Зримые

Фокус вдруг сорвался. Еще секунду назад Виктор механически заполнял таблицу, а теперь пальцы перестали бегать по клавиатуре и окаменели, зависнув над клавишами. Он в ступоре уставился на монитор. Заголовок “Дело 93: расходы” вызывал странное безразличие, весь смысл формального названия быстро распылялся, как туман. Чем дольше детектив смотрел на буквы и числа, тем меньше понимал их значение. Символы стали походить на древние иероглифы, но не на существующий язык. Казалось, что каждый пиксель экрана светится ярче солнца, вызывая дискомфорт в глазах, но Виктор продолжал пялится, пытаясь понять, что за странное, слегка пугающее чувство его настигло. В голове завис вопрос - Что вообще сейчас происходит? Вдруг щелкнула минутная стрелка настольных часов, заставив его дернуться от неожиданности. Звук был слишком громким. Слишком реальным. Напряженный взор детектива прошелся по далеко не роскошному, но хотя бы личному кабинету. Стол, два комода, бежевые стены точно выглядели знакомо, но как-то декоративно и даже хрупко. Будто весь мир только начал затвердевать, как жидкое стекло или бетон. Виктор громко сглотнул, тут же ощутил жар на шее и висках. Почувствовал кожу лица и корни зубов. Каждый нерв обозначил себя болезненным импульсом. В голове мелькнуло осознание - Я живой. Виктор опустил взгляд на руки, увидел на ладонях мозоли от гантель и пару вен, тянущихся вдоль предплечий. Мозг продолжал выстреливать очередями странных мыслей: “По ним бежит кровь”, “Там паутина нервной системы”, “Что будет, если разрезать?” Стрелка щелкнула вновь. Виктор дернулся, как в первый раз, и гневно зыркнул на часы. Смена только что закончилась. – Наверное, заработался. – прошептал он, словно оправдываясь перед кем-то. Виктор сохранил документ и, выключив компьютер, задумчиво вышел из кабинета. Пора ехать домой. Воспоминания об однокомнатной квартире тоже вызывали смешанные чувства, будто он лишь много слышал и знал об этом месте, но ехал туда впервые. Покинув основное здание, детектив добрался до своего автомобиля и выехал с территории полицейского участка. Резвый поток машин в центре города на время отвлек Виктора от тревожных размышлений. Шел самый час пик, шум от толп людей и тысяч автомобилей поглотили большую часть центра. Лишь через полчаса Виктор выехал в жилой район, оставив суматоху позади. Дорога вела его между аккуратными частными домами и редкими пятиэтажками. В одну из таких он переехал около восьми лет назад, как только начал работать в полиции. Виктор помнил: шагал по карьерной лестнице, платил кредит за машину, за учебу. Помнил, но как кадры в фильме, где главного героя играет он. И сейчас этот путь ощущался не как прожитый, а как данный. Будто кто-то заранее протоптал его, оставив в асфальте следы, и Виктор просто ступает туда, где уже сделано углубление. Вселился в персонажа, которому заранее прописали прошлое, местами - не самое приятное. В голове родилась идея: – Сейчас я веду себя абсолютно по шаблону. Так, как хотела бы реальность. Спокойно еду по дороге. – про себя рассуждал он, аккуратно подбирая слова, словно “реальность” могла слышать эти мысли. – Но у меня же есть свобода действий? Я же действительно могу… Виктор медленно отпустил руль, полностью потеряв контроль над управлением. Сердце замерло, выдох застрял в горле. Автомобиль начал ощутимо крениться в сторону, опасно приближаясь к припаркованным вдоль дороги машинам. Виктор в последний момент схватился за руль и выровнял курс. После рассердился сам на себя, посмотрел в окна и зеркала. Улица была пуста, но он не мог отделаться от ощущения, что кто-то видел этот позор. Глава 1 На следующий день, от того чувства остался лишь неприятный осадок. Виктор был рад вернуться к работе в продуктивном состоянии, а не отрешенным от реальности. Таблица продолжала постепенно заполняться, колонки стали походить на небоскребы. Последнее относительно крупное дело, в котором участвовал Виктор, произошло около двух месяцев назад. Далеко не уникальная история. Любовный треугольник, драма и убийство. Большую часть времени приходилось расспрашивать главного подозреваемого, по кусочкам вытягивая из него признание. По итогу, убийцу упекли за решетку. Тогда наступила пора документов, отчетов и сводок. Порой монотонная работа докучала, но, хотя бы, означала, что в городе не происходит никаких серьезных преступлений, требующих расследования. Виктор думал так каждый раз, когда уставал от таблиц. Прошел первый час смены. Тихонько тикали часы, вентиляция гудела на фоне, гоня свежий воздух в кабинет. Бледные лучи с трудом пробивались сквозь занавески. На улице видимо шел дождь - мелкие капли изредка стучали в окно. Вдруг дверь с громким скрипом отворилась и на пороге появился Стэн Петерсон. Молодой, смуглый и нескладно высокий. Этот человек принимал заявления граждан, а так же занимался чуть ли не всем, что связанно с звонками. В общении всегда был приятен, вежлив и спокоен, наверное, из-за профессиональной деформации. - Привет. - Виктор оторвался от монитора. - Да, здравствуйте. - нервно кивнул коллега, без обыденной вежливой мягкости. - У меня заявление о пропаже, возможно похищение. Начальство хочет, чтобы вы взялись. - он говорил серьезно и быстро. - Так. - произнес Виктор удивленно, ожидая чуть больше подробностей. - Я уже провел базовую проверку. Больницы и другие участки пусты, в них нет похищенной. По поводу последней активности телефона, звонков, сигналов и SDR разбираюсь, скоро будет. - Похитили девушку, получается? - сказал детектив и ощутил дрожь в голосе. Каждый раз в начале дела внутри поднималась та же паническая рябь — возбуждение, похожее на страх. - Верно. Я отправил вам на почту папку со всеми деталями. - Приступаю. - детектив вновь вернулся к экрану. Поняв, что диалог закончен, Стэн быстро покинул кабинет и вернулся к своим задачам. Пара кликов мыши и на мониторе появилось досье пропавшей. Виктор читал быстро, взор цеплялся за каждое слово и мысли активно прыгали в черепной коробке. Внимательно прочитав документ, детектив составил следующий портрет: Зовут девушку Хлои Шир, обычная, двадцатилетняя студентка. Внешность самая заурядная, американская. Прямые светлые волосы, тонкие брови, не глубоко посаженные глаза серого цвета. Живет в университетском общежитии. Виктор перешел к сводке устного заявления. Сообщили об исчезновении, конечно, родители. Якобы вчера дочь не явилась на запланированный ужин, а после звонка соседке выяснилось, что та покинула общагу в шесть вечера и больше не возвращалась. В полицию родители обратились после бессонной ночи и множества попыток дозвониться до отпрыска. По словам соседки, Хлои уходила на свидание с парнем, неким Николасом Руйнштейном. При прочтении, в голове оживал до боли знакомый сценарий, с которым детективу приходилось работать не один раз: Свидание с сомнительным парнем, пропажа, заявление в полицию от родителей. Затем детектив находит тело и следы ДНК. Не трудно догадаться чьи они. Истории были мерзки в своей предсказуемости, легкие в расследовании и с недостатком полицейской романтики. Самое трудное - это принять всю произошедшую жестокость, видеть горе и отчаяние в глазах родителей. Настоящее испытание было не в поисках улик, а в том, чтобы выдержать чужую боль, льющуюся кислотным дождем. За всю карьеру, толерантность к эмоциям Виктор никак не мог выработать. Он вытер потные ладони о брюки и открыл досье Николаса. Оказалось, что это всего лишь семнадцатилетний школьник, живущий с родителями в не самом плохом районе. Из криминала за плечами только пара штрафов за парковку в неположенном месте. Внешность можно посчитать неформальной, а это уже тихий, но звоночек. У парня длинные волосы, крашенные в черный, пирсинг ноздри и брови, а также татуировка на правой кисти. У себя в голове Виктор отметил Николаса, как главного подозреваемого, ведь других пока попросту нет. Именно с него стоит начать опрос, который либо сразу приведет к закрытию дела, либо поможет углубить расследование. К тому же сейчас воскресенье - вероятно парень дома. Детектив, выписав из досье адрес Николаса, взял сумку и покинул кабинет. Из центра нужно было ехать в более старую часть города. Там большинство домов имели свой собственный, уникальный стиль. Высокие окна, массивные, каменные основания. Еще глаз радовало обилие деревьев, уже начавших осеннюю трансформацию в желтые оттенки. Отыскав улицу, Виктор ехал медленно, смотрел на номера домов. Вскоре запарковался напротив нужного. Дом, в котором жил Николас и, вероятно, его родители, оказался чуть меньше соседних. Первый этаж был сделан из бетона, поверх него построена треугольная, высокая крыша. Значит чердак также был очень просторный. Детектив подмечал эти детали, шагая по дорожке прямиком к двери. Что еще он заметил, так это небольшой, серый фольксваген напротив здания. На бампере была пара неглубоких царапин. Скорее всего дома тоже кто-то есть, раз машина на месте. Ступив на крыльцо, Виктор постучал. За дверью сразу же послышались шаркающие шаги. Дверь открылась и на детектива снизу-вверх уставилась женщина лет пятидесяти-шестидесяти. Она была низкой, полной и светловолосой. Лицо уже заметно исказили морщины, но в ее глазах Виктор не видел и намека на развитие старческого маразма. Одним словом - обычная дама. - Добрый день, меня зовут Виктор Заратов, я из полиции, детектив. - как по инструкции представился он и, в подтверждение своим словам, показал жетон. - Николас Руинштейн ваш сын? - Да. - удивленно промямлила женщина. - Что-то случилось? - Случилось, но не с ним. Его девушка пропала, мне кажется ваш сын может помочь расследованию. Он сейчас дома? Спрашивая, Виктор бросил взгляд вглубь жилища. Сразу после прихожей шла кухня, никакого бардака на ней не было, на столе стояла большая пиала с яблоками и мандаринами. Детали небольшие, но говорят, что семья вряд ли неблагополучная. Могут ли у Николаса быть маниакальные наклонности? Детектив опустил взгляд. Перед его ногами в коридоре было несколько пар обуви. Большие мужские туфли, женские кроссовки и босоножки, а так же грязные кеды, которые явно часто контактировали с мокрой землей и которых точно пытались кастомизировать маркером. Мужская обувь есть - семья полная. Скорее всего кеды принадлежат Николасу. Вывод прост, совсем как с машиной. Если обувь тут, вероятно и владелец дома. - Да, у себя в комнате. - мать кивнула. - Его позвать? - Не стоит. - поторопился остановить ее Виктор. - Лучше я сам зайду и поговорю с ним, если вы не против. Детектив, исходя из прошлого опыта, почти не сомневался, что Николас виновен. Беседовать с родителями убийц порой было также непросто, как и с родителями жертв. Они ведь и не подозревают, на что может быть способно их чадо. Раскрывать им глаза на это всегда больно. Особенно тогда, когда с родительскими обязанностями предки справлялись отлично. - Я-то не против. Но вот он не любит незванных гостей. - женщина задумчиво вздохнула. - А что за девушка? Нам он ничего не рассказывал... - добавила она. В голосе звучала смесь обиды и переживания за пропавшую пассию сына. - Ничего не рассказывал? А вчера вечером, что он делал? - Сказал, что гуляет с друзьями. - женщина пожала плечами. - Он у нас бунтарь, бесится, когда лезут в личную жизнь. Вернулся вечером, около девяти может. - Ясно. - протянул Виктор. - Хлои Шир, знакомое имя? Светлые волосы, глаза серые? - Нет. Впервые слышу. - мать покачала головой. - Ну ладно, проходите, можете не разуваться. Комната Ника на втором этаже, в конце коридора. Кивнув в знак благодарности, Виктор прошел внутрь и свернул к лестнице. Логово этого подростка было легко заметить - на двери висел флаг с логотипом некого рок-фестиваля. Детектив постучал. - Я занят! - донеслось сквозь дверь. Голос был молодой, но с хрипотцой. Наверное обитатель этой комнаты думал, что стучится кто-то из родителей. - Меня зовут Виктор Заратов, детектив. - Виктор представился вновь, но громко, чтобы Николас точно услышал. - У вас есть ордер на обыск?! - раздалось угрожающе через пару секунд. - Если нет, то катитесь отсюда! - Мне не нужен ордер, чтобы просто побеседовать. - спокойно ответил детектив, прекрасно понимая, что уйти от разговора подозреваемому не получится. - Я захожу. Виктор, больше не церемонясь, прошел внутрь и, наконец, лицезрел Николаса. Сразу же приступил к анализу окружения и внешности подростка. От фото в досье Ник не отличался - черные волосы и пирсинги. Одежда соответствовала образу - шаровары, черная футболка с готической символикой. Лицо выражало возмущение от внезапного вторжения. На физиономии не было ни синяков, ни царапин, которые могла бы оставить Хлои, если бы отбивалась от него. Взгляд Виктора пробежался по комнате. Обстановка кому-то может показаться экстравагантной, но детектив лишь видел способ банального самовыражения во время такого же банального, подросткового бунта. Стены облеплены плакатами рок-групп, названия которых невозможно прочесть. На полу одежда, какие-то пакеты и журналы. Под столом стояло мусорное ведро, в котором была целая гора из пустых банок пива. На изголовье кровати Виктор заметил множество наклеек, среди которых выделялась одна особенная - ярко зеленый лист канабиса. Что сказал Ник? Без ордера обыскивать нельзя. А обыска боится только тот, кто что-то прячет. Наверное в комнате где-то заначка с травкой. - думал Виктор. - Скорее всего парень напрягся из-за этого, а не потому, что причастен к исчезновению Хлои. - Девушка по имени Хлои Шир пропала. - начал детектив. - Вы ведь встречались? - Встречались. - немного опешив, кивнул Николас. - Как давно вы познакомились? - Месяца два назад. - Когда виделись в последний раз? - Виктор знал ответ, ведь соседка Хлои рассказала куда уходила пропавшая. - Вчера. - ответил Ник. Услышав правду, детектив кивнул. - Как прошло свидание? Чем занимались? - Ну, я подъехал вечером к ее общаге. Она села в тачку и мы решили прокатиться. Заехать в мак и все такое. - он говорил медленно, будто доставая детали по кусочкам из своей памяти. - Знаете, типичная ночная поездка на пару часиков. Виктор, конечно, знал о типичных ночных поездках и что на них может быть. - Какова же кульминация? - Я ее высадил и она пошла в общежитие. - Да ну? До дверей проводил, как джентльмен, или нет? - Не настолько у нас все серьезно, чтобы я так ухаживал. - протянул Ник. - Я даже не стал заезжать на парковку перед общагой. Там въезд дебильный, постоянно бампером бьюсь. Остановился в минутах двух-трех от туда... -Где конкретно? - Мы ехали к универу с запада, с окраины города. Высадил ее в парке. Виктор примерно понимал, какое место имеет ввиду Николас. Около общежития действительно был весьма цивильный парк, но дальше на западе он становился все более диким и перетекал в хвойный лес, который полностью окружал город. Детектив попытался прикинуть, насколько будут полезны записи с камер видеонаблюдения. На запрос записей и на их просмотр уйдет не мало времени, ведь дорог, что в парке, что в универе, очень много. Так и больших, так и маленьких, извилистых, односторонних. - Съездим, покажешь куда ее высадил? - настойчиво предложил Виктор. - Мне в падлу. - Николас покачал головой. - Могу локацию скинуть, если контакты дадите. Давать свои контакты этому шкету он не был намерен. Лучше отправить группу прочесать территорию учебного заведения и зеленой зоны, поискать следы борьбы, следы шин от резкого старта и прочие улики. Еще Стэн скоро сообщит информацию от оператора, что, вероятнее всего, будет существенным рывком в исследовании. - На этом мой визит окончен. - подытожил Виктор, уходя из комнаты. - До свидания. *** Полицейские, включая Виктора, разделились на группы и распылились по парку в поисках улик. После утреннего дождя воздух был пьяняще свежий, пах пряной листвой и той самой уникальной сыростью, которая бывает только осенью. Тучи немного разошлись, давая косым солнечным лучам прорезаться и играть в росе на листьях, которые приобрели свои самые теплые оттенки за весь год. Свет был в лужах, в пожухшей траве, в кронах деревьев, заливал весь парк золотым сиянием. Природа впадала в спячку и это ее закат. Красивый, олицетворяющий принятие скорого анабиоза и полное умиротворение. Виктор вдоволь насладился бы прогулкой, если бы не был на задании. Мелькнула мысль, что хочется поскорее разобраться с делом и найти тело, дабы успеть вкусить это время года. Он опомнился. Конечно, думать так - совершенно неправильно и не этично. Виктор пристыженно опустил голову, уставился на гравийную дорожку. А ведь человек действительно исчез. Почему он стал воспринимать настоящую трагедию, как какой-то квест с прописанными шагами, по типу "разговор с подозреваемым", "поиск улик"? Хлои тоже сейчас где-то в этом мире, живая или нет - неизвестно. Виктор почувствовал, как сознание словно вернулось в тело. Спина взмокла, в легких критично не хватало воздуха. Он вдруг понял, что почему-то стал дышать самостоятельно, а не на автомате. То же самое случилось с ходьбой - движения получались скованные и неловкие. Будто он вообще ходил впервые, а до этого была лишь теория, без практики. Накануне Виктор испытал похожее состояние, но сейчас ощущение того, что кто-то смотрит усилилось. Воздух больше не казался свежим, он будто тучами сгущался над головой, собираясь выпустить молнию на жалкое существо за его постыдную мысль. Виктор продолжил идти, но уже не пытался найти улик. Его голова была вжата в плечи, спина сгорблена, он готовился к некому удару от реальности. Вдруг телефон в кармане завибрировал. Он вытащил девайс и увидел, что наконец пришел анализ информации о последней активности телефона жертвы. Была попытка позвонить на двадцатом километре семнадцатого шоссе, которое начиналось около университета и вело прочь от города, вглубь леса. Этот анализ также получил руководитель расследования и им было принято решение переформировать группу. По итогу, Виктор и еще пять следователей поехали к тому месту, откуда операторы получили последний сигнал. Ехать пришлось где-то полчаса и за это время детектив запросил записи со всех камер видеонаблюдения на отрезке от первого километра шоссе до сорокового. Возможность посмотреть запись появится только в кабинете, поэтому сейчас нужно выжать максимум из доступного, а также взять себя в руки. - решил Виктор, пытаясь подавить чувство чрезмерной, пугающей осознанности.