Тёмные паруса

Эндрю и Йорг с детства мечтали уйти в море. Эндрю с детства был спокойным ребёнком, но взрослея, иногда любил устроивать шалости, потому что ему нравилось внимание которые он получал. Йорг же, напротив, с ранних лет отличался своим и пакостливым нравом, но взрослея становился неуверенее в себе, из-за этого он очень хотел доказать что он не боиться. Йорг учился дома, изучая «Навигаторское дело», а Эндрю не отставал — занимался боевыми искусствами, хоть и на любительском уровне. Мечта Эндрю, была стать самым популярным пиратом в мире. Мечта Йорга, стать лучшим стрелком в мире. Когда они повзрослели, стало ясно: жизнь в лавке или на складе — не их судьба. Тогда друзья решились на план — украсть корабль. Они стояли на небольшой возвышенности, среди кустов, где когда то играли в детстве. — Мы выяснили: небольшой торговый корабль приходит раз в три недели — в понедельник, среду и воскресенье, — внимательно проговорил Йорг глядя в свой блокнот. В блокноте было не просто пару строк — десятки записей: время смены караула, количество шагов от трапа до склада, даже заметка «большой нос поёт во время обхода». Однажды ночью Йорг едва не попался: сидел за ящиком, пока фонарь охранника скользил в двух метрах. В другой раз он подслушал спор моряков о том, кто опоздал на перекур и попал под разнос капитана. Всё это он заносил аккуратными строчками. — Сегодня передавали шторм! — уверенно добавил Эндрю. — Они каждый час уходят на десятиминутный перерыв. Максимум погрешность — минута, — Йорг показал пальцем на моряков. Голос дрожал, но глаза блестели: в них чувствовалось азартное напряжение. — Идеальный день. — коротко но уверенно, пробормотал Эндрю. — Уверен, что на борту никого нет? — уточнил Эндрю. — Только четыре охранника. Обычно стоят у входа, пока остальные возятся с бумагами и провизией, — сдержанно ответил Йорг. И тут начался дождь. Рабочие заметались, часть людей вернулась на корабль за плащами. Один из них задержался на трапе, громко матерясь, что его ботинки промокли. Йорг сжал зубы: всё летело к чёрту. — У нас будет лишь десять минут: пробраться, украсть и уйти… если дождь даст нам это сделать, — прошептал Йорг, чувствуя, как под рёбрами колотится сердце. — Не переживай, все как нибудь само образумиться. — Эндрю легкомысленно улыбнулся широкой, почти вызывающей улыбкой. — Ты же хотел стать сильным? Тогда перестань бояться. — До перерыва тридцать минут… м... может, не будем? — Йорг уставился на капли, бегущие по блокноту, словно пытаясь найти там выход. — Не хочешь, я пойду сам. — холодно усмехнулся Эндрю. Йорг скривился, но кивнул: — Тогда собираем всё, что нужно. Они взяли самое необходимое. Йорг прихватил пустой пистолет. Когда вернулись к кустам, дождь лил уже стеной. Эндрю вывалился с рюкзаком величиной с полкорабля. — Ты идиот. — без удивления, но с раздражением заметил Йорг. — Да ладно, пригодится. — беспечно отмахнулся Эндрю. — С таким подходом мы точно умрём. С таким грузом ты быстро не убежишь, — буркнул Йорг. Эндрю лишь пожал плечами и оставил рюкзак, взяв только две бутылки воды. — Так лучше. — согласился Йорг. Вскоре наступил момент: охрана действительно пошла на перекур, но из-за дождя вернулась на минуту раньше. Йорг и Эндрю едва успели выскочить из-за ящиков, петляя между бочками. Сердце грохотало в висках. Сквозь шум дождя казалось, что их шаги слышит весь порт. — С... Стой, сейчас выйдет, их капитан, стой здесь, 40 секунд. — Сказал тихим шёпотом Йорг, Эндрю. Капитан дейстивтельно вышёл и прошёл дальше, примерно через 40 секунд они оказались на борту. — Забери трап. Я к штурвалу, — дрожащим голосом сказал Йорг. — Ты ведь никогда не управлял кораблём. — внезапно напряженно нахмурился Эндрю. — Знаю, как это работает… — пробормотал тот, хватаясь за руль. Пальцы его побелели. Доски под ногами скрипели, мачта глухо отзывалась на каждый порыв ветра. Парусы хлопали, ветер свистел. Судно накренилось, вода хлынула через борт. — Отлично, теперь у нас шторм в миниатюре! — заорал Эндрю. — Нет, хуже. Нас развернёт обратно к причалу! — взмолился Йорг, налегая на руль. Эндрю, путаясь в канатах, закричал: — Скажи хоть, куда тянуть! — Погоди, я думаю! — выдохнул напряженно Йорг. Ветер резко переменился, в далеке на берегу шла фигура. Парус хлопнул, корабль затрясло, накренило. Доски завыли, словно жалуясь на пытку. — Мы сейчас врежемся! — закричал с испугом Эндрю. — Нос под углом к ветру… не прямо! — Йорг наконец понял и рванул руль. Скрипя всеми суставами, корабль послушался. — Подтяни левый шкот! — выкрикнул он. На берегу перед кораблем, замаячил мужчина в дозорном плаще, тот капитан с красными волосами. — Остановите корабль. Это не ваше. — его голос пробил рев ветра. Ребята испугались, но проигнорировали, и отчаяно продолжили. Эндрю, скользя по мокрой палубе, с трудом перетянул канат. Парус расправился, поймал ветер, и судно рванулось вперёд. Корабль с тяжёлым скрипом оторвался от причала и пошёл в открытое море. Кайн прыгнул. Одним движением он оказался на палубе, рядом с ними. Ветер бил в его плащ, но он даже не сбился с дыхания. Кайн демонстративно, положил руку на перило, и сжал его пальцами словно печенье. — У меня есть приказ брать таких, как вы. И я мог бы сделать это прямо сейчас. Йорг побледнел. Эндрю впервые был напуган. — Океан беспощаднее любого закона. вас он не пощадит. — Но если выживете в этом шторме. — сказал он, не повышая голоса, — тогда увидимся снова. Кайн, выпрыгнул за борт, и он вновь оказался на берегу. Йорг сильно опешил, и просто наблюдал за Кайном. Быстро прийдя в себя, Эндрю резко спросил: — Мы можем ускориться? — прямо и приходя в себя, неуверенно спросил Эндрю. Йорг продолжал наблюдал. — Говорю мы можем ускориться?! — крикнул наигранно Эндрю, попытавшись вернуть свою уверенность. — Эм... д... да! Если поставить дополнительные паруса! — глаза Йорга забегали, а затем вновь загорелись. — Ф... Форпарус и с... c... стаксель поймают весь поток! — Лезь к носу! Освободи канаты! — крикнул Йорг. Представитель дозорных повернулся спиной и начал уходить. Эндрю, ругаясь, полез. Верёвки путались, били по рукам, но вскоре белые полотнища расправились, и ветер со свистом вцепился в них. Судно пошло рывком, палуба ожила. — Получилось! Мы уходим! — закричал радостно Эндрю. Темн временем на берегу дозорные растерянно переглянулись: — Капитан, почему вы их отпустили? — Спросил один из дозорных. Кайн не отрывал взгляда от бушующего моря: — Я их не отпускал. Их уже держит океан. Он сжал кулак. — Меньше пиратов — больше справедливости. Ребята плыли уже несколько минут: — Это только начало, — пробормотал Йорг, не отпуская руль. В его голосе смешалась неуверенность и азарт. — Держим курс на запад. Тревога сгущалась с каждой часиной, будто сам воздух на палубе становился гуще и тяжелее. Дождь и ветер не унимались вот уже третий день подряд: свинцовые тучи нависли над морем и давили вниз, сливаясь с пенными хребтами волн. Каждое мгновение шторм находил новый способ сломить их — то бросал на палубу холодные струи дождя, то выворачивал паруса, словно хотел вырвать сердце у корабля. Йорг вцепился в штурвал так яростно, что пальцы побелели, а кожа на ладонях лопнула в кровавых полосках. Солёная вода, хлеставшая с неба и с моря, разъедала раны, превращая каждое движение в муку. Его челюсти сжались так, что скулы ныли. Стиснув зубы, он напоминал зверя, которого загнали в угол, но который не собирается уступать. Эндрю трижды падал на скользкой палубе, и каждый раз казалось, что море вот-вот утащит его в чёрную бездну. Но он снова поднимался, пошатываясь, обхватывал руками мокрые канаты, подтягивал их, перетягивал, снова падал — и снова вставал. Его глаза давно покраснели от соли и ветра, но взгляд оставался упрямым. Они пытались перекричать друг друга, отдавая команды и предупреждения, но шторм рвал слова в клочья, уносил их в ревущий мрак. Ветер не оставлял ни единого шанса, будто сам океан решил стать посредником между ними и заглушить всё человеческое. В редкие минуты затишья они позволяли себе по три глотка воды — и это был их единственный отдых. Горло жгло, губы растрескались, но вода возвращала их к жизни, как если бы в неё была влита сама надежда. И вот однажды, впервые за всё это время, Эндрю, усталый, согбенный, с дрожью в голосе и сквозь зубы, хрипло произнёс: — Мы не утонём... Йорг хотел ответить, но вместо слов в рот хлынул солёный привкус крови: во время особенно сильного удара волны его швырнуло о руль, и он прикусил язык. Ему оставалось только плюнуть алой пеной на доски и снова вцепиться в дерево. Они почти не спали. Дремали по очереди, опускаясь прямо там, где падали, — на мокрые доски, под вой ветра, с телами, сведёнными судорогами. Каждый раз, закрывая глаза, им мерещилось, что следующий удар разобьёт корабль пополам. Иногда казалось, что уже слышно, как дерево трещит изнутри, будто судно вот-вот переломится. Но затем, почти незаметно, ярость волн стала ослабевать. Они всё ещё вздымались, но уже не с тем бешеным ожесточением. Рёв стихал, как будто океан наконец наигрался и позволил им остаться в живых. Йорг и Эндрю не верили глазам, каждый удар сердца казался чудом. Судно дрожало всем корпусом, с треснувшими рейками и изодранными парусами, но держалось. «Волны похоронят нас», — думал Эндрю ещё несколько часов назад, но теперь он не знал, что думать. Может быть, это не они победили, а море просто проявило снисхождение. Может, океан признал их упрямство, или же просто устал ломать то, что никак не хотело ломаться. К утру шторм окончательно выдохся. Тучи рассеялись, и на бледном небе впервые за три дня показался свет. Паруса, когда-то яркие и гордые, теперь висели тусклыми, как обрывки тряпья, их гербы стерлись и корабль уже не выглядел своим. Он казался чужим, полузаброшенным, словно вырвавшимся из самого чрева бездны. И всё же он держался. И вместе с ним держались они. На рассвете, сквозь рваные облака, пробилось солнце. Вдали показался остров, весь утыканный пирсами, словно деревянный еж. Усталость сменилась восторгом и облегчением. Они допили последнюю воду — и впервые за много дней позволили себе улыбнуться. На острове дозорный вбежал к Кайну: — Капитан! Тот торговый корабль… он был замечен у острова Пирсов! Красные волосы Кайна блеснули в свете. Он поднялся. — Ясно... Через сорок пять минут выходим. Готовь людей. Дозорный кивнул и бросился прочь. Кайн смотрел в сторону моря. — Раз уж шторм их не сломил… сломаю я.