Как долго мы знаем друг друга?

Офицер последовал приказу Но Ыль. Он нажал кнопку с цифрой 3, и двери лифта начали закрываться. В ту секунду, когда между створками оставалось меньше десяти сантиметров, Квадрат резко развернулся к 011 и, перехватывая ее руку с оружием, толкнул девушку в стену. Но Ыль ответила крепким ударом в бок, но Офицер снова откинул ее уже к другой стене. Двери лифта открылись. Офицер вытащил 011 в коридор, оставив без оружия и, собственно, надежды на спасение. Бой продолжался. Но Ыль вырвалась из хватки Офицера и повалила его, пытаясь пырнуть ножом. Тот вцепился в плечи девушки, перевернулся и впечатал ее головой в пол. Чтобы подняться, Но Ыль схватилась за его штаны. Офицер будто выжидал чего-то, а потом опять отбросил ее к стене. Она с глухим стоном ударилась спиной о железную панель. Дыхание сбилось, и девушка чуть не лишилась чувств. Офицер снял маску и швырнул ее на пол. – Ради чего все это? Я видел записи. Ты и игрок 246 работали в одном месте. Ах записи? А других записей Вы не видели? Он присел перед Но Ыль на корточки и стащил с нее маску. – Ты в него влюбилась или типа того? – А вы, Офицер? В меня влюбились или типа того? – Ты первая, Номер 11. Голова у Но Ыль раскалывалась то ли от последствий драки, то ли из-за несвязных тяжелых мыслей. – Если игрок 246 умрет, ребенок тоже умрет. – Речь о его дочке? Все это ради спасения чужого ребенка? Ты так заглаживаешь вину за то, что бросила своего? 011 прикусила губу. А Офицер понимал, что явно сказал лишнего. Но такого объяснения он точно не ожидал услышать. – Пощадите их, умоляю Вас. – Ладно. Я, наверное, тебя понимаю. Но ты перешла все границы. Бесповоротно. Номер 11 снова молча сверлила Квадрата взглядом. – Я сделаю это, если ты перестанешь мне лгать. По-твоему я поверю, что ты, Кан Но Ыль, которая добивала еще живых игроков. Кан Но Ыль, которая расправилась со своими коллегами в операционной. Что ты будешь спасать незнакомого ребенка по доброте душевной? – Вам ли не знать, что дочь Ген Сока всегда ходила на фестивали, где я работала. Она тяжело больна и сейчас совсем одна в госпитале. Голос предательски дрожал, но 011 продолжала говорить. – Не нужно выставлять все так, будто у Вас и правда есть чувства ко мне. Раз вы следите за мной, так скажите зачем. Наверное, сейчас был один из немногих моментов, когда Офицеру было нечего ответить. – Делаете вид, что «любите» меня, так почему тогда не помогли?! Или это Вы послали тех солдат в мою комнату? Показав эмоции, она проиграла в этом бою. Но теперь она знает слишком много. Офицер поднялся и подошел к столу, на котором стояла уже откупоренная бутылка виски. Надо было с этим заканчивать. – Я не считал тебя особенной, только потому, что ты с Севера, как и я. Но я думал, что ты поймешь меня лучше, чем кто-либо здесь. Потому что я тоже потерял там очень близкого человека. Не смог достать одну почку. А здесь их так много.. С каждым словом у Но Ыль внутри что-то ломалось. Офицер наполнил стакан и полнес ко рту. – Теперь мне придется убить тебя, Номер 11. – Я ненавижу Вас. – А я люблю. Но не имею права любить. – Не знала, что Вы умеете. Процедила 011. А Квадрат, уже не пытаясь скрыть боли в голосе, продолжил. – Увы, я ошибся в тебе. Надо было поместить тебя в игру вместе с ними. Я решил, что ты другая, поскольку ради себя бросила ребенка. Хватит бороться за чужого, отправляйся к своему на тот свет. С этими словами он возвращается к все также лежащей у стены Но Ыль, по пути подбирая с пола нож.