Зримые

Виктор сидел в своем кабинете, откинувшись на спинку кресла. Оно поскрипывало в такт его ритмичным, почти незаметным покачиваниям. Детектив размышлял, перед глазами стоял образ испуганного Николаса. Разговор с ним дал подтверждение тому, что секта действительно существует, и что Ник - ее участник. Шестерка с промытыми мозгами. Известно, что есть как минимум еще четыре адепта, но на них выйти не удалось. Разбор места убийства также многого не дал. По сути, можно было бы уже арестовать Николаса и с относительным успехом закрыть дело, но Виктор считал, что этого недостаточно. Нельзя дать шайке сумасшедших проводить их ужасные обряды. Да и к тому же - Ник, вероятно, лишь в самом низу иерархичной пирамиды культа. Его арест вряд ли будет серьезным ударом по их системе. Пока на других можно выйти только через Николаса. Но как это сделать, если этот фанатик скорее проглотит язык, чем назовет имя? Играть на оговорках тут не прокатит, нельзя случайно сказать имя другого адепта. Социальные сети подростка - проверенны и непримечательны. Круглосуточная слежка - пока слишком затратно, нужно больше доказательств. - Если бы мы вышли на одного из адептов, то культисты, возможно, подумали бы, что это Николас проболтался, либо что он вообще решил сотрудничать с нами. - Виктор вслух объяснил столу. - Он ведь тот, кто привез девушку, так? Значит он пока главный потенциальный источник компрометации. Слабое звено... А у культа с такими звеньями, по идее, разговор короткий. Детектив замолчал, сосредоточенно подался вперед, поставил локти на стол и подпер голову кулаками. - Правда адепты сами еще не подозревают, что нам, полицейским, уже известно об их существовании. Если бы они знали, что дело открыто, то они тут же наехали бы на Ника. - продолжил бубнить он себе под нос. - То есть, надо как-то дать им знать, что культ под угрозой. И что угрозу вызвал Николас. Тогда он поневоле станет приманкой. Они захотят его вальнуть, либо пригрозить, неважно. Главное, что тогда кто-то из них, нет-нет, да и засветится. Виктор задумался над способом, с помощью которого он даст секте знать, что Ник проболтался. Его взгляд упал на экран компьютера, на открытый поисковик. Сверху виднелась вкладка с городским новостным сайтом. - Может запустить слухи? - спросил Виктор у вкладки. - Пожалуй, можно попытаться. - заявил он, не дождавшись ответа. У него была знакомая в прессе, на которую можно положиться. Она занимала далеко не последнюю должность в своем издательстве и, в теории, могла помочь с задуманным, если удастся ее убедить. Вытащив телефон, Виктор отыскал и позвонил на нужный номер. - Алло, привет, Виктор. - вскоре донеслось с того конца. - Да, привет. - поспешно поздоровался детектив, намереваясь сразу перейти к делу. - В общем, Анна, есть один вопрос. - Какой? - с интересом спросила девушка. - Я сейчас работаю над делом. Если вкратце, то сектанты похитили и убили студентку. Пока есть всего один подозреваемый, я уже неофициально с ним побеседовал, допросил. Паренек сболтнул лишнего, я уверен, что он действительно замешан и является частью культа. Я хочу, чтобы ты запустила ложную новость. Что-то вроде: "Бывший адепт помогает полиции разобраться с культом. Свой среди чужих!" - Виктор произнес, пародируя типичный голос репортеров. - Почему для этого нужно выпускать новости, тем более ложные? - не уловив суть, спросила она. - Это непрофессионально. - Это тактический ход. - ответил детектив и тут же начал оживленно объяснять. - На самом деле, подозреваемый отказался сотрудничать, он просто облажался и случайно признал существование секты. Если его друзья-адепты узнают о таком провале, то точно захотят его проучить, так? Но сам он им никогда не расскажет. Поэтому я и хочу запустить новость, обозвать его стукачом, чтобы сектанты пришли за ним и засветились. - То есть, сделать из него приманку? - перефразировала Анна. - Именно. Надо сделать так, чтобы в глазах сектантов он стал стукачом и слабым звеном. - Виктор повторился. - Очень слабым. - Хорошо, я поняла. Только мне нужна информация, чтобы составить статью или сценарий. Расскажи о подозреваемом, об убитой и так далее. - Сейчас скину их досье и сводку о деле. - Виктор прижал плечом телефон к уху, его пальцы забегали по клавиатуре. Через минуту, получив файлы, Анна заговорила вновь. - Про Хлои многого не скажешь, писать будет легко. - протянула она. - Правда стоит спросить у ее родных разрешения на то, чтобы мы выпустили такую новость. А то получится не красиво. - Пожалуй. - Виктор согласился. - Теперь подозреваемый... - Анна произнесла и замолчала на время. - Почему ты сразу не сказал, что это всего лишь школьник? - она спросила с упреком. - А что такого? - Ты же хочешь сделать из него приманку! А если его убьют? - резко спросила она. - Он же преступник, соучастник. Девушка умерла из-за него. - напомнил детектив. - Да, но вдруг он просто хотел казаться крутым и угодил в плохую компанию сектантов? И там его уже заставили похитить Хлои? Сам же знаешь, как это бывает. - Я думаю, что да. Именно так Николас и оказался в культе. - Виктор вновь согласился. - Но ведь он действительно уверовал в какую-то хрень, раз помог вальнуть свою девушку. Либо ему жестко промыли мозги. В обоих случаях он не невинная овечка. - Как-то жалко. - протянула Анна. - Он же подросток, его личность еще не полностью сформирована. Это юридический и медицинский факт. Его мозг очень пластичный и, возможно, вообще физически не способен на объективную оценку своих действий. И, кстати, почему ты вообще думаешь, что сектанты поверят прессе, а не Николасу, одному из своих? - Николас же эмоциональный, нестабильный подросток. - детектив передразнил. - Твое первое предположение о нем заключалось в том, что он стал сектантом чисто по приколу, ради понта. Поэтому я не думаю, что в культе к нему серьезно относятся. А миссию похитить Хлои поручили только потому, что они встречаются и она сама залезет к нему в машину без каких либо вопросов. Не такая уж и ответственная работа, скорее черная. - объяснил Виктор. - И он единственный, кто мог оставить улик. Вдруг сейчас в секте на него косо смотрят, с напряжением? Не верят в блестящий успех его миссии? Твоя новость просто даст им знать о его провале и чуть приукрасит детали, сделав его настоящим стукачом. - А мне не прилетит за вранье? - Анна забеспокоилась уже за себя. - Нет. Я ведь действительно разговаривал с Ником. Просто никто, кроме нас двоих, не знает о чем. Ты лишь чуть поменяешь информацию, скажешь, что он помогает полиции. Да и формально он помог, просто не по своей воле. - Хорошо. - девушка согласилась. - Но если что-то с ним случиться, то это на твоей совести. Он пока ребенок, как ни крути. - Он преступник и фанатик, никакой не ребенок. - холодно заявил Виктор. - Все будет нормально. Анна завершила звонок. Прямо в ухо детектива раздалась оглушительная череда гудков, по спине прошел жар, Виктор тут же взмок от пота. - Что это вообще за план? - прогремел чей-то голос в голове. - Ставить под удар школьника, которому запудрили мозги? Да, он убийца. Но при этом и жертва, и свидетель. Это аморально. Детектив далеко не сразу осознал услышанное, настолько инородным показался внутренний голос. Зрение в момент прояснилось, Виктор мог разглядеть каждую пылинку на своем столе, каждую пору кожи на пальцах, чуть ли не каждый фотон света. Слишком много деталей открылось взору. Его тут же затошнило и он зажмурился, пытаясь поймать фокус на дыхании. Это лишь усугубило ситуацию - он ощутил, как легкие сужаются и расширяются, толкая ребра. Ощутил, как кислород проникает в кровь сквозь тонкие стенки альвеол. Как веки липнут к глазным яблокам. Виктор, будучи детективом, заметил паттерн. В прошлый раз, это чувство настигло его в парке, после желания поскорее разобраться с похищением Хлои. - Так, что ли, звучит совесть? - пронеслась мысль, которую он тут же отверг. - С совестью я обычно соглашаюсь, но не сейчас. Этот шкет действительно совершил преступление и его придется поставить под удар, ради более важной цели. Виктор продолжал сидеть с закрытыми глазами, ожидая ответа от незванного голоса в голове, но тот замолк. Ушел также неожиданно, как и пришел. Надоедливое чувство тоже медленно отступило. - И что это была за херня? - спросил Детектив вслух, глядя на кабинет, стены которого больше не давили. Это чувство, Виктор назвал его чувством повышенной осознанности, напрочь выбило его из колеи. Он пытался еще порассуждать над делом, но слишком боялся, что симптомы вернутся. По итогу сдался и побрел к автомату с горячими напитками, чтобы купить себе стаканчик американо. Решив, что пока все равно ждет статью от Анны, Виктор взял перерыв, который продлился до самого конца смены. Конечно, он пытался вернуться к работе, но осадок не позволял сфокусироваться. На следующий день Виктор получил электронное письмо с черновиком. Анна почти идеально справилась с задачей. Пересказала то, как идет дело, но в более обнадеживающем тоне и с правкой самой главной детали - в ее версии Николас охотно сотрудничал. Через несколько часов и после пары небольших коррекций новость была выпущена на городском новостном портале. Вечером, Виктор, наконец-то увидев статью воочию, решительно кивнул. Осталось только следить за домом Ника, да ждать. После своего убийства сектанты наверняка мониторят все средства массовой информации и заметят новость о ритуальном убийстве.

***

Николас лежал на кровати, листая ленту в телефоне, чтобы хоть как-то расслабиться. Визит детектива был далеко не приятным событием, но пока, вроде, ни к чему не привел. Культ тоже молчал, расспросы были только от матери. Спустя десятки отрицаний и обещаний она на время отступила . Ник решил, что надо лишь переждать этот период. Детектив на него ничего не нарыл, а из подтвержденной теории, что существует культ, многого не высосешь. Ему ничего не известно, скоро и он сдастся. Так думал Николас и коротал время за телефоном. Вдруг мелькнуло знакомое лицо в рекламе новостного портала. Николас узнал Хлои на фото. - Что? - пробормотал он. Заголовок рекламы заставил его настороженно замереть: "Раскаивавшийся адепт помогает в расследовании ритуального убийства студентки". Сначала это вызвало у Ника лишь глупое удивление - ведь он делал ровно противоположное сотрудничеству. Николас ткнул по экрану, перешел по ссылке и принялся читать. При первом прочтении он лишь пробежался по отрывкам и отдельным словам, но никакой смысл из них извлечь не удалось. Пришлось перечитать, вникая. Ник прочитал статью целиком и, негодуя, пришел к выводу, что весомая ее часть - обман. В статье говорилось, что бывший адепт, пожелавший остаться анонимным, согласился помочь, добровольно выдал много ценной информации и поспособствовал развитию дела. Но ведь это была откровенная ложь! На пару мгновений он задумался, пока гнев и недопонимание не сменились неприятными образами. Мозг представил, как собратья из культа также читают эту новость, а заметят они ее наверняка, как меняются их лица с удивленных на разъяренные. Им будет не трудно догадаться, кто же этот анонимный адепт из статьи. - Это ведь все вранье? - прошептал он, уже готовясь оправдываться перед устрашающими старшими. - Ошибка? Николас еще больше рассердился на прессу, осознавая, что их прокол может стоить ему жизни, ведь культ будет разбираться, правда пока неизвестно как. Он начал строчить гневный комментарий, потом передумал и стал искать кнопку жалоб. Но через мгновение, на пике ярости, переключатель в голове щелкнул. Это не ошибка. Прессе и нужно, чтобы культ начал действовать. Это все подлый ход от полиции. - Им выгодно, чтобы меня завалили! - решил Ник и его тут же бросило в холодный пот. Кровь заледенела, сердце превратилось в глыбу льда, морозящую ребра. Комната перестала казаться неприступной крепостью, стены нависли со всех сторон. Он выглянул в окно, на пасмурную улицу. Увидел лишь пустую, мрачную дорогу, и черные деревья. Отсутствие опасности не успокоило мозг, а заставило его думать, что она просто невидима. Николас задернул занавески, убедился, что дверь в комнату заперта, и замер посреди своей спальни. - Меня подставили... - заявил он про себя и перевел взгляд на небо, виднеющееся в щелке меж занавесок. - Я ведь не сделал ничего плохого, так? - спросил Ник у него. - Я все делал только ради тебя! Так может ты мне поможешь? Ты же видел, я нихера не сотрудничал! Я знаю, ты мне веришь... А они? Они ведь мне поверят? Он посмотрел в настольное зеркало. В отражении был перепуганный подросток, который не мог похвастаться ни мудростью глаз, ни умным выражением лица. Все его нынешнее состояние выражало лишь эмоции на грани с паникой, без здравого смысла. - Я не стукач! - заявил он отражению и ужаснулся, осознав, что прозвучало далеко не убедительно.