Кому-то придется вести себя по-взрослому, Роджерс», — вздохнул Старк, поднося ко рту кружку с уже остывшим кофе. И вновь взгляду открылся вид на точеный анфас Капитана Америка. Острые скулы, волевой подбородок и пронзительные глаза. Тони криво усмехнулся — на странице остались кофейные разводы от кружки. «Теперь ты не такой идеальный, да?», — сделав большой глоток, он вернул кружку на прежнее место. Как бы Тони Старку не противилась мысль о возвращении команды на родину, ему пришлось признать крах собственного упрямства. Мир нуждался в Мстителях. А «Заковианский договор», ставший камнем преткновения, со временем начал поддаваться корректировке. Благодаря целому штату юристов Старк на протяжении трех лет убирал неподобающие или абсурдные пункты соглашения, чтобы в конечном итоге получить вариант приемлемый для обеих сторон. Тревожным звоночком для Тони стал момент, когда он самолично занялся восстановлением образа Мстителей в глазах общественности. Заказные интервью с очевидцами подвигов Мстителей, статьи и публикации известных блогеров, — постепенно Тони удалось восстановить доверие людей к супергероям. Не говоря о бесконечной полемике с представителями ООН и личной неприязни к Таддеусу Россу. «Ладно, новая серия Хэппи Мил по Мстителям того стоит», — Тони сам не заметил, как его улыбка стала мягче. Откинувшись в кресле, он прикрыл глаза и вздохнул. Теперь возвращение беглых супергероев стало вопросов времени. Когда стервятники из ООН решатся на официальное подписание обновленной версии соглашения, Мстители явятся к их порогу (уж он проследит за этим). Тони останется протянуть им ручку и стать свидетелем краха своей гордости. Неоднократно прокручивая в голове события раскола, Старк осознал, что теперь во многом бы поступил иначе. Краеугольным камнем всей истории оставалась ложь Роджерса. Непостоянность не являлась пороком Тони Старка, потому спустя несколько лет он все также находил в себе силы презирать Капитана Америка. «Предатель сам себе убийца», — как говорилось в одной поговорке, — «Только хоть предатель и он, похоже глупец все же я…». Пока беглецы скрывались от правительства по дальним уголкам Земли, Тони Старк боролся за их независимость и свободу. Дело не в альтруизме или всепрощении. Просто Тони однажды осознал, что Земле еще не раз предстоит столкнуться с опасностью в виде инопланетных жаб или сумасшедших захватчиков. К личному сожалению Старка, лучшей альтернативы Мстителям пока не существовало. Вполне вероятно, что ООН разделяли эту мысль, благодаря чему спустя пару лет усердных переговоров и согласились на новую версию «Заковианского договора». Мудрец завещал, что один в поле не воин. Тони Старк с радостью пожал бы ему руку, потому что помимо разочарований жизнь наградила его неожиданными союзниками. На пути к перемирию рядом с ним встали удивительные люди, благодаря которым Тони смог осознать, — порой без дружеского плеча не обойтись. Одним прекрасным утром Тони проверял свою почту и заметил письмо от неизвестного отправителя, который представился «адвокатом супергероев» и порекомендовал свою кандидатуру для редактирования соглашения. На вопрос о причинах такого предложения незнакомец сослался на личный интерес. Так, благодаря знакомству с Мэттью Мердоком Тони задумался о ряде вопросов, которые напрямую касались деятельности супергероев, но никто из ООН их не выносил на обсуждение. Страховка? Пенсия? Заработная плата или хотя бы публичная демонстрация благодарности от государства? Старк понял, что именно деньги и связи являлись механизмом для существования Мстителей. Если бы он не спонсировал новое обмундирование и не возмещал ущерб после каждой миссии, то общественность взбунтовалась намного раньше. После встречи с Мэттом Тони убедился, что не только он сомневался в непоколебимости статуса супергероя. — А как же закон? — рассуждал Мердок, — Закон не может быть един для всех супергероев хотя бы по причине разного типа способностей. Кто-то становится супергероем будучи обычным человеком без сверх сил, а у кого-то случается геройский «бум» после укуса насекомого или большой дозы радиации. Для разных супергероев — разные законы. Линчеватель Адской кухни внезапно оказался среди тех, кому Тони доверил зачатки идеи о формировании отдела по делам супергероев. Решительность и прямота Мэтта покорила с самого начала их знакомства, не говоря о доверии, которое заслужил Мердок признанием своей побочной деятельности. — Но ты же слепой, — не унимался тогда Тони, без стеснения всматриваясь в темные очки Мэттью, пытаясь разгадать в отражении стекол его секрет. — Есть множество способов видеть, — ухмыльнулся Мердок. Тони рассмеялся. — Днем портишь жизнь плохим парням в суде, а ночью — на улицах, — Старк непроизвольно потирал пальцами бородку, — Думаю, ты мне нравишься. — Вау, — Мэтт не сдержал веселого смешка, — Первая встреча и уже признание. Да я сегодня в ударе. К столику подошла официантка, оставив расчетницу и сложенный лист бумаги, на которым тонким почерком был выведен номер ее телефона. Подмигнув, она зашагала к следующему столику, раскачивая бедрами. — От нее приятно пахнет, — верно истолковав молчание собеседника, произнес Мэтт и улыбнулся. Тони улыбнулся в ответ и пожал плечами. — На этом и закончим перечисление ее достоинств, — Тони вежливо соскочил с темы, оставив хорошие чаевые, и настоял на продолжении разговора в своем офисе. — Дам тебе прочесть итоговый вариант соглашения… Заметив мелькнувшее замешательство на лице Мэттью, Тони фыркнул. — Не переживай, у моего ИИ сексуальный голосок. Она зачитает вслух все что захочешь.

✧✧✧

С той встречи прошла неделя, но Старк до сих пор не отпускал идею о формировании специального подразделения помощи людям со сверхспособностями. — Звучит интересно, — согласился Мердок, когда Тони впервые поделился своими мыслями, — Однако в правительстве вряд ли одобрят подобную авантюру. Если у каждого супергероя будет личный штат адвокатов, как ими управлять? Ход мыслей нового товарища был очевиден, и Старк полностью разделял его опасения. «Чего стоило уговорить Росса и его гончих начать работу над новой версией договора», — раздражение накатывало каждый раз, стоило задуматься о вселенском мироустройстве. — Однако, уверен, мы с тобой что-нибудь придумаем, — с улыбкой добавил Мэтт и по-дружески похлопал Старка по спине. Между тем Тони всерьез раздумывал предложить Мердоку заняться его обмундированием. Костюм Сорвиголовы подходил Мэтту с точки зрения свободы движения, только Тони видел в нем множество изъянов, которые могут повлечь за собой тонну травм или, что еще хуже, смерть. — Надеюсь, ты не будешь против, если я предложу свою версию костюма, — однажды поинтересовался Старк и замер в ожидании вердикта. Мэттью ответил не сразу. Он задумчиво водил пальцами по металлической поверхности очередного костюма Железного человека. — Металл будет сковывать мои движения и сбивать ощущения пространства вокруг. — Так я и не предлагаю тебе залезть в металлический костюм, — тут же ощетинился Старк, — Если ты не забыл, это моя прерогатива. Мэтт рассмеялся и развернулся к собеседнику. — Что ж, тогда я буду рад опробовать ваш вариант, Мистер Старк. В то мгновение Тони впервые подумал, что у Мэттью Мердока обезоруживающе красивая улыбка. Это настолько сбивало с толку, что Тони наконец понял, почему в день их первой встречи официантка так вызывающе поглядывала на Мэтта. — Поверь мне, ты не пожалеешь, — пообещал Тони и в тот же день принялся за работу. К слову, основа костюма Сорвиголовы очень походила на внутренние подкладки костюма Капитана Америка. Когда перед глазами замелькали голограммы с разработками, которые Тони когда-то хотел предложить Стиву, сердце неприятно защемило. — Хоть где-то пригодится, — ворчал Старк, пока переносил разработки в новый файл. Когда при следующей встрече Тони затащил Мэтта в свою лабораторию, тот долго оглаживал поверхность нового костюма. Старк с замиранием сердца наблюдал, как его пальцы скользили по швам, как он надавливал на внутреннюю подкладку, прощупывая каждый сантиметр ткани. — Тони, это потрясающе…, — восхищенно выдохнул Мердок и улыбнулся. Его губы растянулись в той самой обезоруживающей улыбке, от вида которой Тони задумывался о посещении врача-травматолога. Ведь его колени не могут подкашиваться из-за простой улыбки, верно? Когда Мэттью начинает стягивать с себя водолазку, Тони проглатывает рвущийся вздох и хватается за край стола. Потому что зрелище перед ним вызывает внутри странный трепет, а перекаты мускулистого тела при движении — нарастающий жар. — Удивительно, — Мердок натягивает новый костюм и улыбается так, словно его навестил Санта Клаус, — Ты идеально угадал параметры. Я думал, что понадобится какая-то примерка, подгон… Знаешь, как в ателье. Старк удовлетворенно хмыкает и скрещивает руки на груди. — У меня хорошо наметан глаз. Я разрабатывал не один костюм для супергероя, помнишь? Мердок смеется, и от этого на его лице образуются небольшие ямочки. Тони считает их очаровательными.

✧✧✧

Ко всеобщему удивлению в правительстве со значительным перевесом голосуют «ЗА» инициативу Старка по созданию отдельного подразделения, ведающего законами вокруг супергероев. Тони выходит из зала заседаний, ощущая оторопь. В груди будто поселился рой мотыльков, чьи крылья щекотали его изнутри, подстегивая мозг выдавать все больше идей для нового подразделения. — Не верю, что они согласились, — при встрече произнес Мердок. Он сидел в кресле посреди лаборатории, активно пережевывая картофель фри. — Могу ущипнуть, — подмигнул Старк, тут же одергивая себя за бессмысленное действие. — Тебе только дай волю, — Мэтт громко хохотнул и Тони не удержался от ответной улыбки. В последнее время только присутствие Мердока заставляло его ощущать внутреннюю легкость. Рядом с ним Тони не вспоминал о Мстителях или проклятом договоре, который обсуждали по сей день. С Мэттью он становился самим собой. Типичным Тони Старком, который сутки на пролет изобретает костюмы и примочки для супергероев, поедая тонны «читос». Длительное время Тони размышлял о причинах своей привязанности к Мстителям. Вскоре ему пришло осознание: его зависимость коренилась не только в любви к людям, разделившим с ним опасность, но и в самом действии — анализировать данные, разгадывать чужие замыслы и планировать свои шаги, чтобы одолеть противника. Ощущение триумфа, шум в голове во время полета и невероятные дозы адреналина, — все это захватило Старка, навсегда связывая с опасной, но захватывающей ролью супергероя. Оказаться во главе целой организации, которой предстоит выстроить отдельные законы для супергероев, стало для Тони отдушиной. Он упоенно окунулся в работу, порой забывая про сон. Штат адвокатов под его началом разрабатывали аналог уголовного кодекса для «людей и существ, наделенных навыками, которые в определенных рамках могут считаться суперспособностью». — В определенных рамках? — задумчиво повторил Мердок, пробуя слова на вкус. — Странная формулировка? — Немного, — кивнул Мэтт и присел рядом с Тони, — Нельзя забывать, что потребуется разделение законов и уголовной ответственности для человека без суперсилы, но с определенными навыками, и для человека, обладающего так называемой суперсилой. — Как же сложно, — Тони вздохнул и потер глаза, ощущая под веками скопившуюся усталость. — Ты заново переоткрываешь Америку, Тони. Но когда закончишь, уверен, твое имя войдет в историю юриспруденции. — Звучит угрожающе, — прыснул Старк и закрыл лицо ладонями. Вот уже пару долгих недель в окружении одних только адвокатов и знатоков законодательства Тони изучал, предполагал и анализировал возможные ситуации, в которых могут оказаться супергерои. Его настолько поглотила работа, что в день, когда поступил звонок от Росса, Тони не сразу понял, о чем тот ему толковал по телефону. Когда прелюдия из вежливо завуалированных предупреждений закончилась, Росс на какое-то время замолчал, а затем сообщил, что беглецы подписали новый вариант договора и готовы вернуться в лоно своей страны. С нескрываемым пренебрежением Старк поблагодарил генерала за оказанное внимание и сбросил звонок. Ему потребовалось около десяти минут, чтобы в голове окончательно улеглось сказанное Россом. Когда же момент осознания настал, Тони вскочил на ноги и с придыханием выругался. После бесчисленных заседаний, переговоров и угроз со стороны Росса, Старк уже и забыл, ради чего изначально стал бороться за новую версию договора. В какой-то момент Тони продолжал схватку с правительством из гордости и нежелания проигрывать. Сейчас, оказавшись в числе победителей, он неожиданно понял, что никогда по-настоящему и не одержал бы верх в этом столкновении. Ведь его вновь опрокинут вниз в то же мгновение, когда бывшие товарищи переступят порог базы. Слабость — вот, что Тони Старк презирал в людях, но больше всего в самом себе. Особенно ужасным для него стала бы жалость, которую он обязательно увидит во взгляде Роуди или Пеппер, когда они узнают новости о чудесном возвращении команды. Больше всего пугала мысль, что слабость он проявил намеренно. Ведь от одного взгляда на точеные скулы бравого символа Америки до сих пор хватало, чтобы вызвать у него аритмию.

✧✧✧

Больше всего в себе и в людях Тони Старк ненавидел слабость. Да-да, это мы уже слышали, но в случае с Тони, подобное можно повторять постоянно. Может, поэтому, он так возненавидел Капитана Америка, который стал причиной не просто слабости, но и психологической ампутации собственного достоинства и гордости. Еще никогда Тони Старк не ощущал себя столь униженным. Не смотря на тот факт, что в рамках общих обстоятельств, он явно одержал верх. Вокруг здания, куда вскоре подъедет машина со всей командой, казалось столпилось пол города. После поэтапного и аккуратного восстановления репутации супергероев общественность проявила особое рвение на этапе возвращения некогда беглых преступников. Поддержать Мстителей пришли все: журналисты практически прорывали грудью ограждающие ленты, фанаты вопили от восторга, выкрикивая имена любимых героев. Краем уха Тони слышал и свое имя, звенящее в толпе, но вместо ликования ощущал разрастающуюся пустоту. На место обиды или злости пришло осознание, что лично его от этой встречи ничего хорошего не ждет. Ему еле удавалось не поддаться желанию сбежать, закрыться в мастерской и позвонить Мэтту, чтобы тот рассказал что-нибудь забавное с очередного заседания. Наконец стали подъезжать машины. В начале вышла целая делегация правозащитников, занимавшихся отстаиванием интересов Мстителей, а затем под свет прожекторов стали выходить и сами герои. Первым вышел Стив в безупречном образе Капитана Америка, за ним Наташа, Сэм и остальные. Выбивать отдельную сделку пришлось для Клинта — тот окончательно решил завязать с супергеройской деятельностью и в этот самый момент наверняка наблюдал за всем по телевизору в объятиях красавицы-жены. Вопрос о безопасном пребывании Зимнего Солдата на территории до сих пор остро обсуждался, и потому Тони точно знал, что в ближайшее время лицо Баки не увидит. Хотя бы эта новость скрасит ему и без того испорченный вечер. Нежелание встречать товарищей по команде настолько ярко горело в его глазах, что во время обсуждения мероприятия возвращения героев Росс не смог удержаться и не напакостить. Все в совете согласились, что самым уместным сопровождающим Мстителей мог быть только Тони Старк и никак иначе. Ну конечно. Кто же еще, верно? Этот фарс не должен был продолжаться дольше пары часов, но и этого оказалось достаточно, чтобы Тони ощутил фантомный приступ паники. Когда их со Стивом взгляды пересеклись, ему хотелось завопить, но вместо этого Тони ослепительно улыбнулся и пожал протянутую руку. Сбоку прозвучал гул щелчков фотоаппаратов, а от количества вспышек Тони на миг прикрыл глаза, радуясь, что все же надел очки. — Мистер Старк, — Роджерс кивнул ему в знак приветствия и неуверенно улыбнулся, вставая рядом для фото. Даже просто находясь рядом Тони чувствовал исходящий от него жар. Но вместо терпкого волнения, которое раньше возникало от пребывания рядом с символом Америки, теперь Старк переживал нечто среднее между панической атакой и тошнотой. Такое бывало нечасто, но именно в эту секунду Тони Старка раздражало собственное умение в любой ситуации держать лицо. Было бы куда забавнее, если бы он при встрече с товарищами запачкал завтраком ботинки Капитана Америка. Хоть посмеялся бы над заголовками газет. Похоже остальные разделяли его чувства — ни один не попытался последовать за ним или даже позвать по имени, когда они наконец скрылись внутри здания и разошлись. Мстители отправились на закрытое интервью с представителями ООН, а Тони Старк… Что ж, он только что получил оповещение о госте на своей вилле. По камерам было видно, как Мердок прогуливался по залу, ощупывая мебель и явно разговаривал с Пятницей, вызвавшейся развлечь гостя до прибытия Тони. На удивление многих Старк был чудесным хозяином и потому поспешил домой, впервые за сутки ощутив легкость.

✧✧✧

— Уверен, ты выглядел великолепно, — с порога Тони ожидал комплимент, на что он тихо рассмеялся. — Вообще-то, я всегда выгляжу великолепно, дорогуша. Мэтт улыбнулся и повернулся к нему. Порой Тони казалось, что тот вовсе не слеп, а просто разыгрывает его, ведь даже не смотря на эти черные очки и вспомогательную трость Мердок проявлял чуткость там, где даже сам Тони отмахивался. Еще какое-то время он продолжал стоять напротив Мэтта и глядеть на него, ощущая, как с каждой секундой на сердце становилось все легче. — Дай угадаю, на тебе черный костюм? Тони не сдержал усмешки и начал стягивать пиджак, направляясь к стойке. — Не угадал? — констатировал Мэтт. — Серый? Еще какое-то время он перечислял различные цвета, которые обычно имели официальные костюмы, пока в какой-то момент Тони не протянул ему стакан. — Виски, два льда. Мэтт принял стакан и улыбнулся еще шире. Порой его улыбка сводила Старка с ума — эти ямочки и аккуратная щетина вокруг тонких губ оказывала на него гипнотический эффект. Еще хуже, что он прекрасно понимал — Мэтт пришел сегодня поддержать его, а эта глупая угадайка с цветом костюма предназначалась скорее для самого Тони, чтобы он наконец расслабился. — Ты действительно не видишь цвета? — все же решил уточнить Старк, наблюдая, как Мэтт медленно потягивал виски. — Это можно назвать аурой, если хочешь, — он пожал плечами и развернулся лицом к Тони, — Даже у человека она есть. — И какая же у меня аура? Мэтт замолчал и долго глядел в его сторону. Не смотря на тот факт, что Тони знал о его слепоте, он все равно буквально физически ощущал его взгляд на себе. — Теплый, — наконец заговорил Мэтт, чуть наклонив голову в бок, — Яркий. Сочный… И, пожалуй, немного грустный. — У грусти есть аура? — усмехнулся Старк. — Ты бы удивился, насколько удивительный мир я вижу каждый день, — мягкий голос Мердока успокаивал. Слушая его, Тони не мог сдержать улыбки. Спустя время он обнаружил себя сидящим с Мэттом на диване. Они говорили о какой-то ерунде: о том, какая аура бы была у Халка или можно увидеть ауру человека по телевизору. С присущим терпением Мэтт отвечал на, казалось бы, детские вопросы Тони, в глубине души радуясь, что смог своим присутствием смягчить горечь сегодняшнего дня. Когда же стакан Старка опустел, а его голова начала клониться вниз, Мэтт аккуратно уложил его на диван, на котором они проговорили практически всю ночь. Отставив стаканы на столик, он еще какое-то время смотрел на Старка, наслаждаясь исходившим от него спокойствием. Улыбка расплылась сама собой, когда он провел кончиками пальцев по вороту рубашки. — И все же черный. Уверен, ты был великолепен. — прошептал Мэтт. Он испытывал смешанные чувства, находясь в компании Старка. Это был не человек, а самый настоящий вихрь — одним своим видом он вызывал ужас, трепет и желание молить Бога о милосердии. Впервые написав Старку, Мердок не рассчитывал, что станет проводить столько времени в его компании. Этот человек заполнил собой всю его жизнь. И если по началу Тони Старк больше раздражал и вызывал своими действиями непонимание, то спустя время Мэтт ловил его на постоянной внутренней борьбе. Каждый раз, когда речь заходила о Мстителях и новых условиях договора, Старк испытывал сердечную боль. Мэтт отсчитывал скорость его сердцебиения и постоянно переживал, не сляжет ли он посреди зала с инфарктом. Сейчас Мэтт инстинктивно прислушивался к чужому ритму, отслеживая скорость сердцебиения. Знакомый пульс звучал на сей раз по-особенному, ведь и сам человек стал для Мэтта значить больше, чем ему бы хотелось. Ему не хотелось признавать свои чувства. Возможно, то была лишь симпатия, из-за признания которой он рисковал разрушить то, что так долго строил. Тони Старк — человек, который всегда казался недосягаемым, с неукротимым чувством юмора и непреклонными убеждениями. При этом внутри он был уязвим, словно раненый зверь, и именно это привлекло внимание Мэтта сильнее всего. Мэтт прикрыл глаза, ощущая, как внутри все борется между желанием приблизиться и страхом быть отвергнутым. Он никогда не был хорош в признаниях. Его чувства — это тихий шепот, который он прячет за маской спокойствия, даже перед самим собой. — Тони…, — прошептал Мэтт и взглянул на задремавшего рядом мужчину. Тони явно ощущал себя в его компании открыто, порой демонстрируя внезапные признаки доверия. Сам факт, что он уснул рядом с ним, говорил об определенном уровне репутации между ними — это неожиданно польстило Мердоку и в то же время взбудоражило. Протянув руку, Мэтт мягко провел по его лицу, очерчивая скулы. Он ощущал под пальцами мягкую кожу, тонкие морщинки и немного колючие волосы бороды — за эти годы борьбы с правительством и общественным мнением в прическе Тони Старка наверняка появилось пара седых волос. Внезапно Мэтту захотелось узнать, подкрашивал ли Тони волосы или оставлял как есть? Почему-то в его фантазиях с редкими седыми волосами и морщинками-лучиками Старк выглядел очаровательно. Может оттого Мэтт продолжал касаться его, желая запечатлеть в своей голове этот спокойный образ. Возможно он признается ему в тех чувствах, что бурлили в нем каждый раз, стоило оказаться рядом. Возможно, Тони воспримет его слова с улыбкой. Нет. Мэтт отчего-то уже заранее знал, что Тони примет его признание. Не только из-за собственной самоуверенности. Скорее от тепла и ритма сердца, которые Мердок улавливал в Тони при каждой их встрече. Мэтт знал, что впереди их ожидали трудности и сомнения, которые им придется перебороть. Но сейчас он сидел рядом с Тони, ощущая, как его сердце билось в такт с чужим. Пусть он боялся, путь не был до конца уверен, но Мердок знал — он уже не сможет жить без этого вихря, без этого человека, что пересоздал его мир с нуля.